Штеттинский замок

Вся процессия, состоящая из нескольких карет, которые её возглавляли, а также одиночных всадников и повозок с провизией, что плелись позади, двигалась на север Пруссии. Подле Софии в просторной белой карете сидела её матушка, Фредерика и Елизавета. Милые сёстренки принцессы всю дорогу щебетали, обсуждая предстоящие приключения, что ждут их вне Штеттинского замка, в который они вернулись накануне. Глава семейства герцог Вюртембергский принял решение собрать на охоту и старших, и младших своих детей, так как посчитал нужным познакомить их со своим любимым занятием, не касающимся привычных обязанностей. Охота была отличным способом сплотить родичей и впервые за долгое время провести время вместе. София знала, что Павел отправился в дорогу вместе со своим помощником в небольшой двухместной бежевой карете, они ехали чуть позади девушек. Девушка хранила внутри себя чувство радости от того, что этот человек находился совсем неподалеку и следовал за ними в почти в паре метров. Удовольствие от осознания такого внезапного открытия захлестнуло её в самом начале поездки и не отпускало до сих пор. Это было глупо и по-детски, но она довольствовалась своим внутренним уединением, тем, что никто не смог бы прочитать её мысли или узнать об истинных чувствах в настоящий момент. Таинство их такой «близости» заставляло Софию улыбаться в кулак, облокотившись на небольшой оконный выступ. Ей даже было смешно от своей глупости. — София, милая, ты вся светишься с момента отъезда, — заметила герцогиня её приподнятое настроение где-то после получаса пути, — Неужели так радует мысль о ночёвке на природе? Или стоит благодарить за это Павла Пьетровича? Женщина в тёмно-зеленом платье и такого же цвета элегантных перчатках подмигнула младшим дочкам, а затем перевела взгляд на свою любимицу у окна. София тут же постаралась убрать глупую улыбку с лица и, подняв подбородок, возразить на безосновательные догадки своей дражайшей матушки, когда внезапно поняла, что она была права. Поразмыслив немного, девушка ответила: — Ты права, мама, не буду отрицать, — ей стоило больших усилий не рассмеяться после произнесенных слов, — Хоть раз вспомнив неуклюжую попытку его высочества запрыгнуть на лошадь, я... — она больше не смогла сдерживать вырвавшиеся наружу смех и слёзы. Сестрёнки, завидев смеющуюся Софию, которая пальцами рук изображала для них попытки принца взобраться на скакуна, рассмеялись ещё громче неё. — Мари! — возмутилась герцогиня Вюртембергская, — Как это всё неприлично, просто неприлично! Ещё и сестёр этому учишь, — но сама в конце концов сдалась и тихо прыснула в кулак, прикрывшись своим светло-зеленым перьевым веером, — Боже правый, вы меня утомляете даже в карете! Она потянулась руками к младшим девочкам, которые устроились по бокам от матери, чтобы приобнять. София, завидев такую приятную для глаз картину, попыталась запечатлеть её у себя в памяти как один из самых драгоценных моментов своей небольшой жизни, чтобы в тягостные времена убаюкивать им своё сердце. — Когда мы наконец доберемся до поместья князя Франца Иосифа, я уж точно преподам нашему принцу пару уроков верховой езды, — усмехнулась девушка и опять облокотилась на чуть запотевшее от дыхания окошко кареты. — Мари, — обратилась вновь герцогиня к своей дочери, — Не держи зла на меня за прошлые поступки, я всего лишь тревожилась о твоём будущем благополучии. — Я знаю, маменька, — грустно улыбнулась София, — И никогда не держала зла на Вас за это, лишь не могла понять для себя одну вещь, которая теперь кажется ясной как день. Герцогиня не стала расспрашивать о предмете размышлений молодой принцессы, а лишь сдержанно кивнула, поправив изящной рукой чёрную шляпку с мелким кружевом.

***

Ночью того же дня.

