Ис-с-стинный С-с-слизерин
27 февраля 2019 г., 17:00
Гарри надеялся, что в связи с убийством беременной пикси малек с фотоаппаратом отстанет от него, но нет: мистер Криви уже ждал его в Общей Гостиной Гриффиндора за портретом Полной Дамы. Пришлось просить Рона (рыжик, к слову, воспринял инцидент как должное и даже похвалил Гарри) и фотографироваться с мелким, а еще через пару дней подписывать фотку. Гарри с удивлением и даже некоторым расстройством обнаружил, что первачок совсем не уступает ему в росте: компенсировать недокорм у Дурслей было не так-то легко, несмотря на все усилия как пожилых леди, так и ни разу не встреченных им Хогвартских поваров. А вот сын молочника вряд ли испытывал недостаток в питании.
Локхарта он все это время успешно избегал (благо вечера он проводил на отработках у Снейпа, за какой-то особо зубодробительной нарезкой каких-то особо вонючих ингредиентов), а мисс Грейнджер успешно избегала его сама, в том числе и на этих самых отработках (тем более что она, в основном, лазила с блокнотиком по шкафам и записывала, сколько и каких гадостей имеется в распоряжении зельевара).
Впрочем, на первую тренировку квиддичной команды, в субботу, она все-таки пришла и села на трибуне рядом с Роном, Дином и Невиллом, несмотря на то, что Вуд разбудил игроков и выгнал их на поле ни свет ни заря. Вместе с ними на трибуне внезапно оказался и Криви со своей камерой.
— Мы же договорились, Колин? — с подозрением спросил малька Гарри.
— Ну… да. Я помню, что я не должен снимать тебя до следующего года. Но это что же — мне теперь нельзя снимать квиддич?! Ведь ты же ловец?!
— Ну да, — попытался объяснить ему Гарри, — но ловец почти весь матч ничего не делает. Смотри, охотники — у нас это три девчонки: Анжелина, Алисия и Кэти — пытаются забросить в кольца противника квоффл. Квоффл — это такой большой красный мяч. Вратарь — Оливер Вуд, наш капитан — защищает наши кольца от охотников противника, а загонщики — Фред и Джордж, рыжие близнецы — защищают всех от черных мячей, бладжеров, которые пытаются сбить нас с метел. Все они постоянно что-то делают, и только ловец всего лишь ждет, когда покажется золотой снитч, чтобы поймать его и закончить игру.
— Но ведь за поимку снитча дают сто пятьдесят очков, это в пятнадцать раз больше, чем за квоффл! — возразил Колин, которого, видимо, просветил Рон, фанат квиддича. — То есть ловец — самый важный игрок в команде!
— Да, правила несовершенны, — пожал плечами Гарри, — но Лига Квиддича отказывается снижать очки за снитч вот уже двести лет. Но заметь — кадры со всеми остальными будут намного интереснее, чем с просто болтающимся над полем ловцом.
Судя по поджатым губам фотоманьяка, Гарри его не убедил, но тут Вуд позвал всех в раздевалку.
«И стоило ради этого будить нас в такую рань», — подумал Гарри минут через сорок, когда Вуд покончил со второй тактической схемой, разработанной им для этого года, и перешел к третьей. Еще через пять минут ему приснился Большой Зал, накрытый к завтраку, который они благополучно пропустили.
— Все ясно? — Гарри подпрыгнул. — Вопросы есть?
— У меня есть, Оливер, — разлепил глаза Джордж. — Почему нельзя было рассказать все это вчера вечером, когда соображалось гораздо лучше?
Вопрос Вуду явно не понравился.
— Я просто не успел до отбоя доработать схемы, а они должны быть идеальными! — повысил он голос, окинув собравшихся неодобрительным взглядом. — В прошлом году мы, лучшая команда школы, не выиграли Кубка. Нам помешали… э-э… особые обстоятельства…
Все посмотрели на Гарри.
— Ну да, — сказал он. — Извините, что так получилось. Но это же Волдеморт виноват… А с другой стороны, он же вообще во всем виноват, правда?
При имени самого страшного волшебника современности команду передернуло.
— Приготовьтесь, нам предстоят в этом году упорные тренировки. А теперь применим новую теорию на практике! — нарушил неловкое молчание Вуд, схватил свою метлу и поспешил к выходу. За ним, позевывая, на негнущихся ногах, двинулась вся команда.
