Роковое задание

POV Эрик. Дикий озноб прошёлся по всему телу, мелкие мурашки пробежали по коже… «Неужели я вчера снова забыл закрыть окно?» — подумал я. Последствия вчерашней пьянки давали о себе знать: голова ужасно гудела, в горле застрял огромный комок и было непонятно, то ли он хочет выйти наружу, то ли ждёт, когда я выпью воды. Ну и где это чёртово одеяло? Всё ещё полусонный, пытаюсь на ощупь отыскать этот важный предмет, но всё тщетно. Надеюсь, оно не на полу… Приоткрываю глаза, которые начинают слезиться из-за яркого солнечного света. Ещё раз напоминаю себе, что устанавливать кровать напротив окна было не лучшей затеей. Кстати, оно и вправду открыто… А одеяло-то где? Поворачиваюсь набок, внезапно уткнувшись головой в волосы кудрявой брюнетки. Какая-то обнажённая девушка разместилась на моей кровати, припрятав одеяло возле своих ног. И кто она такая? В голове прокручиваю события прошлой ночи… Вот я пришёл в бар, поболтал с Лиссой, потом пошел к Максу. Там был Джаспер, кажется, мы что-то праздновали, потому что потом мы снова оказались в том баре… Так! А что мы праздновали? А может, и не праздновали, а просто с размахом провожали уходящую неделю. Вот только что-то рано, ведь неделя ещё не закончилась… «Провожали»… Ах, точно! Мы же провожали Джаспера! Он улетает в Лас-Вегас, работать в другом департаменте Бесстрашия. Слегка наклоняюсь вперед, чтобы разглядеть лицо девицы. От моих движений она просыпается, слегка поворачивает ко мне кудрявую голову и улыбается… — Доброе утро, — говорит она чуть хриплым спросонья голосом. «Нет», — говорю я себе, — «вообще не ебу, кто она. Хотя лицо кажется очень знакомым». Выдавив из себя что-то вроде ответной улыбки, забираю своё одеяло и укрываюсь. Тут до меня наконец дошло, что друг свалил не пойми куда. Такая перспектива меня совсем не радовала, настроение стало паршивым. Девушка приподнялась, и, не одеваясь, побрела в сторону моей ванной. О нет, деточка, думаю, тебе пора пойти вон отсюда, хорошенького понемножку. — Подожди, — говорю я ей своим привычным тоном. Она оборачивается, показывая свою обнажённую нататуированную грудь. Змеи… Как по мне, рисунок не очень удачный… — Выход в другой стороне, не там, — цежу сквозь зубы, смотря ей в лицо. Девушка ещё какое-то время стоит в явном ступоре и шоке от моей грубости. Ну уж нет, лучше избавь меня от надобности церемониться с тобой. — Ты что, не поняла? Не заставляй меня вставать и провожать тебя, — продолжаю чуть более напористым тоном. — Не стоит, я сама, — произнесла она, а затем быстро собрала свои вещи и, накинув платье, побежала к выходу.  — Козёл! — донеслось до меня вместе с оглушительным хлопком двери. И что за девица такая эмоциональная — не знала, к кому в постель залезла? Надо принять душ, сегодня сложный выдастся день.

