Grandloves

В нем жила тьма; Гарри чувствовала ее, эту бесконечную опасность, клубящуюся под его кожей. Чувствовала, как ее накрывало темной волной, когда она задерживалась в его объятиях. Она всегда была в нем, эта тьма, с годами превратившаяся в укоренившуюся, одурманивающую скверну, временами вырывавшуюся наружу и подавлявшую все вокруг. Гарри не могла игнорировать тот факт, что именно сейчас она замечала это острее, чем когда-либо. Что его магия взывала к ней так, как ничья другая. Что она могла чувствовать каждый крестраж – как он выглядит, где расположен, сколько их в целом. Возможно, Дамблдор убил бы за эти знания; возможно, она и правда единственная, кто мог победить Темного Лорда. Уже почти родная тьма проникала в нее, становилась ее неотделимой частью тем больше, чем дольше она оставалась рядом с ним. Иногда Гарри казалось, что эта тьма изменила и его. Между ними словно упала зловещая завеса, отделяя их друг от друга, даже сейчас, когда они, казалось, были так близки. – Том, – прошептала она, когда он проник в нее, одновременно оставляя жгучие укусы-поцелуи на ее шее. Гарри вздрогнула от внезапного проникновения, от темпа, который он задал. Том не ответил. Его пальцы оставляли россыпь темных отметин на ее бедрах, губы оставляли еще больше на ее шее. Он был груб и безжалостен – за сегодня он брал ее уже три раза, и с каждым разом все настойчивее и непреклоннее. Черная аура льнула к коже, покалывала ее. Ядовитое выражение в знакомых темных глазах заставило холодок давно позабытого страха пробежать по позвоночнику. – Том, – повторила Гарри с возросшей тревогой. Он, кажется, не слышал ее. Нетерпеливые губы накрыли ее собственные, он зубами прошелся по нижней губе, отчего та распухла и налилась кровью. Его хватка стала жестче, и он вбивался в нее практически бесконтрольно, агрессивно. Гарри увернулась от его губ, руками попыталась оттолкнуть его. – Том, прекрати, ты делаешь мне больно! Том моргнул, глядя на нее сверху вниз, замутненность во взгляде исчезла, когда до него дошел смысл ее слов. Судя по выражению его лица, выглядела Гарри так же плохо, как она себя чувствовала: все ныло, болело и явно было усыпано синяками. – Гарри, – прошептал он с практически извиняющейся интонацией, замедляясь внутри нее. Том плавно наклонился к ней, мягко поцеловал в макушку. Гарри не стала отвечать, просто закрыла глаза и попыталась выровнять рваное дыхание и успокоить бешено бьющееся сердце. – Ты… – Том осмотрел ее с головы до ног встревоженным, почти испуганным взглядом. – Неужели я… Гарри покачала головой, притянув его к себе для поцелуя. – Нет, все хорошо, я в порядке, – успокаивающе сказала она, чувствуя бесконечное облегчение от того, что, каким бы темным наваждением он не был одержим минуту назад, оно уже его покинуло. Место тьмы заняло выражение вины во взгляде, и видеть ее было почти так же тяжело, хоть и несравнимо спокойнее. Гарри бедрами подалась ему навстречу, медленно, тягуче, и с его губ сорвался тяжелый вздох. – Я хочу так, – тихо прошептала она ему на ухо. – Я хочу, чтобы ты занимался со мной любовью медленно, до тех пор, пока я не смогу больше терпеть, пока не начну умолять тебя делать все быстрее, резче… На его лице вина мешалась с невыносимым желанием, и он делал так, как она просила, проникая в нее так медленно, что аж коленки подгибались. Но слишком быстро ей стало невмоготу терпеть, и она правда умоляла его ускориться, пока ее не швырнуло в небытие волной оргазма. Он выдохнул вслед за ней спустя несколько секунд, так крепко сжимая ее в объятиях, что Гарри показалось, что он вполне мог что-нибудь ей сломать. Хватка ослабла, когда он зарылся носом ей в волосы, и Гарри начала проваливаться в томную сонную негу; ей было тепло и уютно в его руках. В такие моменты так легко забыть о том, что ее ждет утром, с какой реальностью ей придется столкнуться, когда солнечный свет рассеет тихую ночь. Но даже сейчас тьма не покидала их обоих, вгрызаясь все глубже. Том пошевелился с явным намерением выйти из нее, и Гарри недовольно выдохнула. – Не вынимай, – прошептала она. Том замер, недоуменно моргнул. – Я хочу чувствовать тебя. В его взгляде пробежала тень, но исчезла так же быстро, как и появилась. Вскоре Гарри почувствовала, что глаза слипаются, и она начала медленно проваливаться в сон, разморенная и удовлетворенная. Том что-то сказал ей в тот момент, и его слова причудливо вплелись в ее сны. Наутро, проснувшись, она уже не могла их вспомнить.