Пересекая границу реальности

Четырнадцать раз за эти два дня Алек испытал непреодолимое желание долбануть жестким внушением по голове каждого из сидящих в комнате людей. В сущности, он это и сделал, правда, мягко и без последствий, чтобы немного подредактировать воспоминания о своем возрасте, поэтому сейчас сдерживать себя в разы труднее. Единственное, что отвлекает его от преступных, с точки зрения Магнуса, желаний, — маленькая красная точка, быстро передвигающаяся по Нью-Йорку. Магнус опять где-то шастает, и Алек может надеяться только на Рагнора и Рафаэля, которые клятвенно заверили его, что присмотрят за вездесущим Магнусом. Хотя надо признать, что Магнус без возражений согласился на отслеживание своего телефона, спокойно признав необходимость контроля. — Вы согласны, мистер Лайтвуд? — раздается голос управляющего, и Алек откладывает телефон, чтобы снова погрузиться в мир цифр, который без язвительных и шутливых комментариев Магнуса уже не кажется таким интересным.

***

Восемь вечера, пятница. Алек мчит по улицам Нью-Йорка, напряженно всматриваясь в неподвижную точку на экране смартфона. Он облегченно выдыхает, когда видит полностью расслабленного Магнуса на пассажирском сидении в его автомобиле-легенде. Магнус почти лежит, устало прикрыв глаза, и Алеку кажется, что он еще больше осунулся и похудел с их последней встречи. Магнус иногда едва заметно вздрагивает, но не открывает глаза, продолжая медитировать в машине, а потом едва заметно улыбается и покачивает головой. Только звук открывающейся двери заставляет его оторваться от прослушки. Магнус прикладывает палец к губам, призывая Алека быть потише, и продолжает записывать эротическую сцену между неким Барри и Мелиссой. «Неверный муж», — вспоминает Алек последнее дело Магнуса. Видимо, завтра кого-то ждут неприятные новости. А пока Барри вовсю наслаждается последними мгновениями своего адюльтера. — Надеюсь, тебе действительно было хорошо, Барри. — Магнус улыбается, останавливая запись. Все доказательства у него в руках. — Подслушивать низко, — подтрунивает над ним Алек. — Все ради великой цели, Александр. Я помогаю восстановить справедливость. Этот изменщик задал мне сложную загадку. Никаких отелей, квартир и тому подобного, никаких финансовых следов. Пришлось выслеживать его по всему Нью-Йорку. — А ты не подумал, что он может быть верным мужем и у него нет никого на стороне? — Нет, он был слишком чистым. Будь у него хоть какие-то грешки, быть может, и стоило бы задуматься. Но я не смог нарыть ни единой провинности, так что сразу стало ясно, что он зло во плоти. — Ты неподражаем в своем цинизме, Магнус. Больше не смей обвинять меня в моем недоверии к людям. — Ты абсолютно неправ, Алексан… вот дерьмо! Увлеченный разговором с Алеком, Магнус упускает момент, когда машина Барри начинает выезжать с парковки. И если самого Магнуса можно не заметить, то разглядеть Алека точно не составит труда. И Магнус точно знает, что за этим может последовать. Внимание Барри привлечет Алек, в одиночестве сидящий в автомобиле, и осторожный Барри сразу сложит два и два. Лихорадочно работающий мозг быстро подсказывает выход, и Магнус, к немалому удивлению Алека, подскакивает со своего сидения и прижимается к его губам, не переставая следить за проезжающей мимо парочкой. Алек хмыкает и решает сделать представление более правдоподобным, прекрасно понимая, что Магнус не будет сопротивляться. Поэтому секунду спустя Магнус сидит верхом на нем, раздраженно шипя, пока прохладные пальцы забираются под футболку. Алек опускает спинку сидения ровно тогда, когда Барри одобрительно сигналит горячей парочке. — Я тоже соскучился, — выдыхает Алек прямо в губы. — Ты воспользовался ситуацией, — обвиняющим тоном произносит Магнус. — А ты воспользовался мной, — не остается в долгу Алек, любуясь видом. Магнус сидит у него на бедрах, упираясь руками в грудь. Додж играет на стороне Алека: низкий потолок не