Гарри посмотрел на трибуну. Колин перебрался повыше, а к друзьям прибавился Шимус, притащивший им из Большого Зала по паре сэндвичей. Перехватив взгляд Гарри, маленький ирландец похлопал рукой по пузатой сумке, висящей у него на боку.
Гарри улыбнулся, оседлал метлу и взмыл в небо. Они всей командой едва успели сделать пару разминочных кругов — холодный воздух прогнал остатки сна, — как Фред вскинул голову и спросил:
— Что за странные звуки?!
Гарри обернулся. Колин Криви встал на сиденье ногами и с самой высшей точки трибун щелкал своим фотоаппаратом.
— Что ты делаешь?! — закричал Вуд. — Ты что — шпион Слизерина? Хочешь слить им наши тактические наработки?!
— Эй! Я снимаю не Гарри, а всю команду! — закричал малек. — Это же не нарушение договора, правда?!
— На галстук посмотри, Оливер, — успокоил капитана Гарри, — это не слизень, а наш гриффиндорец. Просто он фотоманьяк, такое бывает.
— К тому же слизням нет необходимости засылать к нам шпиона, — задумчиво добавил Фред, — потому что они сами заявились сюда, всей командой.
— Что вы здесь делаете? — спросил Вуд у троллеподобного капитана слизеринцев Маркуса Флинта. — Мы забронировали поле на весь день!
— У нас есть разрешение, — оскалил кривые зубы Флинт, — надеюсь, гриффиндорцы к шестому курсу уже умеют читать?
«Я, профессор С. Снейп, разрешаю команде Слизерина провести тренировку на поле для квиддича в связи с тем, что им необходимо опробовать нового ловца», — прочитал Вуд.
— И кто же ваш ловец? — саркастически спросил он.
Зеленый с серебром строй расступился, и вперед вышла низенькая белобрысая фигурка.
— Малфой, — Гарри выпустил вперед маленького Бутройда, даже рожу он скорчил такую же, какую обычно надевал на себя вредный старикашка, когда хотел показать Шарлин или Гарри всю глубину их непрофессионализма, — ты считаешь себя лучше Хиггса? Тот хоть что-то из себя представлял.
Гарри знал, что предыдущий ловец, Терренс Хиггс, играл за Слизерин уже два года, причем довольно успешно, и, скорее всего, завел приятельские отношения со многими в команде. А значит, далеко не все были довольны новым ловцом.
— Я считаю себя лучше тебя, Поттер! — выплюнул Малфой.
— С чего бы? — арсенал гримас у Бутройда был изрядным, так что Гарри мог менять одну на другую довольно долго. — В прошлый раз я не заметил ничего такого. На том самом уроке, где ты пытался удрать от меня, но даже этого не смог, — пояснил он. Кто-то из девчонок за спиной Гарри хихикнул.
Флинт засопел, а на лице Блетчли — вратаря слизеринской команды — Гарри с удовлетворением увидел тень согласия, о чем и сделал заметку, пока — мысленную. Ну да, он видел, что за столом в Большом Зале Блетчли с Хиггсом обычно сидели рядом.
— В прошлый раз у меня не было нормальной метлы! — воскликнул Малфой. — Но теперь…
Слизеринцы одновременно, как по команде, выставили вперед метлы. Это были новенькие «Нимбус-2001», блиставшие в лучах восходящего солнца. Вуд шумно втянул воздух.
— Ваши «Чистометы», — манерно протянул Малфой, — просто дрова по сравнению с этим.
— Понимаю, — Гарри знал, что ответить, — твой папочка купил тебе место в команде, так? Мои соболезнования, Маркус, — сочувственно обратился он к капитану зеленых, — поменять неплохого ловца на вот это недоразумение по цене не таких уж хороших метел…
— Ты… ты… — Малфой снова стал похож на негатив в стиле Лаванды Браун, — это ты завидуешь мне! Я лучший ловец, чем ты, шрамоголовый, и метла у меня тоже лучше!
— Малфой, — это был голос подошедшего Рона. — Единственное, чему имело бы смысл завидовать — это твоему умению понтоваться.
