К лучшему

      «Я думала, мы говорили о твоем выборе наряда. На самом деле, у меня было впечатление, что мы подробно обсуждали это в течение последнего месяца», — процедила Миранда сквозь стиснутые зубы, и ее акулья ухмылка сияла в ответ на вспышки окружающих репортеров.       «Да, мы это сделали. И мы обе согласились, что это будет отличный выбор. Да ладно, это же Saxton!» — сказала ее беззаботное потомство, помахав толпе, сияя улыбкой. Была ли эта улыбка продуктом ее естественной веселости или смущения, которое она потенциально могла вызвать у своей матери, Миранда не была уверена. Но черт побери, если она позволит Кэссиди уйти безнаказанной.       «Мы обсуждали несколько вариантов. Это был не один из них», — отрезала она. Кэссиди закатила глаза, точь-в-точь как Миранда.       «Мы это сделали, и ты сказала, что костюм, я цитирую, «вполне приемлемый». Ты отступаешь, мам? Серьёзно?» — подтолкнула Кэссиди, явно наслаждаясь собой. Миранда боролась с тем, чтобы не поджать губы.       «Знаешь, дело тут не в костюме. Дело в том, что под костюмом. Или, вернее, чего нет! » — выплюнула она. Как ее собственные дети могли так ее раздражать? Кэссиди только рассмеялась, причем открыто, упиваясь всем вниманием, которое камеры уделяли их матери и дочери, беседовавшим тет-а-тет. «Как вы говорите, мода — это риск. Я пошла на риск, и я думаю, что он окупается; посмотрите, Кристен Стюарт смотрит в эту сторону, и она выглядит очень заинтересованной», — пошутила рыжеволосая. Миранда внутренне застонала.       «Сейчас не время для братаний, где твоя сестра?»       «Не знаю, в последний раз я ее видела, когда она общалась с Анной Винтур». Знаток моды буквально обернулась, чтобы найти свою старшую дочь, но ее остановила Кэссиди.       «Шучу! Боже мой. Ты можешь найти ее сама. Я пойду поболтаю с Кристен». Ее младшая легкомысленно похлопала ее по плечу — жест, который даже близнецы не смогли сдержать. Тем не менее, Миранда опустила это; она выскажет все, что она думает, когда они вернутся домой.       «Она становится все смелее», — раздался голос неподалеку. Миранда обернулась и увидела Кэролайн, одетую в пух и прах в Thakoon. Ее выбор теней для век напоминал о ранних днях Эмили на подиуме . По крайней мере, Кэролайн приберегала эти драматичные образы для соответствующих событий.       «Боюсь, твоя сестра становится слишком свободолюбивой», — сетовала седовласая редакторша, уходя вместе с дочерью от толпы.       «Без шуток, посмотрите, как она показывает свою грудь», — заметила Кэролайн. Миранда поморщилась, услышав это заявление.       «Я очень надеюсь, что она использует достаточное количество ленты, чтобы этот наряд не… смещался». Кэролайн едва не фыркнула.       «Да, конечно». Мать посмотрела на нее. «С другой стороны, ты живешь надеждой», — добавила она, увидев взгляд Миранды. Когда взгляд ее матери не ослаб, Кэролайн робко улыбнулась ей, а также дала ей плохо сконструированный предлог, чтобы поговорить с кем-то, кроме Дьявола в Prada. Миранда закатила глаза с едва заметным намеком на веселье. В свои восемь или восемнадцать лет ее дочери не сильно изменились во многих отношениях. Однако в других случаях, сухо подумала она, глядя издалека на ненадежный наряд Кэссиди, они изменились слишком сильно. Миранда пронеслась по комнате, ее платье Saxton почти плыло вместе с ней. Оно действительно было безупречно подогнано – как и должно быть, особенно после этой… странной подгонки. Она покачала головой, и белая прядь волос упала ей на лоб. Лучше не думать об этом. Что бы это ни было. В настоящее время Александра Сакстон еще не почтила своим присутствием комнату. Миранда опасалась, что она довольно резко покинула молодую женщину после примерки, и не знала, как Андреа отреагирует после этого. Ее инстинкты «бей или беги» включились, и впервые, насколько она помнила, она была готова бежать. Перед гала-концертом Миранда размышляла, надевая изысканное платье, которое сшила ей Андреа. У нее никогда не было проблем с примерками: в конце концов, они были неотъемлемой частью ее карьеры. Не было абсолютно никакого смысла в том, что она должна чувствовать себя с Александрой Сакстон иначе, чем с любым другим дизайнером. Именно тогда она подумала, что дошла до сути вопроса. Конечно, Александра Сакстон была не просто каким-то другим дизайнером. Она даже не была просто