Проигранная партия

Себастьян нахмурился, почувствовав в ноге внезапную боль, но она тут же исчезла, а вместе с ней притупилось его ощущение Сиэля, и Себастьяну это чрезвычайно не нравилось. Сиэль наверняка снова потерял сознание, а без этого оценивать его состояние было сложно, но Себастьян был уверен, что Уильямс не убьет его – ему нужно было заманить Себастьяна в круг, и как бы он не желал душу, так любезно предложенную ему, Себастьян не собирался бросаться на подачки. Он получит Сиэля своим путем, выполнив контракт – своим принципам он был верен, и ни разу, за все те годы, что он заключал контракты, Себастьян не искал обходных путей для получения обещанной души. Себастьян снял перчатку и посмотрел на печать контракта – она едва заметно мерцала и приятно грела руку, и, как бы странно это ни было, ни с одной печатью прежде ничего подобного не было. Себастьян знал, что это значило, как и знал, что значила боль в ноге, как и странный жар печати, когда Себастьян подслушивал возню Сиэля прошлой ночью, но он никогда не предполагал, что с ним такое может случиться. Связь с контрактером могла усиливаться, но это было очень редким явлением – она не успевала даже толком окрепнуть, прежде чем Себастьян получал душу, но если Себастьяну и не удавалось в короткие сроки выполнить свою часть контракта, проходили многие годы, до того, как появлялось хоть какое-то значимое изменение в связи. И ни одна из тех сотен тысяч душ, с которыми Себастьян заключал контракт, ни разу за все это время не доживала до того, чтобы связь усилилась настолько, что Себастьян чувствовал боль или удовольствие тела, к которому была привязана душа. Не говоря уже о том, что пять лет в контракте – немыслимо короткий срок для такого стремительного развития и укрепления связи. Связь и позволила так легко отыскать Сиэля – это было проще и приятней, чем когда Сиэль звал его: вместо привычной боли, Себастьян чувствовал непреодолимую тягу, острую необходимость двигаться в одном направлении, и чем ближе он был к Сиэлю, тем легче ему становилось. Хотя он совсем не испытал облегчения, когда увидел Сиэля, окровавленного и прикованного к столу. Это взбесило его, и он едва сумел подавить желание вырвать Уильямсу сердце – из-за собственного бешенства, он не сразу заметил связь между Сиэлем и Уильямсом. Печать на руке отвлекала, заставляя думать о Сиэле и необходимости помочь ему, но Себастьян старался игнорировать ее. Он стоял на крыше и следил за женщиной, входящей в подворотню, и спрыгнул вниз, как только она оказалась в темноте. Перед смертью она даже не успела понять, откуда напал Себастьян, но он и не желал ей мучений. Он до сих пор чувствовал отголосок боли, которая передалась Сиэлю, а следом и ему самому, когда он толкнул Уильямса в стену. Его не так заботила боль, подаренная ему печатью контракта за нарушения одного из пунктов, как та, что молча вытерпел Сиэль. Его никогда не интересовала хрупкость человеческого тела, как и люди в целом, но, прочувствовав на себе их боль, он едва удержался от необдуманного и глупого поступка – целую секунду он думал войти в круг и сорвать цепи с Сиэля, чтобы отнести его домой и позаботится обо всех ранах. Но он вовремя одумался. Если бы он шагнул за границу, его бы окутал аромат Сиэля, и Себастьян не смог бы сопротивляться ему, почувствовав свободу от контракта. Он поднял труп женщины на крышу и небрежно бросил его у своих ног, оглядываясь и надеясь увидеть, как от темноты отделится фигура и поздоровается приторно-сладким голосом, но вокруг было тихо, и это злило Себастьяна, как и тишина от Сиэля – его удивило, что мальчишка, пока он еще был в сознании, даже не