Пересекая границу реальности

— Магнус, очнись! Давай, приди в себя, пожалуйста. — Алек стоит на коленях и осторожно похлопывает Магнуса по щеке одной рукой, а другой бережно поддерживает его за плечи. — Кавалерия на подходе, — подает голос Рафаэль.— Что будем делать с этим? — Блять. Рагнор, погрузи Марино в сон, разберемся с ним позже. Сантьяго, вон отсюда. Поговорим позже, серьезно поговорим. — Алек снова спокоен и раздает приказы так, словно делает заказ в ресторане, а не пытается уберечь сумеречный мир от разоблачения. — Магнус! — Майк кричит что есть мочи, пытаясь вырваться из лап Рафаэля, пока тот терпеливо ждет, когда наконец Рагнор погрузит Майка в сон. — Быстрее, маг, не то он нам половину кампуса перебудит. Я удивлен, почему тут еще не собралась толпа людей после выстрела и погрома, который устроил Бейн, — злобно шипит Рафаэль. — Пока демон был здесь, на комнате было заклятие неслышимости, которое испарилось, как только демон развоплотился, — отвечает Рагнор, ни на минуту не прерывая свои пассы руками. — Что там с Магнусом, Алек? — Сложно. Поторопись, у нас не больше пяти минут. Черт, давай, Магс, ты мне нужен. Майк кулем оседает на пол, а Рагнор вопросительно смотрит на Рафаэля, который даже не попытался придержать его тело. — Серьезно, Раф? — устало интересуется Рагнор, но Рафаэль небрежно пожимает плечами. — Магнус приходит в себя. Убирайся, Сантьяго, сейчас же! — приказывает Алек, и Рафаэлю не нужно повторять дважды. — Я убил его? — Голос Магнуса дрожит, но Алек не собирается его жалеть. Слишком многое поставлено на карту. — Да, ты развоплотил его, уничтожил, превратил в ничто. Скорбеть и винить себя будешь позже, я буду рядом в этот момент. Но сейчас не время. Сосредоточься, полиция будет здесь через четыре минуты. Что нам делать? Приоритеты: никто не должен знать, что здесь случилось, ты не должен сесть в тюрьму. Мы с Рагнором можем забрать труп, но я ума не приложу, как ты это объяснишь полиции. У тебя вообще есть разрешение на этот револьвер или это все незаконно? — Мое оружие совершенно легально. Можете просто уйти. Скорее всего, суд признает это самообороной. Максимум, что мне грозит, — небольшой срок и лишение лицензии. — Голос уже не дрожит, но он стал бесцветным, сухим. Да и сам Магнус выглядит так, как будто из него выкачали все эмоции и жизненные силы. — Нет, так не пойдет. Рагнор, сможешь вытащить пулю и загнать туда другую? — План опасный, но Алек готов рискнуть. — Без проблем. — Рагнор с полуслова понимает своего друга и начинает колдовать. В это же время Алек довольно грубо поднимает Майка и тяжелой оплеухой приводит его в чувство. Майк даже не успевает сфокусировать взгляд, как тотчас же попадает в плен двух темных омутов, которые навязывают свою волю, безжалостно выкачивая все воспоминания, связанные с его пребыванием в комнате. А дальше начинается филигранная работа двух сумеречных существ: Рагнор достает нож и вкладывает его в руку Деборе, а затем магией поднимает ее труп и заставляет тело сделать несколько шагов по направлению к Майку. В это время Майк, повинуясь словам Алека и поддерживаемый его рукой, нажимает на курок своего пистолета. Звук разлетается по маленькой комнате, и пуля, направленная твердой рукой древнего, входит ровно в отверстие от пули Магнуса. В соседних комнатах раздаются взволнованные голоса, но наряд полиции уже бежит по зданию. Алек мстительно роняет тяжелую полку на голову многострадального Майка, и тот во второй раз валится на пол, на что Рагнор только качает головой, укладывая труп ровно в ту позу, в которой он лежал до их прихода. — Слушай внимательно, Магс. Копам опишешь все, что здесь случилось, вплоть до убийства. Дальше скажешь, что держал ее на мушке, а потом в комнату ворвался Марино и она кинулась на него. Он убил ее. Это все. Ну и потом на него свалилась полка, которая и вырубила его. — Зачем? — Ты не сядешь в тюрьму, Магнус, даже не надейся. У нас еще слишком много дел. Не смей менять план, иначе ты нас выдашь. — Алек устало вздыхает. Полицейские будут здесь через несколько секунд. Рагнор уже открыл портал, но как уйти, если в глазах напротив такая боль, а самому Алеку приходится быть жестоким по отношению к тому, кто этого совершенно не заслуживает? — Ты должен собраться, Бейн. Заверши начатое. Ты сможешь. Свет от портала гаснет ровно в тот момент, когда в маленькую комнату врываются детективы во главе с Кимберли и Рамиресом. — Что тут, блять, произошло? — Кимберли орет так громко, что даже Майк приходит в себя, а сердце Рамиреса в этот момент замирает, потому что он видит Магнуса, по щекам которого ползут слезы, Магнуса, который даже не вздрагивает, когда Кимберли орет во весь голос, Магнуса, который снова потерялся в себе, как тогда, когда его отец пропал без вести, но всем было ясно, что его убили. Даже Кимберли замолкает, когда замечает состояние Магнуса. А потом снова взрывается: — Где эти тормознутые медики? У меня здесь два раненых полицейских, — оговаривается она и совершенно не обращает внимание на удивленные взгляды и перешептывания своих подчиненных. А Майк тем временем пытается встать, но его ловит один из копов, пока Рамирес медленно подходит к Магнусу. Он присаживается на корточки возле Магнуса и невольно закусывает губу. — Магс, — зовет он друга, но тот никак не реагирует, уставившись в одну точку. Рамирес боится прикоснуться к израненному телу, но как же ему хочется обнять Магнуса. Медики, которые только что прибыли, отталкивают Рамиреса и перекладывают Магнуса на носилки.

