panic

- Алина, я… Останавливаюсь. Беру ее руки в свои. Смотрю в ее глаза. В ее самые красивые глаза. И замираю. Глейхенгауз, а что ты вообще собираешься ей сказать? И вдруг желание открыть ей часть своей души становится практически неконтролируемым. Но только практически. И я продолжаю просто смотреть на нее. В ее глаза, в которых вижу что-то, что кажется мне таким знакомым. Они будто отражают меня. Того меня, которого я боюсь принять. Почему? Наверное, я боюсь того, что скрыто внутри того Даниила Глейхенгауза. Последние несколько недель были… Странными. Веселыми. Милыми. Плодотворными. Творческими. Почти лучшими. Но все-таки странными. Наверное, от слова «очень». Потому что я чувствовал себя так, как никогда еще себя не ощущал. Будто что-то внутри таяло. И сносило все на своем пути. Даже меня. А что я? Я, как счастливый глупец, вскинув руки вверх, плыл по этому безумному течению, которое рядом с Алиной почему-то превращалось в водопад. Резкий. Захватывающий. И пугающий. Находиться рядом с ней было странно. А причину я все-таки не знал. Наверное, она стала мне очень хорошим другом. И я как-то привязался. Брось, Глейх. Это не то. - Даниил Маркович? Алина выдернула меня из потока таких ставших уже привычными мыслей. - Алина, пора! Тутберидзе заходит неожиданно. И в этот раз я ей благодарен. Потому что я по-прежнему не знаю, что сказать. А Алина начинает уходить. И я понимаю, что сказать что-то все-таки нужно. Быстрым шагом нагоняю ее. Аккуратно цепляю за локоть. - Я хотел сказать, что очень горжусь тобой, Алина Загитова. А потом – порывистый поцелуй в лоб. На удивление нежный. И ее счастливые глаза врезаются в мою память. - Делай, как умеешь. Мы верим в тебя. Этери Георгиевна слегка сжимает мои руки перед тем, как отпустить. И я выезжаю на лед. Алина Загитова в составе сборной на Чемпионат Мира 2019. А в голове – Чемпионат Европы. Темный спортзал. Боль в груди. Слезы. И паника. Не сейчас, Загитова. Помните, как пару месяцев назад я считала, что не заслуживаю этого - стать одной из тех фигуристок, которых отправят на главное соревнование сезона? Не помните? Отлично. Потому что я не помнила об этом тоже. До этого момента. Пока не оглядела трибуны. Пока не вспомнила. Олимпиада. Чемпионат мира 2018. И их ненависть. Не думай об этом. Не думай! Где музыка? Мне нужно отвлечься. «- Ты заслуживаешь всего золота этого мира, Алина Загитова». И становится спокойнее. «Балерина на льду». И что? Это мой стиль. «Это не фигурное катание!» Еще как фигурное. «Ты не достойна этой медали». Разве? «Лучше бы тебя не было!» Отвлекись. Отвлекись. Отвлекись. «- Потому что я в тебя верю». Не помогает. Поток ненависти, которую я ощущала все это время, неожиданно сваливается на меня. И мне кажется, что его не остановит ничто. «Зачем ты поехала на Чемпионат? Дала бы выступить достойным. Псевдочемпионка». «- Соберись, Загитова. Или забудь о спорте». Ни за что. Борись, Загитова, борись. «Позор сборной. Заканчивай карьеру, неудачница». За что? «Тебе никогда не выиграть». Нет. Нет. Нет. «В прошлый раз тебе просто повезло». А может… «- Я хотел сказать, что очень горжусь тобой, Алина Загитова». И мягкое касание его губ, так вовремя всплывшее в памяти, дрожью отзывается где-то в позвонках. И в голове становится пусто. Начинает играть музыка. А я начинаю играть «Кармен». Ту, что всегда нравилась ему в моем исполнении.

***

Запах родного «Хрустального». Вдыхаю глубже. Задерживаю в легких. И чувствую, как по телу приятно растекается тепло. В кончиках пальцев рук приятно покалывает после времени, проведенного на холоде без перчаток. А на душе так хорошо. Алина Загитова становится Чемпионкой Мира 2019. Закрываю глаза. Вспоминаю этот момент. Вспоминаю свои слезы. Гордость Этери Георгиевны. Восторг Даниила Марковича. Приятную тяжесть золотой медали. И мое спокойствие. Такое настоящее, что его практически можно потрогать. В тот момент. И сейчас. Это спокойствие со мной. Ощущение того, что все становится на свои места, приносит невероятное удовольствие. Слегка перемешанное с усталостью. Чемпионат мира. Несколько дней перерыва. И японское шоу, которые всегда порядком выматывают из-за той бешеной энергии, которая буквально витает там в воздухе. И все – вдали от России. Наверное, именно поэтому Этери Георгиевна дала мне пару выходных. И даже предложила небольшой отпуск, от которого я вежливо отказалась. Что же я тогда делаю в «Хрустальном» на следующий день после возвращения домой? В тот момент, на Чемпионате Мира, когда, поцеловав меня в лоб, Даниил Маркович посмотрел в мои глаза, я увидела что-то в его глазах… То, что я вижу каждый раз, смотря в зеркало по утрам. Маленькую частичку себя. И много чувства. Такого сладко-разрушающего изнутри. И вот я. Иду по коридорам «Хрустального». С широкой улыбкой на лице. С тугим узлом в животе от волнения. Ладошки потеют от страха. Но что-то внутри меня заставляет продолжать. Вдохновение. Признаться ему в своих чувствах кажется хорошей идеей. Иду. Иду. Иду. И резко останавливаюсь. Вход на каток. Такие до боли знакомые голоса. А дальше – туман. Потому что я подхожу ближе и вижу их. Приторно-счастливых. Обнимающихся. Слишком близко для «по-приятельски». Признаться ему в своих чувствах кажется хорошей идеей. Наверное, его неравнодушие мне только показалось на один безумно-прекрасный миг. Чувство, будто чем-то ударили в грудь, выворачивает изнутри. Он с Этери. И я снова чувствую панику.