1862

Несколько лет назад. Вторник. 6:47 — Если перед ударом прокрутишься вокруг своей оси, то урон будет больше, поняла? — учитель стоял чуть поодаль от места моей тренировки, безучастно наблюдая за тем, как я рубила катаной деревянную мишень с натянутой на неё белой рубашкой. В моменты наших тренировок я чувствовала себя ведьмаком из Средневековья. Лезвие глухо врезалось в дерево, оставляя глубокие засечки, а я крепче сжимала двумя ладонями рукоять. Учитель вздохнул: — У тебя катана, Кагуя, а не двуручный меч. — Знаю, — я прекратила махать оружием и опустила его, утыкаясь кончиком лезвия в мягкий песок. Я вздохнула и убрала мокрую от пота чёлку со лба, похлопывая по разгорячённым щекам тыльной стороной ладони, облачённой в чёрные кожаные перчатки без пальцев. — Но она слишком тяжёлая для меня, я не могу держать её одной рукой. — Тогда отложи её до того времени, пока не станешь достаточно сильной, — учитель поднёс ко рту небольшую чашечку с зелёным чаем и немного отхлебнул. — И я не об этом. Катану можно использовать как одной рукой, так и двумя, всё зависит от тебя. Будь более изящной, катана любит нежность в использовании и резкость в атаке. — Фукудзава-сенсей, — я взвыла от усталости. Я была готова всё бросить и пойти домой, но в следующую секунду я молниеносно изменила своё решение. — Давайте сразимся? — Готова проиграть в первую минуту, как в прошлый раз? Но я уже твёрдо решила, что в этот раз я продержусь не меньше, чем две минуты. Я вскинула руку с катаной, бросая вызов учителю, и слегка измученно улыбнулась. Мышцы дрожали от усталости, — я колотила это чучело на протяжении полутора часов, остановившись лишь дважды и то для того, чтобы просто попить воды, — а ладони еле удерживали катану, пальцы, готовые в любой момент разжаться, болезненно щипало. Я облизала верхнюю губу, и на кончике языка осталась неприятная солёная капля пота, поэтому я раздражённо быстро сглотнула слюну. Если бы я не обращала внимание на такие глупости, я бы заметила тот момент, когда сенсей исчез из моего поля зрения. Я спохватилась и еле успела обернуться и отразить его удар. Лезвия так звонко звякнули, что я на секунду испугалась, что сломала катану. — Когда ты сражаешься, тебя ничего не должно отвлекать, даже если ты захлёбываешься в крови. Если тебе нечем дышать — тогда перестань дышать, — Фукудзава-сенсей сильнее надавил на катану, заставляя меня отойти на шаг и оттолкнуть его от себя, чтобы дать себе короткую передышку. Я, не отвечая ему, подалась вперёд и слабо замахнулась, почти попав по лезвию катаны учителя. Я не задела его, но мой резкий выпад удивил его, и ему пришлось сделать шаг назад, но только для того, чтобы в следующую секунду одним ударом выбить из моих рук катану. Кончик его оружия резанул меня по ладони, и если бы не перчатки, то ровной линией разошлась бы моя кожа, а не они. Я вскрикнула от неожиданности и отскочила назад, бросая взгляд на отлетевшую катану. — Нормальные такие карусели, Кагуя, — мелькнул у меня в голове голос Эвила, но я промолчала, мысленно кинув его куда-то подальше в кусты во второй раз. Тем более, ответь я ему, Фукудзава-сенсей поинтересовался бы моим психическим состоянием и спросил, почему я разговариваю сама с собой. — Кагуя, когда-нибудь найдётся человек, который будет сильнее меня, и ты должна будешь одолеть его, — филосовски заключил учитель, убирая катану за пояс. — Разве есть такой человек, который владеет катаной профессиональнее вас, сенсей? — я заправила выбившуюся прядь волос за ухо и наклонилась, поднимая с землю катану. — И не один. И я не только о катане. Сегодняшний день. Суббота. 