Старший брат

— Не надо мне ничего доказывать! Я верю! Запарил! — Хосок кидает в красноволосового подушку, — Это ничего для меня не значит! — Да что ты… , — подушка летит обратно, — А я думал, что ты успокоишься, узнав, что по праву принадлежишь мне… — Размечтался! Я бета и имею право отказаться от каких-то там альф. И без твоего появления мне жилось нормально, — встаёт с кровати Хосок. — Да да… Кстати, собирайся. Сегодня мы точно не пропустим ужин. А пока что в школу. — Я сам знаю, что мне надо! И выйди из моей комнаты! — выпровождает его Чон, хлопая дверью. — Это моя квартира, — подмечает Туан, за ней. «Пришёл поставить метку… Идиот… Я никому не принадлежу и истинных у меня нет! Почему он такой тупой?!» — Хосок быстро заправил кровать и отправился умываться. За всё время проживания вместе с Ченом они не помирились или сдружились. Просто ссоры стали возникать реже. Так же как и разногласия, которые во дворце семьи Чон были постоянны. Хосок никогда не признает, но здесь намного лучше чем там. Да, в этот раз нет смысла пытаться убежать или вытворить какую-нибудь дичь, потому что это ничего не изменит. Уже ничего не изменит желание семьи Чон. И это желание не для счастья их единственного сына, а для денег. Честно сказать, Хосок даже планировал передать всю власть Чонгуку. Чтобы он стал наследником. Он альфа. Справится лучше… Рыжеволосый выходит из душа, обтирается полотенцем и одевается в форму, быстро позавтракал, впервые в компании Чен Туана, который на самом деле радовался внутри, но оставался равнодушным снаружи, листая ленту новостей, по привычке положил грязную посуду в раковину и отправился обуваться. Туан поспешил за ним, не оставляя младшего без присмотра. — Жди около главного входа. Я буду там. И только вздумай что-нибудь вытворить! — тыкает в бету красноволосый с угрожающим тоном в салоне автомобиля. — Я так похож на маленького ребёнка?! Я сам знаю куда мне надо… — А мозги пятилетнего, если ты даже не смог вытащить чип из своего смартфона, чтобы мы тебя не нашли… — В следующий раз обязательно вытащу, не беспокойся, — фальшиво улыбается Хосок. — Следующего раза не будет! — останавливает машину Туан. — Да-да. Конечно, — выпрыгивает Чон и направляется на выход со школьной парковки, чтобы зайти в здание школы без этого оболтуса. Кстати, благодаря этому оболтусу Хосока перестали обижать или дразнить. Бет, впринципе, не особо уважают в школах или на работе… Рядом с Чоном постоянно стоит кто-нибудь из друзей-слуг альфы. И за ним постоянно будто следят. Это и напрягает и как-то даже упрощает жизнь. Заняв своё место, он начинает писать Юнги, который вчера вечером уведомил о том, что явится.