— А, Уизли, — протянул белобрысый, — пришел посмотреть на метлу, которая стоит дороже, чем весь ваш свинарник?
— Нет, он просто пришел посмеяться над глупостью тех, кого считают хитрецами, — Гарри снова сменил выражение лица. Это все больше и больше напоминало то, как он дразнил кузена на День Святого Валентина незадолго до школы.
— Невилл, — повернулся он к приятелю, который, разумеется, стоял рядом с Роном, — твоя напоминалка с собой?
Невилл без возражения протянул Гарри горящий красным шарик.
— Буду должен, если что, — шепнул ему Гарри и снова обратился к Драко:
— Так ты утверждаешь, Малфой, что ты лучший ловец, чем я?
— Разумеется, — тот задрал нос так, что чуть не упал на спину.
— И метла у тебя лучше?
— Да! Мой отец…
— Обсуждать достоинства твоего отца я не готов, вряд ли ему позволят судить матч, — поддел блондинчика Гарри и снова обратился к капитану слизеринцев:
— Мистер Флинт, кажется, я могу помочь Вам в опробовании нового ловца, согласно разрешению профессора Снейпа. Вам же нетрудно подняться футов на триста и запустить вот этот шарик чуть повыше? Если Ваш ловец действительно так хорош, а «Нимбус» не подсовывает покупателям малоудачное дерьмо вместо хорошей надежной модели, просто ради звонких галлеонов, — полагаю, мистеру Малфою не составит труда поймать шарик первым?
Драко отступил на шаг. Флинт поворочал мозгами, но причин отказаться не нашел. Хотя и зыркнул на Гарри с подозрением.
— Что ты творишь? — шепнул Вуд.
— Все нормально, Оливер, — так же тихо ответил Гарри, — я знаю, что делаю!
Шесть пар глаз уставились на Малфоя, тот дернулся и отступил на шаг.
— Так что, мистер Малфой? — тихо спросил Гарри. — Вы уже не уверены, что являетесь лучшим ловцом, чем я? Проще говоря — Вам слабо?
Анджелина засмеялась, Алисия и Кэти подхватили ее смех.
— Да!!! — крикнул Малфой. — В смысле нет!!! Я тебя сделаю, Поттер!
***
Разумеется, Маркус не мог не подыграть «своему», хотя это и было глупо: правильнее было бы действительно проверить качества Малфоя, да и метлы тоже. Все три раза он кидал шарик Невилла так, чтобы он летел в сторону Драко, и все три раза Гарри, подстегиваемый «этим», успевал раньше, опережая соперника минимум на десяток футов. Гермиона, задрав голову, щелкала кнопкой секундомера, который она же и подарила Гарри на прошлое Рождество. — Не пойму, — взъерошил шевелюру Гарри, когда все трое приземлились между так и не сдвинувшимися с места красной и зеленой шеренгами, — то ли мистер Малфой не так хорош, как кажется сам себе в зеркале, то ли его обожаемый папочка заплатил вам за то, чтобы его сына взяли в команду, наскоро заколдованными маггловскими вениками. А может, все сразу? Они же одна семья и стоят друг друга! Разумеется, он использовал лучшую (в смысле, самую ехидную) из неиспользованных до сих пор гримас Бутройда. — Ты… ты… — лицо Малфоя снова стало даже не розовым, а коричневым, и он рывком выдернул покоящуюся до того в дорогой спортивной кобуре палочку. — НЕ СМЕЙ ОСКОРБЛЯТЬ МОЮ СЕМЬЮ! — «ФУРУН…» «СЛАГУЛУС…» — одновременно с Драко начал Рон. — «ЭКСПЕЛЛИАРМУС!» — Гермиона оказалась быстрее всех. Драко отбросило, его палочка просвистела мимо уха Гарри. В следующую секунду все — и красные, и зеленые, последние, разумеется, за исключением Драко, — стояли друг против друга с палочками наготове, а Рон не закончил заклинание и теперь косился на свою сломанную палочку. — Что здесь творится-т, ась? — услышал Гарри знакомый низкий голос. — Эээ… ничего особенного, Хагрид! — обернулся Гарри. — Мы просто выяснили, что новый «Нимбус» на фоне старого действительно так себе. Пожалуй, я не буду менять свою метлу. Такое бывает и у магглов — старые модели оказываются иногда лучше новых, — пояснил он Флинту. — Отдай