попытался позвать его обратно. Неужели он решил, что Себастьян оставил его? Только не теперь, когда Себастьян почувствовал едва ли не радость Сиэля, войдя в зал с ним на столе. Быть может, перед глазами Сиэля все еще стояли воспоминания с крыши, но после того, как Себастьян в очередной раз станет его героем, у него не будет никаких шансов противостоять собственным чувствам. К тому же, теперь, имея доступ к его ощущениям, Себастьяну будет гораздо проще манипулировать им, и он, наконец, получит тело Сиэля. Тишина и промедление истончали терпение Себастьяна, и через минуту к трупу женщины добавились еще два. Себастьян беспокойно оглядывался, пока не заметил тень, прыгающую с крыши на крышу в его сторону. - Ну, наконец-то, - выдохнул он. Информация о том, что Грелль получал все дела, в которых фигурировал Себастьян, на момент рассказа показалась ему незначительной и даже раздражающей, но сейчас оказалась очень полезной, как и нездоровый интерес Грелля к нему. По крайней мере, Себастьян рассчитывал получить пользу от того и другого. Грелль нервировал Себастьяна не меньше влюбленной Мейлин, с той лишь разницей, что с синигами он мог бороться и таким образом хоть немного выплеснуть собственное раздражение. Но сегодня ему придется обойтись без драк, хотя Себастьян не преминет отомстить ему за медлительность при следующей встрече, которая, по задумке Себастьяна, должна случиться очень скоро. - Здравствуй, дорогуша, - как и ожидал Себастьян, приторно-сладким тоном протянул Грелль, прислонившись плечом к кирпичной трубе. Его такой любимый красный плащ, как и длинные волосы, для человеческого глаза в темноте ночи казались черными, но Себастьян и сейчас видел этот яркий цвет, от количества которого всегда хотелось поморщиться. - Ты, я вижу, расшалился, - Грелль посмотрел на три тела у ног Себастьяна и недовольно выпятил губы, - Я надеялся, уважишь меня, и крови будет больше. Хоть сколько-нибудь. Себастьян совсем не был настроен на разговоры и, перешагнув через труп, быстро подошел к Греллю и схватил его за локоть, потащив слабо сопротивляющегося синигами в сторону здания, где находился Сиэль. - Так ты любишь грубую любовь? - усмехнулся Грелль и только попытался вывернуться из захвата, как Себастьян остановил его, схватив за запястья: - Сейчас не до твоих игр, - как можно более спокойно произнес Себастьян. - Мне нужна помощь. - Помощь? - Грелль уставился на Себастьяна через очки удивленными зелеными глазами. - Ты здоров, Себастьян? Чтобы я помогал тебе? Ты, кажется, что-то путаешь, нет? Себастьян сам не ожидал, что когда-нибудь окажется в такой ситуации и будет просить помощи у кого-то, вроде Грелля, но у него не было иного выбора, а Сиэля он должен был спасти, даже если это требовало чего-то столь унизительного. Но он знал, что добьется благодарности у Сиэля и заслуженно вознаградит Грелля за его старания и помощь. - Чего ты хочешь за свою помощь? - Он был готов к какой угодно сделке, лишь бы тот поторопился. - Что?.. Прости, что? - пролепетал Грелль и похлопал ресницами. - Ты... ты это серьезно? - Грелль ущипнул себя и тут же попробовал ущипнуть Себастьяна, но он остановил его руку. - Чего ты хочешь – говори скорей. Время дорого, - Себастьян взял его за плечи и встряхнул, надеясь, что это приведет Грелля в чувства. Им нужно было скорей возвращаться в зал с Сиэлем – он все еще был без сознания, и Себастьян не мог почувствовать, что делал с ним Уильямс. - Хочу... хочу провести вечер с тобой. Только ты и я, - губы Грелля растянулись в мечтательной улыбке, - без того мальчишки, что вечно ходит за тобой. Себастьян ухмыльнулся, отчего Грелль едва не растаял в его