В ночь перед поездкой София долго не могла уснуть, она вспоминала слова Павла о том, что он хотел защитить её от семьи, тем самым приняв её руку. Неужели он настолько ненавидел свою мать, что впечатлившись разговором принцессы Штеттинского замка и её матушкой, он почувствовал обязанность укрыть девушку от такого отношения даже ценой собственного нежелания брать Софию в жены. Она ворочалась на мягкой постели и всматривалась в очертания луны сквозь полупрозрачный розовый балдахин. На днях будет полнолуние, вероятно, оно застанет её семью уже на охоте. Несмотря на то, что знатные семьи часто развлекаются на охоте, она помнила, что была на этом мероприятии лишь однажды в детстве и действительно не сильно понимала, как людям может нравится столь жестокий вид развлечений. Странное предчувствие недоброго поселилось в её душе, как-будто кто-то взял в тиски её грудную клетку и направил прямо в сердце клинок. Напряженное состояние перед поездкой не давало ей уснуть, и похоже, что все её попытки отдохнуть и восстановить силы были тщетны. Девушка взяла тяжелый бронзовый подсвечник и вышла из своей комнаты. Она хотела дойти до большого балкона на втором этаже замка, где могла освежиться. Уже через несколько минут София открывала балконную дверь, выходя наружу, как внезапно замерла на месте. Злая шутка или судьба — кто-то явно пытался испортить ей жизнь. Около минуты она пыталась сделать выбор между тихим побегом и приветствием с Павлом Петровичем, который оперся на каменные балконные перила и молчал в уединении. София сжала свою левую ладонь в кулак от легкого холода, проскользнувшего по её лодыжкам и ступням, обутым в легкие домашние балетки. Она решила тихо уйти, чтобы не беспокоить юношу и самой уединиться в другом месте. На ум пришла кухня, где она могла выпить стакан теплого молока. Эта идея показалась даже более заманчивой, чем холодный балкон и неловкое столкновение с Павлом. Едва её нога скользнула назад, как голова русского принца повернулась в её сторону с лёгким испугом — Кхм, кхм, — откашлялась принцесса, осознав свой провал, — Это всего лишь я. Как раз хотела Вас поприветствовать. Щеки девушки покрылись румянцем, она захотела ударить себя по лицу от стыда, но лишь слегка улыбнулась. Юноша казалось был немного удивлен встречей, его взгляд был заинтересованным и недоверчивым одновременно. — И давно Вы здесь стояли? — негромко спросил Павел, подняв бровь, — Немного странно видеть только Вашу голову, что застряла в дверях. София хотела провалиться сквозь землю, ведь со стороны казалось, что она подглядывает за принцем исподтишка, даже не удосужившись полностью выйти на балкон и выказать приветствие. Она прикусила губу, чтобы сдержать смех, ведь на самом деле это не только выглядело так, но таким и являлось — она только что пыталась убежать, так и не показав своего присутствия. — Я…не могла уснуть и решила прогуляться, — девушка все-таки решила выйти на балкон, широко улыбнувшись, словно в этом не было ничего странного, — Так что не подумайте ничего дурного. Она присела в реверансе, как и полагалось, почувствовав новый прилив свежего ветра. Волосы слегка растрепались в косе, которую София заплетала на ночь. Она почувствовала на себе чужой пристальный взгляд. Подняв голову, девушка встретилась с серыми горящими глазами, которые уставились на неё, как на привидение. — Вы… — тихо промямлил Павел, слегка коснувшись принцессы взглядом и резко подняв глаза к её лицу, — Кхм. — Что-то не так? — юноша только молча уставился на неё с каменным выражением лица. София почему-то вспомнила их поездку в карете, которую они более не обсуждали после того дня, — Раз уж я очутилась здесь с Вами наедине, то хотела бы поблагодарить Вас в какой-то степени за небезразличие и тревогу о моём положении. То, что вы пытались помочь мне, несмотря на собственные желания, спасти меня от «плохой матушки» даже ценой брака со мной. — София, — Павел с жалостью взглянул на девушку, всё еще ни разу не сдвинувшись с места, а затем поднял глаза к звёздному небу, даже немного их прикрыв. Его руки были сжаты в кулаки и казалось он сейчас