10:57 — Что ты только что сказал? — я крепче сжала в руке мобильник и замолчала, ожидая, что мой секретарь сейчас сообщит мне, что случайно ошибся и данные не достоверны, но он просто повторил мне то, что сказал десять секунд назад. — Около трехсот убитых в секторе 3H, госпожа Мори. Есть несколько выживших, которые что-то бормотали про какой-то вирус и упоминали фамилию «Пушкин». Строение не повреждено. — Ясно, — я резко сбросила звонок, а затем обернулась к Дазаю и Элис, которые уже успели из-за чего-то поругаться и стояли спорили. — Идёмте, нужно вернуться домой, — я сунула сотовый в карман толстовки и окинула взглядом младшую сестру, ожидая, пока та подойдёт ко мне и возьмёт за руку. Но она продолжала стоять возле Дазая, поэтому я напряглась и, стиснув зубы, повторила более серьёзно: — Элис. Она поджала губы и посмотрела на меня взглядом: «Я так давно не видела Дазая, давай возьмём эту большую игрушку из человеческого мяса с собой». Я вздохнула и махнула рукой. Как бы сильно меня не бесила Элис, отказать я ей не могла, тем более Дазай должен был стать частью моего плана в ближайшее время, ничего страшного не случится, если он поедет со мной, Элис мне всё равно придётся оставить с кем-нибудь там на месте. — Ладно, пойдёмте, — я раздражённо выдохнула и потёрла пальцами переносицу. — Мне некогда с вами возиться. Заплатив за заказ, мы вышли из торгового центра, оглядываясь и стараясь не наткнуться по случайности на девушек-эсперов из Гильдии. Я накинула на голову капюшон и быстрым шагом шла по улице, изредка бросая взгляд в сторону магазинов с большими витринами, в которых отражалась вся улица, проверяя, точно ли Элис и Дазай идут позади меня. Они старались находиться в моей тени, ведь их двоих Гильдия хорошо знала в лицо, в отличие от меня. Это, конечно, не точно, скорее всего, они уже проверили полностью всю Портовую Мафию, узнали обо мне и заучили меня настолько, что знали, сколько у меня было ресничек в ресницах. Я приобняла себя за плечи и ещё сильнее ускорила шаг. Мне было довольно некомфортно находиться вне дома без катаны, ведь я по-прежнему не контролировала своих демонов, поэтому, я уверена, вступи я в бой с девушками из Гильдии, пришлось бы постараться, чтобы победить их. Но я бы точно их одолела, разве у меня был бы выбор проиграть? Да ни за что. Слегка ущипнув саму себя за перевязанную руку, я покрылась мурашками на спине от неприятной боли. Мне пора бы уже научиться контролировать не только малышку Ру, но и других демонов. В любой момент может случиться ситуация, в которой я должна буду сражаться без катаны. — Принцесса и без рыцарей? — слегка удивлённо заметил Осаму, когда мы зашли за ворота дома Мори, которые стояли совершенно без охраны. Я быстро вскочила по ступенькам в дом и взяла с небольшой тумбочки, на которой обычно хранились духи и парочка ненужных вещей, ключи и лишь пожала плечами: — Я сама себе рыцарь. Я обернулась к Дазаю и кинула ему в ладони ключи от моей машины, которая стояла за домом. Не знаю, умел ли он водить или нет, в детстве он говорил, что это совершенно бесполезное умение и, судя по его недоверчивому взгляду, который он мимолетно бросал то на меня, то на ключи, он так и не научился. Наш разговор закончился моих вздохом и двумя словами: — Просто открой. Осаму что-то недовольно буркнул в мою сторону, а я взглядом нашла тяжёлую статуэтку какого-то всадника на коне, до которой мне дойти ровно семь секунд по времени и которая сейчас полетит Дазаю в голову. Он быстро посмотрел в ту же сторону, куда и я, и, медленно кивнув, завернул за угол дома. Я устало поправила чёлку на лбу и на секунду выглянула из-за угла, чтобы проверить, в порядке ли они. Элис стояла неподалёку от моей машины, скрестив руки на груди и недовольно отвернувшись, пока Дазай с пассивной агрессией мотал руками в сторону распахнутой дверцы автомобиля, пытаясь упросить её сесть в салон. Я прикрыла рот внутренней стороной ладони и усмехнулась. Это было так по-детски нелепо и беспечно, что хотелось навсегда забыть, кто мы. Но это было невозможно. Отпрянув от стены, я