Вернуть душу

— Сообщи Агенту Ши: пусть займётся поиском новых кандидаток; срок в два дня, на самом кастинге я присутствовать не буду, но итоговое дефилирование буду проводить сам. Юнги давал распоряжение по телефону, находясь уже в своей квартире и, подбирая галстук к вечерней прогулке. Сначала он остановился на сером, строгом, но подумал, что это ведь не деловая встреча, так что можно обойтись и вовсе без галстука, расстегнув верхние пуговицы чёрной рубашки и придать себе более расслабленный вид, а для солидности он надел цепочку толстого плетения, которую ему подарил Чонгук — эксклюзив от компании его отца. Ближе к десяти, он спустился на парковку и отправился за той, кому и обещал посвятить сегодняшний вечер. Дорога заняла не более десяти минут и вот он снова на парковке, правда уже у отеля, дожидается ее через каждую минуту поглядывая на Часы; не любит, когда люди опаздывают, серьезное отношение к ним пропадает. — Прости, — через добрые семнадцать минут, наконец он услышал голос, — немного запуталась с этажами, ведь сам ей его бронировал. Ложь, Юнги прекрасно видел, когда погас свет в ее номере, и она далеко не запуталась в этажах, просто поздно вышла с номера. — Да, конечно, ты ведь первый раз тут. Соответствуя этикету, который, видимо, отсутствовал у неё, он открыл ей дверцу, а когда они где-то останавливались посмотреть на достопримечательности, то он снова выходил из машины и снова открывал эту несчастную дверь. После пары таких остановок, они наконец непрерывно ехали около десяти минут по ночному городу, рассматривая улицы Сеула в свете ночных фонарей и магазинных вывесок. Сейчас он вёз ее в самое значимое для него и ее место — в Агентство. Здание в целом было ухоженное и вокруг был порядок, вход был оснащен цифровыми технологиями, а рядом стоял охранник. Он разрешал вам делать все, пока дело не коснется имущества компании, словно пеший гвардеец королевской охраны, вот только наряд немного поскромнее. Ведь охранять было что; внутри скрывалось десятки этажей, обустроенные под офисы, кабинеты, большие залы с подиумом и спортзалы. Таким запросто можно удивить и даже напугать простого человека, среднего класса, а что касалось её, то ожидание Юнги разделилось на два фланга: одно было уверено, что она удивиться, а другое, что не придаст этому значения; ведь она крутилась в этой сфере не первый год, и вряд ли найдёт что-то новое в Западной Азии. — Вау! Оно прекрасно… — воскликнула она, разглядывая высотное здание, с ночной подсветкой меняющей цвета. — Спасибо отцу, я всего лишь получу это все за просто так, — с некой иронией сказал парень. Его совершенно не обрадовал тот факт, что столь опытная фигура поражалась этому зданию. — Ну… пойдём, посмотрим на него изнутри, — ей стало немного неловко от его ответа, ведь она хотела сделать комплимент, но он чуть ли не на прямую его не принял. — Стой, — резко сказал он и выставил руку, не позволяя встать с кресла. И пока она смотрела на эту руку, что так близко была от ее груди, Юнги занимался разглядыванием совсем другого. Дело в том, что он заметил Хиде. Она стояла недалеко от входа, где был электронный стенд, прогоняющий раз за разом новость о наборе новый кандидатов в модели и что-то записывала в свой телефон. Она так нерешительно все это делала, что Юнги побоялся выходить из машины, лишь бы не спугнуть ее и дать закончить то, что она начала. Словно пугливый воробей пришедший попить воды, но улетающий от каждого шороха. Он давно понял, что она хочет стать моделью, об этом словно кричал весь ее вид, её фигура, ее походка; не раз видел ее около здания; каждый раз она не решалась это сделать и сейчас он не хочет портить долгожданное решение. Как для неё, так оказалось и для него. Сам не зная почему, но каждый раз видя ее в коридорах университета, он ждал, когда же они смогут встретиться с ней с глазу на глаз не в этих, узких и густо наполненных коридорах, а в его кабинете. — Что-то случилось?.. — Тшш, — резко шикнул Юнги не отводя взгляда от девушки на улице. — Извини? — она была возмущена. — Поехали, я отвезу тебя обратно, у меня появились кое-какие дела. Он быстро выехал на трассу и, превышая скорость, за которую ему вскоре придут штрафы, отвез ее в отель, бросая на парковке; кинув жалкое: «Пока», — он торопливо вернуться обратно, чувствуя что успеет. Увидит ещё раз, может даже удастся поговорить, или просто так ещё раз посмотреть на неё, но чтоб под боком никто не мешал и не отвлекал. Но разочарование настигло так же быстро, как он ехал обратно. Она ушла, а стенд все так же проматывал новость.