взорвется от чего-то. — Я не совсем понимаю, Вы из-за чего-то вновь злитесь на меня? — она удивленно взглянула на юношу в костюме с голубым жилетом и открытым вырезом на шее, который слегка прикрывал пиджак. Почему он не хотел принимать её благодарность? Павел тяжело вздохнул, вены на руках и шее стали более явными от напряжения. — Дело не в этом, принцесса, — он помедлил, — Вы верно выбежали из своих покоев в том, в чем обычно спите? Софию в мгновение будто окатили ледяной водой. Она выбежала в ночной сорочке, которая при свете луны могла немного просвечивать и совершенно точно полностью не закрывала её тело. Принцесса сразу же посмотрела вниз и увидела то, что больше всего боялась там увидеть. — О боже, я…извините…не хотела, — София начала запинаться и спотыкаться на каждом слове из-за сильной неловкости. Собственная неосмотрительность и невнимательность к тому, что сейчас в замке помимо семьи был мужчина, её будущий жених и, в первую очередь, принц , привела к такому казусу. Проблема заключалась в том, что она не просто вышла в неподобающем, но и в что ни на есть откровенном виде. Оголенные плечи, открытые руки выше локтя… Но самое ужасное, что сейчас на балконе было прохладно, а её тело, как и любое другое, реагировало на перепады температуры соответствующим образом. Силуэт торчащих сквозь ночную сорочку сосков просто нельзя было не заметить. Я сейчас умру, я умру, я покину этот мир от стыда. Это же надо было так забыться. Просто непозволительно для незамужней девицы. Наверняка Павел Петрович только что осознал свою ошибку и теперь совершенно точно не позовет столь распутную девушку под венец. Казалось, прошла целая вечность в собственных размышлениях и укорах совести, прежде чем София почувствовала на плечах плотную тяжёлую ткань. Её тело утонуло в теплоте светло-голубого мужского пиджака. Она слегка вздрогнула от невесомых прикосновений и подняла испуганный взгляд. — Вы замерзнете, — русский принц продолжал смотреть на чёрное небо, усыпанное звёздами, пока девушка полностью не прикрыла своё тело его пиджаком. Павел всматривался в темноту и молчал. Спустя какое-то время их обоюдного молчания, он вновь заговорил, но чуть тише. — Знаете, София, мне нравится находиться в Штеттинском замке. Здесь спокойно, а окружающие люди добры ко мне, — откровенно выдохнул принц, а его пальцы задрожали. — Правда? — спросила удивлённая девушка. — Да, чистая правда, — его глаза заблестели в свете луны. Кожа на его лице была белоснежной, почти прозрачной, — Я направлялся в Пруссию с желанием доказать себе, что не нуждаюсь в любви. Доказать, что её не существует и я зря ждал её раньше. Её сердце упало, а дыхание замерло. Откровенный разговор и выражение лица юноши заставляли Софию дрожать. — Вы всё же верите в любовь? Или, быть может, верили? — она и не надеялась на ответ, но ждала с неописуемым желанием и тревогой. Это было то самое мгновение, которое должно запомниться на всю жизнь. Вещи о которых они говорили были так важны для Софии. Она и не смела думать о любви, о том, что сможет её получить в этой жизни. Он такой же, как и я? Он и вправду настоящий? — Сегодня красивая и спокойная ночь, Вы не находите? Таков ответ? Или слишком рано? Павел незаметно сменил тему, чтобы ещё сильнее не смутить принцессу, выпрямив спину. Его белая рубаха слегка колыхалась на слабом ветру, а русые волосы небрежно спадали на лоб прядями. В лунном свете принц выглядел очень мужественно и магически, словно он только что сошел со страниц романтического французского романа о трагической истории любви. Он продолжал говорить. — По утру мы вместе направимся на охоту в поместье Франца Иосифа, друга Вашего отца. Я ещё не познакомился со всеми Вашими братьями и сёстрами, но я постараюсь ради Вас. София поймала себя на мысли, что завороженно смотрит на острую линию подбородка и пухлые мягкие губы русского принца. Его лицо и тело были до сих пор напряжены, но он благородно продолжал скрывать это за маской безразличия. После того, как пиджак был снят, а на юноше осталась лишь лёгкая белая рубаха и расстёгнутый жилет, показались его острые ключицы, меж