палочку, грязнокро… — Малфой не договорил: видимо, до него дошло, что палочка Гермионы по-прежнему смотрит ему в лицо, а его собственная находится в левой руке гриффиндорки. — А еще мы выяснили, — пояснил Гарри, — что в маггловских домах учат магии лучше, чем в этих… ну, мэнорах. Хотя вот вежливости в мэнорах учат неплохо. По крайней мере, то, что грубить, будучи обезоруженным, не стоит, мистер Малфой все-таки усвоил. Интересно, правда? Блетчли чуть приопустил палочку, всего на пару дюймов, и поднять ее обратно заняло бы ничтожную долю секунды, это было, скорее, сигналом. Гарри последовал его примеру и с удивлением обнаружил, что чуть приопустили палочки и загонщики Слизерина — Люциан Боул и Перегрин Деррик. Ну да, в команде ловец больше всего взаимодействует именно с загонщиками. — Когда об этом узнает мой отец… — прошипел Драко. — Он, наверное, скажет, чтобы ты не затевал ссор, в которых не сможешь победить? — прищурил глаз Гарри и пустил свою палочку веером, как неоднократно делал в прошлом году. — Мисс Грейнджер, как Вы думаете, не стоит ли вернуть палочку мистеру Малфою? Вдруг у него кончились галлеоны? — намекнул он на ту историю в Хогвартс-Экспрессе в конце прошлого учебного года, когда Драко и его вассалам пришлость выкупать у Гермионы, Рона и Невилла их собственные палочки. — В конце концов, волшебники не так богаты, как обычные люди! — Да я… Да мой отец… У него, между прочим, восемнадцать миллионов галлеонов, вот! — выпалил он. — Магглам такое и не снилось! — То есть, чуть меньше пятисот миллионов фунтов, — протараторила мисс Грейнджер. — Согласно «Форбс», состояние компьютерного гения Билла Гейтса, который в этом году стал самым богатым человеком мира, превысило шесть миллиардов долларов. По текущему курсу это будет… Мистер Поттер, — ее голос стал холоден, но, по крайней мере, она обратилась к нему, в первый раз после урока ЗОТИ, — Вы не одолжите мне свою тетрадку? Она протянула Гарри его зачарованную на крови сумку, которую он оставил на трибуне, он откинул клапан, достал ежедневник и протянул его Гермионе, хотя что-то внутри него взвыло, протестуя против этого. Гарри отметил, что Драко смотрит на ежедневник с недоумением и непонятным страхом — возможно, до этого он никогда не видел маггловских тетрадок? Девочка бросила трофейную палочку с трудом поймавшему ее Малфою, открыла ежедневник и, быстро написав несколько строк, огласила результат: — Это примерно сто тридцать пять миллионов галлеонов по среднеарифмантическому курсу! То есть твой папа в семь с половиной раз беднее. А всего в мире, не считая непубличных состояний, более семидесяти долларовых миллиардеров, то есть людей, чье состояние превышает двадцать один с половиной миллион в пересчете на волшебные деньги. Драко побледнел. Гарри увидел, что Флинт, чья одежда тоже не свидетельствовала о запредельном достатке, взглянул на своего нового ловца с торжествующей улыбкой. Видимо, «Серебряный Принц Слизерина» своим высокомерием достал даже своих. — Ты все врешь! — закричал Малфой. Он попытался было поднять палочку на Гермиону, однако, услышав решительное покашливание Хагрида, поигрывающего своим розовым зонтиком, опустил ее, развернулся и побежал к замку. — Мне кажется, джентльмены, или дальнейшее, — это слово Вуд выделил с особым цинизмом, — опробование нового ловца Слизерина несколько затруднено? Тем более что все и так ясно, не правда ли? Слизеринцы переглянулись, спрятали палочки (повод для ссоры уже улетучился, да и Хагрид бдил), закинули на плечо метлы и двинулись за убегающим к замку Драко. — Не хочешь попробовать его метлу? — кивнул Вуд, указывая на брошенный Драко «Нимбус-2001». — Во-первых, это было бы неумным, он же вопить начнет, а во-вторых, когда дело касается чего-то Малфоевского, меня просто тошнит, — ответил Гарри.***