***

Уже в больнице обследованный вдоль и поперек Магнус понемногу возвращается в реальность, саркастически улыбаясь, припоминая слова Алека. Алек нуждается в нем, и Магнус обязан помочь. Он не в силах решить, подействовало ли на него внушение или это его собственное желание. Он медленно выдыхает, пытаясь убежать от чувств, в которых тонет, но ничего не выходит. Мыслить рационально не выходит, и Магнус захлебывается паникой, тщетно пытаясь уцепиться за что-то постоянное. Но взгляд то и дело натыкается на безликих копов и на расплывчатые лица врачей. Руки нервно шарят по одеялу, а взгляд перебегает с одного угла в другой, ни на чем не задерживаясь. Мелкая дрожь сотрясает все тело, и холодный пот струится по лицу и спине, чтобы тут же быть высушенным жаром смуглой кожи. Медсестра пообещала, что седативное подействует в течение десяти минут, но проходит двадцать, а голову все еще пытается раскрошить на мелкие кусочки отбойный молоток. Хотя кто будет обвинять незнакомую девушку во лжи, если лучший друг и любовник обманул, предал, а нынешний напарник, которому он начал доверять, все это время работал с тем, кто убил его отца? Может, демон был не так уж и не прав: вот он, Магнус Бейн, никчемный и жалкий. Шум за дверью нарастает, и Магнус узнает бывший когда-то родным голос. В палату сначала входит Рамирес, а за ним Кимберли, которая буквально выталкивает Майка и захлопывает дверь прямо перед его носом. — Готов к допросу? — интересуется она, скептически осматривая внешний вид Магнуса. — Мы постараемся быстро. Знаю, что тебе сложно, но соберись. У нас на руках труп женщины-маньяка и ее безумная бабушка. — Я готов, Ким. — Перед тем, как начнем. Рамирес, это не для записи. Прости, Магнус, моя предвзятость к тебе послужила причиной того, что тебе пришлось пройти через все это в одиночку. Нужно было ответить на твой звонок. — Это уже не имеет значения, Кимберли. Начнем, — предлагает Магнус, уже зная, что попробует защитить Алека и всех его собратьев от разоблачения. — Мы с Иззи, с Изабель Честертон, работали над делом. Я кое-что осознал, стал звонить сначала Марино, потом Рамиресу, потом Джейсу, но они были на задании и поэтому не отвечали. Я оставил голосовое сообщение офицеру Марино и, обманув Изабель, сбежал к университету Лонг-Айленда в надежде, что кто-то из них увидит пропущенные. Магнус специально не упоминает Кимберли, зная, что она несомненно окажет ответную услугу и закроет глаза на некоторые неточности в его рассказе. — Почему ты не позвонил в полицию? — Ожидаемый вопрос. — Потому что у меня не было доказательств, только собственные размышления. Я решил сначала удостовериться в их правильности. Я ошибся один раз, не хотелось ошибиться во второй. Кимберли кивает, принимая это объяснение, хоть Рамирес немного морщится: не в привычках Магнуса вести себя подобным образом. — Когда я очутился на территории кампуса, мое внимание привлек силуэт девушки с ножом в руке. Я рванул наверх и успел в последний момент. Всадил в нее заряд из тазера, стал освобождать Ричарда. Девушка очнулась и напала на нас. Я отправил Донована за помощью, а сам попытался ее задержать. В процессе драки мне пришлось вытащить револьвер и направить его на нее. — Голос Магнуса становится глуше, но он упрямо продолжает: — Потом в комнату ворвался офицер Марино, и Дебора бросилась