***

Но не успел я встать с кровати, как в квартиру ворвался Макс. Окинув меня неодобрительным взглядом, он нахмурился, а потом спросил: — Какого хрена по лидерскому коридору гуляют твои неофиты? Вопрос чуть не застал меня врасплох. Теперь я понял, почему она мне казалась очень знакомой… «Конечно, она же, чёрт возьми, твоя неофитка!» И где я вообще её вчера подцепил? — Я надеюсь, ты не давал ей свои кураторские наставления всю ночь? — последовал следующий каверзный вопрос от Макса. Я поморщился, сделав вид, что вообще не понял, о чём он, так как связи Лидеров с неофитками были строго запрещены по причине того, что они даже не являлись официальными членами фракции. Хотя, я думаю, даже если бы Макс понял, что я соврал, он бы не стал меня наказывать… — Я без понятия, что она тут делала, но обязательно это узнаю, — отрезал я. — Ты же сюда пришёл не для того, чтобы это сказать? В кои-то веки пора и мне вопрос задать. — Нет, я пришёл, чтобы узнать, какого чёрта ты ещё спишь? Уже обед (а твой рабочий день, напомню, начинается с шести), Джаспера тоже не видно (а он, между прочим, сегодня уезжает), поэтому, Колтер, не в твоих интересах, чтобы он был с похмелья, как я его тогда в департамент отправлю? Вы вообще куда вчера ушли?! — кричал Макс, и от его крика голова просто взрывалась. Да пропади пропадом эта дурацкая пьянка… — Ты вообще помнишь, что вы с Фором сегодня проводите контрольную игру? Да, уж это я точно помню. Я ведь так долго ждал, когда наконец освобожусь от этих идиотов. Сказав ещё «пару ласковых», Лидер ушел. Сегодня он явно не в духе… Что он так волнуется, из-за переезда Джаспера, что ли? А время и вправду уже обеденное. Кажется, я пропустил утренние тренировки… И эта неофитка, между прочим, тоже. Уже предчувствую, как она огребёт на сегодняшней игре. Есть особо не хочется, разве что кофе попить, взбодриться. Спустившись в столовую, замечаю потрёпанного Джаспера. Опёршись локтями на стол, он смотрел на выпитую кружку чая, и, заметив меня, помахал. — Ну и утречко сегодня, — сказал я, подсаживаясь к другу, — к тебе сегодня Макс заходил? — Ага, — ответил он, зевнув, — чего-то там орал, я так и не понял, что. Сегодня в четыре вроде как отбываю. — Ты нас не забывай, звони, если что. — Обижаешь, как же я вас забуду, — улыбнулся Джаспер, похлопав меня по плечу. — Ты хоть что-нибудь помнишь из вчерашнего? — спросил я наконец, переходя на шёпот, — а то я сегодня утром с неофиткой проснулся… Джаспер рассмеялся. — Я ещё тогда ночью не поверил, когда ты мне затирал что-то вроде «я просто до комнаты её проводить, ты чего». — А во сколько мы разошлись? — Да часика в два, наверное, — ответил он. И почему это в два часа ночи у меня неофиты блуждают? Отобедав и наконец-то распрощавшись с Джаспером, я ушёл в яму. Скорее всего, там сейчас проходят упражнения по стрельбе, и надо же мне явиться хоть куда-нибудь. Фор стоял, прислонившись к бетонным плитам, давая чёткие указания по стрельбе. — Что-то ты поздно, мы почти закончили, — сказал он, увидев меня. — Прощался с Джаспером. Фор ухмыльнулся. — Да, жаль, что его отправляют. Так и не понял, звучали ли в его голосе нотки сочувствия или он просто поддержал беседу. — Сегодня в полчетвёртого выезжаем на игру, — добавил я. Увидев ту самую девушку, что утром была в квартире, я поинтересовался, кто она. — Это Клер, вроде перешла к нам из Отречения. — Из Отречения? — удивился я, вновь взглянув на неё. Если вспомнить, как она без какого-либо стеснения ходила передо мной обнажённой, то я бы не сказал, что она ранее была убогой. Надо бы и впрямь навести о ней справки.