медленно вошла в дом. Вроде бы всё было на месте и ничего странного нет, вот только Табету не было слышно. Обычно, когда я возвращалась домой, она сразу же выскакивала с кухни и улыбалась мне, поправляя бретель фартука, которая неуклюже сползла на предплечье. Но сейчас было убийственно тихо. Так тихо, что я слышала своё дыхание и каждый свой шаг, со стороны кухни не было слышно ни единого звука, даже стука столовых приборов. Наверное, она вышла в продуктовый супермаркет за едой. А ведь именно из-за Табеты я сказала Дазаю идти сразу к машине, потому что Табета была из категории тех людей, для которых не существовало разницы в словах «союзник» и «враг», и, увидев Осаму, она тут же принялась бы вести с ним беседу и кормить всем, что под горячую руку попадётся. Она любила его. Как сына, естественно. Нужно было просто быстро подняться на второй этаж в свою комнату и переодеться. Когда я открыла дверь в свою спальню, громко хлопнула рама открытого окна из-за резко появившегося сквозняка, заставляя Танатоса и Ареса подскочить с моей кровати и пронестись мимо меня, прочь из комнаты, чуть не сбив с ног. Я шёпотом выругалась на них и прошла в комнату. — Вернулась? Как всё прошло? — поинтересовался Эвил, прозвучав в обоих ушах. — Сначала всё было нормально, а потом паршиво. Я быстро стянула с себя чёрную плотную толстовку. Иногда меня беспокоило то, что катана находилась в той же комнате, в которой я постоянно переодеваюсь, сплю или просто нахожусь некоторое время обнажённой. Вдруг Эвил всё это видит? Думаю, что да, хотя я особо никогда не интересовалась у него. Даже если это так, то не думаю, что Эвил испытывал ко мне хоть какой-то интерес, он ведь просто дух, не более. Но всё равно как-то не очень. Я достала из шкафа привычные для меня чёрную юбку и матроску, перевязанную платком, и поспешно надела. — Я даже не удивлён, что у тебя снов… — его прервал негромкий стук в дверь. В этот момент я завязывала кончики красной ткани в аккуратный узелок но, услышав голос Осаму, поторопилась схватить с тумбочки эластичный бинт и небрежно намотать его на руку прежде, чем щёлкнул замок на двери, и она открылась. — Я же сказала сидеть в машине, — я туже натянула бинт на руке и закрепила его покрепче. — Всё равно дом пуст, — Дазай шире приоткрыл дверь и юркнул в мою комнату, с интересом бросая взгляд на катану. Лишь бы Эвил сейчас не начал очередную полемику в одну сторону, иначе у меня просто голова взорвётся от словесных потоков с двух сторон: из внешнего и потустороннего миров. Я проскользнула мимо Дазая и подошла к небольшому туалетному столику, которым я пользовалась один раз в полгода, когда вспоминала о том, что неплохо было бы замазать круги под глазами от недосыпа и подкрасить мои короткие, но густые ресницы. Сейчас же я не собиралась краситься, а лишь взять беспроводную гарнитуру и поудобнее расположить её в своём ухе. Она была совершенно новой моделью и позволяла мне связаться со своим секретарём всего лишь одним нажатием на небольшую кнопку без использования мобильного. Осаму прошёл через всю мою комнату к зашторенному окну, пока я расчесывала запутавшиеся волосы, и подхватил катану, которая стояла, аккуратно прислонённая к стене. Уверена, что Эвил был совершенно недоволен тем, что его трогал кто-то совершенно чужой, но почему-то молчал. — Столько лет прошло, а она даже не повредилась. Не находишь странным? Или ты ею не пользовалась совсем? — Дазай перекинул катану из одной руки в другую и обернулся в мою сторону. Я просто пожала плечами ему в ответ и поправила чёлку кончиком небольшого гребешка. Я распахнула шкаф, в который Табета разложила все вещи из чемоданов, которые я привезла с собой из России, и лёгким движением надела на плечи чёрный плащ длиной до колен. Осаму по-прежнему ошивался возле окна с моей катаной в руках и будто бы не замечал меня, поэтому