руках, но причиной ухмылки Себастьяна была вовсе не та, о которой подумал Грелль: - Провести вечер с тобой? Один? - уточнил он и кивнул, - Я согласен на это. Теперь идем, - он снова потянул Грелля за руку, внутренне даже веселясь от реакции на свои слова. Именно этого он и хотел добиться, когда предлагал сделку, – растерянности от неожиданности и, как следствие, непродуманного желания. Себастьян не без удовольствия проведет этот вечер наедине с Греллем... - А как же?.. - Грелль оглянулся на оставленные тела. - Мне нужно разобраться с ними – Уилли снова накажет меня сверхурочной работой, если я... - Займешься ими позже. Теперь они никуда не уйдут, - ответил Себастьян и грубо втолкнул Грелля в зал, где на каменном столе без сознания лежал Сиэль. Уильямс ходил вокруг стола со стилетом, который Себастьян с удовольствием воткнул бы ему в глаз, пробив череп насквозь, если бы это не означало такую же рану для Сиэля. - Вы все же вернулись, - холодно улыбнулся Уильямс. Изменение в его поведении не осталось незамеченным Себастьяном, и он, в одно мгновение оказавшись рядом с Уильямсом и выбив у него стилет, заломил ему руки и ответил на улыбку такой же леденящей – Сиэль всегда ежился и терялся, когда Себастьян демонстрировал эту улыбку. - Как мрачно, - огляделся Грелль и усмехнулся, увидев Сиэля. - А его в моем списке пока нет. - И отлично, - ответил Себастьян. - Приведи его в чувства. - Кто это? - нахмурился Уильямс, но не сделал попытки вырваться из захвата Себастьяна. Его вопрос Себастьян решил проигнорировать, иначе, чего доброго, он снова причинит боль Сиэлю, не сдержавшись, а это не входило в его планы. Не для этого он пытался его спасти. Грелль, в отличие от Себастьяна, войти в круг смог без всяких последствий и легко похлопал Сиэля по лицу – Себастьян смотрел на это, нахмурившись. Ему не нравилось чувствовать себя бесполезным, тем более когда дело касалось контрактера. Он никогда прежде не чувствовал себя таким уязвимым: если Грелль задумает навредить Сиэлю, пока они находились в круге, все, что сможет сделать Себастьян, это метнуть в Грелля ножи, но тот может как увернуться, так и подставить под удар бесчувственного Сиэля. И только возможность подобного развития событий нервировала Себастьяна и заставляла думать о том, как избежать подобных ситуаций в будущем. Он надеялся донести до Сиэля мысль, что в следующий раз все может кончиться гораздо хуже, чем потеря большого количества крови, и убедить его больше не отсылать от себя, даже если тот будет желать, чтобы Себастьян исчез с глаз долой. Понадобилось несколько ударов, чтобы Сиэль, наконец, зашевелился и вздохнул глубже. Он медленно раскрыл веки и тут же отпрянул, увидев Грелля над собой. - Я умер? - Пока нет, - ответил Грелль и посмотрел на Себастьяна. - Мне снять кандалы или так и оставить? - Сними. И если ты оставишь на нем хоть царапину, то пожалеешь, - предупредил он, чуть крепче сжимая руки на запястьях Уильямса, вместе с ним наблюдающего за попытками Грелля разорвать цепи. - Я не могу, - кряхтя, пожаловался он и, поправив очки, внимательно оглядел кандалы. - Что ты здесь делаешь? - едва слышно спросил Сиэль. Себастьян чувствовал, как он ослаб, и это приводило его в бешенство – даже у Себастьяна не было права причинять боль этому телу, не говоря уже о каком-то никчемном человеке. Хуже всего то, что этот самый человек был в буквальном смысле в руках Себастьяна, но он никак не мог отомстить ему за случившееся. - Помогаю Себастьяну. Мы одна большая команда! - восторженно воскликнул Грелль. - И он обещал мне вечер... - Твоя коса, - прервал его Себастьян, теряя терпение. - Воспользуйся ей. И быстрей! - он