Dicentra

Этот разговор успокоил Мидорию и придал ему сил, но всё же он хотел перевести тему разговора, чтобы избавиться от этой неловкости. — А как же король? Вы с отцом разговариваете? — уже с большей уверенностью спросил он. — Я не скажу, что он плохой, но ему бы не помешало повоспитывать в себе отцовские качества. Поэтому с отцом у меня общение не выходит за рамки приветствия во время обеда и когда он наставляет меня по поводу правления, ведь скоро коронация, но именно в эти моменты я его и вижу первый и единственный раз за день. Он хороший король, хорошо ведёт дела, поэтому постоянно занят. И, как бы это эгоистично не звучало, но я не страдаю недостатком общения с ним, я, наверное, привык уже, так что мне все равно — он пожал плечами. — И, угадывая наперед твой вопрос, мать умерла от какой-то болезни, когда мне было пять лет. Но на самом деле все было не так. Шото не хватало общения с отцом, хоть он и не хотел это признавать. Он не знал, как складываются отношения с отцами у детей других королевств, потому что на приеме старался с ними не слишком контактировать. И все тешит себя мыслью о том, что это в порядке вещей, что король холодно относится к своим детям. Он же король, он должен заниматься королевством. Ну, а к правлению отец его готовил. Куча «лекций» и занятий о том, как должен вести себя принц, что ему говорить и тому подобное. На самом деле принцу это было совсем не интересно. — Эй, Шото, — Мидория придвинулся ближе к принцу и посмотрел ему в глаза. — Ты забыл про мою причуду? — он положил свои руки на его. — Я вижу, что ты меня обманываешь. Не хочу давить на тебя, но тебе же совсем не все равно, — после чего он убрал руки, но все продолжал смотреть на него. — С тобой опасно иметь дело, — усмехнулся тот, отведя немного взгляд, стараясь скрыться от прекрасных изумрудных глаз, которые заставляли его сердце стучать с новой силой. — Почему-то я так и думал, что короли обычно спокойны в общении ко своим детям. Но тут мы отчасти похожи. Я рос в приюте с самого младенчества, — начал свой рассказ Изуку, но увидел сочувствующий взгляд принца. — Если ты подумал, что эта тема для меня грустная, то совсем нет, — начал он махать руками перед собой. — Я совсем не знаю, кто мои родители, поначалу мне было сложно, в частности от того, что я сам видел во всем только плохое, но в приюте ко мне относились хорошо, я изменился в хорошую сторону и считаю приют своим домом, куда в любой момент могу прийти к тетушкам. Они меня всегда примут. Прежде чем принц успел что-то ответить, Изуку задал еще один интересующий его вопрос. — А какая у тебя причуда? — Ну, моя правая сторона управляет льдом, — он выставил руку вперед, и она покрылась толстым слоем льда, а рядом возникла небольшая ледяная глыба. — А левая сторона управляет огнем, — в левой руке появился небольшой язычок пламени, которым он растопил появившуюся глыбу. — Ого! — Мидория был так ошеломлен, что аж подскочил. — Это же ты можешь заморозить какую-нибудь площадь и устроить каток? Или подогревать воду в ванне, чтоб устроить себе горячие источники? А можешь на руке приготовить яичницу? А чай остудить, засунув туда палец? Шото засмеялся. — О боже, я такой глупый, — выдавил из себя Изуку и прикрыл лицо руками, когда осознал, какие глупые вопросы задавал только что. — Совсем нет, это забавно, — Тодороки перестал смеяться и улыбнулся. — Я никогда не думал об этом, но, если ты так хочешь, при какой-нибудь нашей встрече могу тебе устроить, каток, например. Мидория посмотрел на принца. Слова о том, что они встретятся снова, грели ему душу. Ему бы хотелось так сидеть с ним вечность. После они разговаривали на всякие разные темы. Шото узнал, что Изуку зарабатывает, выполняя разные задания, которые ему под силу. Также он умело управляется с мечом. — Так, что ты делал в городе, Шото? — последовал вопрос со стороны Мидории, когда он вспомнил, с чего начинался разговор. — Кошмар. — Шото резко подскочил, от чего Изуку вскрикнул. — Боже, прости, но как бы мне не хотелось остаться, но мне нужно возвращаться во дворец, пока отец не заметил пропажу, как ты понял, я тут нелегально, — подметил он, усмехнувшись. Мидория расстроился, но виду не подал. Во-первых, он так и не получил ответа на свой вопрос, который он, между прочим, задал дважды. Но разве это было причиной? Ему просто не хотелось расставаться с принцем. Он проводил Шото до коридора и открыл ему дверь. Изуку хотел спросить о том, придет ли Шото к нему еще, но принц начал говорить. — Спасибо за компанию. Я очень рад нашему знакомству, обещаю, что еще приду, — улыбнулся Тодороки. — Да, я тоже, — улыбнулся Мидория и вцепился рукой в дверь. — До встречи, Изуку, — махнул рукой принц и вышел за дверь. — До встречи, — услышал Тодороки за закрывшейся дверью. Изуку почувствовал, как кровь приливает к голове. С глупой улыбкой на губах он прижался к стене и скатился вдоль нее. — Божечки, кажется я… — он приложил руку к бешено стучащему сердцу и сжал рубашку. А вопрос о том, что же делал принц в городе, так и остался без ответа.