я подошла к нему и вырвала резким движением из его рук Эвила. Хоть он и убийца моей семьи, но в данный момент он моя собственность, и я не позволю никому его трогать. — Идём. Он хмыкнул и поплёлся за мной, аккуратно обходя двух моих доберманов, которые послушно сидели у самой двери. Похоже, он до сих пор недолюбливал собак. Схватившись свободной рукой за столб лестницы, украшенный резным шаром с узорами, я подпрыгнула и быстро перекинула обе ноги через перила, усаживаясь на поручне и быстро скатываясь на нём со второго этажа на первый. Когда до конца лестницы оставалось пару ступеней, я оттолкнулась рукой от деревянного поручня и спрыгнула на пол, твёрдо приземляясь на обе ноги. Неприятная дрожь прошлась сквозь ступни и исчезла где-то в районе лодыжек. Я шумно выдохнула и потянулась, словно проснулась две минуты назад. — Ты так и не сказала, что произошло, — окликнул меня Осаму, в спешке спускаясь с лестницы. Я обернулась и поправила юбку на бёдрах, одновременно пожимая плечами: — А, это был мой секретарь, — я прокрутила в голове отрывки из телефонного звонка. — Большую группу подчинённых Мафии убили странным способом. Он сказал, там было несколько выживших, которые что-то бормотали про человека с фамилией Пушкин и про какой-то вирус. Поэтому нам лучше поторопиться, идём, — повторила я просьбу, которую озвучивала минуту назад в комнате наверху, и направилась к выходу. Табета так и не появилась. Похоже, она действительно не была дома, но это уже неважно. Да и это лучше, чем если бы она увидела Дазая в моём доме. Они пересекались последний раз несколько лет назад, когда он ещё находился в Портовой Мафии. Осаму в тот раз… приходил кo мне на ужин. — Хочешь поужинать вместе? — я остановилась в дверях и бросила ему через плечо. От такого неожиданного предложения он даже остановился на месте, в двух метрах от меня, и уставился взглядом куда-то мне в переносицу. Он приоткрыл рот, чтобы что-то ответить мне, но тут же закрыл, сведя брови к переносице и встряхивая головой, словно анализируя, правильно ли он меня расслышал или у него галлюцинации. Я уже полностью обернулась к нему и скрестила руки на груди, ожидая, пока Осаму хоть что-то ответит, но он молчал. — Я повторять по сто раз не буду, Да-аза-ай, — специально протянув гласные буквы и запрокинув голову кверху, медленно пошла к машине, надеясь, что он всё-таки меня окликнет. Но он ничего не говорил, я слышала только его приглушённые шаги за своей спиной. Я медленно взмахнула вверх рукой и опустила ладонь на рукоять катаны, крепко сжимая её от злости. Я чувствовала себя такой униженной и оскорблённой поведением Осаму, что я ненавидела сейчас себя больше, чем его. Идиотка, зачем полезла вообще в эту пучину и предложила, знала же, что он сто процентов даст заднюю и откажется. Кто мы такие друг другу, в конце концов? Как минимум враги, как максимум… как максимум?.. Заметив меня, Элис послушно вскочила со стриженого газона, на котором скучающе сидела и ждала нас с Дазаем, и залезла на заднее сидение машины, уже заранее предвещая то, что Осаму усядется рядом со мной впереди. Я блекло улыбнулась ей и громко хлопнула незакрытой дверцей автомобиля, перед этим аккуратно закинув Эвила на заднее сидение к младшей сестре. Но, вероятно, приземление получилось не очень мягким, судя по цоку в моей голове и громкому удару тяжёлого предмета о противоположную дверцу. Ничего, не сахарный. — Кагуя? — Осаму окликнул меня в тот момент, когда я собиралась открыть дверь со стороны водителя. Он выглядел как маленький ребёнок, который нашалил и собирался сейчас всё рассказать своей молодой мамочке, поэтому я недоуменно изогнула бровь в ожидании вопроса, который сразил меня просто наповал, отозвался болью в висках, как от свинцовой пули. — Поужинаем вместе? — Ты придурок? — вырвалось у меня быстрее, чем я поняла, о чём он