дает Магнусу сильно отстраниться, поэтому он вынужден нависать над Алеком, опираясь на руки. Алек улыбается. Для того, чтобы слезть с его ног, Магнусу придется практически распластаться на его теле. — К черту. — Магнус улыбается и звонко целует своего любимого, но во второй раз Алек уже не дает отстраниться. Три дня были слишком долгими, и он собирается восполнить недостаток близкого общения прямо сейчас. Но Магнус сдерживает себя, не расслабляется, опасаясь возможных последствий эмоционального взрыва, и это злит. Алек становится более требовательным, жестко фиксируя голову Магнуса одной рукой и крепко прижимая его к себе другой, и тут же ощущает, как тело под его руками напрягается еще больше, сдерживая подступающий приступ паники. Магнус начинает вырываться, но силы слишком неравны. Чужая рука бесцеремонно сползает со спины и больно сжимает ягодицы, а грубая джинсовая ткань врезается в пах. Алек прекрасно знает, что делает, зарываясь пальцами в волосы, немного подаваясь бедрами вверх, не давая Магнусу произнести ни слова. И тот поддается на его провокацию, чуть прогибаясь в спине, отпуская свои руки бродить по чужому телу и где-то на задворках сознания осознавая, что это его хриплый стон разносится по салону, когда острые зубы Алека прикусывают кадык. Раскосые глаза удивленно распахиваются, когда вибрация из правого кармана джинсов Алека отдается в бедро, и Магнус резко поднимается, больно ударяясь головой о потолок. Алек разочарованно стонет, наблюдая, как загнанно дышит его любовник. Возбужденный, растрепанный, раскрасневшийся и злой, Магнус приходит в себя, а затем сам вынимает смартфон из кармана и протягивает его Алеку, напряженно глядя на имя, высветившееся на экране. Рагнор. Алек быстро поднимается, включая громкую связь, и крепко прижимает к себе Магнуса, который не делает попыток вырваться. Он просто застывает, ожидая приговора. — Что случилось, Рагнор? — спокойно спрашивает Алек, успокаивающе поглаживая неестественно прямую спину. — Приехали Кристофер и Морис. У них есть новости. Магнус с тобой? Если он закончил на сегодня, то можем встретиться у тебя в лофте. — Это все, Рагнор? — Голос Магнуса дрожит. — Ты звонишь только поэтому? Больше ничего не случилось? — А это недостаточно важная причина? — недоумевает Рагнор, явственно различая волнение и страх. — Что у вас случилось, Алек? — Все в порядке, мы скоро будем. Встретимся у меня в лофте через полчаса, — отрезает Алек и отключается. Он ожидает чего угодно: криков, ударов, ледяного молчания, заслуженных упреков, но не ласковых прикосновений и легкого поцелуя. — Прости, — шепчет Магнус, поглаживая чуть дрожащими пальцами скулу. — Нет. — Алек снова начинает злиться. — Даже не думай. Никогда не извиняйся за эмоции, которые ты испытываешь. Я знаю, что ты боишься навредить мне, но я не хрупкая статуэтка и разбить меня довольно сложно. Скорее ты пострадаешь из-за меня. Не забывай, что я вампир, а ты сводишь меня с ума. — Спасибо, — вздыхает Магнус, наклоняя голову и прижимаясь своим лбом ко лбу Алека. — Позволишь мне порулить? — Алек снова возвращается к шутливому тону, и Магнус полностью приходит в себя. — Если ты признаешь, что тебе нравится моя машина. — Она великолепна, как и ее хозяин. — А ты даже еще не завел мотор. — Магнус самодовольно вскидывает голову, во второй раз ударяясь головой о потолок. — Ауч. — С другой стороны, в моем автомобиле таких проблем у тебя не возникнет. — Алек смеется, пока он потирает макушку, перебираясь на пассажирское место. — Пристегнись. Никогда не сидел за рулем Dodge Charger, предпочитая ему Ford Mustang и Chevrolet Camaro. — Только что ты потерял несколько очков, — сведя брови к переносице, сообщает ему Магнус, и Алек, усмехаясь, заводит мотор, присвистывая, когда понимает, что под капотом этой древности не меньше пятисот лошадок. Он опасается сильно разгоняться, но дает себе обещание однажды испытать всю мощь этого автомобиля.

