Чужими глазами

      Шумная вечеринка подошла к концу. Кто-то уже ушел домой, кто-то, расположившись в разных уголках квартиры, решил остаться здесь. Минки тоже не хотел идти домой, он был весьма озадачен. Не зная, чем себя занять, он начал подбирать мусор, раскладывать по местам вещи. Взяв парочку грязных стаканов и тарелок, он пошел на кухню. — Привет. — На столе, качая ножками, словно ребенок, сидел Ёсан. Он поприветствовал так ненавязчиво, но в то же время в комнате нарастало давление. В его глазах читалось одно: он не понимал, почему Минки ушел так быстро, почему он так долго думал и зависал, прежде чем сделать это. Но ему так хотелось понять.       И Минки очень хотел понять, что стоит, а чего не стоит ему сейчас говорить. Поставив посуду в раковину, он запрыгнул на стол рядом с Ёсаном. Он молча кивнул и, подстроившись под ритм второго, тоже начал качать ногами. — Ты правда этого хотел? — Услышал вдруг Сон. Ему сразу показалось, что розововолосый вытащил этот вопрос из его же головы, ведь после неловкого знакомства это было единственным, о чем он думал. — В каком смысле? — Осторожно поинтересовался Минки, все еще смотря на свои и чужие ноги. — Ты хотел познакомиться или это было какой-то глупой шуткой? — В его голосе читалась обида. Минки посмотрел в глаза напротив. — Нет, это не было шуткой, просто… мне вдруг стало не по себе. Прости меня за это. — Он снова опустил голову. Было непривычно видеть его таким, даже Ёсану неловко стало. — И вообще, насколько конченным должен быть человек, чтобы так вот шутить? С какой просто целью? Я правда хотел с тобой познакомиться. — Оу, спасибо. — Минки вдруг заметил, как на бледных щечках появляется розоватый румянец. И этот румянец так отлично вписывался в его образ «пушистого розового облачка».       Снова тишина. Но уже менее неудобная. Ёсан улыбался куда-то в пол, пока Минки наблюдал за ним исподтишка, словно за играющим котенком. Он боялся его спугнуть. Боялся сказать что-то не то. В глазах все всплывали чужие воспоминания, чужая кровь и испуганный крик, пробивающийся сквозь темную пелену. Еще никогда он не встречал таких людей. Конечно, всякое происходило, пока он видел все по-другому, не своими глазами. Но никогда он не испытывал одновременно и симпатию, и боль, и страх. Страх за того, кого он, по сути, совсем не знал. — Ты просто сегодня самым адекватным тут был. — Пробурчал Минки. Он спрыгнул со стола и открыл холодильник друга в надежде опустошить его. Но он уже был пустым. Поэтому попытка предложить что-то собеседнику провалилась. Тогда в его голове возникла мысль пригласить… позвать Ёсана выпить кофе. — Здесь через дорогу Старбакс, не хочешь выпить кофе с маффинами? — В пять утра? — В пять утра. — Пойдем. — Кан усмехнулся, а затем его губы растянулись в тонкой улыбке, которая больше не казалась натянутой. Минки был рад, что хотя бы на некоторое время он смог вызвать у него хоть какие-то положительные эмоции. Наблюдая за тем, как своими маленькими лапками Ёсан вытаскивал из розетки зарядку, как убирал свои вещи в сумку, Сон умилялся все сильнее и сильнее. Мысли о двух проклятых днях постепенно сменялись на что-то светлое, что-то мягкое.       И все это время ему хотелось испытывать подобные эмоции. Все время с самого момента их знакомства. Но он все еще чувствовал беспокойство, волнение. Это ведь не год назад было, не пять лет. Нет. Это было буквально на днях. Задумавшись о том, что эта встреча вообще могла не произойти, Сон качал головой.       Может ли он считать, что, например, знает его не день, а три? Ведь два предыдущих он видел прямо его глазами. Так его чувства хоть как-то будут оправданны. Хотя и этот срок слишком маленький.        Их встреча точно не была случайностью. Ёсана хотелось защищать. И Минки был уверен, что именно поэтому он пошел навстречу первым. Да и неловко, конечно, было об этом думать, но он и сам несколько раз ловил на себе сосредоточенный взгляд парнишки. Значит, заинтересованность была взаимной. — Этот маффин слишком сладкий. — Откусил совсем немного и уже почувствовал неприятное ощущение на языке. Из-за того, что Ёсан давно не ел что-то подобное, вкус любой еды казался каким-то незнакомым, неприятным. Даже сладкое, которое он так любил, на вкус было отвратительным. — Ты сладкое не любишь? — Минки посмотрел прямо в глаза знакомому. И смутился на этот раз он. Ёсан спокойно перевел взгляд с маффина на Минки, а затем обратно. — Ты похож на этот маффин. — Вдруг выдал он, сам того не ожидая. Сморозил глупость, да еще и с таким серьезным лицом. — Нет, правда, смотри. Он сам шоколадный, как твои темные волосы, а черника такого же цвета, как и твои синие прядки. — Минки уже начинало пугать это серьезное лицо. Он неловко осмотрелся по сторонам и заметил, что Ёсан едва сдерживал смех. Но оба сдались одновременно. — С чем и с кем меня только не сравнивали, но чтобы с маффином черничным, — Сон взял в руки покусанный десерт и беспардонно откусил немного, — Ого, а я вкусный. — Наверное. — Ёсан отвернулся и посмотрел в окно. Его милое лицо вдруг стало испуганным. Резко переведя взгляд на стену, он словил на себе чужой, полный непонимания и удивления. Поблагодарив Минки за компанию в такое время, он встал из-за стола и сказал, что ему нужно домой. Но Минки боялся оставлять его одного. Он не хотел расставаться с ним, не хотел, чтобы прежнее настроение дало о себе знать. Тогда он предложил Ёсану проводить его до дома. Тот, конечно, замешкался, но отказывать и сам не хотел.       И уже через полчаса Сон Минки и Кан Ёсан стояли возле подъезда и обменивались номерами, чтобы договориться о завтрашней встрече.