говорил. — Я по сто раз не повторяю, Ка-агу-уя. Он что, посмел использовать мои методы против меня же?! Я щёлкнула дверцей машины и распахнула её, собираясь сесть, но на секунду остановилась. Должна же я была что-то ответить ему. В отличие от него я всегда заканчивала разговор, а не молчала, как пятилетний растерянный мальчишка. Изначально я приняла его молчание за отрицательный ответ и успела мысленно надавать себе подзатыльников, а теперь он совершил поворот на сто восемьдесят градусов, нет, на все пятьсот сорок. — Да. Дазай одарил меня удовлетворённой улыбкой, и мы почти одновременно сели в автомобиль. Мне хотелось расспросить его о нашем ужине, но только чтобы уточнить, где он планировал поужинать: в моём доме, в его доме или вообще на нейтральной территории. Элис резко пихнула меня ногой в спинку сидения, и я проморгала, кивнула и забрала из тёплой ладони Осаму ключи от машины. До сектора 3H было ехать не более пяти минут, но нам всё равно стоило поторопиться. — Госпожа Мори, — Оливер так резко отозвался в моей гарнитуре, что я даже вздрогнула от неожиданности. Я вздохнула и положила ладони на твёрдый руль автомобиля, поймав на своём лице заинтересованный взгляд Дазая, который сначала взглянул на меня, а затем на моё ухо, где мигал еле заметный приглушённый синий маячок, который включался только тогда, когда кто-то соединялся со мной. Я прокрутила ключ в замке зажигания и завела машину перед тем как ответить. — Да? — Вам направлен запрос от госпожи Люлли. — Прими. Оливер Тэйт был сыном иммигрировавшего из Англии бизнесмена. Его семья занималась до ужаса пресловутой продажей крепкого табака и фарфоровых сервизов с неряшливой гжельской росписью. Но, тем не менее, деньги в их доме всегда водились, даже в избытке, но отцу Оливера, похоже, хотелось погрузиться в эти мятые, шуршащие зелёные бумажки и просто захлебнуться в них. Именно поэтому он заключил с Портовой Мафией договор, по которому поставлял оружие из Англии в Йокогаму. Как и большинство легкомысленных контрабандистов, он, будучи чересчур уверенным в себе, решил, что обмануть босса Портовой Мафии — это довольно-таки неплохая идея. С первым же обманом всё выплыло наружу, а такое Мафия не прощает. С того самого момента Оливер полностью самостоятельно обеспечивал свою младшую сестру и мать, работая на меня. На самом деле, это странно. Иногда я размышляла о том, как же сильно он всё же ненавидел организацию, в которой сам же и работал, хотя понимал, что отца убили не за красивые глазки и его семья отделалась малой кровью. — Какого дьявола ты звонишь мне на ту линию, на которую я просила тебя звонить только тогда, когда ты при смерти? — раздражённо бросила я, выруливая на дорогу и просматривая её с двух сторон. Ещё аварии мне сейчас для полного счастья не хватало. А насчёт Бланш я была полностью уверена, что она сейчас в безопасности. В противном случае, она порезала бы мою ладонь с помощью своей способности. — Сестра сказала, что по-другому до Вас не дозвониться. — Иветта? — я удивленно подняла брови и даже немного тормознула на дороге, взбесив этим водителя позади, который монотонно просигналил мне несколько раз. Я бы непременно пустила в его сторону парочку красноречивых словечек, если бы на связи со мной была бы Бланш. — Извини. Не ожидала услышать тебя. Дазай во второй раз изумлённо бросил на меня взгляд, видимо, был удивлён произнесённым из моих уст «извини», откладывая обратно в бардачок какие-то листы, которые он рассматривал ранее. Чёрт, я даже не обратила внимания на то, что он копался в моих вещах. Я слегка нахмурилась и стукнула его по левой руке, на что он обиженно надул губы и отвернулся к окну. — Так что ты хотела, Иветта? Иветта Люлли была средним ребёнком из французского мафиозного семейства и была совершенной противоположностью своей старшей сестры. Она была