***

Раннее утро ДиЁн началось далеко не с привычного звона будильника, и даже не от того, что она проспала и, торопясь, собиралась на учебу. Все было как обычно, кроме желания идти. Словно апатия, свалилась на ее голову с приходом холодных дождей в их город. Она не могла ни спать, ни есть, ни расслабиться, так, как же, судя по этой цепочке, она могла учиться? Это происходило от больших переживания, расшатанных нервов и жалкой потери веры в жизнь. Такое ещё обобщают и называют унылым словом — «депрессия». Вскоре она услышала крики Хиде, она по старым своим правилам проспала, но до сих пор удивлялась почему это произошло, потом она начала будить ДиЁн, но та лишь укрылась одеялом с головой и отвернулась к стенке. Такое резкое движение отбило все желание у девушки спрашивать причину, по которой та не идёт на учебу, она, конечно, волновалась, не болезнь ли это, но ссылаясь что Ди уже большая девочка, а она сильно опаздывает, со спокойной душой ушла на учебу. В следующий раз Ди проснулась, когда улица освещалась уже не солнцем, а уличными фонарями в тандеме с фарами машин и светом из окон домов. Взглянула в телефон — он показывал начало девятого; вставать было просто необходимо. Девочек в комнате не было, они ушли и хорошо, ведь голова болела, как, если бы ее со всех сторон сдавливали; от переизбытка сна, глаза не хотели открываться, привыкшие к закрытому положению, но себя пересилить надо и она это сделала, а потом ещё и ещё, когда вставала, умывалась, одевалась для ночной прогулки. Нет лучше лекарства от головной боли, чем ночная прогулка в прохладную погоду. На улице было зябко, а асфальт был мокрый, видимо недавно, в то время, которое ДиЁн проспала в постели, прошелся дождь. Отдавая холодком снизу, и задувая в любой открытый участок, ветер не давал расслабиться Ди и держал ее тело в дрожащем состоянии, пуская мурашки по коже. Временами вздрагивая от холода, но все же упрямая, она шла вперёд, охлаждая голову и заставляла заработать мозг. Дела в последнее время шли плохо, вроде времени больше из-за ухода из совета, но его едва хватало на учебы, а она ещё хотела найти подработку. Она почти призналась себе, что не может быть простым студентом; учеба, дом и по такому плану все будние дни, нет, ей нужен ажиотаж, проблемы, задачи, ей нужны люди, кем можно командовать, нужна ответственность на плечах и в принципе быть занятой, чтобы не иметь времени на все беспокойства этого мира и её собственные. Желание есть, осталось всего навсего придумать, как это сделать. Девушка шла, раздумывая о своём положении, она не слышали никаких звуков города, не замечала машин и мимо проходящих людей, но, когда окончательно замерзла, решила повернуть назад и наткнулась на свою тень, шедшей за нею последние минут тридцать. — Давно не виделись, — выдохнув, сказала Ди, — что за ирония, — ведь идти на учебу она не хотела лишь из-за него. — Но ты не удивлена этой встрече, — Тэхен сложил руки в карман и мягко улыбнулся. — Я знала, что ты не отступишь, пока не добьешься своего. — Я всего лишь хочу поговорить, — поправил ее Тэхен. — Мы сказали одно и то же. — Давай, я провожу тебя до общежития и по дороге мы поговорим? ДиЁн не стала возражать, развернулась и пошла в обратную сторону в среднем темпе, чуть медленнее чем она шла сюда, она словно давала ему больше времени, шанс, хотела и сама закончить как-то более понятно и определенно то, что с ними происходит. Облегчить свои мысли и разгрузить мозг от всей этой мишуры юношеских отношений. — Я хочу общаться, как раньше, — раздался голос парня. Они шли рядом, плечом к плечу, Ди обнимала себя за плечи, а Тэ пихал руки поглубже в карманы; вечер выдался холодным. — Я знаю, ты можешь не поверить, но… ты стала дорога мне, — продолжил Тэхен. Он не ждал, что она что-то ответит, ее взгляд, наполненный недоверчивостью, был понятнее, чем, иногда, ее слова; поэтому он снял пальто и накинул на ее плечи. Знал, что каждые свои слова нужно закреплять поступками. — Ты знаешь причину, из-за чего не следует нам продолжать. Сначала Ди просто шла и держала пальто на плечах, но потом просунула руки и укуталась, как в собственное одеяло. Тепло быстро охватило тело, но было и ещё кое что; тепло стало внутри. — Они посудачат около недели и забудут, а тот человек, чьё мнение тебе так важно, кто он? — Конфиденциальная информация. Тэхен хмыкнул и слегка улыбнулся; это ее упрямство вперемешку с её вечно серьезным лицом, так забавляла парня, что он порой забывал, что стоит относиться к этому серьезно, а вместо этого, глупо улыбался. Впервые после их разговора в больнице. — Разве я сказала что-то смешное? Шаги ДиЁн стали ещё медленней, тело теплее, а настроение лучше. — Я улыбаюсь, потому что у меня чувство, что пока мы дойдём до общежития, будет два итога: во-первых, я жутко замерзну, так как иду в одной водолазке, а во-вторых, я все-таки добьюсь того, зачем пришел…