почти прошипел последние слова. Он ненавидел Грелля и его болтливость в этот момент и пообещал себе, что тот еще долго будет жалеть о своем длинном языке и легкомысленности. - Пообещал вечер? - Сиэль удивленно посмотрел на Себастьяна, но он избегал его взгляда, наблюдая за возящимся с косой смерти Греллем. - С каких это пор ты даешь обещания без согласования со мной? - в его голосе зазвучали приказные нотки, и Себастьян тихо прорычал, пытаясь побороть желание ответить. И как этот проклятый мальчишка мог иметь столько власти над ним, даже в то время, когда был так слаб? - Контрактер всегда на первом месте, - не выдержал Себастьян, не сводя взгляда с Грелля, закусившего язык от сосредоточенности и старающегося не задеть Сиэля. - Я должен был найти способ спасти вас, и я его нашел. Уильямс в руках Себастьяна рассмеялся, и он вопрошающе посмотрел в его глаза. - Я не думал, что будет так весело, - пожал плечами Уильямс. - Надеялся на быстрый исход и ожидал лишь увидеть пиршество демона, но, как выяснилось, все намного интересней. Кто мог подумать, что стану свидетелем таких событий? - Если бы я хотел всего лишь получить его душу, я бы и сам провернул этот фокус, но я заключаю контракты не для того, чтобы их нарушать, - нахмурился Себастьян, обхватив его шею руками, стараясь не забыть, что должен контролировать себя. - Но нарушить придется, - недобро улыбнулся Уильямс, и Себастьян внимательно посмотрел на него, но его отвлек голос Грелля: - Теперь, пожалуйста, не двигайся, - напряженно произнес он. - Я разрежу ошейник, а Себастьян просил, чтобы я даже не оцарапал тебя, – не думаю, что он будет доволен, если я случайно отрежу тебе голову, - он нахмурился и поправил очки – если его близорукость подведет его, Себастьян пообещал себе, что лично оторвет ему голову, но сначала лишит всех конечностей. И начнет с рук, если они окажутся настолько бесполезными. Сиэль в ответ кивнул и зажмурился, а Себастьян, замерев, наблюдал, как зубья пилы режут металл в опасной близости от тонкой и такой хрупкой шеи Сиэля. - Я ведь просил не шевелиться! - воскликнул Грелль, резко убирая косу смерти от Сиэля. - Что?.. - только и смог выдавить из себя Себастьян, крепче сдавив шею Уильямса – Сиэль на столе трудно вдохнул и засучил ногами по столу, и только тогда Себастьян понял, что едва не задушил его через Уильямса. Он отпустил руку, и оба – Сиэль и Уильямс – глубоко вдохнули и закашлялись. - Просто... искра... обожгла, - через кашель выдавил из себя Сиэль. - Я ведь просил! - крикнул Себастьян, переведя взгляд на Грелля. - Я не могу контролировать искры, - развел руками Грелль, и в любой другой ситуации Себастьян впечатал бы его в ближайшую стену лицом, за красоту которого Грелль так переживал, но сейчас только скрипнул зубами и угрожающе посмотрел в его глаза. - Все в порядке, Себастьян, - прохрипел Сиэль. - Будь добр, держи себя в руках, - он лающе закашлял, а Себастьян через мгновение понял, что это был смех. Как он мог смеяться в этой ситуации, когда даже Себастьян был напряжен? Все это время тихий Уильямс переступил с ноги на ногу и прочистил горло. Себастьян вспомнил о нем и перевел на него взгляд, пытаясь прочесть его мысли и понять, почему тот был так спокоен и вел себя, будто все шло по плану. Заклятия на крови всегда имели множество уловок, и всех их не помнил даже Себастьян, но часто главную роль играли произнесенные слова. И как бы он не пытался увидеть сам процесс заклинания в прошлом Уильямса, Себастьяну это не удавалось – тот защитил себя со всех сторон. Себастьян надеялся, что как только Сиэль выйдет из круга их связь разорвется, если же нет – Уильямс станет