***

— Чимин~и, — Юнги осторожно поглаживает младшего брата по бедру, — Нам в школу сегодня надо пойти… Слышишь? А он слышит. Слышит, но не хочет что-либо говорить. Наоборот — полностью накрывается одеялом и сжимается. Сегодня утром он пошёл в туалет еле-еле выкарабкавшись из объятий старшего брата. Сделав свои дела, он подошёл к зеркалу и несколько раз ополоснул личико, чтобы глаза могли открываться шире, вытерся полотенцем и опять посмотрел в зеркало. Глаза у него открылись намного шире, чем хотелось бы. Сразу вспоминается конец вчерашнего вечера: как Юнги схватил его вчера на кухне и повёл наверх, как кинул на кровать и навис сверху, как издевался, облизывая шею, а потом глубоко вонзил свои клыки и уснул рядом, слегка приобнимая. Со стороны Чимина всё выглядело именно так. Так жестоко и неожиданно. На шее красовалась большая фиолетовая метка, что пульсировала и отдавала болью. С одной стороны это хорошо… Брат — истинный… Будет проще и т.д. А с другой стороны это кощунство… Как ему теперь смотреть в глаза родителям или кому-либо вообще?! Решив, что вернуться в свою кровать и лечь подальше от Юнги — это самое лучшее, что можно сейчас сделать, Чимин поступил именно так. Всё же 5 часов утра — это рановато для сборов в школу, в которую идти желания вообще не осталось. — Чимин~щи, — продолжает шептать старший, — Ты как? Я знаю, что ты не спишь, — альфа утыкается младшему в затылок, — Дай я проверю шейку, — максимально ласково старается спросить он. — Отстань от меня! Я не хочу с тобой разговаривать! — Чимин отмахивается и задаёт ему своей маленькой пяткой по ноге. — А… Я и забыл, что вчера это всё было без твоего согласия… Прости за это. Так надо было. Я не удержался. Если у тебя на шее ничего нет, то я обещаю, что больше к тебе не притронусь. — Ты уже обещал! Ты сказал родителям, что будешь меня защищать, а в итоге надо было защищать от тебя! — в голосе Чимина слышится обида и сдерживаемый плач, — Я хочу переехать к Тэхёну. А ещё лучше, если к родителям. И я думаю, что им пора узнать чем мы тут занимаемся! — поворачивается к нему лицом. — Покажи шею. И если хочешь, я после этого сам съеду, — немного хмурится старший и привстаёт на руки, садясь на кровать. Недовольно цокнув, Чимин медленно убирает одеяло, смотря старшему в глаза, прекрасно зная что под одеялом. — Ну? Доволен? — Я думал… , — альфа начинает рассматривать оставленный им вчера укус, что превратился в фиолетовую метку, которая следствует о истинности, с улыбкой, — Это так… Здорово? — Что в этом здравого, Юнги? Мы врём родителям и самим себе! — принимает сидячее положение. — Мы свод… — Я прекрасно знаю, что мы сводные! Я знаю! Ну это всё равно неправильно. В школе мало кто знает, что мы не родные. И папа у нас, кстати, один! — Но это ничего не меняет, если мы истинные, — подмечает Юнги. — … , — омежка пытается встать, показывая, что не хочет разговаривать на эту тему. — Ты не хочешь чтобы я был твоим альфой? — спрашивает актив с некой печалью, хватает его за руку и тянет обратно на кровать, из-за чего тот валится и волшебным образом оказывается уже под альфой. — Не то, чтобы не хочу. Я привык к тебе как к брату… , — Чимин на автомате пытается отстранить его от себя, упираясь руками. — Значит и как к парню привыкнешь, — ухмыляется старший, приближаясь к пульсирующей шее, — Или я тебе не нравлюсь? — Юнги убирает мешающие руки вниз, — Я не привлекательный? — Нет, ты мне очень нравишься внешне, правда… , — омежка отворачивается в сторону, неосознанно подставляя шею со стороны укуса брату. — А запах? Опиши, — жарко дышит уже в изгиб шеи старший. — М-мятой пахнешь…Свежестью… Я не умею описывать запахи, — закрывает глаза розововолосый и сжимает простынь руками. Именно этот запах его дурманит и сводит с ума. Именно от него он может возбуждаться. Именно ему он поддаётся. — Тогда в чём проблема? — Юнги влажно целует ключицу, вдыхая