Хагрид просидел с ними всю тренировку, пока Вуд не вымотал всю команду и не выдохся сам. Поскольку до обеда время еще оставалось, лесник пригласил всю команду, болельщиков, а также Колина с примкнувшей к нему Джинни Уизли к себе. Игроки отказались (кроме Гарри, разумеется), а остальные согласились: кто из-за симпатии к великану, а кто, как Колин и Джинни — из-за обыкновенного любопытства. Около хижины их встретил Клык, обслюнявивший всех без исключения, и здоровенный черный петух, вскочивший на жердь ограды и приветственно заголосивший. Шимус вывалил из своей пузатой сумки бутерброды. На каждого, включая Клыка, пришлось по одному. Заморить червячка этого хватило, а вот насытиться — нет, так что Хагрид крякнул и полез в сундук за сосисками. — Гарри, — шепотом сказал Колин Криви, — ты прости, пожалуйста, но… я тебя сфотографировал. Ну, когда вы с Малфоем за тем шариком гонялись. Я знал, что нельзя, но кадр слишком хороший был. — Ладно, — тяжело вздохнул ловец, — на квиддиче, наверное, все-таки можно. Не будешь же ты специально искать кадры, где меня нет. — Ага, — обрадовался маленький маньяк, — спасибо! Гарри посмотрел на него: тот улыбался и, видимо, размышлял о том, какие бы новые исключения выторговать. А вот сидящая с другого бока Гермиона хмурилась, поглядывала на итоги расчетов, которые выдал маггловский ежедневник. — Между прочим, — мисс Грейнджер говорила куда-то мимо Гарри, — с прошлого года ты не увеличил свое «это» ни на один процент. То есть ты, конечно, летаешь вверх и вниз намного быстрее обычного игрока, но относительно предыдущих замеров прогресса не заметно. — Ну да, — сказал Гарри, — я же не мог тренироваться у дяди с тетей. А в «Норе» мы не могли летать высоко, чтобы обычные люди не заметили. Только у земли. Так что «это» прокачать я никак не мог. — Все равно нужно заниматься, — поучающим тоном сказала Гермиона, на этот раз уже не мимо собеседника. Гарри пожал плечами и уткнулся носом в чайную кружку. Возможно, мисс Грейнджер сказала бы и что-то еще, но ее прервал настойчивый стук в окно. Все обернулись: в стекло колотила клювом белоснежная полярная сова. — Хагрид, я впущу Хедвиг? — спросил Гарри и, дождавшись утвердительного кивка, открыл дверь. Сова влетела в хижину, и все увидели, что она держит в лапах небольшую, галлона на полтора-два, канистру. — О, бензин! — обрадовался Дин. — Рон, теперь мы сможем выманить «Фордик» из леса! — Из какого такого леса-т? — удивился Хагрид. — Мало мне близнецов, так еще и вас там ловить?! — Не-не-не, мы только на опушке! — замотал головой мулат. — Понимаешь, какое дело… — и он рассказал леснику про приключения блудного автомобиля и про планы выманить его из леса, чтобы вернуть в семью. — Вон оно что, — удивился Хагрид, плюхая на стол здоровенный таз с жареными на стилетах сосисками, — то-то я думаю, чего это мотоцикл Си… короче, тот мотоцикл, что у меня в сараюшке стоит, такой ленивый стал. Никак его на воздух не вытащишь! А его, оказывается, просто тоже покормить надо. Кто бы мог подумать! Дин с лесничим ударились в обсуждение тонкостей составления мотосмесей, а Гарри с удивлением увидел, что Лонгботтом, не обращая внимания на сосиски, отодвигается подальше от стоящей на полу канистры. — Что случилось, Невилл? — спросил он, скармливая Хедвиг сосиску покрупнее. — Эээ… а что там, Гарри? — почему-то шепотом спросил Лонгботтом. — Ну, внутри? — Бензин. Топливо для машин, маггловское. — Оно опасное? — Если поджечь — да. Ну и пить нельзя. А так — даже руки мыть можно, если сильно испачкаешься. А что такого? — Ну… запах, понимаешь? Очень похоже на… — Невилл неуверенно поправил манжеты, Гарри заметил, что с