на него. Он отскочил, врезался в стену и выстрелил. На него упала полка, и он отрубился. Это все. — Но… — начинает было Рамирес и тут же затыкается, пригвождаемый взглядом Кимберли. — Спасибо, мистер Бейн, вы поступили очень храбро. Ваши показания полностью соответствуют показаниям офицера Марино и показаниям Ричарда Донована. Выключай камеру, Рамирес. Рамирес повинуется, уже зная, что последует за этим. — Мне придется скрыть твое участие в той операции, если не хочешь тщательного расследования. Думаю, мы оба согласны, что ни тебе, ни мне оно не нужно. Возражения? — Нет, все честно, Ким. Спасибо. А теперь, если ты не против, я хочу побыть один. Что-то мелькает в глазах Кимберли, которая слишком пристально глядит на Магнуса. Но сейчас не время. — Никто не побеспокоит тебя до самого утра. Отдыхай, — произносит она и подает знак Рамиресу. — Он хочет остаться один, сержант. Прошу на выход. Рамирес повинуется, но инстинкты кричат, что вся эта история — искусное сплетение правды и лжи, настолько ювелирное, что показания Ричарда, который, очевидно, не врет, действительно полностью совпадают с рассказом Магнуса. А немного путанные показания Майка, тем не менее, отлично вписываются в общую картину. Все складывается идеально, словно пазл. Единственное, что не вписывается, — состояние самого Магнуса. Но тот упорно не хочет ничего прояснять, поэтому Рамиресу приходится пока смириться. Дверь за Кимберли закрывается, и Магнус выдыхает: он сделал все, что мог. Теперь ему нужно время для себя, время, чтобы разобраться с собой и с делами давно минувших дней. Эмоции и чувства, связанные с Майком, собираются и складываются в большой ящик, который убирается на задворки сознания. Магнус снова крепко стоит на ногах и четко видит перед собой цель, имя которой Рафаэль Сантьяго. Поэтому он кряхтя поднимается, подспудно отмечая, что седативное начинает действовать. Значит, у него не так много времени. Он выходит из палаты и без препятствий доходит до знакомого аварийного выхода. Предрассветные сумерки приятно холодят кожу. Магнус идет, вдыхая бодрящий воздух Нью-Йорка, спокойный и сдержанный, пока не доходит до знакомого бара, хозяин которого не высказывает ни капли удивления, видя Магнуса. — Надолго? — спрашивает он, отдавая ключи. — Дня два-три, может, неделя. Смотря как пойдет, — отвечает Магнус и поднимается по скрипучей лестнице.

***

А в это время в больнице Алек с отчаянием смотрит на смятую постель. Рафаэль уехал, и даже допрос с пристрастием его приспешников не дал никакого результата, а теперь и Магнус пропал. И что-то подсказывает, что его не так-то просто будет найти. Рагнор, появившийся прямо в палате, выглядит не менее озабоченным. — Мы должны его найти, Алек. Я не знаю, что с ним произойдет. Такого на моей памяти никогда не было. Мы не должны оставлять его одного. — Знаю, — рычит Алек. — Можешь помочь? Но Рагнор напрасно осматривает палату. Ни одной вещи Магнуса. Ничего. Его не отследить. — Что нам делать, Рагнор? — задает вопрос в пустоту Алек, запуская руки в волосы и сжимая голову. — Ждать. Ждать, пока не объявится Сантьяго или пока не появится Магнус. Следить за его домом, за его друзьями. Это все, что мы можем. Солнце скоро встанет, Алек. Нам нужно уходить. Тебе нужен сон, мне — отдых и время, чтобы разобраться, что произошло в той комнате.

