Всего лишь пятнадцатый принц

      Ли Цзяоао проснулся до рассвета. Е Вэньсянь спокойно посапывал рядом. Соблазн поцеловать его на прощание был велик, но ранее каждый раз после попыток поцеловать его на прощание, молодой господин Е тут же просыпался. Сейчас не стоило. Кронпринц смахнул прядь его волос от лица и улыбнулся.       Вскоре пожаловал Ким Юнбин.        - Мы согласны на ваши условия, - сказал он с порога без единой церемонии.        - Тогда могли бы мы поговорить там, где мы не потревожим сон Сюй Яня? - поинтересовался кронпринц. - Он просыпается на рассвете, этот принц смеет просить ваше высочество зажечь палочку снотворных благовоний, чтобы он не проснулся раньше времени.        - Хорошо, - мужчина кивнул и приказал слугам заняться благовониями. - Оставьте меч и идите за мной.       Ли Цзяоао вложил Цяньбэй в руки Е Вэньсяня и последовал за Ким Юнбином. На этот раз глаза ему не завязали, и он смог осмотреть коридоры довольно скромной резиденции. На этот раз император-консорт вывел его на улицу.        - Сюй Янь наш пленник, Ваше Высочество понимает? - спросил Ким Юнбин, с сомнением глядя на Ли Цзяаоао. Тот выглядел спокойнее, чем мог выглядеть человек в плену.        - Как только его величество Ким Хану очнется, он станет вашим дорогим гостем, - как отрезал кронпринц. - Можете приставить ко мне хоть всю вашу стражу, но его не троньте.        - Как попросит его высочество, - кивнул император-консорт. - Как только… Сюй Янь очнётся, этот император позаботится о его благополучии. Я обязан вам спасением от юнюань дэ шуймянь, и потому иду против наказа Хинохимэ. Однако, надеюсь на вашу благоразумность. В любом случае, пока в моих руках хоть кто-то из вас, второй будет в моем распоряжении, так ведь?        - В вашем распоряжении мы оба, - исправил его Ли Цзяоао. Ким Юнбин совсем легко улыбнулся.        - Моя жена жестока, но не прекрасна ли она в своей жестокости? - невзначай спросил он, освящаемый лучами рассветного солнца. В этом свету он выглядел чуть симпатичнее, чем обычно, но его всё ещё нельзя было назвать красавцем. - На месте вашего высочества, этот император рисковал бы также. Как я могу не пойти у вас на поводу, когда сам невольно вспоминаю собственную жену, глядя на ваше высочество и молодого господина Сюя?       Ли Цзяоао только ухмыльнулся. Старшая сестрица никогда не была к нему милосердна, однако её муж оказался сговорчивее.        - Уведите его, - приказал Ким Юнбин. - И всю дорогу не спускайте с него глаз.       Мужчина развернулся, взмахнув рукавом, и удалился, оставив Ли Цзяоао толпе охраны. Ему не оставалось ничего кроме как подчиниться. Ким Юнбин дал им с Е Вэньсянем шанс, которого не собирались давать ни Кана Хинохимэ, ни Е Сяолун.       «И всё же, он был бы пусть и мудрым, но слишком мягкосердечным правителем», - мелькнуло в голове Ли Цзяоао.        - Давно не виделись, ваше высочество, - с улыбкой превосходства поздоровался с ним генерал Мин Канги. - Вот мы и снова встретились.       Ли Цзяоао сцедил на него не самый добрый взгляд, но всё же последовал за ним. Каждое неверное движение всё ещё могло стоить ему жизни.       За пределами северной резиденции ему всё-таки подали лошадь, и внутреннему ликованию кронпринца не было предела. После нескольких дней, проверенных в карете и излишней опеки Е Вэньсяня именно это было той крошечной свободой, чего ему в глубине души хотелось.       Дорога предстояла не самая долгая, но также не увлекательная. Невольно Ли Цзяоао вспомнил свои первые военные походы. Фаншэнь не так часто вела войну, и в основном это были стычки с войсками Ци, но самым крупным за последние десять лет конфликтом стала война с империей Хуаньси, которой зачем-то понадобились южные территории Фаншэнь. Позже оказалось, что это было лишь отвлекающим манёвром Ци, войска которой которые напали с севера. Это произошло аккурат после переворота в Ци, когда Е Сяолун пытался укрепить свой статус императора и свести счёты с Фаншэнь, которая не только способствовала развитию конфликта Ци с Сюэ, но и полностью «захватила» ранее союзное для Ци государство. Е Сяолуну было невдомёк, что связывало императоров стран, однако он планировал хорошенько отомстить обоим, сея хаос и завоёвывая территории. Однако, пока что планы его особо успехами не венчались, либо просто не давали о себе знать и спокойно выжидали своего часа.       