Драбблы и зарисовки

Уилл принимается за нарезку продуктов, не снимая ни шарф, ни пальто. В свою очередь Ганнибал жалеет, что не предложил ему снять пальто у двери, но его же оплошность оборачивается более приятной альтернативой. Он обходит кухонный остров и расстёгивает верхнюю пуговицу. Это и грубо, и безрассудно, но именно таково желание Ганнибала в конкретный момент. Прежде чем Уилл успевает отложить нож и снять пальто самостоятельно, Ганнибал оказывается позади него и мягко улыбается ему в загривок, обвивая ладонями плечи. — Позволь мне. Дыхание Уилла слишком громкое на фоне лёгкого движения ткани по ткани. Он всё ещё до побелевших костяшек сжимает в ладони нож, и Ганнибал понимает это, только когда скользит по пальцам прохладным пробным поцелуем. Избавиться от шарфа оказывается величайшим удовольствием, с этим движением обнажается уязвимый бледно-розовый румянец на коже. Уилл беспомощно пробегает ладонью по затылку, по вырезу рубашки, метая в Ганнибала огненные взгляды. Хочется продлить игру ещё немного, ведь Уилл так забавно путается в смеси стыда, удовольствия и смешанной с яростью похоти. Взбурлившие в нём чувства поражают своей интенсивностью. Вместо этого проливается подобное тёмной крови вино, и Ганнибал наслаждается томным ожиданием от секретов, разделённых только между ними двумя.