которых начиналась линия слабо затянутой шнуровки рубахи. — Я не хотел бы быть помехой на пути воссоединения семьи, поэтому постараюсь не мешать в путешествии, — он слегка сглотнул, — Но, знайте, что я не поменял своего решения на счёт помолвки. София уставилась на открытую шею с выступающими венами и эту нежную ямку меж ключиц, обомлев. Никогда еще она не видела вблизи открытых мужских ключиц, не считая её родных братьев, которые периодически тренировались бою в свободной немногослойной одежде. — Да, красивая ночь, но полная тревог, — наконец, ответила София, приблизившись указательным пальцем к одной из ключиц. Внизу живота стало по-необыкновенному тепло, а дыхание девушки замерло, когда она осмелилась дотронуться до кожи невесомым прикосновением, — Хорошо, что Вы поедите с нами. Кожа была очень тёплой и мягкой, словно шёлк. Почувствовав её касание, Павел вздрогнул, что вывело девушку из забытья и мгновенно отрезвило. — София? — хриплым низким голосом спросил Павел Петрович. Его глаза, кажется, потемнели, зрачки дрожали, гипнотизируя молодую принцессу. Она смотрела на юношу снизу вверх, ожидая реакции. Разум Софии твердил о том, что сейчас происходит что-то неправильное и опасное, что-то что необходимо предотвратить, а сердце бешено стучало, пытаясь вырваться из клетки, созданной сплетением ребер. Павел выдохнул, бросив быстрый взгляд на тонкую хрупкую руку девушки, а затем приблизился. Его серые горящие глаза остановились на губах Софии, а её светло-карие — на его губах. Оба чувствовали дыхание друг друга кожей, но не шевелились. Электрические разряды между ними наполняли воздух вокруг, ускользая наверх к звёздам. Рука принца скользнула вверх от тонкого белоснежного запястья Софии к плечу, ощутив всю мягкость и теплоту. Мурашки покрыли тело и затылок девушки, а ресницы затрепетали. Секунда и всё произойдет. Разум настойчиво пытался пробиться сквозь приятные ощущения и необычные чувства Софии, и она поддалась ему в самый последний момент. Принцесса отстранилась, выпучив глаза от неожиданности. — Это было бы огромной ошибкой, — выдохнула она дрожащим голосом, — Мы не должны этого делать. Серые глаза сфокусировались на её смущенном лице, Павел пытался привести мысленный бардак в порядок. На лице юноше было написано непонимание и даже обида. — Да, — коротко заключил принц. Оба стояли и смотрели друг другу в глаза, мимолетно опуская взгляд чуть ниже и возвращая обратно. Напряжение в воздухе не уходило. Когда девушка очнулась, то тут же попрощалась с будущим мужем и выбежала за балконную дверь внутрь замка. Она спала в эту ночь не более нескольких часов. В попытках остановить взбеленившееся сердце она долго сидела в постели, смотря на дрожащий огонек в подсвечнике.

***

— Добро пожаловать, Фридрих, — поприветствовал отца Франц, похлопывая его по плечу и широко улыбаясь во все зубы, — Герцогиня, дорогие гости, — кивнул статный темноволосый мужчина, обернувшись в сторону остальной части семьи Штеттинского замка, включая Павла Петровича. Поместье князя было расположено на холме, который с трёх сторон окружал густой лиственный лес и горы. Внизу на равнине, через которую и проходит дорога до поместья, протекает река Самина с кристально чистой водой. Самина уходит в горы, а её истоки расположены в Олерсегге, где сливаются реки Штегербах и Валоршбах. Они текут с юга на север через всю восточную часть Лихтенштейна. Яркие зелёные поляны, горные склоны с чуть побелевшими вершинами и водопадами, ниспадающими вглубь лесной чащи. Великолепные виды окружали прибывших гостей, которые замерли у мраморной парадной лестницы. Стены поместья были увешаны диким виноградом, а вдоль ступеней ютились нежные клумбы с розовыми розами. Вокруг было тихо и спокойно, лишь редкий шелест листьев разрезал тишину. Подъездная дорога, на которой стояли гости, была выложена мелким щебнем. София обратила внимание на девушку с каштановыми волосами, стоящую по правую руку от князя. Она была одета в платье персикового цвета с пышной юбкой и длинными узкими рукавами, что сковывали движения её рук. Корсет был затянут до крайней