Забытый мир

Не стоит рассказывать, что с нами приключилось пока мы шли. Потому что с нами ничего не приключилось. Мы не встретили никого и ничего. Все что нас сопровождало так это гулкий ветер, снег и немного деревьев. Когда мы добрались до заветной цели, был уже вечер, темный вечер. На Камчатке в это время темнеет раньше. И ночи здесь темные, беспросветные, ничего не видно. Но пока было не настолько темно, был не такой мрак как ночью. Еще издалека, когда солнце еще садилось, мы увидели расщелину в скале, трещину. Она не была большой, скорее длинной, но не сильно. И то большая ее часть была просто разломом, лишь середине трещины, словно разрыв от снаряда, виднелась темная дыра, словно ведущая в космос. Там было так темно, что она уже издалека она веяла чем-то таинственным и страшным. Когда мы подошли совсем близко мы увидели, что в эту дыру впадает маленькая, хиленькая речушка, которая отдавала каким-то бело-голубым оттенком. Точнее вся вода была голубо-синего цвета, а на кое каких местах виднелись какие то белые линии. Текла эта река по дорожке, словно кто-то специально ее выкопал. Камни, валуны и маленькие, словно расступались перед рекой, давая ей пройти. Зрелище было загадочным, завораживающим, на это можно было смотреть бесконечно, оно даже гипнотизировала, заставляя уйти в себя, очаровывая своей красотой и нереальностью происходящего. Наглядевшись, мы пошли вдоль нее, мы пошли в неизвестность. С каждым шагом, заходя все дальше и дальше последние лучи света уже не могли сопровождать нас и оставались у самого входа. Вскоре нам пришлось включить свои фонари. У каждого он был ручной, привинченный к автомату, или к чему еще, и только у командира была старая керосиновая лампа с ручкой. Такие, по моему еще в далеком прошлом и использовали, в деревнях. Но в отличие от обычного тут не было свечки а была лампочка, очень мощная лампочка, так что наши фонарики меркли перед этим фонарем. Мы начали исследовать пещеру взглядами. Да, она была очень необычной! Может это потому что я раньше никогда не бывал в пещерах, но мне кажется что эта пещера все равно отличается от всех остальных. Первое на что я обратил внимание – здесь нет привычных нам, по фотографиям, сталактитов и сталагмитов. Пещера состояла из разваленных камней, свисающих со сторон. Да, они свисали, откуда угодно, но не с потолка. Потолок был гладкий, почти, изредка усеянный трещинами, но покрытый мощной коркой льда напоминающий волны. Камни что свисали со стен, напоминали перья или чьи то ребра, но плоские и широкие. Здесь было гораздо теплее, чем снаружи. Мы шли по одной стороне реки, которая немного расширилась, потеряв за счет этого немного своей глубины. Миф о том что вода здесь светится, был полностью опровергнут мною. Потому что она не подавала даже намека на свечение. Просто очередная сказка. Было тихо, очень тихо, слышно было только тихое, мирное журчание воды и наши твердые шаги, которые казалось, разносятся на многие метры вперед. Прислушиваясь можно было услышать, как дышат остальные и стук собственного сердца, которое колотилось как бешеное от столь спокойной обстановки. Мы просто шли вперед, не обращая ни на что внимания и не останавливаясь. Правда, Денис принялся разглядывать, что то между камней, но его быстро одернули что, мол, нельзя останавливаться. От нечего делать я решил проверить реку, на наличие какой ни, будь рыбешки. Представьте себе, она там была! Но, мелкая, максимум сантиметр. Но как присуще всем таким маленьким рыбкам - держаться стаей, но они этого не делали. Каждая, по всей видимости была сама себя, и это было странно. На этот раз одернули уже меня, что бы я не отставал. Я молча кивнул и прибавил темп ходьбы. Мы чувствовали себя настоящими первопроходцами. Путешественниками, искателями приключений. Во мне пробудилось, какое то чувство что-то искать, исследовать. И вообще вся эта обстановка вокруг необычно действовала, поскольку сама была очень необычной. Мы шли в таком настроении очень долго пока не услышали, какое то шелестение