Драбблы с Хосоком

— Мадам Хо? — читаешь ты и поднимаешь взгляд на подругу. — Элитная сваха?.. Почему это звучит как «элитная шлюха»? — Эй! — тут же толкает тебя в плечо девушка. — Не говори так о мадам Хо. Она потрясающая женщина! — Да кто она вообще такая?.. — бурчишь ты едва слышно, продолжая листать стопку бумаг, переданных тебе сценаристом. — Выглядит на все пятьдесят, но лицо такое гладкое… Сколько денег она тратит на себя в месяц? Подруга снова толкает тебя в плечо, шикая и взглядом указывая на как раз выплывшую из-за угла мадам Хо, и ты замолкаешь невольно. Эта женщина страшно высокая, стройная и действительно жутко ухоженная. С короткими тёмными волосами, в чёрном платье и лодочках без каблука. Настолько манерная и осторожная в разговорах с окружающими, что зависть берёт одновременно с отвращением, и ты кривишься, окидывая женщину неприязненным взглядом. — Я правда поражаюсь тебе, — хмыкает подруга на полтона тише, потому что на съёмочной площадке в один миг становится тише, как только появляется эта мадам Хо. — Ты ведь сценарист… — Помощник сценариста, — поправляешь ты её, но девушка лишь отмахивается. — Да это неважно… Важно то, что ты совсем не следишь за новостями. Как ты вообще работаешь?.. Мадам Хо просто невероятная женщина, — тянет она в типичном фанатском восторге, а ты глядишь на неё искоса, потому что иногда это пугает. — Она умная, рассудительная, отличный психолог, с одного взгляда всё понимает о человеке, а ещё может подобрать для тебя по-настоящему идеальную пару. Ты фыркаешь, прижимаешь к груди листы со всей информацией о мадам Хо, и снова поднимаешь на женщину взгляд. Вот только она смотрит прямо на тебя, а ты вздрагиваешь невольно, потому что взгляд её прожигает насквозь. — Боже, — пищит подруга, явно замечая такое внимание тоже, и вцепляется в твой локоть. Мадам Хо осматривает тебя с ног до головы, щурит глаза, никакого внимания, кажется, не обращая на то, о чём говорят люди рядом с ней, а потом усмехается так, что тебе вмиг становится не по себе. — Знаешь, как на самом деле называют таких идеальных во всём людей? — спрашиваешь ты у подруги, не отрывая взгляда от женщины. — Мошенники. Ты фыркаешь во второй раз и, резко развернувшись, направляешься в противоположную сторону. Откровенно говоря, ты редко упускаешь случай побеседовать с гостем на правах помощника сценариста, однако сейчас не имеешь никакого на это желания, потому что мадам Хо кажется слишком странной. У тебя к ней в один миг просыпается какая-то странная антипатия, а женщина ещё и подливает масла в огонь, косясь на тебя совершенно нечитаемым взглядом. Мадам Хо на самом деле все полтора часа съёмки не даёт тебе расслабиться, потому что своим нескрываемым вниманием откровенно пугает. Ты не понимаешь, что такого ей сделала и чем подобное заслужила, однако с трудом концентрируешься на работе и не делаешь ошибок. Женщина бросает на тебя взгляды даже в тот момент, когда сидит перед ведущей и, качая головой, отвечает на её вопросы своим странным прокуренным голосом. А ты невольно опускаешь взгляд на её ноги, и понимаешь, что мадам Хо деньги тратит не только на косметолога, но и на явно элитного — такого же элитного, как она сама — фитнес-тренера. Ты сглатываешь неожиданно даже для самой себя, потому что, как ни посмотри, а завидовать и правда есть чему. Лично себе ты бы такие, конечно, не хотела, потому что выглядят всё же излишне мощными, хотя и жутко изящными, но вот появись у тебя внезапно парень с подобными бёдрами и икрами, ты бы вряд ли слезала с его коленей в принципе. Рядом кашляет и локтём тыкает тебя в бок подруга, и ты отвлекаешься от своих мыслей, вновь поднимая взгляд и настраивая себя на рабочие мысли. Однако снова сталкиваешься с глазами мадам Хо, которой следовало бы смотреть в камеру, что находится чуть левее, а не на тебя. Вот только женщине, кажется, плевать, она только щурится как-то заговорщески и поправляет странную причёску. А ты убеждаешься в очередной раз, что мадам Хо странная и жуткая. Когда съёмка, наконец, заканчивается, ты выдыхаешь с облегчением и спешишь скрыться как можно