Думая о семье Е, Ли Цзяоао невольно вспомнил Е Вэньсяня. Ему однозначно от отца не досталось ничего, кроме фамилии. Лицом он, скорее всего пошёл в мать, а интересами… на самом деле, империя Ци была известна именно своими познаниями в медицине. Е Вэньсянь мог стать выдающимся лекарем, потому что был крайне искусен в искусстве врачевания и рана на плече Ли Цзяоао почти полностью затянулась и уже не давала знать о себе, ранее ни одна его рана так быстро не заживала. Однако, по словам самого Е Вэньсяня, императорская семья не была особо заинтересована в изучении медицины.       Кропринц возлагал большие надежды на молодого господина Е на то время, пока он уехал на поиски той самой травы. Если он правильно прикинул, у того действительно получится вылечить полуживого Ким Хану, и тогда им всё же позволят покинуть страну до строительства мостов.       Руки чесались подогнать лошадь на галоп и просто сбросить накопившееся моральное напряжение. Но скачущий рядом Мин Канги, мягко говоря, мешал. Однако, стоило отдать его терпению должное, за столько времени в его компании, он держался с достойным уважением. Ли Цзяоао был безоружен, остальные же вооружены. Оставалось спросить напрямую.        - Генерал, не могли бы мы с вами прокатиться галопом? Я чертовски устал от кареты и рыси, - он спросил вопроса ради, не более того. Однако, Мин Канги воспринял идею вполне положительно.        - Как прикажет ваше высочество, - кивнул мужчина и подстегнул лошадь.       Галоп действительно хорошо освежал мысли и голову, только небольшое волнение за Е Вэньсяня всё ещё кружило голову и мешало сосредоточиться. До северных гор в лучшем случае пара дней. В худшем три-четыре. Погода благоволила, так что Ли Цзяоао надеялся отыскать эту необычную траву как можно скорее, вернуться за Е Вэньсянем и отправиться дальше, в Цзян. Добираться было долго и не очень легко, так что лучшим сценарием было отправиться туда сразу же после того, как они соберут первый ингредиент в Дун.       Спустя час галопа, Мин Канги попросил Ли Цзяоао охладить пыл и замедлиться, чтобы не загонять лошадей, и тому пришлось всё-таки подчиниться. Однако он успел немного успокоиться и теперь погрузился в свои мысли. Когда он наконец смог отвлечься и обратить внимание на дорогу, солнце близилось к зениту.       Е Вэньсянь тем временем заканчивал готовить лекарства для Ким Хану. Не позавтракав и сразу принявшись за пациента, сейчас он был порядком вымотан, но полон намерения закончить всё как можно скорее.       Несмотря на то, что Е Вэньсянь сказал, что хочет отправиться в путь за Ли Цзяоао, Ким Юнбин тут же опустил его с небес на землю и пообещал, что тот сможет поехать как только Ким Хану очнётся. В итоге ему пришлось пообещать подготовить все лекарства, расписать когда и какие давать, а ещё выхаживать его до того момента, как он очнётся. Но император-консорт Мэйнюй заверил его, что как только его брат откроет глаза, Е Вэньсянь сможет последовать за Ли Цзяоао в северные горы.        - Ваше величество, я закончил, - молодой господин Е расставил на столе все пузырьки и разложил мешочки. - Вот это давайте ему каждое утро, вот это - вечером. А это надо мазать на раны… и меняйте повязки два раза в день.       В конце объяснения живот предательски заурчал.        - Молодой господин Е не голоден? - спросил Ким Хану, внимательно выслушав всё, что лекарь ему рассказал. Е Вэньсянь забегал глазами.        - Голоден, - пришлось признаться.        - Хорошо, - мужчина кивнул и подошел к двери, в сторону которой бросил: - Подайте обед на двоих.       