степени, выделяя тонкую талию молодой барышни. Подле неё, держа спину, стоял юноша того же возраста. Завидев юных людей, с улыбкой в их сторону направился Евгений. С щек принцессы сошли краски, она побледнела от укола ревности, завидев эту картину. Группа молодых людей беседовала чуть в стороне, когда София всё еще стояла рядом с братьями и сёстрами у карет. Справа послышались неспешные тяжелые шаги. — Что за хмурое настроение, сестрёнка? — Людвиг усмехнулся и продолжил, — Не переживай, он просто приветствует старых друзей, и всего лишь. — Мне безразлично с кем Евгений любезничает, всё равно он секретничает только со мной, — София повернулась в сторону старшего брата, прищурившись, — К сожалению, как бы ты не старался, именно он всегда будет занимать место моего обожаемого любимого брата. Девушка хитро улыбнулась, чуть приподняв голову, а Людвиг театрально схватился за сердце. — Вы тяжело ранили меня в самое сердце, сестра, — старший брат покачал головой, — Но и я не собираюсь страдать в одиночестве! София тихо рассмеялась так, чтобы обсуждающие что-то в стороне молодые люди и родители двух семей её не услышали. Она всё еще держала руку маленькой Елизаветы, которая зевала, переживая усталость из-за долгой поездки. Жёлтая шляпка девочки скатилась на бок, почти закрывая один глаз. Принцесса Штеттина вздохнула, взглянув на маленькую сестрёнку и поправив съехавшую шляпку. — Людвиг, Лиззи нужно отдохнуть, — девушка посмотрела на Фридерику младшую, что еле плелась за герцогиней, а затем на самого младшего брата, что уселся с книгой в руках прямо на ступеньке одной из карет, — Кажется Фриду и Вильгельма тоже необходимо отвести в покои, они все изрядно утомились. И даже не думай оставить их всех на меня одну. Она повернулась к брату, всё ещё продолжая говорить, но увидела на том месте лишь пустоту. И когда только успел ускользнуть? Ничего не оставалось, как самой собрать всех детей и найти им спальные комнаты. Матушка забылась в разговоре с княгиней Марией Леопольдиной фон Штернберг, женой Франца Иосифа. Княгиня стояла в роскошном бело-фиолетовом платье из шёлка с полупрозрачным тонким фишю на плечах, длинные рукава одеяния в виде капель почти доставали до середины юбок, а края украшали такие же полупрозрачные крупные кружева. Волосы хозяйки поместья были спрятаны за белым париком. Выглядела княгиня великолепно, её манерам и сдержанности можно было только позавидовать. Она о чём-то разговаривала с герцогиней Фредерикой, в то время как сестра Софии держалась за руку матери и оставалась без внимания. Принцесса решила самостоятельно собрать всех и отвести внутрь. Она быстро зашагала к карете, приподнимая длинные юбки. — Вильгельм, почитаешь чуть позже, идём со мной, — протянула София руку своему брату, который, казалось, утонул в книге по основам естествознания и биологии. Мальчик четырнадцати лет поднял на неё недовольный взгляд, оставив на нужной странице закладку. — Я уже не настолько мал, чтобы хотеть лечь спать посреди дня, София, — начал жаловаться мальчик, — Могу ли я пойти с тобой, но остаться в комнате и читать книгу, никому не мешая? — Хорошо, хорошо, я не буду тебя заставлять, идём, — успокоила и взяла его под руку принцесса, внезапно почувствовав на себе знакомый взгляд. Мурашки покрыли её шею от предчувствия. Чуть обернувшись, она заметила Павла, который ни секунды не отрывал своего взгляда от неё. Их глаза, встретившись на мгновение, загорелись. Казалось, что весь посторонний шум в тот момент исчез. Павел стоял рядом со своим советником и слугой, что разгружал хозяйский багаж. Русский принц выглядел потрясающе. Это заставило щеки Софии вспыхнуть, не оставив ни шанса на сохранение спокойствия. Она вздрогнула всем телом и отвернулась от чуткого взгляда, чтобы не дать воспоминаниям подкрасться и застать её врасплох. Она сорвалась с места, потащив за собой брата. — Княгиня, — второпях поприветствовала принцесса реверансом хозяйку поместья, после обернувшись в сторону матери, — Маменька, можно ли я заберу Фриду и провожу в покои, чтобы все дети могли отдохнуть после тяжелой дороги? — Мари! — удивилась