целеустремлённой, сосредоточенной только на самом важном и невероятно сдержанной, наверное, именно поэтому глава семейства решил, что после его смерти на его место встанет Иветта, а не Бланш. Не то чтобы Бланш была чересчур легкомысленной, просто Иветта лучше справлялась с организационной работой, да и Люлли-старшая была совершенно не против. У Иветты был брат-близнец, который родился на две минуты позже сестры, поэтому в формальной обстановке считался самым младшим из детей. Его звали Колин, и он был полной копией Иветты. Высокий темноволосый парень с грубыми чертами лица, небольшим количеством веснушек и длинными изящными руками, совсем женскими. Я почти ничего не знала о Колине, да и виделись мы с ним только пару раз в год, когда семье Люлли удавалось устроить нормальные празднования дней рождений детей. Я помнила только о том, что у него была небольшая близорукость и то, что он был асом в игре в шахматы. Что касалось способностей, то их не было. Они были обычными однояйцевыми близнецами. — Сестра просила уточнить: лиловый или сиреневый? — голос Иветты зазвучал более громко и смазано, и в голове моментально возник образ высокой, почти под сто семьдесят, девушки с каре, у которой волосы с правой стороны всегда были заправлены за ухо, которая сидела на стуле в кабинете, где царил полумрак, закинув ногу на ногу, и прижимала плечом телефон к уху. Её иссиня-чёрные ресницы медленно подрагивали, а пальцы левой руки вертели шариковую ручку, готовые в любой момент записать мой ответ. — Что? — я ответила с полным недоумением в голосе. О чём она вообще говорила? Я действительно тогда ничего не понимала, наверное, впервые за последние четыре года я запуталась. — Ну, насчёт вечеринки в честь Вашего возвращения. Сестра сказала, что она Вас оповестила. Она так официально разговаривала, что у меня в глазах помутнело и живот скрутило. Я с самого детства ненавидела этот высоконравственный тон. Иветта была замечательной восемнадцатилетней девушкой, но такой ужасной педанткой, что я не могла выносить её дольше тридцати секунд. Дольше — только если она молчала. Я полностью выкрутила руль вправо и вздохнула. Я совсем забыла о том, что согласилась на вечеринку, которую, как настоящая лучшая подруга, предложила Бланш. Довольно позорно с моей стороны забывать даже малейшую деталь моих будущих действий. — Да, вспомнила. Неужели это действительно так важно, господи? — я и Иветта вздохнули одновременно. Похоже, просьба старшей сестры также была ей в тягость и раздражала, поэтому я поторопилась закончить этот телефонный разговор, тем более мы уже подъезжали к месту убийства подчинённых Мафии: — Чёрный. — Чёрный? — обеспокоенно переспросила Иветта. Она всегда волновалась, когда что-то шло не по плану или происходило что-то, на что у неё не было припасённого шаблона действий. Она что-то неряшливо начеркала ручкой на листке и снова вздохнула. — Хорошо. Я передам сестре Ваш ответ. Спасибо за уделённое время, мадемуазель Мори. — Да. Коротко отрезала я, и Оливер прервал звонок. — Иветта? Эта та милашка, младшая сестра Бланш? — Осаму вожделенно посмотрел в окно, подпирая ладонью лицо и слегка прикрывая глаза. Не знаю, издевался ли он сейчас надо мной или нет, но я на всякий случай пихнула его локтем в бок, чтобы он ничего не придумывал себе непристойного. — И не мечтай. На такого придурка, как ты, она даже не посмотрит, — слегка унизив Дазая, я победно усмехнулась, на что он повернулся в мою сторону и растянулся в не менее победной улыбке. — Ну ты же посмотрела. Я так резко вывернула руль в сторону, что его тряхнуло и послышался глухой стук его головы о стекло автомобиля. Закопал, чёрт, своим замечанием. Осаму что-то обиженно проскулил, как маленький волчонок, и замолчал. Добрались мы до пункта назначения через три минуты. Сектор 3H находился почти в самом центре Йокогамы, запрятанный в