К лучшему

Андреа наблюдала за уменьшающейся группой репортеров во дворе своего дома через крошечную щель в занавеске. Тёмные круги красовались на её усталых, красных глазах. Она работала без остановки большую часть недели и была более чем измотана. Её пальцы были украшены множеством пластырей различных форм, размеров и узоров. Было ужасно плохой идеей, быть рядом с ножницами, иглами и булавками, когда ты функционируешь исключительно на большом количестве кофеина. Она поиграла с пластырем Р2-Д2 на указательном пальце, что вызвало улыбку на её лице. Элли получила немало удовольствия, играя в медсестру и оказывая первую помощь своей недосыпающей матери. Андреа боялась, что маленькая девочка вновь покажет свой темперамент, если та будет слишком много работать. К счастью, Элли, казалось, была довольна смотреть телевизор или читать свои книги в той же комнате, в то время как её мать неустанно работала. Время от времени она с удовольствием помогала ей, принося кусочки ткани или бумаги и другие мелочи. В общем, она прекрасно провела время, и Энди была благодарна ей за это. Пока она смотрела на свои порезанные и проколотые пальцы, Энди пробежалась по каждому законченному кусочку, который был отправлен в Милан незадолго до её приезда. Она уедет всего через два дня, забрав с собой Клэр, как обычно. Элли, к сожалению, останется с няней/экономкой Мэри. Энди действительно не хотела этого делать, но пресса не успокоилась, как они надеялись, поэтому она и Клэр взяли на себя обязанность объяснить всё это маленькой девочке. Элли восприняла это на удивление спокойно, попросив только фотоальбом, чтобы тоже посмотреть достопримечательности города. Это было так восхитительно и грустно, что сердце Энди сжалось; она поклялась найти способ сфотографировать весь город, чтобы её маленькая девочка могла познакомиться с достопримечательностями прежде, чем сможет поехать с ней. Она сделает это, потому что Андреа была способна на всё ради дочери. Энди услышала тихий стук в дверь и, обернувшись, увидела, как Клэр осторожно входит в гостиную, в которой она находилась. Блондинка безуспешно пыталась скрыть гримасу, поэтому у неё явно не было хороших новостей.       «Что происходит?» — спросила Андреа, обеспокоенная выражением лица блондинки. Клэр медленно подошла к ней и неуклюже плюхнулась на диван.       «Я только что около часа разговаривал по телефону с людьми Гильермо. Я и забыла, что мой итальянский совсем заржавел», — пробормотала она в качестве объяснения.       «Ну и что? Что случилось?» — растерянно спросила Энди.       «Ну, у нас будут проблемы с твоим спредом», — сказала Клэр.       «И что это за проблема? Были повреждены какие-либо части при транспортировке?» Клэр подняла руки вверх, чтобы успокоить брюнетку.       «Ничего подобного, всё цело и невредимо».       «Что тогда? Проблемы с моделями?»       «Нет, все модели в порядке». Энди сидела рядом со своей помощницей, пыхтя от нетерпения.       «В чём, чёрт возьми, дело, Клэр? Говори уже!»       «Во-первых, я перепробовала всё. Я говорила им снова и снова, что ты не сделаешь этого, если он будет фотографом, но они абсолютно настаивали, что он единственный доступный, и я-»       «Чёрт, Клэр, кто там фотографирует?» — воскликнула Андреа в отчаянии. Клэр сделала один глубокий вдох, прежде чем продолжить.       «Артуро Боско — их фотограф для спреда». Андреа застыла на месте с презрительным выражением лица.       «Энди, я пыталась, правда пыталась. Я настаивала, и я повторила, что ты не будешь работать с ним…»       «Отмени всё». Зеленые глаза расширились в чистом шоке. Клэр была уверена, что ослышалась.       «Что?»       «Ты меня слышала, — последовал ядовитый ответ Андреа. Стены поднялись в мгновение ока, и её язвительный тон был не тем, что Клэр хотела бы услышать. — Отмени всё. Не будет никакого спреда. Я бы хотела, чтобы мои вещи были сданы на хранение, пока я не приеду туда на Неделю моды».       «Энди…» Клэр сразу же получила эксклюзивный, едкий взгляд смерти Александры Сакстон, пронзивший её плоть и душу. Никаких вопросов. Просто сделай это. Сообщение получено.       «Это всё», — сказала она со вздохом, быстро двигаясь, чтобы встать и справиться с надвигающейся головной болью, которую этот беспорядок, скорее всего, вызовет.