аромат кофе. — Я не… — тихо выдыхает Чимин, сжимая ноги между собой и запуская одну из рук, в мягкие тёмные волосы, перебирая их. — Я заставлю тебя полюбить меня. Как ты смотришь на это? — Мин продолжает мучать Чимина ожиданием, не прикасаясь своим языком к отдающей болью метке, мучая при этом и себя. — Я не… знаю… , — цвет щёчек Чимина почти сливается с цветом его волос. Он чувствует покалывание внизу живота и маленький бугорок в штанах, которым старается не светить, ещё сильнее сжимая колени. — Не бойся, — Юнги высовывает горячий язык, ублажая им шею омежки, который очень чувствительно относится к любым прикосновениям и начинает дрожать из-за каждого малейшего движения или действия. Лёгкий вздох и тихие стоны, вызывает вторая рука альфы, которая забралась под футболку Чимина и начала блуждать по торсу. Второй он удерживается на весу с помощью локтя. — П-прекрати, — выдавливает из себя Чимин, а сам сжимает в кулачок тёмные волосы на затылке старшего и сильнее утыкает в свою шею, — П-пожалуйста, — как только Пак почувствовал, что свободная рука старшего спустилась и принялась растёгивает его ширинку джинс, в которых он вчера уснул, не успев переодеться, он начинает извиваться нижней частью тела и мычать, показывая что против, а сам послушно раздвигает ноги. — Ты хочешь, — продолжает ласкать его старший, водя прохладной рукой по низу живота, вызывая новую дрожь с новыми звуками, — А я хочу попробовать тебя. Венистая рука тем временем приспустила джинсы младшего и полезла в боксёры, не обращая внимание на пальцы второй руки Чимина, что схватилась за бледное запястье и пыталась отстранить его. — Отпусти, — гипнотически произносит Юнги омежке на ухо, параллельно прикусывая его губами и продолжая копошиться где-то внизу. И Чимин отпускает. Не знает почему или зачем. Просто отпускает, затуманено осматриваясь. Найдя то, что искал, альфа прикасается, вызывая нервный дёрг в ногах младшего. Нежно проведя по всей длине, Юнги протягивает руку дальше и суёт полпальца в сжавшуюся влажную дырочку, от чего Чимин вскликнул. К таким действиям он ещё не привык и они ему пока не особо приятны. Решив с этим не торопится, шатен опять возвращается к паху, слегка водя по нему вверх и вниз, слушая дыхание, которое начало ещё сильнее сбиваться. Вскоре и сам альфа медленно спускается поцелуями по телу вниз, получая вздохи, ахи, стоны, а иногда всё в одном и убирая ручку Чимина со своей макушки. Он целует низ живота и проводит один раз языком. Омежка выгинается бёдрами ему навстречу, показывая желание и напоминая о пульсирующем члене, что ещё в самом начале ласк начал истекать прозрачной естественной смазкой в боксёры. Высунув язык он провёл им от яиц до головки. — Мхах… , — вырывается из Чимина, — Юн-ги… Не нужно… , — как минимум, Чимину неловко, что старший брат облизывает его половой орган. В ответ Мин ухмыльнулся и с лёгкостью засунул половой орган себе в рот. Много труда это не требовало, так как размеры даже до глотки не доходили. — Ах… Хён~, — начинает стонать младший, выгибаясь навстречу горячему рту, — Хён, не надо… , — сжимает простынь руками Чимин, закидывая голову и прикрывая глаза. Альфа ускоряется, начиная помогать себе тремя пальцами. Как и предполагалось, Чимин долго не выдержал. — Юнги… я же… сей… , — не успев договорить, Чимин взрывается в оргазме с громким протяжным жалостным стоном, выгибаясь до хруста в спине и излеваясь брату в рот, немного пачкая его губы. — Сладенький, — не сразу разбирает омежка из-за собственного дыхания. — З-зачем ты… , — рвано спрашивает розововолосый. Юнги встал, демонстративно облизнувшись. — Чтобы ты понимал, ты первый, кому я отсосал, Чимин. И течка у тебя уже закончилась, — напоследок он нагло улыбнулся, после чего вышел из комнаты Когда дыхание более-менее восстановилось и скрип лестниц отдалился, Чимин тихо прошептал: — Извращенец. После чего отправился в душ.