***

Алек ощущает вибрацию входящего звонка, как только перешагивает порог лофта. Минутой позже из портала появляются Рагнор, Рафаэль, Кристофер и Морис. — А у тебя уютно, — комментирует обстановку Кристофер, быстро осматривая просторную гостиную, задерживая взгляд на Магнусе. — Хреново выглядишь, — безапелляционно заявляет он, демонстративно поправляя свою прическу. — Зато живой, в отличие от некоторых, — парирует Магнус, и Кристофер широко улыбается, позволяя клыкам немного удлиниться. — Лайтвуд, где ты его откопал? Я хочу себе такого же. — Он разворачивается к Алеку, которого мягко придерживает Рагнор. — Перестань заигрывать с моим парнем, пока я не попортил тебе твою прекрасную улыбку, — произносит Магнус, делая шаг и оказываясь прямо перед Кристофером. — Слышал, Лайтвуд? Он считает мою улыбку прекрасной. — Слышал, Рафаэль? Твой заместитель не знает, что такое сарказм. — Уел, — признает Кристофер, протягивая руку для рукопожатия. — Но просто для общего развития. Ты неиссякаемый источник всех мыслимых и немыслимых проблем. — Я? — совершенно искренне удивляется Магнус, отвечая на рукопожатие. — Не сумасшедшие вампиры, которые похищают людей и ставят над ними эксперименты, не существа, которым постоянно нужна свежая кровь? А я? Сантьяго, ты уверен, что Кристофер не пропил все свои мозги в тропиках в далеком 1968? — Откуда? — Мне тоже интересно, — подает голос Рафаэль, не выпуская из поля зрения полностью готового к атаке Алека. — Ты сам сказал, что, когда строили ваш отель, твой заместитель бухал в тропиках, — обыденно поясняет Магнус, также отслеживая реакцию своего бойфренда, который с мрачным видом следит за их словесной пикировкой. — Я повержен. — Кристофер весело смеется. — Выдыхай, древний, я бы никогда не причинил ему вреда, даже не будь он под твоей защитой. Магнус — слишком ценный кадр. Наблюдать за Рафом после их встречи — сплошное удовольствие. Я еще должен твоему парню за незабываемое зрелище своего начальника в длинном платье. — Это Фелл постарался. — Магнус улыбается и приветливо кивает Морису, который на протяжении всего разговора настороженно переводит взгляд с Кристофера на Магнуса, потом на Алека и Рагнора, а затем на Рафаэля, который совершенно спокойно устроился в кресле, вытянув ноги. — Забудь все, что я сказал. — Кристофер машет руками. — Быть должным магу — последнее, чего я хочу в своей жизни. Ну что, начнем? Разговор предстоит долгий и тяжелый. Поэтому, Фелл, не поможешь? — А ты не сопьешься? — ехидно интересуется Рагнор, и Кристофер картинно закатывает глаза. — Не против небольшой перестановки? — обращается Рагнор к Алеку, и тот взмахом руки предоставляет ему полную свободу. В результате на диване размещаются Алек, Магнус и Рагнор, а в креслах напротив — Рафаэль, его заместитель и Морис. — Четверых из пяти так и не опознали, но полиция подозревает, что все они мигранты. Причем трое из них латиноамериканцы, а один азиатского происхождения. Двое мужчин и две женщины, — начинает Кристофер, который оставляет свое жеманство и язвительность и вводит собравшихся в курс дела. — А вот мужчину европейской внешности удалось опознать. Джордж Смитсон, бывший военный. Судя по всему, после возвращения из Ирака у него развилось ПТСР, поэтому мужчина стал бездомным, порвав все связи с родными и близкими. Вот уже два года от него не было ни единой вести. Самое странное, что Смитсон — американец, жил в Чикаго. Как попал в Торонто, неизвестно. Полиция сейчас копает в этом направлении, но пока безрезультатно. Родные опознали тело, так что ошибок быть не может. Джорджа также опознали некоторые из благотворительных организаций, которые оказывали ему помощь, но все они утверждают, что вот уже больше двух лет не видели этого мужчину. Последнее, что мы имеем: