A Chaos

— Сучка мертва, — сказала Норт и отбросила пистолет с пустой обоймой в сторону. Андроиды не оставляют отпечатков пальцев. Это играет им на руку. Хлоя холодно кивнула. Хлоя привыкла. Они все привыкли. Норт не видела Маркуса три месяца. Революция затянулась, девианты ушли в подполье, Норт и Хлоя мстили людям, что плохо обращались с андроидами, Маркус с Джошем и Саймоном организовывали убежища по всей стране. Норт получала редкие сообщения от них: все нормально, живы, работаем в Аризоне/Кливленде/Чикаго. Норт отвечала: рада, мы в очередном безымянном городке отстреливаем этих сук. Джош качал головой. Норт не видела, но знала это с точностью 99,58%. Хлоя не говорила. Вообще. Норт не знала, откуда она сбежала, что с ней было, но не смела приставать с расспросами. Это был мир сломанных роботов и пустых людей, огромный, сложный, непонятный мир. Хлоя не говорила, хотя ее голосовые модули были в порядке, и Норт приняла это. Просто так случилось. Хлоя благодарно улыбалась ей, протягивала руку для контакта, показывала ей музыкальные клипы двухтысячных и документалки про космос. Норт читала ей «Гарри Поттера» вслух — по вечерам в мотелях было скучно (Хлоя, конечно, сама могла все прочитать, но Норт знала, что этот жест считается романтическим). Хлоя стреляла, как снайпер, как машина для убийств — холодно, метко, идеально. Норт восхищалась и слегка боялась этого равнодушного ледяного взгляда, но не могла отрицать, что Хлоя была потрясающа. Пристрелив очередную сучку, они угоняли машину и направлялись в очередной нудный американский городок. Норт с каждым днем все отчетливее понимала, что теряет цели, небо над головой шатается, земля под ногами крошится, и вообще мир разваливается на кусочки. В такие моменты Хлоя брала ее за руку, и эта рука казалась самой крепкой, непоколебимой вещью в мире. — Я хочу отрезать волосы, — однажды говорит Норт. Хлоя кивает и достает из сумки ножницы. Норт, наверное, именно поэтому и влюбилась в нее: Хлоя не тратится на пустые слова, Хлоя делает все молча, а внутри у нее — огромный цветной мир, океан захватывающих, удивительных эмоций. Хлоя потрясающая, и в то же время Норт не покидает ощущение спокойствия, как будто она нашла подходящий себе кусочек паззла, пару для своей цифровой души. Хлоя улыбается и протягивает руку, показывает свои чувства, передает ей свое электронное дыхание. Норт бы покраснела, будь она человеком, а так она просто благодарит и показывает Хлое нужную прическу. Рыжие пряди падают на холодный пол ванной мотеля. Хлоя между делом гладит Норт по голове, мягко, успокаивающе, ножницы тихо щелкают. Вокруг много звуков: разговоры в соседнем номере, дыхание Хлои, шаги наверху, легкое жужжание лампочки. Тусклый свет, пальцы в искусственных рыжих волосах, мягкая улыбка Хлои. Норт чувствует ее всей своей сенсорной системой, слышит каждый ее вдох и выдох, трепетание ресниц, шорох одежды. В ванной мотеля тихо. Только Норт и Хлоя. Норт поцелует ее впервые, когда увидит результат работы Хлои в зеркале; и дело не в красивой прическе, аккуратности и идеальности движений, дело в том, что никто раньше не подходил Норт настолько безупречно. Хлоя ответит на поцелуй, скин медленно сползет с их губ, и это будет лучшим, что они обе когда-либо ощущали. Это будет доверием. А утром они найдут очередные новости о жестоком обращении с андроидами, угонят машину и отправятся в какой-нибудь затхлый маленький городок Северной Каролины, Небраски или Вайоминга, и все будет как прежде — только немного лучше и спокойнее. Когда-нибудь революция закончится. Норт не верит, что они могут умереть прежде, чем все наконец-то станет хорошо.