герцогиня, но чуть подумав, кивнула, — Княгиня не будете ли Вы против? Статная женщина в бело-фиолетовом платье улыбнулась, подозвав к себе рукой помощницу. — Грета, подготовьте покои для всех членов семьи герцога, — мягко сказала она служанке, — Наши гости утомились в дороге, отберите им самые уютные комнаты. Лиззи, Фрида и Вильгельм молча стояли, пока взрослые разбирались с делами. София вздохнула с облегчением, увидев их старшего брата, наследника Штеттина — Фридриха. Самый взрослый из них и, совершенно точно, самый ответственный. После одобрения старших, они сдвинулись с места, оставив позади слуг, разгружающих множественные сундуки с багажом. — София, я уложу Лиззи, а ты побудешь с Фридой, — предложил Фридрих, поправив выбившуюся из прически прядь чёрных волос, — Я думаю, что сегодня уже поздно для охоты, поэтому всё отложат до завтрашнего дня. Ты можешь не торопиться и тоже отдохнуть, пока мы разбираемся с вещами и устройством. Принцесса подмигнула Фриде, которая засияла на словах брата. — Ты очень любезен, как и всегда, брат, — устало улыбнулась принцесса, — Я не хотела показывать, что также утомилась, однако ты слишком внимателен, — они шли по просторному широкому коридору вдоль поместья, сопровождаемые служанкой по имени Грета, — Но, думаю, что будет не уважительно с моей стороны не представиться всем членам семьи и другим гостям князя Франца, перед тем как отдохнуть. — Хорошо, — спокойно ответил Фридрих, подняв на руки маленькую Лиззи, которая уже путалась в юбках, — Подожди пока я не вернусь в покои Фриды. Я уточню про твою спальную комнату и сразу же вернусь. Девушка слабо улыбнулась, посмотрев в добрые глаза старшего брата. Молодая принцесса вспомнила, как Евгений напротив оставил её одну, сразу бросившись к их старым приятелям. «Я это ему ещё припомню» — отметила она про себя своё обещание. Грета открыла дверь перед Софией и Фридой, чтобы они могли пройти внутрь и осмотреться. Комната младшей Фредерики была выполнена в пастельных тонах. Просторная кровать с балдахином и несколькими матрасами казалась на вид невероятно мягкой. Диван и стоящая рядом софа были обиты коричневым шёлком, их ножки извивались и сверкали золотом. Бежевый туалетный столик с большим овальным зеркалом был покрыт в некоторых местах золотой пылью. — Здесь невероятно дорогой интерьер, — вставила Фрида, зевнув, — Но лично я хотела бы опробовать эту кровать, — девочка внезапно подпрыгнула и плюхнулась в самый центр постели. — Фрида, ты даже не разделась, — засмеялась принцесса, также не сумев скрыться от желания зевнуть из-зи сонливости, — Ох, но я тебя понимаю, сестрёнка, — девушка присела рядом с малышкой, чтобы укрыть её одеялом. — Отдохни в моих покоях, пока Фридрих не вернётся, — предложила Фрида, приподнявшись на локтях. Локоны девочки чуть завивались на концах и ниспадали кудрями на детские плечи, — Ложись со мной, Софи. Девушка присела на край. Почувствовав под руками невероятную мягкость шёлковой простыни и заметив при этом огромное количество подушек у основания кровати, принцесса даже задумалась, не поддаться ли искушению. Она вспомнила, что последний раз спала в карете во время дороги, однако из-за тряски и частых остановок, не смогла проспать и пары часов, а днём ранее София не смогла уснуть в собственной кровати из-за бессонницы и ночной встречи с Павлом на балконе. Сейчас русский принц вызывал у девушки более сильные эмоции, чем раньше. После его слов о спасении принцессы и своих мотивах, а также после той безумной ночи, когда он прикрыл плечи Софии свои пиджаком, смутившись и не смотря на её открытое тело, она ощущала, как начинала более трепетно реагировать на взгляды или действия противоречивого юноши. София смогла разглядеть в его напускном безразличии, холодности и грубости — заботливость, нежность и трепетное отношение к ней. Возможно, она сходила с ума, но ей казалось, что мотивы и желания принца изменились, а также то, что он тоже испытывал какие-то чувства к ней. Они почти поцеловались на балконе, и, возможно, это бы случилось, не испугавшись она последствий. Сбоку послышалось тихое сопение Фриды.