почетным гостем подземелья особняка Фантомхайв, пока Себастьян не найдет способа разорвать связь. - Все! - Грелль убрал косу и снял с Сиэля ошейник. Сиэль приподнялся на локтях, но тут же снова упал и зажмурился: - Голова кружится, - чуть слышно прошептал он. - Вынеси его из круга, - потребовал Себастьян, глядя на Грелля, и он подчинился без вопросов: взял Сиэля под руки и колени и поднял со стола, вместе с ним выходя из начерченного круга. Себастьян только краем уха слышал тихий смех Уильямса, полностью сосредоточившись на вновь потерявшем сознание Сиэле. Что-то было не так, Себастьян чувствовал его, но как будто отдельно от тела – никогда прежде ничего подобного не было... - Он снова потерял сознание, - объявил Грелль, но в этот раз пощечины не произвели должного эффекта – Сиэль даже не пошевелился, и Себастьян заметил кое-что еще. Не было дыхания, совсем никакого – от тела вообще не исходило никаких звуков жизни, даже биения сердца не было. - Верни его обратно в круг! В круг, живей! - крикнул Себастьян, и Грелль, удивленно вздернув бровь, поспешил вернуться к каменному столу. - Зачем так кричать? - тихо спросил он, но Себастьян не удостоил его ответом, вслушиваясь в признаки жизни в теле Сиэля, и с облегчением выдохнул, услышав слабый стук сердца. - Я ведь говорил, что будет интересно, - усмехнулся Уильямс. - Живым отсюда граф Фантомхайв не уйдет, - продекламировал он, и Себастьяну пришлось напомнить себе, что его убийство повлечет за собой смерть Сиэля. - Вы ведь не думали, что те, кто был убит ради его удержания здесь, отпустят его? Себастьян на секунду задумался и едва не рассмеялся, вновь оглядывая начерченный кровью круг. А ведь он на секунду подумал, что действительно не осталось никакого выхода. - Быть может, им стоит предоставить выбор? - улыбнулся Себастьян и повел Уильямса к столу, остановившись на краю круга. - Как думаете, кого они предпочтут: того, ради кого их всех убили, или того, кто их убил? - он толкнул Уильямса к столу, кивнув Греллю, - Попробуй выйти из круга, но если он перестанет дышать – тут же возвращайся. Грелль с Сиэлем на руках вышел из круга, а Себастьян внимательно слушал ритм сердца своего хозяина, но в этот раз он не пропал, и Себастьян снова улыбнулся Уильямсу: - Как видно, вы показались тем душам более виновным в смерти их тел, нежели мой господин. Я бы вырвал вам сердце, но такая смерть слишком быстрая для такого, как вы. Вынеси моего господина отсюда, Грелль, и займись его ранами, - даже не взглянув в его сторону, попросил Себастьян и снял перчатки, разворачиваясь к свечам. - Вы, полагаю, знаете, какой силой обладает кровь невинных? - обратился к Артуру Себастьян, проводя ладонью над пламенем свечи. - И понимаете, что раз она может разорвать такую сильную связь, как контракт между демоном и душой, то связь между вами и моим господином для нее сущий пустяк? - Пожалуйста, - взмолился Артур. - Наверное, мне стоит поблагодарить вас, - задумчиво пробормотал Себастьян, - если бы не вы, я бы, быть может, не так скоро понял, насколько наша с ним связь усилилась. И все же будет интересно наблюдать, как вы мечетесь по кругу, как загнанная в ловушку крыса, кем вы, на самом деле и являетесь, - усмехнулся Себастьян, взмахом руки раздувая пламя свечей ярче. - Выбор не так уж и сложен: шагнуть за круг и умереть быстрой, безболезненной смертью или заживо сгореть. Но я точно знаю, что вы трус и не сможете сделать этот шаг, - Себастьян развернулся лицом к пораженному и онемевшему от страха Артуру и снова улыбнулся. - Жаль, что господин не увидит вашей предсмертной агонии – я знаю, ему бы понравилось. - Себастьян еще раз легко