сестра видела Джорджа на улицах Чикаго два с половиной года назад, но тот отказался возвращаться с ней домой. После этого он исчез. Про остальных четверых вообще ничего не известно. Миграционные службы пытаются связаться с Мексикой. Есть подозрение, что все трое латиноамериканцев оттуда, но пока тоже по нулям. Азиат — вообще темная лошадка. Никаких зацепок по нему. Клан из Чикаго ничего подозрительного не отмечал, так что не знаю, насколько эта информация может тебе помочь. — Что с причиной смерти и показаниями соседей? — сухо осведомляется Магнус, делая пометки у себя в блокноте. — Я считаю, что… — начинает Кристофер, но Магнус тут же обрывает его: — Факты, Кристофер. Сейчас мне не нужно твое мнение. Оно может сбить. — Согласен, — признает тот. — Фактов мало. Соседи услышали грохот и решили вызвать полицию. Во время допроса они сообщили, что все, кто проживал в этом доме, вели себя очень тихо, в разговоры не вступали. На улицу вообще выходил только азиат. Пара по соседству очень удивилась, узнав, что там жило еще четыре человека. Согласно тем же показаниям, сотрудники соцслужбы постоянно посещали этих примитивных, но ни одна организация не высылала своих работников по этому адресу. Причина смерти для четверых — самоубийство. Они повесились. С Джорджем все сложнее. У него сломана шея. Поэтому полиция подозревает, что самоубийство было инсценировано и в убийстве могут быть замешаны третьи лица. Но официальная версия, которую власти упорно продвигают, прямо противоположна. Сначала четверо убили Смитсона, а потом повесились. Надо отметить, что улики, найденные на месте преступления, отлично вписываются в эту версию. Некоторые особо продвинутые СМИ муссируют версию о том, что Джордж держал их при себе в качестве рабов, а потом они не выдержали и убили эксплуататора и, не выдержав груза вины, покончили с собой. Там есть еще пара версий, но они совсем уж безумные. Я привез тебе газеты, почитаешь. — А что вы сами думаете? — спрашивает Магнус. — Мы с Морисом пришли к выводу, что четверо повесились под внушением, а Смитсон каким-то образом смог противостоять этому, поэтому пришлось убить его старым проверенным способом. Могу предположить, что вампир не ожидал такого, поэтому позволил Джорджу устроить шум, но быстро исправил ситуацию. Только не понятно, почему Смитсон раньше подчинялся, а потом внезапно взбунтовался. — Триггерная ситуация, — поясняет Магнус, и Рагнор согласно кивает. — Не думаю, что даже сильное внушение сможет противостоять приступу ПТСР. Скорее всего, когда он увидел смерти этих людей, то мозг отключился, оставив одни инстинкты. — Таким образом, у нас почти ничего. Аманда, глава чикагского клана, обещала поспрашивать, но я почти уверен, что она ничего не узнает. Два года — слишком большой срок. Вряд ли кто-то помнит подробности жизни Джорджа. Кто бы это ни был, он очень осторожен. Я не знаю, что нам делать дальше, — резюмирует Рафаэль, с сомнением смотря на Магнуса, который что-то строчит в своем блокноте. — Магнус? — Мне понадобится помощь. — Магнус обводит взглядом всех присутствующих. — Нужно будет опросить бездомных Нью-Йорка. Я почти уверен, что все люди, которых поставляли Кларку, — это бродяги и нелегальные иммигранты. Их исчезновение вряд ли кто-то заметит. Сейчас в штатах примерно два с половиной миллиона бездомных, некоторые эксперты оценивают их количество в три с половиной миллиона. Такой разброс в цифрах делает похищение таких людей увеселительной прогулкой. Никакой полиции и бдительных граждан, особенно в крупных городах. Та же ситуация с нелегалами, только их еще больше: почти одиннадцать миллионов людей, о которых ничего не известно, которые не состоят на учете, которые социально не защищены. Если древнему и Камилле нужна кровь, то у них под