Е Вэньсянь удивился разнице той еды, что им подавали вчера и что ему предложили сейчас. Большой выбор блюд: супы, разнообразные закуски, жареное и тушёное мясо в разных острых соусах, и как обычно рис. Однако, несмотря на голод, Е Вэньсянь лишь успел попробовать все блюда под странную улыбку Ким Юнбина и уже наелся.        - Больше не будете? Его высочество Ли Цзяоао бы весь извелся если бы узнал, что вы так быстро наелись, молодой господин Е, - хитро выдал мужчина.       Чуть не подавившись острым супом, Е Вэньсянь поднял на него взгляд и выдавил только короткое:        - Чего?        - Он переживает за вас, - повторил Ким Юнбин.        - Оставил тут пленником и переживает? - уточнил Е Вэньсянь. - Ну да, сделаю вид, что я ему верю.        - Молодой господин Е, он оставил вам свой меч и отправился на север с вооружённой охраной. Он в куда более уязвимом положении, чем вы тут, в северной резиденции, - покачал головой император-консорт Мэйнюй. - Даже после моих попыток посеять сомнения в его сердце он всё ещё доверяет вам.        - Так это вы!.. - выпалил молодой господин Е, но тут же заткнулся. Не было смысла сейчас устраивать скандалы, раздражаться или ставить условия. Что было, то прошло. На кону его жизнь и репутация лекаря! - Ладно, забудьте, мы с вами всё равно враги.        - Почему же враги? - Ким Юнбин недобро улыбнулся. - Мы можем стать союзниками.        - Чего ещё вы от меня хотите? Чтобы я убил его? - спросил юноша, сжимая в руках висевший на поясе меч.        - Смотря кого вы имеете в вижу под "ним", - протянул мужчина. - Я бы хотел избавиться от Ким Чжеюна.        - Он ваш брат, - ответил Е Вэньсянь. - Неужели нет другого способа?        - Спросите у Е Сяолуна, молодой господин Е, есть ли другие способы, - Ким Юнбин взмахнул рукой. - Он же ваш брат.       Е Вэньсянь опустил взгляд. Он отлично знал, что этот самый его брат убил всех его братьев с фамилией Е и от него тоже хотел избавиться.        - Я понял, - выдохнул он в конце концов. - Но я не способен ни в битве, ни в переговорах.        - Но вы способны в медицине, - возразил Ким Юнбин.        - Вам нужен мой яд? - молодой господин Е прикинул, чем и как можно было бы отравить кого-то, кто сейчас, вероятно, захватывал власть в Дун. - Может, для начала поясните ситуацию в стане, а потом будете что-то у меня просить?        - Ох, я и правда виноват, что не ввёл в курс дела, - император-консорт снова странно улыбнулся. - Всё очень просто: Ким Чжеюн в сговоре с Е Сяолуном, который совершил нападение на Ким Хану. У старшего брата скоро день рождения, и я, как его младший брат, должен был приехать с дарами из Мэйнюй. Насколько мне известно, Ким Чжеюн и Е Сяолун планировали избавиться от меня на границе, отравив юнюань дэ шуймянь. Однако, вы, молодой господин Е, и Ли Цзяоао остановили передачу, и отравить меня Ким Чжеюну не удалось. Узнав об этом, вместо планируемого на день рождения старшего брата восстания он просто попытался убить его, пока я не приехал. Однако, он не знал, что как только понял его планы, я срочно отправился в столицу лишь в небольшой группой охраны. Старшего брата спасти мы смогли, однако, его состояние... вы сами видите. Те во дворце, кто был на стороне старшего брата, поддержали меня, и мы смогли подавить восстание, однако Ким Чжеюн и собранная из недовольных братом граждан Дун армия Е Сяолуна сейчас находится в стране и устраивает бесчинства. Мне удалось договориться на переговоры с Ким Чжеюном на завтра, однако, мне хотелось бы раз и навсегда положить конец его глупостям. Он предал свою страну, предал своего отца, у него нет права носить титул принца Дун и быть частью императорской семьи нашей страны. Странно, что Е Сяолун всё ещё от него не избавился. Либо избавился и мы чего-то не знаем. Однако, завтра я собирался положить окончательный конец предводителю этой глупой Гражданской войны. Я понимаю, что так легко её не закончить и мне придётся задержаться в Дун дольше, чем планировалось, однако, я не хочу наследовать престол Дун и разлучаться с женой. Мне хотелось бы, чтобы