Vivat, Veronica!

Они встречаются очень редко; на миссиях, кажется, и того чаще – посидеть в кафе за чашечкой кофе, перетереть за настоящее и прошлое – Клэр полюбила эти мимолётные моменты. Но в последнее время ей кажется, что всё это не ради того, чтобы укрепить их многолетнюю дружбу, что прошла выдержку, а для чего-то другого, словно он пытается сбежать от чего-то… от кого-то. Леон практически всё время молчит, кофе в его картонном стаканчике давно остыл, а он не сделал и глотка; всё смотрит куда-то за окно, изредка – на неё саму, периодически вздыхает и бросается словами – такими ничтожными, что проще сказать, что он сегодня больше слушатель, нежели собеседник. Редфилд понимает, почему он позвал её сюда, и боится его разочаровать своим ответом; хочется спросить, оттянуть неизбежные события, поэтому она, переодеваясь в иной образ, чуждый ей, задаёт вопрос: - Ну, что у вас там с Анджелой? Кеннеди раздражённо хмыкает, подкладывает под голову кулак, но не поправляет волосы; Клэр хочется заправить за ухо чёлку, но она прячет руки в коленях, пытаясь пересилить себя. - Ничего, - сухо констатирует он. – А должно быть что-то? Редфилд пожимает плечами: она догадывалась, что их отношения – мимолётные, призрачные, существующие только в голове у одной, но у другого – сигнализируют «стоп». Изначально провальные, ни к чему не пришедшие, почему-то Кеннеди упорно продолжает давать Миллер какую-то надежду, будто бы хочет потом совсем истоптать душу девушки в грязь. Не виновата она, что повелась на милое личико; Клэр Леон симпатичен, но не более. Встречаться с таким… Девушка задумывается: может, и неплохая перспектива, но отношения были бы ошибочными изначально. Их максимум происходит сейчас. - Вроде, ты ей нравишься, - они с Анджелой не подруги; просто пришлось событийно поработать вместе. Однако Клэр почему-то ей сочувствует в данный момент сильнее обычного. – Она много говорила о тебе. - Неинтересно, - бросает Леон, выпрямляясь. – Мы с ней… слишком разные люди. - Конечно, - девушка делает глоток, пристально наблюдая за Кеннеди. Она не соглашается с ним, не поддерживает его; в конце концов, это его жизнь, и он вправе сам выбирать того, с кем желает идти в сторону будущего. Однако Редфилд почему-то видит пелену безысходности: она знает, что он желает найти человека, похожего на другую, знает, как хочет видеть её в каждой женщине, и Анджела – не исключение; манипулировать Кеннеди умеет не хуже, но почему-то всегда оказывается в проигрышном положении – особенно что касается личной жизни. Аду Вонг никто не заменит. Клэр жаль, что он этого до сих пор не понял. - Ты пришёл?.. – начинает она, и Кеннеди подвигается ближе, складывает руки у стаканчика с кофе. Только сейчас Редфилд замечает, что на красной бумаге белым нарисована бабочка – столь иронично. - Я долго думал, - начинает он, и Клэр еле сдерживается, чтобы не засмеяться: как же всё это глупо и нелепо, - и хотел бы… - Нет, - девушка обрывает его: они здесь квиты. – Ты же знаешь, что я не буду. - Может, мы попытаемся? - Зачем, если ты всё давно решил для себя? - Потому что… - Не обманывай себя, - утешительно улыбается Редфилд, и Леон отворачивается, вздыхает. – Не ищи замену в другом человеке. - Но если бы события произошли чуть иначе, чем тогда? - Оправдания тут не помогут: сколько не перебирай вариаций, но ответ ты уже прекрасно знаешь. - И что ты скажешь в итоге? - Что мне жаль Анджелу, - Клэр почти разом допивает свой кофе. Леон вновь отворачивается, словно сбегает взглядом; Редфилд не считает его эгоистом, но за поиском человека, который может заменить ему настоящие чувства, он себя скорее погубит. Дальше время они проводят в молчании. И к данному разговору больше никогда не возвращаются.