взмахнул рукой и направился к двери. - Нет! Пожалуйста! Он даже не обернулся на окрик и отыскал Сиэля и Грелля на крыше, рядом с оставленными Себастьяном трупами. Грелль успел перевязать раны, хотя это явно не доставляло ему такого удовольствия, как если бы он наоборот добавил пару порезов. - Благодарю, - Себастьян поднял Сиэля на руки, небрежно отталкивая Грелля от него. - Встретимся завтра здесь в шесть – позволяю тебе выбрать место, где мы проведем время вместе. Пусть это будет тихое место, - попросил Себастьян и с улыбкой глянул на Грелля через плечо, - где нам никто не помешает. Грелль простонал и рухнул на крышу, облокачиваясь на стену надстройки спиной, и растянул губы в глупой улыбке. Себастьян усмехнулся и покачал головой, отворачиваясь от него, и в следующее мгновение они с Сиэлем уже были в воздухе. Себастьян аккуратно, но крепко прижимал его к себе, чтобы потерявший большое количество крови Сиэль не замерз, а его организм не повредился от переохлаждения. Он двигался так быстро, как осмеливался, чтобы не сделать хуже, но все же ему казалось, что он был слишком медленным – Себастьян боялся опоздать теперь, когда Сиэль снова был в его руках. Он мягко опустился на карниз и открыл окно, влезая вместе с Сиэлем в его спальню, и аккуратно положил его на кровать. Одного взмаха руки хватило, чтобы на тумбе рядом с кроватью появился таз с теплой водой в нем и чистая ткань, со следующим взмахом Сиэль остался обнаженным на кровати, и Себастьян, смочив кусок ткани в воде, принялся омывать его раны. - Вы не посмеете так поступить со мной, - пробормотал Себастьян, убирая налипшие влажные волосы со лба Сиэля. - Как же честь семьи и ваша собственная? Вы дали слово, помните? Мы заключили контракт, и вы не посмеете не дать мне выполнить свою часть сделки. Себастьян разорвал оставшуюся ткань на полоски и забинтовал раны Сиэля, внимательно следя за его дыханием и надеясь увидеть изменения. Но тот лежал без движения, только его грудь слабо вздымалась от поверхностного дыхания, а на шее едва заметно пульсировала вена. Себастьян укрыл его и сел на край кровати, глядя на его лицо. Можно было бы подумать, что Сиэль просто спал, если бы его не выдавала мертвенная бледность. Хотя Себастьян не был уверен в том, что могло произойти, пока душа те недолгие секунды была вне тела, и как это повлияло и на душу, и на тело. И все же, он надеялся, что ничего фатального не произошло, иначе до конца своей недолгой жизни Сиэль будет в таком подвешенном состоянии, пока душа не устанет искать контакт с телом и не предпочтет переродиться в новом. И когда она станет покидать тело и если поблизости не окажется синигами, Себастьян сможет ее поглотить, хотя его не совсем устраивал подобный сюжет – ему придется признать собственное поражение, если его хозяин умрет естественной смертью, а не от его руки. Ничего подобного прежде не случалось, и Себастьян совсем не хотел так порочить собственную репутацию. Он просидел в спальне Сиэля до рассвета, отыскивая изменения в нем и не находя их, и вздохнул, услышав пробуждающийся дом – ему нужно было раздать слугам указания на день, заняться завтраком для Сиэля, если тот все же проснется к этому времени, и просмотреть библиотеку Фантомхайвов на наличие трактатов об опытах по выходу из тела. Он снова посмотрел на Сиэля и наклонился к его уху: - Вернитесь ко мне, - прошептал Себастьян и вышел из комнаты, захватив таз с водой и тряпкой в нем. Он не мог потерять Сиэля, но одного его желания было недостаточно, и, как бы он не старался контролировать Сиэля во всех аспектах жизни, Себастьян не имел силы, способной повлиять на его скорейшее выздоровление. В