самого начала года пухлик тщательно скрывает запястья. — На? — заинтересованно вклинился Шимус. — Ну… Есть такое растение — бубонтюбер. Так вот, оно гной производит. Он, гной этот, почти так же пахнет. Но он очень ядовитый, знаешь? — Ядовитый? — подпрыгнул на табуретке рыжий пироман. — И так же пахнет? Тогда… тогда это даже не бензин. Это или бензол волшебный, или даже вообще толуол! Да ты представляешь… И эти двое тоже выпали из реальности. — Гермиона, — шепнул Гарри, когда Джинни с Колином накинулись на еду, — ты… извини, пожалуйста, за эту историю. Я действительно боялся, что они тебя… — Ничего страшного, Гарри, — холодно ответила мисс Грейнджер, — я понимаю, что ты действовал из лучших побуждений. Но урок профессора Локхарта срывать все равно не следовало. Гарри не знал, что сказать. Ну, то есть, он чувствовал себя виноватым, но совсем не в том, что, как было очевидно, все еще ставила ему в вину Гермиона. — По-моему, он сам его сорвал, — буркнул он. — Когда выпустил пикси и не смог сам с ними справиться. — Справиться должны были мы! — припечатала мисс Грейнджер. — А профессор… — Он такой же профессор, как я пикси, так-то! — встрял Хагрид, оторвавшись от обсуждения с Дином Томасом достоинств мотомасла «БиПи Мото Премиум» и его преимуществ перед «Шелл Спид Рейсинг». — Приперся утром и ну учить меня, как колодец от водорослей чистить. А то я без него не знаю. Болтал о баньши, — тут Шимус немного побледнел и оторвался от Невилла, которого уже почти загнал в угол. — Будто он его… э-э… откуда-то выгнал. Все небось врал, готов съесть чайник, да! — И вовсе он не врал! — пискнула Джинни, а Гермиона задрала носик еще выше к потолку. — Мама говорит, он очень квалифицированный волшебник и знает все о домашних вредителях! — Вот только его заклинания не работают, — съязвил Рон, — что «дегноминатус», что «перепикси» эти самые. — Не «Дегноминатус», а «Дегноминатум»! — вспыхнула Гермиона. — Сначала научись правильно выговаривать, а уже потом критикуй профессоров, Рон Уизли! Пойдем, Джинни? — обратилась она к рыженькой. — Мальчишки все равно ничего не понимают! Джинни кивнула, и Гермиона демонстративно начала собираться. — Э… Гермиона, — остановил ее Гарри, — ты не могла бы оставить мне ежедневник? Мне тут кое-что тоже посчитать надо, — объяснил он. Не то чтобы ему действительно предстояло много расчетов, но оставлять тетрадку у мисс Грейнджер не хотелось. В конце концов, заучка могла бы посчитать и сама. Мисс Грейнджер с сожалением опустила ежедневник на стол, развернулась и вышла. Джинни двинулась за ней, бросив уже от двери взгляд на оставленную на столе книжицу. — И чего это с ними? — ошарашенно почесал затылок Хагрид. — Вот и Помона тоже…***
Демонстративный уход девчонок все-таки испортил посиделки, хотя они и пытались общаться, словно ничего не случилось. Однако запала хватило минут на пятнадцать, не больше. Хагрид заказал Гарри еще канистру бензина и банку масла для своего загадочного мотоцикла, Шимус заявил, что попросит отца прислать немного толуола, а Невилл сказал, что бабушка вполне может поделиться гноем бубонтюбера для их с ирландцем экспериментов. Так что, доев сосиски, они вышли из хижины. Невилл, Дин и Шимус двинулись к теплицам по своим пиромански-ботаническим делам (Дин тащил принесенную Хедвиг канистру), Криви умчался проявлять снимки, а Гарри с Роном направились в замок. — Поттер, — услышал он негромкий голос, когда они свернули в сторону гриффиндорской башни. Гарри обернулся, обнажая палочку: в дальнем конце коридора он увидел бывшего ловца Слизерина Хиггса и вратаря Блетчли. — Это было очень по-слизерински, Поттер, — усмехнулся Хиггс, подходя на дистанцию в пять-шесть шагов; палочки в его руках не было. — Я