её узких улочках и включающий в себя несколько скверов и небольшой белоснежный с голубыми узорами храм, посвящённый двенадцати богам-хранителям Дзюни-Дзинсё*. Пока я жила в Йокогаме, до переезда в Москву, я всегда ходила в храм Бишамон перед экзаменами. Тогда я думала, что хорошие оценки и знания помогут в жизни, но потом узнала, что напечатанные зелёные бумажки важнее этого. — Навевает воспоминания? — прозвучал в голове приглушённый и равнодушный голос Эвила, и я сильнее сжала катану, проходя вдоль узкой асфальтированной тропы. Несомненно. Иногда мне казалось, что единственное разумное существо в этой вселенной, которое понимало бы меня без слов и знало бы лучше всех, был именно он. И от этого становилось ещё тошнотворнее. Почему меня понимал никто иной, как убийца всей моей семьи? Я перешагнула с тротуарной дорожки для пешеходов на проезжую часть и быстро перешла дорогу, несмотря на то, что машин здесь почти не было. Только две красные иномарки проехали, пока мы шли с Дазаем и Элис вдоль длинного дома. Я подняла голову и заметила у большого кирпичного здания с тяжёлой на вид массивной железной дверью, окрашенной в серый, невысокого мужчину в строгом чёрном костюме. Увидев меня издалека, он тут же поклонился, и я поспешила к нему, на секунду обернувшись на Осаму и сестру и кивнув в сторону подчинённого Мафии. Дверь была распахнута, поэтому я решила войти внутрь, не останавливаясь, тем более обстановку я и так уже всю знала благодаря Оливеру. — Госпожа Мори, тут около трёхсот уби… — я оборвала парня взмахом руки и быстро прошла мимо него, окидывая его взглядом и намекая, чтобы у него в мыслях даже не было наводить дуло пистолета на Осаму, который паясничал с Элис прямо за моей спиной. Подошвы ботинок вязли в большом количестве бордовой, наполовину засохшей, крови моих подчинённых, а я шла между ними, стараясь не наступить им на пальцы рук или края одежды. С виду и не скажешь, что их здесь около трёхсот, кажется, что намного больше. Я присела на корточки рядом с одним из убитых и провела пальцами по ровной дыре на лбу от пули. Даже крови не было с этой стороны. Кто он такой, чтобы так профессионально убивать? Я оглядела другие близлежащие трупы и отметила, что на некоторых из них следов от пуль не присутствовало. — Очень профессионально, кажется мне, что это… — Я поняла, о ком ты, — я поднялась на ноги и обернулась к Дазаю, который бессовестно оставил Элис на попечении того наёмника и стоял возле меня, беспечно сунув руки в карманы бежевого пальто. — Мы уже с ними встречались как-то, — Осаму слегка наклонил голову вбок, предаваясь воспоминаниям. — Правда, они в тот раз чуть не уничтожили всю Йокогаму… Я помнила этот момент. Тогда я находилась в Москве и узнала о произошедшем только после того, как это произошло. И я до сих пор зла на отца за то, что он скрыл это от меня. Уверена, что я могла бы хоть чем-то помочь, если бы только узнала. Но Ринтаро всё решил за меня. «Это было не настолько важно, чтобы ты возвращалась, » — сказал он мне. Да, всего лишь громадный дирижабль чуть не стёр с лица земли весь мой родной город. Это определённо не заслуживало моего внимания. — Я могу поговорить с теми, кто остался в живых? — я поднялась и обратилась к невысокому мужчине, которые стоял по правую руку от меня в непосредственной близости от Дазая, видимо, не доверял ему. Я даже могла представить, что он думал обо мне. Как член Портовой Мафии, сама дочь босса, могла опуститься до того уровня, чтобы общаться с предателем, да ещё и посвящать его во все подробности происшествия. — К сожалению, нет, госпожа Мори. Они скончались до вашего приезда, так и не сказав ни слова. Что за чёрт, кто мог так быстро и легко разделаться с тремя крупными отрядами моих подчинённых? И сейчас я думала не о конкретных людях, я знала, что это был какой-то Пушкин, вероятно, подчинённый