вдалеке. Да-да, именно шелестение, словно листья тёрлись друг об друга. Мы все разом, без команды, остановились ка как вкопанные. Мы стали прислушиваться, что будет дальше. Но ничего нового не было. Мы все направили оружие вперед в ожидании, что будет дальше. Но ничего не происходило. Вскоре шум прекратился, словно кто-то устал шелестеть и уснул. Не зная, что делать в такой ситуации мы просто продолжили путь, теперь со страхом в сердце. - А точно никакого другого пути нет? Может, вернемся пока не поздно? – спросил я как можно спокойнее, что бы меня не посчитали трусом. Но, по всей видимости, все разделяли мое чувство, поэтому никто не засмеялся. - Нет – с волнением, но уверенностью ответил командир – это-кратчайший путь. По верху мы будем добираться не меньше трех дней. А тут, если поторопимся, уложимся в пять часов. Больше мы не разговаривали, только вслушиваясь в тишину. Но ничего не было слышно. Меня понемногу начало отпускать. Наверно это были, какие ни будь обычные шумы, что встречаются в каждой пещере, а мы по неопытности сочли это за угрозу. Успокаивая себя такими мыслями, страх начинал отходить. Но тревога осталась. Я все продолжал вслушиваться в тёмную пустоту, что расстилалась перед нами, отступая от света. Так мы шли еще долго, почти полностью позабыв о том шуме, приписав его чему ни будь, безопасному. Но как только мы отошли тревожности как он тут как тут! Снова этот издевательский шум. Но на этот раз это был не только шум листвы, но это напоминало и шипение. Это было очень странно. Ни на одну тварь что я помнил это не было похоже. У каждого существа свой неповторимый звук. Но этот не схож ни с чем. Либо мы наткнулись, на какую-то новую тварь, либо мы начинаем сходить с ума. Но как говорится « с ума поодиночке сходят » поэтому мысль о галлюцинации отбрасывалась. С каждой секундой звук нарастал, и было сложнее определить, откуда он исходит. Вскоре он заполнил все так, что он был повсюду. Казалось даже что он сзади, но я отчётливо помнил, что изначально он исходил из мрака, что был спереди. Мы молча, очень быстро двигали, своими фонариками скользя светом по стенам. Но ничего не находили, ровным счетом ничего. Неожиданно, резко из темноты выскочило точно змея, молния, что то длинное и толстое. Оно двигалось настолько быстро, что было слышно как оно, со свистом, разрезает воздух. Промелькнув почти над нами, оно скрылось в темноте. Это была точно не змея. Змеи так не поступают. Они сначала кусают добычу, а потом уже проглатывают. И к тому же змеи не могу так извиваться над головой, втягиваясь и растягиваясь. После того как это нечто скрылось, и звук разрезанного воздуха исчез, мы услышали гулкое рычание откуда то из расщелины сверху. Мы все подняли головы, но ничего не увидели. Вдруг что-то головоногое переместилось из одного угла в другой на мгновение, попав на свет. Мы все проследили фонариками за направлением движение и вскоре увидели это Нечто. Когда свет наших фонарей сомкнулся в одной точке, мы увидели следующую картину. С потолка на нас смотрело то что, точно можно назвать ошибкой природы, потому что другого объяснения, как и откуда это у меня не было. Это было головоногое, жуткое существо, постоянно истекающее какой то прозрачной жидкостью. Все это существо состояло из одной шеи, из которой произрастала голова. В прямом смысле из одной шеи, поскольку на туловище это не было похоже ни под каким углом. Оно все было кое-как покрыто полупрозрачной кожей, кое, где из-за нее виднелись мышцы. А в самом низу шеи, точнее там, где она свисала вниз, висели не то ли кишки, не то ли какие другие органы, но они не болтались а были крепко покреплены к шее. От самой шеи тянулись самые разные конечности. В прямом смысле разные! Это были и щупальца осьминога и клешни краба, и ноги креветки, и все они были разного размера. Их было не сосчитать, и они постоянно шевелились. Те, что были по меньше постоянно, хаотично и резво двигались. Те, что были по больше двигались, казалось неуклюже и лениво. Ртов у этого Нечто