***

      «Нет», — розовое платье уныло упало на пол.       «Отвратительно», — странной формы бирюзовая блузка последовала туда же.       «Позорно», — там было ещё одно платье, на этот раз ярко-зелёного цвета.       «Почему никто не готов?» — послышался ледяной тон, от которого все присутствующие застыли на месте. Миранда Пристли как раз собиралась сделать своим подчиненным ещё один вполне заслуженный выговор за их ужасно неинтересные решения. Джослин, казалось, была на грани слез. Хорошо. Может быть, они вымоют ей глаза, и она сможет лучше видеть и выбрать подходящие кусочки для предстоящего распространения.       «Мы выпускаем модный журнал или колонку старшеклассников «хуже всех одеты»? Неужели вы все внезапно проснулись дальтониками?»       «Н-ну, мы надеялись ч-что сталкивающиеся обертоны создадут…» — миньон прервал свою смелую, но глупую попытку объяснения, когда на него обрушился особенно холодный взгляд. Это просто не стоило того. Судя по выражению лица седовласой женщины, он мало что мог сделать, чтобы избежать отправки домой со своими вещами к концу дня. К счастью для испуганных миньонов, ругань была прервана вежливым стуком первого помощника Миранды.       «Миранда, на линии Гильермо Санторини, он говорит, что это срочно». Миранда закатила глаза, прежде чем бросить ещё один свирепый взгляд на своих сотрудников, которые жили, чтобы разочаровать ещё один день.       «Это всё», — пробормотала она, направляясь к своему гладкому столу, наслаждаясь звуками разбегающегося персонала. Она грациозно опустилась на стул и глубоко вздохнула, прежде чем взять свой мигающий телефон.       «Гильермо, дорогой, чему я обязана такому удовольствию?» — тихо сказала она, снова закатывая глаза.       «Quella puttana! Quella ragazza ostinata! Эта упрямая, нелепая женщина! Она-заставит меня пропустить крайний срок! Ты и она, вы обе, — гибель для меня! La merda, il due di voi!» Миранда не слишком тонко отдернула трубку от уха. Гильермо был широко известен в отрасли за его короткий рост и соответствующий характер. Она была рада, что её нет рядом с ним; когда он сердился, то пускал слюни. Это, вероятно, развилось из какого-то защитного механизма, обнаруженного у некоторых амфибий.       «Гильермо! Inglese, per favore! В чём, по-видимому, проблема?»       «Эта… эта Александра Сакстон-il problema, Миранда! Она отказывается делать il spread per la rivista! Она отказывается быть в журнале!» Миранда тут же ощетинилась. О чем это он вообще говорит? Они с Андреа обсуждали этот вопрос; Андреа согласилась, чтобы произведения Александры Сакстон были представлены в «Подиуме» Италии, Франции и Великобритании соответственно.       «Что ты имеешь в виду, говоря, что она отказывается делать спред? Мы обсудили это, довольно подробно и она согласилась быть представленной в «Подиуме» Италии», — озадаченно воскликнула Миранда.       «Ну, теперь уже нет! Она отказывается работать с mio fotografo!»       «Она не хочет работать с вашим фотографом? Почему нет?» — спросила Миранда. Андреа не казалась одной из тех ужасно раздражающих примадонн дизайнеров. Она просто не была похожа на художника, который привередничает в таких вещах.       «Она не дает никаких объяснений! Assoulutamente nessuna ragione! Вообще никаких причин! Её помощник говорит, что она не будет работать с ним ни при каких обстоятельствах!» Миранда ущипнула себя за переносицу.       «А ты не можешь найти другого фотографа?» — спросила она, хотя уже знала ответ. С Миланской неделей моды так близко впереди, Гильермо было бы ужасно трудно найти фотографов, способных вписаться в целый разворот в их графиках с таким коротким уведомлением.       «Нет! Они все заняты! Кроме того, он самый лучший, иль Мильоре! Он ухватился за возможность поработать с ней, но она этого не хочет!» — он пронзительно закричал в трубку, заставляя Миранду снова отдернуть её. Честное слово! Была ли кнопка регулировки громкости для этой машины?       «А кто этот фотограф?» — спросила она, намереваясь докопаться до сути дела.       «Ты же его знаешь, он сейчас в Нью-Йорке, заканчивает съемки для GQ. Он должен был прилететь первым рейсом завтра утром».       «Кто он такой, Гильермо?» — снова спросила она, досадуя, что приходится повторяться. Работа с Гильермо требовала огромного терпения, которого у Миранды было очень мало.       «О, si, — это Артуро. Артуро Боско». Глаза Миранды расширились. Да, она знала Артуро Боско: она сама нашла его пару лет назад. Он фотографировал обложки исключительно для Подиума, а впоследствии ещё для нескольких одобренных изданий, а также частные съемки с кинозвездами и тому подобное. Дело в том, что он был довольно утомительным человеком для работы, не говоря уже о полной и абсолютной диве. И все же, каким бы невыносимым и невоспитанным он ни был, он был одним из лучших.       «Да, конечно, я его знаю. Ты говоришь, он в Нью-Йорке?»       «Да, он должен вернуться завтра рано утром», — уточнил Гильермо. Миранда сделала несколько заметок в своём дневнике, торопясь начать работу.       «Очень хорошо, Гильермо. Дай мне немного времени, чтобы разобраться с этим. А пока я попрошу своего помощника связаться с Демаршелье. В данный момент он находится на съемках для меня в Бельгии, но я одолжу его вам для этого распространения. Он должен быть там завтра утром. Я сама свяжусь с Александрой», — сказала она.       «Grazzie, Miranda», — он поблагодарил её с явным облегчением.       «Ну да, конечно. Ciao», — она закончила разговор и повесила трубку, не дожидаясь больше ни слова от итальянца.       «Элиза? Мне нужно найти Артуро Боско и доставить его в мой офис через два часа. Он должен быть на съемках с GQ. Мне все равно, как он сюда доберется, пусть это случится. И немедленно позвоните Александре». Раздалось еле слышное «да, Миранда», прежде чем редактор успела услышать, как двое её помощников бегут выполнять приказы. "Новая девушка", Кристен, ещё не заслужила права называться своим собственным именем, но судя по тому, как она на него реагировала, можно было подумать, что она всегда была Элизой, с самого её рождения. Хотя, конечно, это не имело значения. Всего за несколько минут до неё донесся голос новой девушки:       «У меня на линии Клэр Мердок, Миранда». Редактор нахмурилась. Она хотела поговорить с Андреа, а не с помощником. Она закатила глаза. Пока этого достаточно, подумала она, сразу же беря трубку.       «Мисс Мердок».       «Мисс Пристли». Миранда прикусила внутреннюю сторону своей щеки. Клэр Мердок, вероятно, была одной из тех людей, которые настаивали на том, чтобы называть её «Мисс Пристли». Она ненавидела эту чепуху.       «Привет, Клэр. У меня только что был захватывающий разговор с моим коллегой, главным редактором Гильермо Санторини. Есть какие-нибудь догадки относительно того, что наш разговор повлек за собой?» Миранда услышала раздраженное фырканье на другом конце провода.       «Я предполагаю, что это связано с отказом Андреа продолжать распространение, если он сохранит свой выбор фотографа», — возразила блондинка.       «А почему, скажите на милость, Андреа отказывается работать с Артуро Боско? Я не считала её слишком капризной», — раздраженно съязвила Миранда.       «Он не предложил буквально ни одного другого фотографа, но она будет более чем готова работать с ними. Только не Боско», — Клэр смертельно устала и явно полна решимости.       «А почему не Артуро Боско? Мне нужна причина».       «И я не могу вам её дать», — выстрелил помощник в ответ. Миранда была застигнута врасплох, но этот ответ только усилил её желание докопаться до сути дела. По какой бы причине Андреа не отказалась от Артуро, она должна была быть хорошей.       «А если нет других доступных фотографов?» — Миранда пыталась.       «Тогда у Анны Винтур будет знаменательный день. Вы же знаете, что я сохранила контракты «Вог», которые она прислала. На всякий случай», — невозмутимо возразила блондинка. Миранда тут же ощетинилась.       «Это что, какая-то угроза?» — отрезала она, её голос был на самой низкой тональности.       «Нисколько. Просто напоминаю, что «Подиум» — это не единственный вариант Андреа», — съязвила Клэр. Редактор возмущенно фыркнула. Андреа, конечно, знала, как их подбирать; эта её помощница была похожа на сторожевого пса, но гораздо более раздражающего.       «Ты можешь разорвать контракты на кусочки, в этом нет необходимости. Патрик должен быть в Милане завтра утром. Я надеюсь, Андреа найдет его подходящим для спреда?» На другом конце провода её встретили молчанием. Легкая торжествующая ухмылка тронула её губы; она явно застала женщину врасплох. Миранда Пристли не упустит своего шанса опубликовать Александру Сакстон и отдать её таким, как Анна Винтур. Только не сейчас.       «Клэр?» — спросила она, и в её голосе зазвучали певучие нотки, которые ясно дали понять, что она осознает удивление блондинки.       «Да, Демаршелье вполне подойдет. Андреа будет довольна и передает вам привет», — Клэр интонировала, побеждённая.       «Очень хорошо. Это всё», — Миранда повесила трубку, уже в глубокой задумчивости. На самом деле ей просто повезло, что Артуро был в Нью-Йорке, может быть, у него есть какое-то представление об этом деле. Что бы ни заставляло Андреа быть такой упрямой, не говоря уже о том, что в её отказе было что-то личное. И если Андреа не заговорит с ней, она найдет другой способ.

***

Честно говоря, Миранда была даже удивлена появлением «новой девушки», когда ей удалось за полчаса привести Артуро Боско в офис. Возможно, Кристен всё-таки заслужила своё настоящее имя. Она жестом пригласила долговязого итальянца войти, уже закатив глаза от его слишком фамильярных выходок. Итальянцы.       «Ну, Артуро. Так приятно снова встретиться с вами, это было давно».       «Да, так оно и есть. К счастью, я всё ещё здесь, я должен был лететь домой завтра утром», — съязвил он. Миранда подняла бровь.       «Должен был?» — она подтолкнула его. Он отмахнулся от неё.       «Изменение планов», — он объяснил уклончиво.       «Эти изменения как-то связаны со спредом Сакстон в «Подиуме» Италии?» — спросила она, удовлетворенная его удивленным выражением лица. Он нервно рассмеялся.       «Думаю, мне не стоит удивляться, что вы знаете об этом. Такой позор, я действительно хотел получить этот спред, но, похоже, мисс Сакстон не является моим поклонником», — кисло пробормотал он.       «Да, очень жаль. Я была несколько удивлена её отказом», — произнесла она нараспев, оценивая его реакцию.       «Ну, я полагаю, я не могу выиграть их все».       «Я была совершенно шокирована тем, насколько грубым был её отказ, — продолжала Миранда, её голос звучал громче, чем обычно. — Это заставляет меня думать, что у неё есть более… личная причина быть настолько непреклонной, чтобы вас там не было», — она закончила, довольная его потрясенным взглядом.       «Д-да. Что ж. Александра-это… сложно», — он запнулся, явно испытывая неловкость.       «Что ты хочешь этим сказать, Артуро? Может ты знаешь, почему она категорически отказывается работать с тобой?» Внезапно лицо Артуро стало горьким от скрытого гнева.       «О, я прекрасно это знаю. Я думал, что она может быть профессионалом в этом, но, очевидно, нет», — сказал он, его голос был полон раздражения. Теперь настала очередь Миранды выглядеть шокированной. О чем это он говорит?       «Объясни».       «Александра, вернее, у нас с Андреа есть история, и мы не в самых лучших отношениях», — итальянец сказал просто. Миранда бросила на него уничтожающий взгляд.       «Что ты имеешь в виду, говоря "не в лучших отношениях"?» — спросила она. Артуро кипел от злости, делая глубокие вдохи, чтобы взять себя в руки. Он посмотрел прямо в ледяные голубые глаза редактора, прежде чем заговорить резким, сердитым шепотом.       «Мы не в лучших отношениях, потому что она скрывает от меня мою дочь!»