Deep Freeze

К тому времени, когда Локи прибыл в Обсерваторию, Фригга уже ушла. Единственным присутствующим была Привратница. Она говорила с Локи, оказывая должное уважение к своему принцу, хотя должна была знать, что он в опале. — Её Величество приказала мне передать вам, чтобы вы находились в своих покоях, до тех пор, пока она вас не позовёт. Локи кивнул и направился к двери. Когда он проходил мимо Привратницы, её голос остановил его: — Ваше Высочество, конечно, вам не следовало бросать вызов нашей королеве. Но я должна сказать, это было ужасно храбро с вашей стороны. Поражённый, он только тихо пробормотал в ответ "спасибо". Коридоры были пусты, если не считать охранников. Локи направился прямо в свои покои. Оказавшись внутри, он сразу направился к своему столу. Используя кристалл связи, он написал своей матери письмо, в котором попросил прощения за своё непослушание. Он не сказал, что сожалеет, потому что это не так. К тому же, она и сама это знала, так что, он просто попросил у неё прощения. Он ничего не стал объяснять — она знала его причины. Вдобавок Локи не хотел, чтобы это прозвучало так, словно он оправдывается. Он сделал единственное, что ему оставалось. Отправив письмо, он оглядел комнату. На бюро лежала стопка книг и кристаллов с данными о Нифльхейме, а на столе стоял свежий кувшин с медовухой, буханка его любимого мягкого коричневого хлеба и миска с фруктами. Одним из фруктов было жёлтое яблоко. Он улыбнулся, увидев его, мрачно забавляясь. Затем он взял верхнюю книгу из стопки и устроился с ней в своём любимом кресле у окна. Он уже скучал по своим друзьям — людям. Но радовался при мысли о том, что смог им дать. Он заставил себя сосредоточиться на книге. Локи надеялся получить весточку от матери, но, очевидно, она всё ещё злилась. Через несколько часов Йорунна, посла в Нифльхейме, впустили к нему. Локи пригласил его присесть и угоститься вином. — Значит, ты проведёшь со мной в Нифльхейме несколько лет, — весело сказал мужчина. Он был средних лет, добрый и компетентный. — Да. Глаза Йорунн сверкнули. — Не грусти, это ненадолго. — Действительно. — Итак, давайте обсудим ваши обязанности, — Йорунн уважительно обратился к Локи, несмотря на то, что временно был его руководителем. Опозоренный принц всё равно оставался принцем. Локи пытался спокойно встретить предстоящие десятилетия скуки. Он пережил гораздо худшее за гораздо меньшее. Прямо перед уходом Йорунн одарил его снисходительным взглядом. — Конечно, тебе не следовало проявлять непослушание, но давай будем честными, королева не должна удивляться. Ты молод и влюблён. Что бы ещё ты сделал? — Ничего другого. Вечером Локи был удивлен, что ему не подали ужин на одну персону. Вместо этого принесли несколько больших блюд, и с ними вошли Сиф, Фандрал и Вольштагг. Удивлённый Локи поднялся и поприветствовал их. — Без сомнения, вы знаете, что я в немилости. Я не уверен, что мне разрешены посетители. Сиф пожала плечами. — Охранникам у двери не приказывали прогонять нас. — Она села, не дожидаясь разрешения, чтобы прояснить свои намерения и жестом приказала слугам расставить еду на столе. Локи решил, что отсутствие приказов было намеренным упущением. Кроме того, упрямство Сиф соперничало с его собственным. — Тогда присоединяйтесь ко мне, все вы. Вольстагг сразу же сел. Слуги поставили подносы и ушли. Фандрал подошёл ближе к Локи. Несколько секунд он пытался быть кокетливым, но, очевидно, вспомнил, что возлюбленные Локи больше не были смертными, и выражение его лица стало по большей части дружеским. — Ты пошёл и обрёк себя на Нифльхейм ради своих братьев-людей и своих человеческих возлюбленных, — заметил он. — Я должен был так поступить. — Ты всегда был так предан своим братьям по оружию. Локи удивлённо посмотрел на Фандрала, а затем понял. Теперь, когда Фандрал знал, что у него мало шансов сохранить расположение короля с помощью постели Локи, поскольку его любовники будут жить тысячелетиями, он надеялся сохранить хоть какие-то отношения с Локи как с братом по оружию. Он напомнил Локи, что они сражались вместе в прошлом. Сиф посмотрела на него. — Локи, ты верен своим братьям по оружию. Ты всегда был верен нам — мне, Тору и Троице. Я никогда не понимала, насколько это важно, пока ты не проявил достаточно верности, чтобы попросить королеву пощадить нас, несмотря на нашу измену. — Кто-нибудь из вас недавно разговаривал с моей матерью? — спросил Локи, заняв своё привычное место и позволив Фандралу налить ему медовухи. — Она сказала мне, что увидится с тобой перед тем, как ты отправишься в Нифльхейм. — ответила Сиф. Его мать была в ярости на него. Локи помрачнел. Вольстагг одарил его добродушным взглядом. — Не волнуйся. Она придёт в себя. Она твоя мать. Локи вместо ответа сосредоточился на сервировке своей тарелки — курица с фруктами заллин, его любимое блюдо, — но не потрудился придать своему лицу заученное выражение. Вольстагг никогда не отличался особой наблюдательностью, но даже он мог прочесть выражение лица Локи. — Один не был тебе отцом. Раньше я говорил ему, что он должен больше тебя хвалить. Но Фригга в такой же степени твоя мать, как если бы она тебя родила. — Так и есть, — тихо сказал Локи. Его смутно утешало, что Вольстагг предпринял некоторые попытки заступиться за него, какими бы бесполезными они ни были. Сиф внимательно посмотрела на Локи. — Локи, ты знаешь, что я высоко ценю нашу королеву. Но она не воин. Она не может знать, какая связь возникает между братьями по оружию. Несмотря на удовлетворение от такого запоздалого отношения со стороны близких друзей его брата, Локи не мог оставить это без внимания. — Я должен с этим поспорить. Например, связь между колдунами, которые вместе учились и творили магию друг с другом, также очень сильна. Сиф обдумывала это, пока накладывала еду себе на тарелку. — Возможно и так, — сказала она через некоторое время с сомнением в голосе. Фэндрал поднял свой кубок. — Друзья, я бы умер, чтобы спасти любого из вас. Но, я не уверен, что смог бы отправиться в Нифльхейм ради вас. Остальные тоже засмеялись и подняли свои кубки. Локи принял предложенное товарищество.