***

— Брат, ты меня разочаровал, — надула губы София, проходя мимо многочисленных гобеленов в коридоре поместья. Евгений уставился на неё своими синими глазами, продолжая медленно идти в шаг с принцессой. — Я тебя чем-то обидел? — Брось, не ты ли только что беседовал с Аделаидой и Алоизом, оставив меня одну на подъездной дороге, — припомнила она ему, — Ты же знаешь в каких я отношениях с Аделаидой. Близнецы, будучи совершенно разными по характеру, смогли заполучить к себе такое же разное отношение принцессы. Евгений улыбнулся, показав белоснежные зубы, и схватил её под руку, чтобы шепнуть на ухо. — Ты всегда для меня моя любимая сестрёнка, Софи. И как я только осмелился тебя оставить среди врагов и неприятелей! — засмеялся юноша, посмотрев в обиженные глаза напротив, — Я подошёл к ним поздороваться, чтобы больше не разговаривать во время охоты ни разу, клянусь. София смягчилась и посмотрела вперёд, оправив причёску из толстых кос. По коридору гулял освежающий холодок, в котором они могли спрятаться. — Ты будешь прощён, если поможешь мне поймать пару куниц или зайцев на охоте, — она вскинула подбородок и весело улыбнулась, — А пока что я записала тебя карандашом в лист своих обидчиков, которых ждёт расплата. Они оба засмеялись и свернули вправо в сторону террасы, куда и направлялись для приветствия со второй дочерью князя.

***

На кушетке, облокотившись, сидела Леопольдина. Девушка с яркой и благородной внешностью, читала книгу, другой рукой подмахивая пушистым веером. Было загадкой, спасалась ли она от жары, либо хотела произвести впечатление на прибывших гостей. София подошла к небольшому столику, чтобы взять из фруктовой чаши виноград. Боковым зрением она заметила кокетливое выражение лица Лепольдины, которая оторвалась от чтения и протянула руку подошедшему Людвигу. Молодой человек склонился в поклоне, а затем с хитрой улыбкой на губах поцеловал прелестную руку в перчатке. — Вы как всегда прелестны, мисс Леопольдина, — с заметной лестью произнёс старший брат Софии, — Как поживали с последней нашей встречи? Молодая мисс легким движением отложила книгу в сторону, оправив юбку и нежно улыбнувшись. — Добро пожаловать, сэр Людвиг, — она кокетливо замахала веером возле декольте своего розового платья, — С момента последней встречи я много путешествовала с тётей по Европе. А у Вас есть ли новые интересные истории? На террасе, где сейчас происходила беседа, присутствовали София, Леопольдина, Людвиг и Евгений. Принцесса Штеттина осматривала вид с веранды на небольшой уютный сад возле дома, когда её брат решил побеседовать с молодой дочерью князя Франца Иосифа. В саду виднелся пруд, где плескались маленькие белые утки и два красивейших лебедя. Они также спасались от жары в воде, подплывая друг к другу и осыпая брызгами перья. — Истории мои связаны, по большой степени, с военным делом. Боюсь, что даме о таком знать не стоит, — самодовольно ухмыльнулся Людвиг, — Но я с большим удовольствием выслушаю Ваши истории из путешествий. София облокотилась на перила балюстрады, закинув в рот несколько виноградинок. Она сняла белые перчатки и вздохнула. Жара была практически невыносима и она хотела избавиться от ненужной одежды, чтобы хоть как-то охладиться. Её ушей достиг смех Леопольдины и какие-то слова брата, который пытался развеселить девушку. Охота начнется уже завтра по утру, так что сегодня во второй половине дня все гости и жители поместья отдыхали, наслаждаясь свежим воздухом и природой Лихтенштейна. — Вам непременно стоит также посетить приемы у королевы Франции, её балы просто поражают своим размахом. В начале каждого сезона там собираются все молодые юноши и девушки благородных семей, чтобы найти себе пару. А какой там сад с павлинами, — вздохнула красивая мисс. — Ну конечно, — подтвердил Людвиг, присев на край кушетки и рассматривая вблизи миловидное лицо Леопольдины. — После возвращения в Пруссию я чувствую лишь тоску по тем вечерам, когда устраивали балы и танцы. Мне так не хватает общения с новыми людьми, с кем возможно поговорить о литературе или искусстве. София нашла глазами Евгения, который молча стоял возле двери. Он замер, выпрямившись по струнке, и