Короткие истории

Сириус никогда не был в Ордене Феникса, он не учился на Гриффиндоре, он никогда не придавал сомнению идеалы семьи и тем более никогда не сбегал из дома. Сириус одним из первых примкнул к Тёмному Лорду и яро поддерживал его. Но, помимо взглядов, Сириуса в кругах Пожирателей смерти удерживало ещё одно важное дополнение — Беллатрикс. Можно было точно сказать, что он наслаждался этим дополнением чуточку больше карательных операций. — Знаешь, что бесит? — голос Беллатрикс был хриплым от табачного дыма. Она выдохнула его вверх и посмотрела на сизое облако. У Сириуса свело челюсть от того, как она напоминала в этот момент Вальбургу. — Люциус, — поморщился юноша. — Какого хрена этого павлина назначили главным? Почему не я? — он испытующе посмотрел в глаза девушке. Беллатрикс хмыкнула и опустила тонкую руку, потушив кончик сигареты в луже крови. — Пора бы тебе вырасти, — девушка встала с постели, аккуратно, на цыпочках, чтобы не испачкаться. — Меня бесит, что эти грязнокровки продолжают считают себя равными нам или выше нас, что бы мы ни делали! — она провела ногтём будто ножом по щеке мраморной скульптуры — точной копией хозяина дома. — Ну, может, проблема с Сама-Знаешь-Кем? — Сириус флегматично посмотрел на кисть своей руки, где извивалась змея. Беллатрикс бросила на него дикий взгляд, не веря своим ушам. — Бесконечные поджоги, убийства, и всё ради чего? Мне кажется, его политика слабовата. Что-то ужалило его по щеке. — Услышу от тебя ещё раз такое и убью, слышишь?! — фурией она нависла над ним, держа палочку у его горла. — Какая же ты красивая, когда злая, — Сириус рассмеялся и, несмотря на угрозу смерти, притянул к себе кузину. Он до синяков сжимал её талию и любовно целовал грудь, заставляя забывать о своём Лорде, которого, он точно знал, она любила больше кого-либо на свете. Беллатрикс могла до крови кусать губы и плечи Сириуса, царапать спину и впиваться ногтями в его кожу, получая наслаждение от шипения любовника. Он позволял ей делать с собой всё, возбуждаясь от её хриплых стонов и криков. Шёл проливной дождь, ветер гнул деревья и пугающе завывал. Беллатрикс ходила в платье с открытыми плечами и дрожала от холода, но даже не думала надеть что-нибудь теплое. Вдруг мокрые и ледяные руки охватили её тонкую шею, и не менее холодный тяжёлый медальон опустился на её грудь. — Какого хрена тебя носило? — Беллатрикс даже не посмотрела на украшение, резко развернувшись на каблуках. — Соскучилась? — Сириус усмехнулся, обнажив белые клыки. С его волос и плаща стекали крупные капли, оставляя лужи на полу из слоновой кости. — Пришлось немного задержаться. — Ты понимаешь, что это?! — она вытянула руку, на которой пульсировала метка. Она больно жгла, будто нарисованная змея в самом деле кусалась, пуская отравляющий яд по венам. — Он призывает меня! Он призывает всех, всех, кроме тебя. — Беллатрикс слишком близко прижалась к Сириусу, обжигая его шею своим дыханием. От такой близости Сириус сходил с ума. Он обхватил девушку за талию и стал покрывать поцелуями. — Идиот! — Беллатрикс отвесила ему такую сильную пощёчину, что её собственная ладонь заныла от ожога. Темные кудри нависли на глаза, грудь поднималась от частого дыхания. Резким и сильным движением она сорвала с шеи медальон и, не посмотрев на него, бросила под ноги Сириусу. — Ты опозорил нас, ты опозорил семью, — она с презрением смотрела на того, с кем несколько лет скрашивала одиночество. — Лучше бы ты умер! — Беллатрикс прокричала эти слова с такой яростью, что на её шее выступили вены. Сириус неподвижно стоял на месте, он знал, что однажды всё так и закончится, что, выбирая между ним и Тёмным Лордом, Беллатрикс выберет последнего. Он молча поднял медальон и провёл по нему подушечкой пальца, вытирая от грязи силуэт змеи. — Тогда убей меня, — слова вырвались раньше, чем Сириус мог их хорошенько обдумать. Беллатрикс хмыкнула и направила на него палочку. Он крепко сжал в руке медальон, надеясь, что девушка передумает, что она опустит палочку. «Круцио». Сириус опустился на колени и сдержал стон боли — это просто очередной укус его Беллатрикс. В нависшей тишине стук каблуков оглушал, он стих только когда девушка остановилась напротив. Она запустила пальцы в его волосы и, сжав их, потянула, запрокинув голову Сириуса. — Не испытывай меня, — пальцы сильнее натянули чёрные пряди. Она долго всматривалась в лицо Сириуса. — Уходи и никогда не появляйся, — Беллатрикс небрежно отпустила руку, и прежде чем Сириус успел что-либо сказать, она трансгрессировала. Это был подарок, но он не смог оценить его ценность, и однажды нарушил наставление, поплатившись за это жизнью.