***

Лениво выйдя из своей комнаты, Тэхён первым делом пошёл на звуки сопения и иногда похрапываний, которые его разбудили. — Чонгук, — садится на диван серебристоволосый и начинает гладит младшего по плечу, — Гукки. Нам надо в школу уже собираться. — Отдай мой банан, — шепчет младший, немного дёргаясь во сне. — Чон Чонгук! Если ты сейчас не проснёшься, я засуну этот банан тебе туда, откуда его больше никто никогда не отберёт у тебя! Альфа, что аж подскочил, удивлённо, но по-прежнему сонно, начинает осматривать его. Обоим одновременно в голову прилетают воспоминания о вчерашнем конце дня и оба молчат в ожидании, пока не звонит телефон Тэхёна, который остался в комнате где-то в постели. — Иди собираться. А то опоздаем, — бурчит старший и плетётся обратно. Чон послушно идёт в душ и слышит оттуда, как Тэхён что-то бурно обсуждает с Чимином. Мало что сказав за это утро, они позавтракали и пошли собирать уроки. — Ты тоже ничего не сделал? — спрашивает Тэхён, заглядывая в зал. — Неа. У нас первым, кажется, музыка. На ней сделаем, — собирает альфа портфели, пока Тэхён разбирается с формой на физ-ру, — Тэ, — начинает разговор Чонгук, — Ты вчера… из-за вчерашнего обиделся? — прямолинейности у Гука не занимать. — Я? — удивлённо таращится Ким, — Да нет. Не обиделся. Скорее я тебя напугал… Ты ещё так посмотрел… , — складывает вещи старший. — Нет. Ты меня не напугал… Просто я… — Нет, Чонгук, ты прав. Для этого и в самом деле рановато, — идёт в сторону прихожей серебристоволосый, тем самым заканчивая разговор, — Сегодня Чимин кстати придёт. Сегодня буду следить за классным, потому что у него какая-то странная на Чимина реакция… — А может он ему дядя или какой-нибудь другой родственник. Откуда мы можем знать? — начинает защищать бету младший. — Я спрашивал у Чимы. Он сказал, что впервые видит его и такой фамилии в их родовом древе нет, — берёт свой телефон с зарядки омега, параллельно смотря время, — Ладно, неважно. Пошли уже. А то опоздаем. Быстро обувшись, они оба вышли из дома, закрывая дверь и всё выключая.

***

— Я не маленький! Юнги перестань говорить, что я ребёнок. Мне уже скоро 17, — цитирует альфа младшего брата, пытаясь подстроить его голос, — Ты даже не можешь до своего кабинета дойти. — Я просто попросил тебя провести меня до моего класса, потому что я забыл где он, — поправляет младший, — А ещё я могу встретить хулиганов… И ты должен отдать справку. — Чимин как ты мог забыть где ваш кабинет? Я, кстати, очень сомневаюсь, что справка, коварно написанная мной сработает, — рассматривает записку в своих руках старший. — Почему? Почерк прям как у врача. Такой корявый и неосторожный, — подкалывает омежка, хихикая. Кроме сегодняшнего утреннего происшествия, Юнги вёл себя так же, как и всегда. Чимин решил следовать ему. Поднявшись на нужный этаж, Мин первым вошёл в кабинет первого класса старшей школы, сразу проходя вместе с братом к столу учителя, где сидел профессор Хван Сэхён и занимался журналом. — Здравствуйте. Возвращаю утерянное, — кладёт записку на стол брюнет. — Привет. Спасибо, — слегка улыбнулся Сэхён, — Ты ещё болеешь, Чимин? — Нет, учитель. А что? — Зачем тебе тогда водолазка. Сегодня не так уж и холодно, — прищуривается бета. — Да. Он ещё немного болеет, — влезает в разговор альфа, прекрасно понимая, что именно может обнаружиться, если Чимин опустит водолазку. Да, он замазал всё тональником, но это не так уж и надёжно. — Ну хоро… , — громкий возглас прерывает профессора Хвана. И все бы удивились, если бы это был не Тэхён с его: «ЧИМИН~ХЁН!!!». Розововолосового чуть-ли не сбивает с ног этот валун. — Сядь со мной! Сядь со мной! — требовательно просит Ким и утаскивает Чимина за дальнюю парту. Сегодня их тарахтелки вряд-ли замолкнуть. Юнги так же поторопился смыться, ибо бета начал рассматривать записку с прищуром и что-то пытаться в ней разобрать. А если Юнги там ничего не разобрал, то никому не дано. Прозвенел звонок на урок.