***

Утро следующего дня застает Майка и Рамиреса в пустой палате, в которой не осталось и следа пребывания Магнуса. Врачи только руками разводят: пациент, второй раз подряд сбегающий из их больницы, выставляет эту самую больницу отнюдь не в лучшем свете. Оба вздрагивают, когда в комнату врывается Изабель, которая накануне поклялась не разговаривать с Магнусом минимум год, чтобы тот в полной мере осознал всю тяжесть своего обмана. — Где он? — Она хватает за руки Рамиреса, но тот только отводит глаза. — Майк, ему плохо. Посмотри, что он мне написал. — Тебе он хотя бы написал, — огрызается Майк, тем не менее забирая телефон из рук Изабель, и вслух читает оставленное Магнусом сообщение: — «Иззи, прости, что обманул тебя. Мне очень жаль. Я знаю, что ты очень обижена, но, к сожалению, сейчас я не смогу лично попросить у тебя прощения. У меня есть нерешенное дело, которым я должен заняться. Меня не будет несколько дней. Если я вернусь, то обязательно сделаю все возможное, чтобы вновь заслужить твое доверие. Передавай спасибо Джейсу и привет Санчу. Катарине я уже позвонил, поэтому не беспокой ее. Спасибо за все. Всегда твой, Магнус». — Он частный детектив, Иззи. Вполне возможно, что ему пришлось заняться каким-то делом, — пытается утешить Изабель Рамирес, но сердце подсказывает, что все не так просто. — Ты правда не понимаешь? — Изабель всплескивает руками. — Он написал «если я вернусь». Не когда, а если. Магнус не собирается возвращаться. Господи, да он назвал тебя Санчем. Он называл тебя так, только когда думал, что больше не увидит. — Тогда почему ничего не написал о Майке? — парирует Рамирес. — Не знаю, и это тоже подозрительно. Я была у него дома. Там никто не появлялся со вчерашнего вечера. Куда он мог пойти? — У Магса остались хорошие связи со времен университета и работы в банке, плюс новые друзья, как этот Ричард, который весь участок на уши поставил из-за Бейна, — цедит Майк сквозь зубы, припоминая события вчерашней ночи, когда Ричард ни в какую не соглашался с планом Кимберли и умудрился вывести ее из себя, но при этом совершенно не испугаться. Хорошо, что дед этого малолетнего придурка смог взять ситуацию под контроль, соглашаясь с предложенной стратегией. Участок вообще вчера напоминал филиал сумасшедшего дома: возбужденный Ричард, упорно требующий встречи с Магнусом, Пэйдж, религиозная фанатичка, красочно описывающая ближайшее будущее всех полицейских, в особенности Майка, и при этом не прекращающая рыдать и причитать, репортеры, которых только чудом удалось не пустить в участок, соседи по кампусу, рассказывающие о какой-то сверхъестественной ерунде типа опасной тени, бесшумно скользящей по коридорам кампуса той ночью. А тут еще пропавший Магнус подкинул дров в костер всеобщего безумия. Все это дело с самого начала казалось неестественным и странным, а сколько вопросов еще осталось без ответа. Майк тяжело вздыхает: еще со стольким предстоит разобраться. На поиски Магнуса совсем нет времени. Остается надеяться, что Магнус знает, что делает, хотя по его вчерашнему состоянию так не скажешь. — Нам пора, — напоминает о времени своим коллегам Майк. — Ким и так расщедрилась на целых два часа, полчаса из которых уже прошли. Магс — взрослый человек. Мы ничего не можем сделать, — подводит он итог их дискуссии и уходит, делая вид, что не замечает недоуменных взглядов Рамиреса и Изабель. — Чего это он? — шепотом спрашивает у Рамиреса Иззи. — Расстроен, что Магнус не позвонил ему и даже не упомянул про него в своем сообщении. И это тоже странно, не находишь? Ты в курсе, что между ними происходит? Было похоже, что они снова сошлись. К тому же сейчас им ничего не мешает. — Мне тоже показалось, что их отношения налаживаются, но что один, что другой — сложные люди. Но очень хотелось бы, чтобы они снова были вместе. Марино вот уже год ходит угрюмый, а Магнуса я вообще последние полгода не видела. Майк просто расцветает с Магсом… Будем держать за них кулачки. А еще за то, чтобы этот несносный идиот не сломал себе еще что-нибудь и вернулся. Я уже готова простить его прямо сейчас, лишь бы он пришел. — Все будет хорошо, Иззи. Магнус — один из лучших копов, поэтому просто подожди. Он не в первый раз так пропадает, насколько я знаю. — Может, ты и прав, но мне все равно не по себе. — Просто кто-то мало спит. Смотри, какие у тебя синяки под глазами. И подводка размазалась, — меняет тему Рамирес, и Изабель мгновенно покупается. — Быть такого не может! Мне срочно нужно зеркало! Она начинает копаться в сумочке, пока Рамирес пытается незаметно покинуть палату. И это почти удается ему, но он слышит грозный окрик: — Рамирес, стой или я убью тебя! Меня чуть удар не хватил из-за тебя! Рамирес успевает в последний момент выпрыгнуть за дверь и помчаться к лифту, у дверей которого его настигает стук высоких каблуков, а тонкие пальцы тут же начинают безжалостно щекотать бока, заставляя его временами переходить на фальцет в безуспешных попытках урезонить Изабель. Бедного Рамиреса спасает только открывающийся лифт.