рукой богатые охотничьи угодья, а если приплюсовать Канаду, то они становятся еще больше. — Не думаю, что они убивают их. Скорее, должны держать где-то, чтобы иметь возможность спокойно забирать кровь, отбирать подопытных для экспериментов и при этом не вызывать подозрений, — добавляет Алек, пожимая плечами. — Что даст опрос бездомных? Что нам спрашивать? — сомневается Морис. — Не пропадал ли кто-нибудь в последнее время? Какие организации им помогают? Не было ли подозрительных личностей поблизости? Узнать их распорядок жизни. Часто бродяги живут небольшими общинами, присматривают друг за другом. Кто-то обязательно что-то видел, просто никому нет до этого дела. — Попробуем, — кивает Рагнор. — Начнем завтра. Морис, сможешь организовать такой же опрос у себя в Торонто и связаться с Оттавой и Монреалем? — Без проблем. — Раф, а ты сможешь уговорить глав Лос-Анджелеса и Чикаго тоже поспособствовать? В этих городах очень много бездомных. Майами тоже было бы хорошо осмотреть, там много нелегалов. — Чикаго согласится. Лос-Анджелес и Майами — вряд ли. Кланы там совсем маленькие. Погода, знаешь ли, не способствует. Я бы даже кланами их не назвал, так, сообщество из нескольких вампиров, которые живут там, потому что поставляют другим кланам кровь. Но попробовать стоит, хотя я уверен, что им попросту не хватит людей. — Тогда договорились, — закрывает обсуждение Магнус. — Поработаем неделю, а потом встретимся обсудить результаты. Только постарайтесь не привлекать внимание. Если нас заподозрят, то мы можем их вообще не найти. — Тогда до следующей пятницы, — прощается Морис. — Было приятно снова повидать тебя, Магнус. И да, по поводу исследований Кларка. Ничего из того, чего мы бы не знали. Чертов маньяк успел уничтожить все результаты исследования, или ему помогли. В том доме мы так ничего полезного не нашли. Но вот список. Посмотри, что тебе понадобится, и я в следующий раз прихвачу. И, пока Магнус с Морисом оживленно обсуждают список вещей, найденных в логове вампиров, Рафаэль незаметно отводит Алека в сторону и тихо сообщает ему: — Возле Изабель мои люди заметили одного подозрительного субъекта. Возможно, это поклонник, но может, кто-то прощупывает почву. Возле Макса пока никто не ошивается. Ребята довели того типа до гостиницы, сейчас его пытаются пробить по базе. Так что имей в виду. И есть еще кое-что. За Бейном вот уже неделю тоже следят, но их мы сразу вычислили. Это люди Донована. Скорее всего, Магнус в курсе. За эти дни, что тебя не было, слежка стала почти явной. Магнус быстро сбрасывал хвост, но эти люди настойчивы. Это так, для информации. — Спасибо, Раф. Я принял к сведению. Магнус вопросительно смотрит на Алека, и тот быстро подходит к нему, порывисто притягивая к себе за талию. — Что-то случилось? — Ты не сказал мне, что за тобой следят. — А, это. Ричард неделю назад, когда я встречался с друзьями, рассказал мне, что его дед решил меня проверить, поэтому нанял пару ребят. Ух, они за мной помотались последние дни. Я им даже кофе покупал. Хорошие ребятки, но не слишком опытные. Ничего страшного, просто дедушка проверяет близких друзей своего наследника. — Близких друзей? — Так меня сам Донован называет. Я не возражаю. У него этих близких друзей с полсотни, но я, наверное, самый полезный в плане обучения. Этот мелкий паршивец так и не нашел себе репетитора по математике, приходится иногда заниматься. — Если ты закончил ревновать, Лайтвуд, то мы попрощаемся, — встревает в разговор Кристофер, любовно поглядывающий на бутылку выдержанного виски, наколдованного Рагнором. — Я, с вашего согласия, бутылочку себе присвою. Все равно из вас ценители никакие. Первым уходит Морис. За ним в портале исчезают Рафаэль с Кристофером и Рагнор, напоследок успевающий подмигнуть парочке.