Эйлин Принц

      Созрела идея назвать себя — Бесцветиком, ведь именно так можно было описать то, как я выгляжу, и то, что чувствую. Иной раз закрадывалась подлая мысль, что я похожа на голодную панду: мои глубоко посаженные темные глаза очень контрастировали со светлой кожей. Были и хорошие моменты — теперь я так худа и костлява, что, казалось, вот-вот должна упасть от усталости или недоедания. Можно с гордостью утверждать — мои потуги в уменьшении веса наконец-то закончились! Жаль только, что потребовалось умереть. Изучив тело более придирчиво, можно было предположить, что ему от девяти до десяти лет. Итог — школа Хогвартс не за горами.       Бытие ребенком накладывало на меня обязанность, в этом доме, в большинстве случаев молчать, вне зависимости от того, что говорят. Иногда, я конечно отвечала что-то длиннее: «Да, сэр», но слишком редко, так как разговоры со стариком зачастую были в форме вопросов — и моих односложных ответов.       Дни проходили вовсе не так, как по моим представлениям должны проводить время дети волшебной английской знати. Эльфийка меня не будила — я вставала тогда, когда хотела. Никто не носил мне завтрак в постель, приходилось надевать повседневное кремовое платье и идти в столовую, где Эллджер Принц неизменно проводил большую часть своего дня. Думаете за выпивкой? Неверно. Львиную долю времени он наблюдал за картинами, нарисованные жители которых с каждым днем все меньше двигались, иногда замирая на непродолжительное время. Мне казалось, будто «отец» в них что-то ищет, но пока безуспешно.       Нередко, после совместного завтрака, у нас с ним завязывалась небольшая беседа. В большинстве случаев, все сводилось к тому, что я скоро отправлюсь в Хогвартс.       — Эйлин, Мэнни мне сообщила, что в последнее время ты совсем не читаешь ту литературу, которую я тебе подобрал. Объяснись.       Чертов волшебник мне надоел. Мне становилось все труднее себя сдерживать и отвечать без злости. К счастью, на подобное заявление, я заготовила чистую правду, которая должна понравиться любому родителю.       — Простите, отец, я подумала, что стоит перечитать основы перед отъездом.       Спустя несколько минут, когда я не услышала ничего в ответ, стало понятно, что ответом он доволен и больше не нуждался в моем обществе.       — Хорошего дня, сэр, — попрощалась я с ним, и тихо соскочила со слишком высокого стульчика.       До меня книги о магии действительно беспорядочно валялись среди игрушек в комнате. Теперь же они лежали так, чтобы создавалось впечатление, будто бы я их все давно перечитала, а сейчас просто начала всё с самого начала. К несчастью, после моего визита на кухню, Мэнни, словно моя вторая тень, стала следить за мной. Я её не видела, но каким-то необъяснимым способом ощущала. Гадкая эльфийка!       Книги по разным направлениям магии, для первого курса, были старыми. Они даже подпадали под термин антикварные. Страницы пестрели разными пометками, сносками к дополнительной литературе и комментариями. Значит, подобный вид обращения с книгой в этой семье — наследственное. Что же, подумалось, подобный способ чтения книг мне вовсе не чужд.       С момента пробуждения я чувствовала магию в районе солнечного сплетения и сердца. Было такое ощущение, будто бы там что-то тихо теплело, ожидая своего часа. У меня заняло достаточно времени, чтобы привыкнуть к новым ощущениям, то и дело постоянно прислушиваясь к ним. Каждый день я строила теории о том, как именно дар преподносится человеку? Какие критерии, способы отбора? Была ли магия частью тела или души? Мне безумно хотелось что-то попробовать сделать, хотя бы самую мелочь — поднять в воздух листочек. Ведь это, наверное, очень просто, должен справиться каждый ребенок! Подбадривая себя подобными тезисами, я все же решилась сделать чудо!