Александрой Сакстон. Нет, у Миранды и Александры была история, история, которая пришла из имени Андреа, ее бывшей легкомысленной помощницы. Конечно, с обеих сторон этого уравнения обязательно должна была быть какая-то неловкость. Это было очевидно; это происходило из-за того, что ее бывшая помощница, которая даже не могла написать имя Габбана, когда работала на Миранду, не была в том положении, чтобы на самом деле одевать своего непостоянного бывшего босса. Как сказала бы Кэссиди, «ну да». Именно во время этих размышлений Миранда почувствовала, как изменилась вся атмосфера комнаты, и она просто знала. Александра Сакстон вошла в здание. Она не могла не задуматься о том, как странно было все же находиться на другом конце этих входов. Но Миранда должна была признать, только Александра могла захватить комнату, как Дьявол в Prada. Она обернулась и увидела Александру, не ожидая увидеть то, что увидела. Андреа — или, в данном случае, Александра Сакстон — была одета в черное платье, облегающее каждый ее изгиб. Это определенно была более смелая вещь от Сакстон; разрез сбоку юбки был... авантюрным, если не сказать больше. На самом деле, при более близком рассмотрении казалось, что все платье было сделано из разрезов; они танцевали, когда Александра Сакстон властно щелкалась своими Louboutins, угрожая показать гораздо больше, чем предполагалось, но никогда не делая этого на самом деле. Нечасто Миранда смотрела на вещь и задавалась вопросом, как, черт возьми, дизайнеру удалось ее создать или как, черт возьми, он заставил ее работать. Но именно это и происходило прямо там и тогда, когда она была заворожена струящейся тканью. Части платья, казалось, были сделаны из немного другого материала; некоторые были матово-черными, а другие — едва мерцающего угольно-черного цвета. Андреа уверенно шла среди гигантов индустрии моды, присутствовавших на гала-вечере Элизабет. Она уже привыкла к этому; кроме того, она была одной из них. Клэр следовала за ней на несколько шагов позади, передавая приветствия тем, на которых Андреа не хотела тратить слишком много времени. Она мгновенно почувствовала на себе пару электризующих голубых глаз и не смогла сдержать улыбку на губах цвета сливы. Она подошла к тому месту, где стояла Королева моды, нежно держа бокал шампанского в своих наманикюренных пальцах. Миранда, казалось, находилась в каком-то трансе, потому что седовласая женщина, похоже, забыла поприветствовать ее — она была слишком занята осмотром наряда.       «Глаза вверх, Миранда, — игриво сказала она, подходя к женщине и наклоняясь для обычного воздушного поцелуя. Андреа сдержала смешок, когда Миранда чуть не подпрыгнула, чтобы встретиться с ней взглядом вместо того, чтобы уставиться в тщательно размещённые разрезы на лифе её платья. Однако Миранду не превзойти, она мгновенно взяла себя в руки и даже напугала Андреа, неожиданно подарив брюнетке настоящий поцелуй в щёку.»       «Правда, Андреа, разве ты можешь винить меня? — с наслаждением протянула она, смакуя сладость мести, когда молодая женщина издала приглушённый писк. Однако Андреа на удивление быстро оправилась, издав легкий смешок.       «Конечно, могу, разве ты не привыкла видеть гораздо больше?» — заметила брюнетка. Миранда лишь едва приподняла бровь, будто рассматривала неожиданно оживший экспонат.       «Да, но никогда от тебя».—съязвила она, намеренно растягивая слова. И... о чудо по шее Андреа пополз предательский румянец, легкий, как утренний рассвет, но неумолимо проступающий на щеках. Пристли — один, Сакс — ноль, — мысленно насмешливо подсчитала Миранда. Андреа резко прочистила горло, отводя взгляд от этих пронзительных голубых глаз, которые, казалось, видели её насквозь.       "Какая оживлённая вечеринка. Но, поправьте меня, если я ошибаюсь - ваши дочери здесь?" - с мнимой любезностью поинтересовалась она. Миранда едва заметно закатила глаза, этот жест говорил яснее слов: "И снова эти глупые вопросы".       «Бесспорно, вы уже заметили Кэссиди. На ней темно-синий костюм от Saxton», — сухо отметила она, едва кивнув в сторону дочери, которая в этот момент беззаботно смеялась в компании Кристен Стюарт. Глаза Андреа расширились от удивления.       «О, боже, это Кэссиди?» — вырвалось у нее с неподдельным шоком. Губы Миранды искривились в холодной улыбке.       «Я знаю, кто бы мог подумать, что моя дочь предпочтет стиль... как это тогда называли... "свободная грудь"? Брюнетка выбрала неудачное время, чтобы сделать глоток шампанского; она чуть не выплюнула его.       "О-о! Нет, я имела в виду волосы! Её стрижку! — она отчаянно замахала рукой, чувствуя, как жар поднимается от шеи к самым кончикам ушей. — То есть не про... э-э... тот другой "свободный стиль". Миранда почувствовала, как предательское тепло разливается по щекам, и сделала вид, что поправляет идеально лежащую прядь.       «Разумеется, стрижка. — Голос звучал почти безразлично, если бы не легкая хрипотца. — Я, конечно, пыталась отговорить ее... но было бы лицемерием запрещать дочери то, что когда-то выбрала сама». Андреа рассмеялась.       «Правда. Хотя, зная твою любовь к провокационным образам в 90-х, я удивлена, что тебя это вообще задевает», — пошутила она, смеясь над эффектным закатыванием глаз Миранды.       «У меня нет проблем с выбором наряда, просто моя дочь, кажется, вообще забыла о существовании двустороннего скотча!», — Её пальцы судорожно сжали бокал смотря, как Кэссиди активно жестикулирует руками, рискуя «выскочить» из платья Андреа просто усмехнулась.       «Странно...» — её взгляд скользнул вниз по собственному декольте - "разве кто-то на самом деле использует ленту, кроме как в кино? Я вот нет», — сказала она, по-видимому, больше себе, чем Миранде. Шампанское в бокале Миранды дрогнуло, а румянец залил её щёки, когда её обычно безупречный контроль дал сбой. Ее глаза автоматически проложили путь от лица Андреа к ее ключице и ниже.       «Глаза наверх, Пристли», — пальцы Андреа нежно приподняли её подбородок, заставив встретиться взглядами. В её смехе звенело торжество: "Неужели легендарная Миранда Пристли только что... заглядывалась?"       «Я просто... проверяла...» — голос редактора внезапно звучал на октаву выше обычного.       «Что я не забыла про ленту?» — Андреа нарочито прикрыла грудь рукой, изображая ложную скромность. «Расслабься, я сегодня использовала целых три слоя тейпа. Твой старый мастер-класс не прошёл даром». Обе женщины пристально посмотрели друг на друга, а затем разразились смехом, разом снявший напряжение.       «Знаешь, что меня искренне удивляет?», — Миранда вытерла слезинку, стараясь сохранить серьёзность, — «За последние две минуты словосочетание „свободная грудь“ звучало чаще, чем в раздевалке перед фотосессиями», — призналась она. Энди вытерла слезы, едва сдерживая то, что в любой другой ситуации было бы раскатом смеха.       «Не думаю, что я могла бы когда-либо представить, что услышу это так много раз... в разговоре с Мирандой Пристли», — сказала она, заслужив еще один смех другой женщины.       «Как ты можешь видеть, я полна сюрпризов».       «Ты действительно такая, Миранда. Мне бы хотелось чаще удивляться вместе с тобой», — сказала Андреа, все еще улыбаясь, но с серьезностью в глазах. Миранда изогнула бровь.       «Ну, тогда, я думаю, вам придется приехать в Нью-Йорк. Боюсь, в Лондоне я — ужасно дефицитный товар».       «Надеюсь, до среды ты еще будешь появляться... У Элли есть планы на нас, если ты забыла», — заметила брюнетка. «Нет, я не забыла. Не волнуйся, я буду там... На детском мюзикле». Плечи Андреа содрогались от усилий, которые ей пришлось приложить, чтобы сдержать смех.       «Обязательно изобрази удивление. Она понятия не имеет, что ты знаешь, одному Богу известно, как, поскольку она сказала тебе об этом лично». Миранда просто пожала плечами.       «Дети. Кажется, я помню, что-то похожее произошло, когда Кэссиди и Кэролайн были примерно в ее возрасте… Сюрприз на День матери, я полагаю». Андреа посмотрела на Миранду, ее интерес возрос. Редактор закатила глаза.       «Они случайно сказали мне, что собираются приготовить мне завтрак в постель... Что, я полагаю, в конечном итоге оказалось хорошо: я помешала им сжечь весь дом». Андреа усмехнулась, покачав головой, вспоминая тех самых близнецов. Она задавалась вопросом, сколько раз эти двое были близки к полному уничтожению таунхауса или, по крайней мере, его части. Вероятно, несколько.       «Увы, они вырастают. И теперь самая большая авария, о которой мне стоит беспокоиться, — это когда одна из моих дочерей обнажается в комнате, кишащей папарацци», — посетовала Миранда, поморщившись. Андреа улыбнулась.       «Ну, надеюсь, мне еще долгое время не придется об этом беспокоиться», — пошутила она.       «А, но это случится гораздо раньше, чем ты думаешь», — парировала Миранда, и в ее мягком голосе прозвучала нотка грусти. «Они так быстро растут. В мгновение ока на них приходится кричать, чтобы они выключили музыку или перестали писать смс за столом». Андреа с трудом представляла себе Миранду, кричащую на кого-либо, даже на своих нервных дочерей-подростков. Хотя ей пришлось признать, что образ Миранды, приказывающей Кэролайн и Кэссиди выключить какой-то взрывной поп-хит, был довольно забавным. Эти двое продолжали говорить, казалось, часами — вплоть до прощальной речи Элизабет, а также показа ее последнего выпуска «Подиум Британии», в котором была представлена специальная коллекция не кого иного, как самой Александры Сакстон. Все это, конечно, стало завершением махинаций Миранды, ознаменовав последний раз, когда Александра Сакстон появлялась в издании, пока «Подиум» не выпустит специальный репортаж для Недели моды в Нью-Йорке. Андреа кратко познакомилась с близнецами; они подошли к матери, чтобы извиниться и пойти на вечеринку после гала-вечера. Миранда разговаривала, сидела, потом пила с Андреа всю ночь; если люди и заметили их нежелание общаться с другими гостями, никто об этом не говорил. К тому времени, как Миранда поняла, что все еще сидит в баре с Андреа Сакс, там осталось всего несколько значимых людей. Они были там с тех пор, как Элизабет закончила свою прощальную речь, символически вручив ключи от своего офиса в здании «Подиум Британии» Эмили Чарлтон, пожелав ей удачи в продвижении журнала. Андреа, похоже, тоже это заметила.       «Ну, черт меня побери. Уже за полночь», — сказала она. Миранда кивнула, посмеиваясь. Она давно не оставалась так долго ни на одном мероприятии. Она бы осталась дольше своих обычных получаса; ради Элизабет она обещала остаться по крайней мере на два. Теперь прошло уже четыре часа       «Действительно; моя машина, вероятно, вернулась к своей истинной тыквенной форме», — пошутила Королева моды, заслужив в ответ искренний смех Андреа. «Да, смейся, ты не единственная, кто ездит на тыкве». Продолжила она, поскольку брюнетка, похоже, нашла это очень забавным.       «Бедная Золушка. По крайней мере, твое платье все еще выглядит потрясающе», — Андреа слегка заплеталась, ее сияющая улыбка была ярче всех вспышек камер, с которыми они столкнулись ранее этим вечером.       «Да, и, полагаю, я должна поблагодарить тебя за это, поскольку именно ты это придумала», — заметила Миранда.       «Ага. И черт возьми, я хорошо поработала», — радостно пошутила брюнетка. Миранда закатила глаза, но не опровергла утверждение. Это было правдой. Она повернулась к Андреа, ее взгляд стал немного серьезнее.       «Да, ты это сделала. Я очень рада, что ты снова появилась, Андреа». Она сказала правду. Брюнетка самодовольно усмехнулась.       «Ты так говоришь только потому, что можешь носить мои вещи». Она со знанием дела парировала, смеясь, когда Миранда снова закатила глаза. Похоже, она этим вечером занималась довольно часто так делала.       «Хотя это, конечно, плюс, должна признаться, это еще не все», — призналась Миранда. Может быть, это было шампанское — или «Макаллан», который они заказали немного позже вечером, — но она почувствовала себя смелее. «Я боялась, что ты исчезла навсегда после того, как ушла», — мрачно сказала она. Глаза Андреа вылезли из орбит. «После Парижа, ты имеешь в виду?» — спросила она, ее замешательство только возросло, когда Миранда отрицательно покачала головой.       «Нет. Я заставила Эмили добавить подписку на «Зеркало». Я прочитала несколько твоих статей, а потом… ты исчезла без следа. Как гром среди ясного неба», — сказала Миранда. Брюнетка пристально посмотрела на Миранду, миллион вопросов очень ясно кружились в ее голове. Миранда могла сказать это по взгляду ее мокко-карих глаз.       «Я понятия не имела...» — начала Андреа. «Это, должно быть, было, когда я уехала в Лондон. Я уведомила за неделю, а через три дня меня уже не было». — сказала она.       «Так радикально», — размышляла Миранда, в ее глазах был задумчивый взгляд. Она повернулась, чтобы посмотреть прямо на Андреа, и с удивлением обнаружила, что брюнетка задумчива. Молодая женщина внезапно заговорила.       «Я не собираюсь делать из этого большую проблему, Миранда... Но почему бы тебе не пойти со мной домой?»