Старший брат

— И зачем? — Что зачем? — Не строй из себя идиота… Они поднимались в тишине. Но когда щелчок закрывающейся двери прозвучал, он злобно посмотрел на Туана. — Да… Ты прав, я не идиот, — улыбается красноволосый. — Ты ведь тоже меня не лю… не переносишь, — отводит взгляд Хосок. — Да. Я тебя ненавижу, — с какой-то загадочной улыбкой смотрит Чен, — Поэтому и не отстану. — А? — Хосока хватают за подбородок. — «А» ты будешь кричать, когда я буду входить в тебя без остановок. Я от тебя не отстану, Хосок. Ты будешь мучаться и страдать. Хосок смотрит на него, стараясь не показывать страха. Но когда этот властный взгляд вновь падает на него, он не в силах удержать оборону, поэтому зрачки начинают подрагивать, а ноги трястись. — Ты будешь моей игрушкой, а я твоим «папочкой». Чон стоит несколько минут с растерянным лицом. Он старается вспомнить всё, чему его учил разумный хён. И книгу от Юнги: «Как послать. На все случаи жизни.» Тем временем Туан продолжает: — Ты будешь слушаться меня и делать так, как я скажу. — Да пошёл ты… — А? — Чен приближается ещё ближе, наглым образом приобнимая младшего. — Иди… , — бубнит Чон, что слышно только ему. — Ты не можешь сказать громче или мне надо приблизиться? — когда большая рука красноволосого дотрагивается до талии, терпение Хосока идёт к чёрту. — Да иди ты нахуй! — рыжеволосый замахивается коленом и попадает… — Засранец… , — Туан падает на колени от боли в том самом месте. (ну вы поняли о каком месте идёт речь;) — Не приближайся ко мне! Ты под конец охренел. Думаешь, я вот так вот просто спущу тебе всё с рук? — Ты до сих пор помнишь...? — хрипит, ухмыляется старший пытаясь поставить колено, чтобы встать. — Пф… К сожалению таких засранцев, как ты, не забывают, - скрещивает руки на груди Чон. — Так даже лучше, — Чен встаёт. — И о какой свадьбе вообще может идти речь?! — О той, что будет этим летом. Всё запланировано. Тебя не спрашивали, не спрашивают и не собираются. Такой богатый, но беспомощный, - красноволосый поправляет пиджак, - Ладно… Этот случай я тебе пропущу. Но знай на будущее… Будь более бдителен, — на лице гостя в последний раз появляется эта ухмылка, после чего Туан выходит. Провожать «муженёчка» Чон конечно же не вышел даже после угроз с первого этажа от отца. Он слышал, как те любезничали и что-то обсуждали… Скорее всего этим «чем-то» являлся Хосок. Он чувствует себя проданной вещью, которую дадут богатенькому ребёночку поиграться, а потом выкинут спустя какое-то время. Это время будет самым сложным в жизни Хосока. "Он не знает, как теперь себя вести с Ченом? Рассказать ли всё другу? И расскажет ли об этом Туан? А что если Юнги перестанет со мной дружить? На что повлияет это решение?" - мысли застилали разум. Он всем сердцем возненавидел Туана. Навсегда пообещал себе, что альфы не для него. Особенно Чен, который так сильно раздражает и издевается. Также, это жутко задевало достоинство. Ведь Хосок также поклялся, что отныне только по девушкам. И следовал этому обещанию. Он часто ходил в клубы вместе с Юнги. Они выбирали себе омег, когда были в настроении. Хосок делал это чаще. Ему на самом деле не хватало любви. Юнги делал это реже и с мальчиками тоже. Но все были одинаковыми. Хосок ненавидит первую свою любовь и пытается засунуть подальше в воспоминания, но помнит вторую. Это была девушка. Он не помнит её имени и фамилии, так как отец никогда не рассказывал настоящих имён своих подчинённых. Она работала у них горничной. Они начали дружить. Девушка была на год старше самого рыжеволосого, но это не помешало им сдружиться и скрыть немного не дружеские отношения от отца. Но в одно утро…это всё закончилось. Оказалось отец выгнал девушку, потому что просмотрел видеокамеры, на которых отчетно был виден поцелуй в лунном свете. Самый первый поцелуй. Хосок до сих пор не может простить это отцу, которому до сих пор всё равно.