***

Последующие четыре дня Магнус сидит взаперти в маленькой комнате, прерываясь только на еду, восьмичасовой сон и физические упражнения, чтобы хоть немного привести себя в форму. Он упорно разыскивает место обитания Рафаэля, имея на руках только его имя и фамилию. Немного, но не для того, кто имеет хорошие связи в области недвижимости и отлично разбирается в финансовых операциях. Рафаэль осторожен, но его подводит стремление к законности собственных сделок. Магнус распутывает этот клубок осторожно, чтобы не спугнуть своего противника. Звонки, сообщения, полуофициальные запросы, иногда небольшой подкуп, редко не совсем законные операции и огромное количество изученных документов по сделкам и финансовых отчетов. Итог очевиден: к вечеру четвертого дня Магнус точно знает, куда ему нужно идти, чтобы получить ответы на все свои вопросы. Остается только одно дело. Целый час он распечатывает документы на стареньком принтере, тщательно сортируя их, попутно записывая полное руководство к действию и скрупулезное описание того, что ему удалось узнать о вампирах. Единственное, чем Магнус не готов поделиться, — Алек. Ему он тоже записывает сообщение, а затем ставит таймер и, в последний раз окинув маленькую комнату взглядом, решительно захлопывает дверь. Пути назад нет: Рафаэлю придется рассказать все, что он знает. Когда Магнус выходит из своей комнаты, в которой отшельником прожил все это время, хозяин бара молча улыбается и наливает на дно стакана выдержанный виски. Магнус кивает и присаживается возле стойки. Не в его правилах пить перед заданием, но этот виски вполне может оказаться последним. Поэтому Магнус смакует каждый глоток обжигающей жидкости. Хозяин ничего спрашивает, Магнус ничего не говорит. Последний глоток — и пустой стакан опускается на стойку вместе с пухлым конвертом. — Мне нужна будет услуга. Описание я оставил в конверте, — наконец, прерывает молчание Магнус. Молчаливый кивок — и он направляется к входной двери, когда слышит окликающий его голос: — Здесь больше, чем нужно, Бейн. — Сумма правильная. Спасибо за все, — не поворачивая головы, отвечает Магнус и выходит на улицу. Газета, которую он покупает на углу, красочно описывает прозорливость бруклинской полиции, которой удалось обнаружить неопровержимые доказательства виновности Деборы. Утром был найден контейнер с ее вещами, где находился насос по выкачке крови, фотографии жертв, черные свечи и прочая мистическая атрибутика. Магнусу остается только поражаться дальновидности Алека, который сумел предусмотреть все варианты развития событий и успел подготовить необходимые полиции ответы. Газета летит в ближайшую урну, а сам Магнус, облегченно выдохнув, теряется в толпе жителей Нью-Йорка, спешащих по своим делам.

***

Четвертый день подряд Алек сходит с ума, пытаясь найти Магнуса, который будто под землю провалился. Рафаэль так и не объявился, Рагнор окопался в библиотеке, пытаясь найти хоть какое-нибудь вменяемое объяснение произошедшему в маленькой комнате. Все, что остается Алеку, — с особой тщательностью заметать следы, чтобы правдоподобная версия полиции превратилась в неоспоримую истину. Уже привычно занимая место под окнами знакомого дома, Алек с нарастающей ненавистью наблюдает за Майком, хозяйничающим внутри. Тихая вибрация криптофона отрывает Алека от составления изощренных планов по убийству надоедливого копа. — Сантьяго, — угрожающе тянет Алек. — Какая неожиданность. Хорошо отдохнул? — Ты дал мой адрес Бейну? — вместо приветствия спрашивает Рафаэль. — Нет, я, в отличие от некоторых, ценю договоренности. — Тогда почему этот примитивный ломится ко мне в двери? — Потому что он умный, упорный и опасный, а ты убил его отца. Я уже направляюсь к тебе. — Поторопись, я с трудом удерживаю своих от расправы, — предупреждает Рафаэль, но Алек уже вешает трубку.