было несколько, я успел насчитать три. Самый большой и по сути самый главный был там, где мы и привыкли видеть рты и пасти. Второй располагался чуть выше первого, на том месте, где должен быть глаз. Да существо было одноглазым и притом, кажется, видело плохо. Я так решил, потому что веко было полупрозрачным. Третий рот был там, где голова соединялась с шеей. Он просто двигался и не рычал. Само по себе существо напоминало, какой то биологический конструктор, нелепо слепленный из морских обитателей. Так же у существа были довольно глубокие язвы. Самые глубокие были на лбу существа, точнее на ее правой стороне. Пока я рассматривал столь чудесного хозяина пещеры, командир закричал открывать огонь. Я очнулся как раз после этих выстрелов и принялся тоже стрелять по существу. Вопреки моим ожиданиям оно взвыло от боли и скрылось где то во мраке, я даже не успел заметить, куда оно уползло. Да оно именно ползало, а не ходило. А чего я ожидал? Я думал, что это существо природа не обделила нервной системой, но я кажется, ошибался. Когда оно скрылось, мы постепенно прекратили стрелять. Страх принял свою наивысшую форму на границе с паникой. Нам хотелось убежать, скрыться, найти свет. Но мы прекрасно понимали, что разделяться нельзя. По - одиночке оно нас поубивает. Поэтому сжавшись в плотный комок, как римляне черепахой, мы шли, вглядываясь и вслушиваясь во что только можно. Жадно заглатывая взглядом потолок, стены, пол мы искали его и нам не терпелось расправиться с ним. От этого зависела наша безопасность. Когда слышался, какой то шорох мы все резко поворачивались туда, а кто то даже стрелял. Мы просто шли дальше, пропитываясь тихим страхом этого подземного мира, у которого, оказывается, есть хозяин. И он нам явно не рад. Наконец подземный повелитель соизволил снова показаться, но на этот раз он медлить не стал. Он взревел аки сумасшедший и начал надвигаться на нас сверху. Мы стреляли по нему, но не могли понять попали мы или нет, и вообще причинили ли мы ему хоть немного ущерба? Неожиданно существо набрало темп стремительности и резко перешло в атаку. Одним взмахом своего щупальца оно положило двух солдат на землю, да так что они кубарем прокатились еще метра три. Следующий удар предназначался мне, но по счастливому стечению обстоятельств существо промедлило, и я успел увернуться. Причиной медленного удара этого Чуда было то, что Дед на месте не стоял. Когда он увидел существо он заранее отошел назад, и начал разряжать в него всю обойму, но точно, как этого позволяло ружье, начал стрелять в существо. Стрелял он не просто хаотично, а выжидая подходящего момента. Благодаря ему я сейчас был на ногах, и поклялся что и я однажды его спасу. Дальше была очень долгая битва, хоть и суровая, быстрая, не прощающая ошибок, но без потерь. Я не мог увидеть все, что происходило вокруг меня, но и то, что я успевал увидеть, было достаточно, что бы передать всю атмосферу боя. В воздухе постоянно летали щупальца Существа, норовя ударить любого из нас, со свистом разрезая воздух. Я видел, как одно из щупалец попыталось, словно удав, сдавить шею командира, но он не сдался, а вынул нож и вонзил в открытую рану чудовищу. Оно зарычало и ослабило хватку. Он продолжал нещадно бить по ране, из нее уже начало, что то течь, но существо не сдавалось. Терпело жгучую боль. Оно могло бы и поднять его вверх и швырнуть об стену, но ему мешали два солдата, что стояли позади него. Увидев, как оно обхватывает командира, они начали, стрелять по его лицу, поэтому внимание и Оно переключилось на них. Остальные делали почти одно и то же. Кто-то пытался подобраться по ближе, что бы вынюхать слабые места, ну а кто-то просто стрелял по Чудищу, надеясь, что в конечном итоге ему либо надоест, либо мы его пристрелим. На фоне стрелков больше всех выделялся дед. Он стоял не то чтобы близко, но и не далеко. Такую позицию как он не занял никто, и он аки снайпер стрелял одиночными выстрелами, целясь в глаз Существа. У меня же была несколько иная тактика. Я хотел кинуть