Достоевского, и Марк Твен, профессиональный снайпер из Американской Гильдии эсперов, а о том, как можно быть такими жестокими. Хотя не мне судить. И всё же кто, чёрт возьми, разрешил им трогать моих людей? Кто им разрешил убивать их? Они мои подчинённые, и без моего ведома с их голов и волос упасть не может. — Триста человек… — я скомкала в кулаке ткань юбки и сжала зубы так, что они скрипнули. — Триста чертовых человек, — я несильно прикусила губу и резко обернулась к своему подчинённому, из-за чего он вздрогнул, подумав, что сделал что-то не так. — Госпожа Мори?.. — мужчина поклонился мне и посмотрел в пол, дожидаясь моего решения. — Найти того, кто это сделал и привести ко мне, живым или мёртвым. — Да, госпожа Мори, — подчинённый поклонился мне, и я поспешила выйти на улицу. Сильно пахло протухшей кровью, видимо, большинство людей были убиты вчера, а выжившие, которые успели дать хоть какие-то показания, были заражены вирусом и умерли только пару часов назад. Следовательно, время действия способности от момента заражения до смерти равнялось двадцати четырём часам. Я вышла из помещения, в котором невыносимо воняло, и наконец-таки свободно вздохнула. — Кагуя, — Дазай окликнул меня, и я обернулась. — Фукудзава-сан готов встретиться с тобой, — он выдержал короткую паузу. — Прямо сейчас. Суббота. 11:27 — Не ожидала увидеть тебя здесь, — я перепрыгнула через небольшой бордюр, ограждающий тротуар от территории кафе, и медленно подошла к крайнему столику, сложив руки за спину в замок. Отец ничего не ответил мне, просто поднёс ко рту белую чашку с кофе и немного отпил, расплываясь в улыбке. Дазай поздоровался с Фукудзавой-сенсеем и сел рядом с ним, избавляя меня от замешательства и вопроса «с кем мне сесть?». Я пригладила юбку и присела рядом с отцом на стул, по-джентельменски отодвинутый одним из подчинённых Мафии. Я мимолётно бросила взгляд на Фукудзаву-сенсея, и, встретившись с ним глазами, я быстро кивнула и уткнулась в меню. Выбор моего недообеда-перезавтрака проходил в полнейшей тишине, и только тогда, когда я сообщила официантке, что буду бичерин**, учитель поинтересовался о цели встречи, по-аристократически подняв чашку с зелёным чаем, и аккуратно поднёс её ко рту: — Дазай передал мне, что ты хотела о чём-то поговорить. — Да… — протянула я, отвлекаясь на то, как миловидная девушка-официантка с заколенными в пучок китайскими палочками тёмно-каштановыми волосами и в белоснежной блузке с рюшами на воротнике ставила передо мной на блюдце большую чашку с кофе. — Спасибо, — она ответила мне такой же очаровательной улыбкой, как и она сама. — У тебя есть какие-то секреты от отца? — с наигранной печалью в голосе и удивлением воскликнул мой отец. Он даже не представлял, сколько у меня было от него секретов. Особенно о моей способности и о моей руке. Наверняка он сильно бы оскорбился, узнав, что даже его главный соперник, Фукудзава, знал о собственной дочери больше, чем сам отец. Я не была уверена, что сейчас отец также ни о чём не догадывался, пусть никто и не знал о моих планах, если не считать Дазая. Думаю, что отец был в курсе. Я поднесла ко рту кофе и немного отпила, обжигая кончик языка. Хотелось выдержать ещё одну минутную паузу. Мне было действительно сложно начать весь этот разговор, ещё и находясь прямиком между двух огней. Было так непривычно видеть их двоих за одним столиком в кафе, спокойно попивающих чай и не настроенных агрессивно друг против друга. Давно ли они так беседовали? Я отпила ещё напитка. Атмосфера была такой гнетущей, что горячий кофе моментально остыл или сделался таким горячим, что мой язык уже даже не чувствовал температуру. Я не знала, как начать. Начать нужно было так, чтобы они согласились. Я должна была зайти издалека, медленно подбираясь к основному вопросу, а зат… — Кагуя хотела предложить вам двоим объединиться.