***

Словно противоречивое утро вчерашнему, сегодняшнее было довольно тёплым и ясным, несмотря на холодный вечер вчерашнего дня. Сегодня Ди не проспала и даже с неким спокойствием шла на учебу, словно было все как раньше, нет никаких сплетен и никаких перешептываний за спиной, только она и пары по правовой журналистике. Она очень аккуратничала, её состояние было таким гладким, что вот ещё шаг и все будет как вчера, тучи как в мультиках в миг станут сырыми, накатит гроза и молния, польётся дождь, и весь её ясный настрой в миг улизнёт. Она уже подходила к зданию; оглядывалась, слева и справа шли студенты в их глазах она видел цель, настрой и решимость, а в некоторых совсем противное этому: страх, отсутствие желаний и мечты. Она машинально начала искать девушку с чёрными волосами, невысокую и очень хрупкую; Риа — она не видела уже давно и маленькая надежда зародилась в её голове, что простым разговором можно решить все проблемы и недопонимания. Настрой разгорался постепенно. И она уже не боялась иссохнуть от отчаяния. — Привет, — снова эта тень и голос, только теперь он стоял не позади, а на пути вперёд. Тэхен был одет в тоже самое пальто и серую кофту, рука его по прежнему была ещё перемотана специальными эластичными бинтами, ограждающих от ненужных повреждений, а вот вторую, здоровую руку он протянул ей в знак приветствия. Идти вместе — было опасно, они словно давали новую пищу для сплетен, но в какой-то момент Ди прислушалась к себе, и подумала, может и вправду хватит. Пора перестать думать о ней, зацикливаться и бегать. Нужно продолжить жить и делать, что она хочет, а если она хочет разговаривать с Тэхеном, то она будет это делать. Они шли рядом к зданию и смелость убавлялась на каждом метре, но отступать уже поздно… Первый шаг через порог в здание и снова все взгляды обращены на неё и Тэхена, шаг второй — как и ожидалось, все начинают перешептываться, шаг третий — она видит их усмешки, шаг четвертый — закрывает глаза на это и идёт дальше с тем же обыденным лицом. Новых сплетен не оберешься и она это понимала, но почему-то вместо положенной тревоги она испытывала облегчение на душе, словно у неё появился щит. Она отчаялась, смирилась и приготовилась к самому худшему и в этот же миг, осознав это — ей стало легче. Тогда ДиЁн подумала: «Неужели это и было то самое мужское плечо, о которое может положиться девушка?», если да, то она многое упустила и только сейчас начала осознавать, что многим девушкам повезло, в отличии от неё, у них есть возможность найти парня, чьё стойкое плечо будет идти с ними по жизни и поддерживать в ситуации требующей помощи, а у ДиЁн есть только она и это ее плечо будет служить кому-то заменой мужского. — Это можно считать за примирение? — Тэхен шёл с довольной физиономией и раздражал ещё больше лица остальных учащихся. — Я сейчас мало в чем разбираюсь, немного в растерянности, но это первый шаг к прошлым отношениям,  — он провожал девушку к ее кабинету, зная, что у неё английский, и зная, кого он там может встретить. — Привет, — Ди поздоровалась с Чоном, что стоял около окна, а сама прошла к двери аудитории неподалёку, с выражением как обычно, но парень насторожился. Распрощавшись с Тэхеном и договорившись встретиться после пар, она зашла внутрь и села на ближайшее свободное место. Спустя пару минут рядом сел и Чон. Лицо недовольное, все движения были резкими — он злиться, таков вывод сделала и девушка. — Что-то не так? — Да, — Чонгук словно ждал, пока она это спросит, — ты снова общаешься с ним? И даже не сказал мне. — Вчера мы увиделись и спокойно обсудили, думаю, мы можем продолжить общаться, с тобой же я общаюсь, — она тоже стала резко выговариваться, чувствую недобрый напор друга. — Я — это совсем другая история, про нас с тобой не говорит весь универ, а возобновив общение с ним, ты сулишь возобновить то, что уже утихло. Чон выговаривался ясно и четко, словно отточенный, заранее приготовленный текст, его слова были верны, и тревога понятна, но что-то в его интонации и словах казалось личным для Ди, что-то, что касалось его и задевало его же эго. — Ты ведь не из-за ваших соревнований так взъелся? — Нет, это тут не причём. Чистая тревога о друге. Но выбор за тобой; он опасный человек и общение с ним ни к чему хорошему не приведёт, ты сама уже один раз убедилась, лишившись места в совете. Парень собрал свои вещи, которые раскладывал по парте и, небрежно бросив их в сумку, вышел с аудитории до ее начала. После этого разговора она не видела парня весь день, но его слова наоборот, крутились в ее голове не переставая.

***