этой ситуации Сиэлю придется бороться самому. Себастьян чувствовал его душу, чувствовал, как она мечется внутри, но не мог дозваться до нее и наладить контакт – Сиэль был напуган и не понимал, почему не мог управлять собственным телом, и совсем не слышал Себастьяна. - Господин неважно себя чувствует, - вместо приветствия произнес Себастьян, войдя в кухню, - и весь сегодняшний день проведет в своей постели. - Он ранен? - Мейлин испуганно смотрела на таз в руках Себастьяна с красной водой в нем. Себастьян опустил взгляд вниз и мысленно выругался на собственную несобранность – остальным слугам совсем незачем было знать о ранах Сиэля. - Я позаботился о его ранах, - ответил Себастьян и отставил таз в сторону, надеясь, что больше вопросов не последует. - С ним все будет в порядке? - тихо спросил Финни, и Себастьян недовольно посмотрел в его глаза, чувствуя острое желание солгать, чтобы слуги не стали караулить под дверью Сиэля, но печать на руке отозвалась на эту мысль болью, и Себастьян вздохнул: - Нужно время, чтобы раны затянулись, а господин восстановил силы... - Как случилось так, что вы не смогли защитить своего господина? - тихим голосом перебил Танака, и если бы Себастьяну были не чужды человеческие эмоции, от обвинительного взгляда Танаки он бы точно почувствовал укол совести. - Непредвиденные обстоятельства, - спокойно ответил Себастьян, - и когда господин придет в сознание, мы обязательно обсудим с ним это, чтобы подобных ситуаций впредь не происходило. Извините, мне нужно приготовить ему завтрак и вернуться к нему до того, как он очнется. Себастьян, не сказав больше ни слова, принялся за завтрак Сиэля, позволяя сегодня Танаке раздать поручения каждому из слуг – ему самому было совершенно все равно, кто и чем займется, пока его занимала только мысль, как помочь Сиэлю наладить контакт с собственным телом – иначе, в слугах в этом доме и вовсе отпадет нужда. - Себастьян, - Мейлин коснулась его локтя, и он едва инстинктивно не ударил ее, забывшись в собственных мыслях. Она отпрянула, когда Себастьян дернулся и настороженно посмотрел в ее глаза. - Тебе нужно позавтракать, - тихо произнесла Мейлин. - Я не голоден, - Себастьян нахмурился и продолжил взбивать яйца в миске. - Но... - Я не голоден, - раздраженно прервал Себастьян и недовольно посмотрел в ее глаза, - тебе стоит позавтракать самой и заняться своими делами, а не обо мне беспокоиться. Мейлин опешила от его холодного тона и, секунду внимательно разглядывая его, отвернулась, а Себастьян вернулся к приготовлению завтрака Сиэля. - Ты мог бы обращаться с ней мягче, - произнес Бард, и Себастьян растерянно посмотрел на него, удивляясь, что кухня оказалась пуста – вероятно, все уже позавтракали и разошлись по своим делам, а Себастьян просто не заметил, как прошло время. - С Мейлин, - пояснил Бард, когда Себастьян ничего не ответил. - Она просто заботится о тебе и переживает, вот и все. - Она переживает не о том, - пробормотал Себастьян, выставляя тарелки на подносе. - Ты просто невероятен, Себастьян, - покачал головой Бард, наблюдая за его руками. - Это не совсем верное определение, но довольно близкое к истине, - Себастьян растянул губы в неестественной улыбке, и Бард нахмурился: - Неужели тебе совершенно безразличны ее забота и внимание? - Да, - просто ответил Себастьян и взялся за поручень сервировочного стола. - Если ты все еще хочешь получить ее, донеси до нее эту мысль, - он вышел из кухни, толкая перед собой столик, оставляя Барда подумать над своими словами. Прежде чем вернуться к Сиэлю, Себастьян заглянул в библиотеку Фантомхайвов и отыскал все книги, хоть как-то связанные с опытами по