на троне остался старший брат. На моей стороне также его жена, которая сейчас в императорском дворце. Ким Чжеюн оставил её в живых лишь потому, что также был влюблён в неё. Не знаю, не примет ли она в итоге сторону Ким Чжеюна, однако на данный момент императорский дворец именно в руках её и ещё двоих генералов. Мин Канги, пусть и уроженец Дун, мой прямой подчинённый, последовавший за мной в Мэйнюй, однако, нам повезло прибыть в столицу тогда же, когда вы отпарили к брату посыльного. Я отправил своих людей за вами, и также попросил брата сделать вид, что именно он хочет с вами встречи. В действительности же, на тот момент я лишь сам хотел выразить вам благодарность за то случайное спасение. Однако, сейчас вы можете пригодиться мне во второй раз. Не могу бы вы, молодой господин Е, завтра отправиться со мной на переговоры с Чжеюном и, претворившись моим слугой, отравить его?       Е Вэньсянь ничего не понял. Точнее, что-то да понял, но довольно смутно. Получается, когда они остановились в том злосчастном трактире и наткнулись на шпионов, Ким Юнбин приближался к границе Дун и Мэйнюй, где его планировали отравить в тот же день, в какой они сами пересекли границу. Однако тот, узнав о том, что жизнь его спасена подобным образом, заподозрил неладное и поспешил в столицу. Когда он прибыл туда, прибыл и посол, отправленный Ли Цзяоао. Ким Юнбин попросил отправить на охрану именно своих людей, а также попросить их заехать в столицу. Только вот планам касаемо встречи в столице сбыться было не суждено - Ким Чжеюн восстал против брата и после битвы был вынужден скрыться. Ким Юнбин забрал раненого старшего брата в спокойную одинокую северную резиденцию, чтобы оградить его от толпы людей императорского дворца, а дворец оставил жене брата. На жизнь её не собирались покушаться лишь потому, что она нравилась Ким Чжеюну и он планировал после смерти Ким Хану сделать её своей женой, поэтому она оставалась в относительной безопасности. В конце концов, Е Вэньсянь и Ли Цзяоао прибыли в северную резиденцию днём позже, чем Ким Юнбин и Ким Хану. Также Ким Юнбин планировал избавиться от младшего брата-предателя, и сейчас ему в голову пришла невероятная идея использовать для этого Е Вэньсяня. Так скажем, воспользоваться им по полной!        - И чем же мне его отравить? - спросил молодой господин Е, закончив в голове анализ услышанного.        - Чем-нибудь смертельным, от чего нет противоядия. Ну или хотя бы чем-то, что очень тяжело вылечить. Чем-то уникальным! Только не юнюань дэ шуймянь. Есть шанс, что они всё ещё сотрудничают с Е Сяолуном, - сказал Ким Юнбин. - Только сделайте это так, чтобы он не заметил.        - Ну что ж, выбор у меня, конечно, велик, - кивнул молодой господин Е. - Я что-нибудь придумаю, если вы пустите меня посмотреть на ваши запасы трав, ядов и прочего-прочего. Может, смешаю что-нибудь новенькое.       Он рассчитывал украсть, а может и напрямую выпросить каких-нибудь интересных ингредиентов. Ну и намешать что-то поистине уникальное! В конце концов, ему предстояло скучать ещё несколько дней, прежде, чем он сможет отправиться на встречу с Ли Цзяоао. Надо же было как-то развлекаться! Хотя, подобные опасные операции вряд ли можно было считать развлечением. Он умудрился влезть в дворцовую интригу другой страны, после которой его самого могли устранить! Это было довольно опасно, но почему бы не развлечься перед смертью?        - Хорошо, - согласился Ким Юнбин. - Только съешьте ещё хоть немного, его высочество Ли Цзяоао меня убьёт, если узнает, что вы голодали у меня под присмотром...        - Я у вас в плену, было бы странно, если бы я ел досыта, - сказал Е Вэньсянь, но всё-таки съел ещё немного.       После обеда Ким Юнбин всё же отвёл его в лекарскую комнату, заранее выгнав оттуда всех лекарей Дун. Е Вэньсяню предстояло много часов упорной работы над ядом, а также план по отравлению Ким Чжеюна. Кроме того, он собирался заняться и некоторыми своими личными исследованиями некоторых лекарственных средств.