гранату, попасть в рот существа, ну или чтоб оно ее проглотило и изнутри взорвалось. План был красивым. Но только в теории, поскольку я не представлял, как заставить, Это проглотить гранату. Надеется на то, что она умственно отсталая и сама ее проглотит, то же не приходилось, поэтому от такой «гениальной» мысли я отказался. Но вскоре у меня появился новый план. Я упал на камень и начал целится. Целился я в его единственное, как мне показалось слабое место - в глаз. Может, я его и не убью, но испугается оно точно. Нужно было, что бы оно замерло хотя бы на секунду, иначе я точно промахнусь. Я вытащил свой нож и метким броском всадил в морду. Этого. Повернувшись в сторону, откуда прилетел нож, оно увидело меня, и я не стал медлить. Нажав на курок, я выпустил очередь выстрелов, и я попал. Было видно, как на месте глаза осталась одна дырка. Оно взревело, казалось, что потолок сейчас обвалится, и с ужасными воплями оно скрылось, где то во тьме. Звуки выстрелов прекратились, и мы начали осматриваться. Кого потеряли, кто остался. В этой тишине оставалась летать тревога, но она постепенно уходила. Мы были в некой контузии, поэтому сразу не сообразили, что Оно ушло. Приходя в себя, я слышал только шум в ушах. Постепенно появлялись и другие шумы. Голоса товарищей, командира. Все они тихо кричали или просто выли, смеялись от большого потрясения. Только Дед оставался спокоен, хотя его лицо выглядело так, будто он ожидал чего то еще. Мы все были, в какой-то незаурядной панике, выражающейся не через крики, а через стоны, упрямы стоны и душевной тишине внутри головы. Мы еще минуты три пытались собраться с мыслями, а затем направить их в нужное мышление для осознания всего что произошло. Это было сложно, но я справлялся, собирая по кусочкам мысли и заставляя их думать. Наконец я окончательно пришел в себя. Это было прекрасное чувство, когда мысли вновь наполняют тебя и ты чувствуешь что продолжаешь жить. Поднявшись на ноги, по всему телу прошел приятный поток энергии, что и придало мне дальнейших сил мыслить разумно. Я хотел закричать, но мне не позволяли мои собственные мысли, и то, что у меня не было сил это сделать. Я хотел, но не мог. Когда мне полегчало, я смог полностью осмыслить все, что происходило сейчас вокруг меня. Я начал помогать встать тем, кто упал или был без сил, Утешая каждого, я чувствовал, что вливаюсь в команду. Только теперь я почувствовал, что все, что я делаю и делал не напрасно. Я, наконец, почувствовал, что такое командная работа. Что такое команда. Эти мысли вливали в меня сил, хоть я и без того был уставшим и голодным. Мне было приятно осознавать, что моим товарищам становится легче, как они постепенно встают на ноги, приходя в себя. Когда все пришли в себя, мы собрались в общий круг и начали обсуждать, что нам делать дальше. Разговоры были долгими, прямолинейными и мы без особых противоречий сошлись на том, что нам нужно продолжать путь. - Это существо – говорил командир – быстро и проворно как черт! Нам нужно усилить наше внимание. А пока я объявляю привал, но в полной темноте, разведем только костер, еда у меня с собой. Мы селим в общий круг и принялись разводить костер. Достав большой кусок китового жира, я отделил от него махонькую часть и поджег ее. Горела она славно и нам хватит этого надолго. Командир достал из рюкзака курицу и принялся жарить ее, изредка обжигая свои руки. Когда курица была готова, мы разделили ее на равные, маленькие куски, и принялись есть. Одного такого куска было мало, но и он казался наисытейшим ужином. Он был вкусный, мягкий. Из него текла, какая то горячая жидкость, но сам он был просто теплым. Он легко вошел в рот, и я начал долго и наслаждением жевать его, растягивая момент, когда проглочу. Ну а наслаждение того что как горячий сок тек во рту, по языку и щекам просто не передать словами. Когда я его проглотил, я почувствовал, как мой рот резко опустел, и как мясо отправилось покорять мой желудок. Как приятное тепло расплывалось, где то внутри меня, таким образом, модно