Собирая осколки

Пусть опыта гомосексуального секса с проникновением, на котором настаивал Гарри, у меня и в самом деле не было, но это совсем не значит, что я не интересовался этим вопросом. Интересовался и даже читал специальную литературу, буквально сгорая от стыда. Это было неправильно, совсем неправильно, и я ни на что не надеялся, понимая, что ему подобное не нужно, но любопытство не гасло, заставляя меня искать информацию. Так что общее представление о том, как сделать наш первый раз не совсем провальным, у меня имелось. Как проблема в виде собственного крайнего возбуждения, которую надо решить скорее, потому что кончить, едва вставив, мне не хотелось. Хотелось по возможности доставить Гарри максимальное удовольствие, значит, продержаться мне надо как можно дольше. Целуя и покусывая ключицы и шею, я обнаружил, что он реагирует весьма остро, хоть и едва сдерживается, чтобы не попросить меня прекратить, неужели он и в самом деле думал, будто я соглашусь играть по противным моему существу правилам? Хватит, наигрался! Шея, ключицы, уши, рёбра, внутренняя сторона бёдер, щиколотки… Он стонал и извивался, но молчал, не запрещая мне исследовать реакции своего тела, за что я ему был благодарен. Любимый мой, желанный. Силы всемогущие! Да мне всегда был нужен только он, но если бы не то происшествие, едва не сломавшее его, я так никогда и не признался бы в этом даже себе. Женился бы на хорошей девушке, наделал бы деток, а потом, рано или поздно всё равно сорвался бы и пошёл вразнос, признавшись себе, что совершил ошибку. И сломал бы жизни дорогих мне людей. Я признал, что люблю его, но признать случившееся благом не могу. Изнасилование едва не стоило Гарри жизни. — Смазка есть? — спросил я, применяя очищающее заклинание. Гарри недовольно поморщился неприятному эффекту, но согласно кивнул, призвал флакон со специальной анальной смазкой. — Лучше не спрашивай, откуда, — сразу предупредил меня он, краснея, но я всё равно не утерпел. — Откуда? — Рон. Ладно, скажу. Перси притащил. — О боги! Надеюсь, не из собственных закромов поделился. Ты прав, это не то, о чём я хотел бы знать. Гарри рассмеялся, а потом невероятно сладко поцеловал меня в губы. — Давай, Рон. — Люблю тебя, — шепнул я, наливая смазку, распределяя её по пальцам и мышечному колечку и вводя один палец. — Люблю.