***

      В очередной серый день, когда дождь лишь недавно перестал лить, я со всех ног убежала в сад и расположилась под своим любимым деревом — оно лучше всего скрывало меня от окон усадьбы. Оторвав зеленый листочек из ближайшего куста, я положила его на один из многих небольших камней лежавших на земле. Как можно удобнее расположившись на мокрой траве, я принялась со всем усердием вглядываться в тот лист, моля все силы этого мира помочь мне хотя бы сдвинуть его! Когда показалось, что лист немного дернулся в сторону (и дело было точно не в силе ветра), неожиданно возле моего правого уха раздался хлопок. Эта эльфийка сумела все испортить в первый же день моих исследований! Тем временем наглая Мэнни ко мне обратилась:       — Мисс должна вернутся домой! Хозяин приказал вас подготовить к знакомству с его гостем. Мэнни поможет вам привести себя в приличный вид! — затараторила домовушка.       Ничего не оставалось, как подняться с холодной земли и пойти в дом. Старику нельзя было показывать свой характер слишком рано…       Спускаясь с лестницы, что вела в мою любимую гостиную, я увидела, как Эллджер Принц поспешно поправлял свою архаичную, даже для волшебников, одежду. Тотчас скрывшись от его взгляда, в том же месте, где пряталась от взбудораженных войной джентльменов Скарлетт О’Хара, я наблюдала как знакомый мне чопорный англичанин волновался из-за прихода гостя.       Каминная сеть, конечно же, была подключена и в нашем доме. Средство транспорта для многих волшебников Англии находилось в «светлой гостиной». Это был очень большой камин. Мне казалось, что такой размер гармоничнее смотрелся бы в доме великанов. Но, по необъяснимой причине, очаг еще больше дополнял гостиную, делая два кресла–близнеца, что так удобно стояли напротив него, кукольными.       Мы со стариком стояли перед размеренно горящим камином в ожидании гостя. Эллджер, который все время поглядывал на солнечные часы у окна, ничего не говоря, подал мне мысль, что волшебник имеет наглость опаздывать, а это редкость среди жителей Великобритании.       Внезапно, комнату озарило яркое зеленое пламя и «из огня» вышел не кто иной, как профессор Гораций Слизнорт. По крайней мере, так «отец» представил его мне. В ответ декан Слизерина и профессор зельеварения выразил надежду увидеть меня студенткой его факультета через три месяца. Конечно же, я ответила радостной улыбкой на приглашение в ряды змеек.       — Что же заставило тебя, мой дорогой друг, пригласить меня столь внезапно, в такое неудобное для любого профессора время? Эллджер, ты ведь прекрасно знаешь — экзамены на носу!       — Гораций, прекращай ворчать. Мне нужно было поговорить с тобой с глазу на глаз. Лучше будет, если мы проведем наш разговор у меня в кабинете за чашкой чая и засахаренных ананасов, — с хитрой улыбкой на лице проговорил старик.       Профессор, услышав о предложенных угощениях, изобразил вид готового на все человека:       — Что же ты так долго об этом молчал, веди же! — подпрыгнул от радости мужчина. — Между прочим, ты слышал о том, что мой любимейший студент — Эдвард Лиман, стал лучшим нападающим Пушек Педдл?! Совсем недавно он присылал мне билеты на матч, но я и подумать не мог, что…       Двое волшебников, больше не обращая на меня внимание, прошли дальше по коридору и завернули в кабинет «отца».       — Мэнни! — позвала я домовушку, которая возникла передо мной спустя пару мгновений.       — Отец говорил, будет ли наш гость оставаться на обед?       — Нет, мисс. Хозяин лишь сказал сопроводить вас в его кабинет, когда они выпьют по чашке чая, — бодро ответила мне Мэнни.       «Ничего не понимаю… Что мне там делать?».       Ожидание приглашения в кабинет я провела в саду. Лежала на все еще мокрой траве. Краски неба стали приближаться к темно-оранжевому. Время ужина прошло и меня начало одолевать чувство возмущения, ведь такой день потрачен на ожидание!       Ранее Мэнни накрыла мне обед и ужин в большой столовой. На сладкое, как всегда, я попросила мороженого… Домовушка отказалась приносить десерт, который «не был сделан из-за нехватки продуктов, маленькая хозяйка».       За всеми мыслями о том, в чем причина столь удручающего материального положения «семьи», Мэнни позвала меня в кабинет старика.

***

      Комната, в которой Эллджер Принц проводил крайне немного времени, показалась мне прекрасной. Стены были обшиты темным деревом с красивой резьбой. Мебель была более светлой, к тому же, на полу лежал прекрасный ковер, который своими узорчатыми рисунками не портил рабочую атмосферу, а лишь делал её легкой, что было мне по душе. Старик и профессор расположились на креслах напротив рабочего стола у окна.       — Ах, Эйлин! Да, мы тебя уже заждались, милое дитя, — воскликнул профессор Слизнорт.       Их взгляды скрестились на мне, только лишь каждый смотрел по-своему. «Отец» взирал с неким нетерпением, постоянно переводя взгляд с меня на своего друга. Профессор зельеварения пристально разглядывал со смесью заинтересованности и нездорового волнения.       Мне это все очень не понравилось.       — Дочь моя, как ты знаешь, мистер Слизнорт — преподаватель и декан в Хогвартсе. Он мой близкий товарищ,— с гордостью сказал старик, — а значит, ты можешь ему всецело доверять.       Я почтительно склонила голову.       — Я решил, с позволения Горация, отправить тебя погостить к нему на все лето перед школой. Мы с тобой увидимся уже после того, как ты закончишь первый курс. Кхе, кхм, кхм, — натужно прокашлялся старик.       Встав, он подошел ко мне и взял за плечи.       — Запомни, Эйлин, ты ни в коем случае не доставишь проблем моему глубоко уважаемому другу. Ты будешь его слушаться, и выполнять то, что от тебя потребуют!       Волшебник требовательно посмотрел на меня, вероятно ожидая выражающего согласия кивка.       — Надеюсь, ты меня не опозоришь, иначе… — с угрозой в голосе и глазах не закончил предложение глава рода Принцев.       Сжав с силой мои детские плечи он их быстро отпустил и вернулся в свое кресло.       — Можешь идти, Эйлин.