***

Вот уже начинает светать. Совсем скоро мы выезжаем. Спустившись вниз, я созвал неофитов для сбора. — У вас 10 минут, чтобы принять душ и одеться, всех жду на платформе. Ребята начали суетиться, а мне надо бы проверить камеры, чтобы в последний раз убедиться, что на месте всё будет в порядке. В последнее время изгои стали активнее, так что надзор надо вести более строгий. Спустившись к платформе, мы с Фором стали ждать неофитов, которые должны были спуститься сюда в назначенное время. Когда все прибыли, из-за угла здания показался поезд. Ребята один за другим начали запрыгивать в вагоны. Уже в поезде я стал готовиться давать указания, но тут краем глаза заметил запыхавшуюся подопечную Фора. — Кто тебе разрешил? — спросил я, подойдя к ней. Трис насторожилась, а затем ответила: — Я сама. — Сама? — переспросил я. Что ж, ослушаться приказа было вполне смело и самонадеянно, по-моему, она получила довольно серьёзные травмы… Не думаю, что она сможет играть наравне со всеми. Ну, раз она уже с нами, то пусть едет, хоть Фор порадуется. — Ладно, — произнёс я, вяло отмахнувшись. — Правила игры просты, — начал объяснять Фор, — цель — захват флага. Бросив на пол сумки с оружием, я вытащил один автомат для демонстрации. — Стреляем из этого. — Тоже мне оружие, — выпалила одна неофитка. Что ж, зря ты это сказала. Выстрелив ей в ногу, я ещё и продемонстрировал его в действии. — Оружие с нейростимулятором, боль от него как от настоящей огнестрельной пули. А теперь я и Фор разделим вас по командам. — Выбирай первым, — сказал он, и мы начали проводить завершающее испытание.

***

По приезде настроение было ещё более паршивым, но дело было не в том, что моя команда проиграла (а может, это тоже сказалось…). Из квартиры Джаспера выносили всю его мебель и бытовую утварь. Вынесли даже цветочный горшок, в который мы порой блевали. И как он вообще дожил здесь аж до этого времени? Приняв холодный душ, я решил пойти в яму: боксирование всегда помогало мне унять пыл. А сейчас мне больше всего хочется сделать две вещи: первое — нажраться, второе — подраться с кем-нибудь. Пройдя в зал, я увидел Лиссу, метающую ножи, причём с её меткостью не мог сравниться даже Фор, а он у нас, между прочим, самый лучший в этом деле. Она кидала ножи так, что острие последующего клинка попадало прямо в рукоять предыдущего. Заметив меня, она обернулась, но от дела не отошла. Подойдя к своей груше, я начал отрабатывать удары. — Что, тяжёлый день? — спросила она через какое-то время. — С чего взяла? — спросил я, немного попятившись, чтобы увидеть её лицо. Она сидела буквально в трёх метрах от меня. — У тебя на лице написано, — невозмутимо продолжала она. — А ты у нас, оказывается, не только боец, но и психолог? — Ага, — так же невозмутимо бросила она, шагнув на ринг. Чего это она, хочет силушкой помериться или что? Я пошёл за ней. — Нападай, — произнесла она и приняла оборонительную стойку. Честно сказать, эта ситуация немного веселила, но желание подраться с кем-то только усиливало азарт. Она была маленькая, её козырем в сражениях была скорость, поэтому и бить она, скорее всего, будет в жизненно важные органы или в нервные окончания. Я сделал шаг вперёд и решил нанести первый удар по коленям, но девушка вовремя увернулась, нанеся удар мне в плечо. Я лишь благодаря своему росту успел схватить её руку и вывернул, уложив на упругий пол ринга. Лисс почти сразу высвободилась из моей хватки и проползла между моих ног, нанеся удар в область под коленями. Упав, я схватил её за ноги, уронив на маты, и, запрокинув руки назад, взглянул в её голубые глаза. Она тяжело дышала, серая майка была вся мокрая от пота, белые волнистые волосы прилипли ко лбу. Она была расслаблена, но только внешне, я чувствовал, как внутри неё бушует ураган, и она в любой момент может ринуться в бой. Слегка нагнувшись вперёд, я ослабил хватку; она, что удивительно, не сопротивлялась моим движениям. Чуть приоткрытые пухлые губы дразнили меня, манили ближе. И я поддался, наклонился и поцеловал её.