смотрел на разговаривающих в центре террасы молодых людей. Сейчас он был практически не заметен, несмотря на свой очень высокий рост и ослепительную внешность. Ресницы трепетали над глубоко синими глазами, а чёрные кудрявые волосы чуть спадали на лоб. Леопольдина не была знакома со вторым братом Софии, ведь ему только исполнилось восемнадцать лет и он редко выходил в свет. Любитель литературы и поэзии, он обычно находился дома, а на обучении в Англии также старался не покидать съемные апартаменты. — Если вы хотите поговорить о литературе или искусстве, то Вам стоит познакомиться с Евгением, мисс Леопольдина, — вклинилась в их беседу София, окинув взглядом брата, что стоял в тени. Девушка перевела взгляд с Людвига на другого юношу, сложив свой веер и ожидая, что он скажет. Она часто заморгала, создав вид, что только заметила второго гостя. Темноволосый юноша прочистил горло и, сжав руки в неуверенности, подошёл ближе, но не рискнул поцеловать руку прелестной мисс, как старший брат. — Мне нравятся работы Руссо и Дидро. Они довольно смело пишут об идеях самодостаточности и свободы человеческой природы, — его глаза сразу засветились, когда он стал говорить о близких сердцу вещах, открываясь перед другими, — Мне близка позиция Дидро относительно людей более низкого происхождения, чем мы с Вами. Леопольдина смерила юношу пронзительным взглядом, но без особого интереса. София почувствовала, как почва уходит у неё из-под ног, а дурное предчувствие бродит вокруг. В пруду лебеди продолжали ластиться друг к другу, нежась на солнышке. Они выглядели величественно и невинно одновременно, кружась в безмолвном танце. Это было похоже на танец молодых людей, что встретились на балу и не смогли отвести взгляда друг от друга, так и оставшись на весь вечер вдвоём. София не могла отвести глаз от прелестных существ. Их жизнь была коротка, они полностью зависели от людей и их намерений. Принцесса Штеттина знала, что лебеди часто выбирают себе одного партнера на всю жизнь. Верность этих созданий была сильной и неподдельной. Лебединые семьи очень крепкие, в них самец и самка — единое целое. Самка-лебедь строит гнездо и ухаживает за детёнышами, когда самец-лебедь охраняет семью и всегда находится неподалёку. О каких чувствах люди бы не говорили, доверять можно не всем. Но у лебедей всё устроено иначе. — Я не слышала о Дидро раньше, — призналась Леопольдина, — Но с удовольствием бы послушала Ваши мысли по поводу его литературы. Евгений чуть поправил кудрявые волосы, продолжив говорить. — Идеи того, что человек, не рожденный в богатой и знатной семье также способен на высокие чувства и благородство. Также как и люди благородных кровей способны на ужасные поступки, пренебрегая нормами морали и нравственности. Думаю, эти мысли поразили меня до глубины души. Леопольдина склонила голову в бок, чуть прищурившись. Её ножка в туфельке показалась из-под длинных пышных юбок. Людвиг посмотрел на брата и ухмыльнулся в очередной раз. — Мой дорогой брат слишком сентиментален, — заметил белокурый юноша, встав с кушетки и остановившись подле Евгения, — А я вот не особо умоляю такие разговоры. — Что Вы, это весьма интересно, — без особого энтузиазма, но с очевидной лестью возразила Леопольдина, — Извините за прямоту, но я всё же не возьму в толк, как же можно сравнивать людей нашего положения с необученными крестьянами. Разве они склонны к изысканному, поиску смыслов? Евгений, казалось, нисколько не был разочарован таким ответом. София знала, что он с энтузиазмом захочет объяснить всю концепцию таких идей молодой мисс. Однако была ли она заинтересована в этом? — Я прогуляюсь в саду, — поклонилась София, которой уже невмоготу было находиться в обществе мисс Леопольдины, — Доброго всем вечера. Евгений посмотрел на сестру с мольбой, дабы она не покидала их, как Людвиг. Но принцесса лишь взглядом указала на мисс Леопольдину, которая нуждалась во внимании и светской беседе с образованным человеком. Она уже помогла любимому брату заполучить внимание красивой девушки, теперь София хотела побыть наедине или найти собеседника по своему сердцу. Она улыбнулась и вышла во двор через лестницу. Не сегодня, братик.