выходу из тела, коих оказалось всего две. Себастьян решил, что если не найдет в них ничего полезного, наведается в городскую библиотеку, где возможность найти что-то стоящее его внимания гораздо выше. Кроме того, там можно было отыскать труды по уходу за людьми, лишенными возможности двигаться – человеческое тело слишком хрупкое, и Себастьян не был уверен, что точно знает, как длительная обездвиженность может на нем сказаться. Он, как и в любое другое утро, вкатил столик в спальню Сиэля и раздвинул шторы, впуская свет – погода улучшилась со вчерашнего дня, тучи разошлись и теперь в окно светило теплое весеннее солнце. Возможно, оно подняло бы настроение Сиэля, если бы он мог его видеть. - Доброе утро, господин, - тихо произнес Себастьян, оглядывая бледного Сиэля в постели, не замечая изменений ни в выражении лица, ни в его позе. - Никогда не думал, что буду скучать по вашему утреннему ворчанию, - Себастьян хмыкнул и взял одну из книг, занимая кресло рядом с кроватью. Он долго смотрел на его лицо, но в конце концов перевел взгляд на книгу и открыл первую страницу, тяжело вздохнув. Чтение у него занимало гораздо меньше времени, чем у любого человека, и Себастьян уже через полчаса отложил первую книгу и взялся за вторую, не найдя в предыдущей ничего полезного. Она описывала ощущения разных людей, но все они были скорее выдумками, чем настоящим опытом – люди рассказывали о белом свете, в который их затягивало, о странных существах, которые их окружали в этот момент и рассказывали о событиях будущего или прошлого. И большинство из этих людей признавались обществом сумасшедшими, хотя это волновало Себастьяна в последнюю очередь, но он точно знал, как происходил переход из мира живых в мир мертвых, а из всех существ, которые могли посетить человека перед смертью, были синигами, и пусть некоторые из них имели специфическую внешность, подавляющая их часть ничем не отличалась от людей. Из всех историй, Себастьян выделил лишь одну, в которой человек говорил, что чувствовал связь с собственным телом, как будто ощущал незримую нить между ним и душой, и что именно благодаря этой нити нашел путь в свое тело. Возможно, эта нить между телом и душой Сиэля разорвалась или как-то повредилась, когда Грелль вынес его тело из круга? Себастьян склонялся к последнему – если бы связь между душой и телом вовсе разорвалась, душа Сиэля не вернулась бы в тело, но Себастьян ее чувствовал, он был уверен, что Сиэль был где-то там, внутри, только лишь не мог найти способ восстановить контроль над телом. Краем зрения он не переставал наблюдать за Сиэлем, и когда ему показалось, что тот пошевелился, Себастьян метнулся к кровати и отбросил одеяло в сторону, чтобы не пропустить ни малейшего движения. Но он быстро понял, что увидел лишь то, что пожелал – Сиэль был в том же положении, в каком его оставил Себастьян. Он скользнул взглядом по нагому телу, останавливаясь на перевязанных ранах, и не сдержал тяжелый вздох: - Ну почему нужно быть таким упрямым? Почему нельзя было поддаться чувствам, как и все остальные люди? Вместо того чтобы сейчас искать путь к своему телу, вы могли бы познавать, на какое удовольствие оно способно! Заносчивый, трусливый, упрямый мальчишка! - Себастьян пару секунд смотрел на спокойное лицо Сиэля, представляя, что было бы, если бы он был в сознании и услышал тираду – возможно, он бы попытался каким-то образом отыграться на Себастьяне. Эта мысль заставила Себастьяна усмехнуться, но он покачал головой и, снова укрыв Сиэля, вернулся в кресло, открывая книгу на заложенной странице. - Вам бы лучше очнуться в ближайшие дни, мой господин, иначе я подумаю, что вы сдались.