было понять, где сейчас находится кусок. И наконец, он упал в желудок, уже довольно остывший, но все равно теплый, он наполнил мой желудок и я чувствовал, как голод постепенно отступает и на его место приходит сытость и довольство жизнью и как не странно сложившаяся ситуация. Я чувствовал себя котом, который очень вкусно поел и укутался в своей шерсти. От таких мыслей меня заклинило в сон, но я одёрнул себя. Чувство удовлетворения постепенно уходило и сменилось спокойствием и спокойному мышлению. Перекусив в таких спартанских условиях, мы дождались, пока съежится последний язык пламени, и продолжим путь. Попрощавшись со столь теплым воспоминанием о «живом свете» мы принялись вставать. Вставать было не очень приятно, после уютной посиделки, чувствуя на себе всю тяжесть своих тел. Встав, я принялся разминаться. Это не означает, что я принялся прыгать и махать руками, я просто еле заметно потянулся и напряг мышцы, расслабляя их, где только мог. Когда моя мини зарядка была окончена, я взял в руки свой автомат, включил фонарик и пошел вместе со всеми. За остальные три часа не произошло ничего из разряда вон выходящего, кроме того что мы встретили светящиеся не то ли грибы, не то ли плесень, а еще чуть было не пошли не в ту сторону. Расскажу, как это было. Мы просто шли вперед, как вдруг заметили, что пещера начала раздваиваться, и понятное дело нужно было решить, куда нам идти. Мы начали спорить. Один говорил, что точно помнит в какую сторону мы шли и отслеживал путь с самого начала, поэтому знал, куда нам идти. Другие просто говорили, что нам нужно разделиться, так точно одна их групп дойдет до места. Но наши споры прервал командир. - Всем молчать, говорю я! Я утверждаю, что нам ни в коем случае нельзя разделяться, поскольку врагам, в каком бы обличие они не были это и надо, с отдельными группами справится гораздо проще, чем с организованным отрядом. Но я предлагаю следующее, поскольку у нас всех своя, правда и план каждого по-своему хорош, я предлагаю следующее. Мы объединим наши мысли и сделаем вот что, мы выстроимся длинной цепочкой, не держась за руки, расстояние между нами две-три метра, таким образом, обозревая большую часть пещеры. А я пока определю пещеру с наибольшей вероятностью правильную. Сказав так, он принялся разглядывать карту, которая мистическим образом оказалась у него в руках. А мы пока выстроились согласно его указаниям. Длина нашей цепочки получилась метров тридцать, если не больше. Так угодили всем, и тем кто говорил что нужно разделится, тем кто якобы знал куда нужно идти. - « В единстве, наша сила» - неожиданно пришла мне в голову блестящая мысль. К счастью пещера, которую мы выбрали, была правильной и в один момент мы увидели свет. Первым его увидел Денис, который шел впереди всех. Затем и мы начали видеть проблески долгожданного света. Мне сразу полегчало, ибо мы пришли хотя бы к свету, что уже неплохо. Теперь нужно было удостовериться, что мы пришли куда надо. Когда мы вышли из пещеры первое что мы увидели – вулкан. Большой и курящийся, точь в точь как я видел на фотографиях. Было немного страшно, хоть и было утро, но все равно было довольно темно. - Нам нужно идти обратно – неожиданно заявил командир - Но мы же только пришли! – удивленно заявил Денис - Мы забыли самое важное. - И что же? - Мы забыли выспаться, а сон – он поднял палец вверх, словно грозя нам – важная часть человеческой жизни. Если мы не выспались, значит, мы не сможем выполнить задание, а значит – его голос стал еще тверже – мы подведем людей. Возвращаемся – решительно сказал он, так что вся его хриплость почти пропала – мы идем спать! Спорить с ним никто, не стал, хотя мы все чувствовали себя довольно бодро. Возвращавшись назад мы устроились в самом как нам показалось теплом месте, под «крылом» у какого то камня. Мы стали укладываться, у кого что было. Кто-то укутался в куртку, которая, судя по ней, и раньше служила одеялом. Кто принялся спать просто так, уткнувшись носом в куртки. А я просто сел и принялся дремать.