дальше, потому что никак не можешь отделаться от ощущения, что эта женщина обязательно к тебе привяжется. Сразу вспоминаются слова мамы о том, как одна шаманка однажды пристала к ней и заставила выложить все деньги, обещая найти ей достойного мужа. Достойного не получилось, как говорила мама, получился только твой отец. Но вот повторения такой истории ты не хотела, потому что понимала — отвязаться от мадам Хо у тебя вряд ли получится. Однако спустя десять минут тебя ловит координатор съёмок и, вручив в руки папку с документами, которую «очень срочно, страшно важно» надо передать менеджеру мадам Хо, отправляет прямиком в гримёрку женщины. А ты плакать готова, потому что судьба явно к тебе не благосклонна. Ты коротко стучишься в дверь, оповещая о своём присутствии, а затем входишь несмело, потому что крик, который стоит на всю комнату, пугает вплоть до того, что ты подпрыгиваешь. — Да я заебался уже! — слышишь ты голос, слишком подозрительно похожий на тембр мадам Хо, и хмуришься, застывая в небольшом коридорчике. — Сколько я ещё должен заниматься этой хернёй? Ты говорил, что это на один раз! А что в итоге? У меня чувство, что нет уже Чон Хосока, осталась только ебанутая на всю голову мадам Хо! — Чего?.. Ты тут же ладонью накрываешь свой рот, потому что сама не ожидала, что подобное может вырваться, и сглатываешь. Однако ретироваться не успеваешь, потому что из-за угла тут же появляется замолчавшая (замолчавший) мадам Хо (Чон Хосок). У него волосы — не парик — оказываются растрёпанными, косметика наполовину стёрта, а платье спадает на одно плечо, обнажая совершенно мужскую ключицу и руку. Сам парень расплывается вдруг в усмешке, в которой ты ничего хорошего лично для себя не видишь, а потом подаётся в твою сторону, не убирая от уха телефон. Ты в ту же секунду скользишь по стене в бок, однако он перекрывает путь ладонью, впечатавшейся прямо рядом с твоим лицом, а сам оказывается так близко, что ты действительно теряешься. — А ещё сегодня я встретил обалденную девушку, — продолжает говорить он, явно обращаясь к своему собеседнику, но смотря прямо в твои глаза. — И она бы точно запала на меня, если бы я не был грёбанной элитной свахой. А ещё я всю съёмку думал о том, как хочу пригласить её куда-нибудь, но вместо того, чтобы что-то сделать, обязан был нести какую-то чушь. Ты сглатываешь невольно, потому что подобная прямолинейность ошарашивает. Однако пытаешься взять себя в руки и, поджав губы, отстраняешь от себя парня, удивлённо поднявшего брови. — Иди в жопу, придурок, — фыркает Хосок, а ты вздрагиваешь, потому что думаешь на один момент, что он обращается к тебе. — Аривидерчи. Парень сбрасывает вызов, поднимает на тебя взгляд, полный одному ему известно чего, а ты тут же протягиваешь ему бумаги и отступаешь к стене, потому что смущаешься вдруг невозможно сильно. Чон Хосок, оказывается, красивый. А ещё у него ноги, о которых стыдно даже мечтать. — Вот, — говоришь ты, не давая ему вставить ни слова. — Передайте вашему менеджеру. Парень, хлопая глазами, папку с документами принимает, хотя явно не понимает, зачем и для чего, а ты в тот же момент летишь в сторону выхода. Вот только оказываешься перехвачена за запястье и возвращена на место. — Да погоди ты, — усмехается Хосок, глядя на тебя сверху вниз. — Куда так спешишь? Слишком много работы, помощник сценариста? — Вам не о чем беспокоиться, — выдыхаешь ты, смущаясь подобной близости, — я не собираюсь никому говорить о том, что видела и слышала. Я не одобряю подобного, но не отношусь к тому типу людей, который будет распускать слухи и жаловаться. Хосок прыскает вдруг, а ты вздрагиваешь, потому что он делает затем ещё один шаг навстречу и оказывается слишком близко. — Сходи со мной на свидание. — Что? — Сходи со мной на свидание, — повторяет парень и обнажает в улыбке зубы. — Обещаю, что придёт Чон Хосок, а не мадам Хо. Я на тебя с первого взгляда запал, так что не разбивай мне сердце и подумай семь раз, прежде чем отказать. А ты прыскаешь невольно, смотришь на парня перед собой и правда сомневаешься, что сможешь ему отказать даже с тридцать седьмой попытки.