старался, — прищурился Гарри, — и вроде бы у меня получилось, нет? — Получилось, — ответил Хиггс, — мистер Малфой очень расстроен. И, пожалуй, в этом году он вряд ли войдет в команду. — Ну хоть метлы-то у вас не отобрали? А то должны же у вас быть хоть какие-то преимущества? — поддел слизеринцев Поттер. — Это был бы слишком мелочный поступок со стороны Лорда Малфоя, — ответил Блетчли, — так что ты своими руками — или своим языком — увеличил наши шансы в следующем матче. Хорошие метлы и хороший ловец — это лучше, чем хорошие метлы и плохой ловец. Рон засопел. — Боюсь, этого будет недостаточно, — ответил Гарри, — ну и должен же быть в игре хоть какой-то интерес? — Не спорю, Поттер, — улыбнулся Хиггс, — и знаешь что… Мистер Малфой — именно мистер, если ты понимаешь разницу между мистером и Лордом, — не выглядит особо счастливым. И он… довольно много распространялся о… некоторых вероятных событиях в будущем. Ты бы приглядел за своей… магглорожденной, а? — Мы приглядим, — сердито ответил ему Рон, — а вам-то что за дело? — Да так, — пожал плечами Хиггс, — долги, знаешь ли, лучше платить. Не так ли, Уизли? — Спасибо, Хиггс, — прервал готовую начаться перепалку, а то и драку, Гарри. Он сделал пару шагов вперед, Хиггс тоже шагнул ему навстречу, и они пожали друг другу руки. — Гарри! — послышался голос из другого конца коридора; это была тройка пироботаников. — Все в порядке? — В полном. Всего доброго, джентльмены, — обратился он к слизеринцам. Те коротко кивнули и ушли. — Стоило ручкаться с этим слизняком, — возмущался Рон, когда они, уже вместе с Невиллом, Дином и Шимусом, шагали по коридору. — Стоило, — задумчиво ответил Гарри, — не говоря уже об этом предупреждении… Раздоры в команде противника — всегда хорошо. — Ты сейчас сам говоришь как слизеринец! — буркнул Рон. — Вот это было обидно, — усмехнулся Гарри. — Я имею в виду сравнение с этими лопухами, у которых больше понтов, чем хитрости. Смотри, Рон, ты хоть раз замечал за Малфоем способность привести вас с Невиллом на разговор, всего лишь оставив на собственной кровати собственную мантию? Дин и Шимус навострили уши, хотя и не поняли ничего. Точнее, навострили именно потому, что ничего не поняли. А вот Невилл понял и кивнул. — И что в этом хорошего? — То, что мы тогда победили, — пожал плечами Гарри. — А вообще… Быть смелым и хитрым — лучше, чем смелым и чересчур прямолинейным. К тому же… — К тому же? — хором спросили Дин и Шимус. — Когда я пришел сюда, ну, в Хогвартс, — задумчиво сказал Гарри, — я уже знал, что Слизерин — это уже давно не факультет, а что-то вроде лагеря скаутов для злых волшебников. Тех, которые пытались меня убить. И я очень боялся, что не смогу состязаться с ними в хитрости. Но… я увидел не факультет хитрецов, а что-то вроде вывернутого наизнанку Гриффиндора. Вместо храбрости — трусость, как на дуэли у Малфоя. Вместо благородства — подлость, как с напоминалкой Невилла. И ничего больше. Ни хитрости, ни даже сколько-нибудь серьезного коварства. Хитрый Крэбб и коварный Гойл, х-ха! — А ты, значит, слизень, но правильный? — спросил Рон. — Ис-с-стинный С-с-слизерин, — дурачась, прошипел Гарри. — Да ну тебя! — отмахнулся Рон от странных идей приятеля. — То тебя Гермиона покусает, то этот Хиггс… — …То Финч-Флетчли, — отшутился Гарри, — без хаффов комплект будет неполным, даже если Гермиону считать за Рэйвенкло! Кстати, Рон, а что это за «Слагулус» такой был? Который ты на Малфоя наколдовать хотел, прежде чем его Гермиона обезоружила? — «Слагулус Эрукто», — ответил Рон, — очень неприятное заклинание. Попадешь под него — и будешь весь день слизнями блевать. Я тебе потом покажу. — Ужас какой! — совершенно искренне поежился Гарри. — Конечно, покажи, очень полезная штуковина!
