Роковое задание

— Что такого срочного и не терпящего отлагательств ты мне хотел сообщить? — поинтересовалась я у Макса, стараясь подавить зевоту. Этой ночью мне плохо спалось: снилось, что бегу от кого-то, но меня нагоняют и убивают. Не думала, что расставание с Эриком подействует на меня подобным образом. — СООТ просили тебе передать, чтобы ты снова просмотрела ту благодарность, что они тебе прислали, — сказал Макс, не отрывая взгляда от бумаг. Я выразительно выгнула бровь, ожидая ещё каких-то указаний, но, похоже, вся эта кутерьма была только из-за одного коротенького сообщения. Это меня взбесило. — И это всё? Обязательно было звать меня сюда, чтобы я тащила свою задницу через всё Бесстрашие, когда остальные наслаждаются сном?! — Слушай, я сам не понимаю, в чём дело, но меня просили передать тебе это лично, что я и сделал. А сейчас, пожалуйста, покинь мой кабинет и не мешай мне работать, — мягко, но настойчиво попросил Макс. Я закатила глаза, со вздохом разочарования поднялась со стула и вышла из кабинета. Эхо моих шагов глухо разлеталось по пустым коридорам Бесстрашия. «Вряд ли они бы стали передавать сообщение через Макса, если бы это был просто кусок бумаги; нужно просмотреть её ещё раз», — размышляла я. Тут то ли сонливость сыграла свою роль, то ли я так сильно задумалась, что не заметила, как врезалась в кого-то. Я подняла глаза и нервно сглотнула. Этим кем-то оказался Эрик. — Смотри, куда прёшь, — прорычал он и, сделав крюк вокруг меня, свернул вправо и скрылся в коридорах Бесстрашия. — Ну и пожалуйста, не очень-то и хотелось, — пробормотала я, продолжая путь к своей квартире, пытаясь не замечать, как больно кольнуло моё сердце при злобном взгляде Эрика. Заперев наглухо дверь, я открыла тумбочку и достала оттуда грамоту, подержала в руках. Она была лёгкой, как, впрочем, и любой другой лист бумаги. Тогда я начала внимательно осматривать каждую букву и тут заметила кое-что странное. Под некоторыми буквами стояли небольшие чёрточки. «Компьютерная ошибка… или подсказка?» — тут же догадалась я. То, что многие приняли бы за опечатку, было специальным шифром, который никто, кроме меня, не мог понять. «Но что это означает? Связных слов из этих букв не получается. А что, если… буква означает цифру? А — один, Б — два и так далее. Возможно, это координаты моей следующей цели». Я перевернула грамоту, переписала туда все буквы, что были подчёркнуты, и подобрала к ним соответствующие цифры, после чего вбила координаты в передатчик и присвистнула. — Да-а, далековато же ты находишься, — покачала я головой. Судя по карте, на этом небольшом участке были лишь заброшенные здания и старые руины, а кругом одна пустыня, но кто знает, что там будет на самом деле. Я как следует вызубрила координаты, после чего сожгла грамоту, а пепел выкинула в окно. И как раз вовремя: в мою комнату вломился Киран. — Ты пропустила завтрак, так что я принёс тебе поесть, — сказал парень, поставив поднос на мой стол. Он пришёл как раз вовремя; у меня уже желудок сводило от голода. — Спасибо… И скажи ребятам, что завтра мы выезжаем на следующее задание. Мы покидаем Чикаго и в честь этого устраиваем прощальную вечеринку, — усмехнувшись, сказала я. Обычно я не устраивала какие бы то ни было празднества, так как это могло слишком расслабить ребят, а времени на дисциплину приходилось и так тратить предостаточно, уж поверьте. И всё же мне необходимо было снизить количество подозрительных вопросов насчёт задания, а также дать своему отряду хоть немного выпустить пар; с помощью вечеринки мне легко удастся решить обе эти проблемы.

***

— Не думала, что на вечеринку соберётся столько народу, — сказала я, отхлёбывая мартини из изящного бокала. На мне было роскошное чёрное платье средней длины, на бретельках, которые я то и дело поправляла, стоило им начать сползать с плеч. — Это же Бесстрашие, тут каждая вечеринка — событие года, потому на них присутствует большая часть фракции, — усмехнулась Кристина, влив в себя очередную стопку виски, и хлопнула по стойке, приказывая бармену принести ещё. Меня удивляло, как после десяти порций она умудрялась сидеть на стуле прямо, как и в начале вечеринки. Трис была более умеренна в алкоголе и сейчас перешла на воду. Может, надо последовать её примеру? Не хотелось бы завтра каждый час бегать в туалет, чтобы проблеваться, ощущать себя полутрупом из-за головной боли и вообще быть настолько разбитой, насколько это возможно. В конце концов, завтра мы улетаем, и путь будет неблизкий… Не хотелось бы провести его, мучаясь от тошноты и, подобно страусу, прятать голову в бумажном пакете. — Ты только взгляни на это, — сморщилась Кристина, показывая пальцем в дальний угол танцпола. Бокал чуть не выпал у меня из рук, но в последний момент я смогла его удержать, несмотря на смешанные от увиденного чувства. Эрик в углу лобызался с какой-то блондинкой, которая вцепилась в него как клещ, и явно не собиралась отпускать. У меня чесались кулаки и возникло настойчивое желание врезать этой сучке, а заодно и Эрику, но я взяла себя в руки. — Меня сейчас стошнит, — пробормотала я, отвернувшись к барной стойке. Залпом осушила бокал с мартини, поставила его на стойку, и сказала девчонкам, вскочив со стула: — Пошли танцевать, хватит уже сидеть и напиваться. — Да, пора показать ребятам, как надо зажигать! — поддержала меня Кристина, и мы вместе направились к центру зала. Трис неохотно поплелась за нами. Танцы помогли мне отвлечься от мыслей об Эрике и его новой пассии, а также немного расслабиться. Но стоило какому-то пьяному Бесстрашному приблизиться ко мне, как я вновь была настороже и угрожающей ухмылкой ясно намекала оставить меня в покое. В свою очередь, чересчур храбрых приходилось успокаивать путём заламывания рук. Однако вскоре алкоголь взял своё: у меня начала кружиться голова, а ноги — предательски подкашиваться. — Вот сейчас меня правда стошнит, — выдавила я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Эрика же тут нет, — фыркнула Кристина, пытаясь меня подбодрить, но мне было не до шуток. — Нет, мне действительно плохо. Простите, девчонки, я отойду. Осторожно растолкав Бесстрашных, что встречались у меня на пути, я наконец оказалась в коридоре, и, словно на крыльях ветра, побежала к себе. Еле разобравшись с замком, примчалась в ванную — и как раз вовремя: мой желудок сделал головокружительное сальто, и изо рта тут же вырвался поток мутно-кислой жижи. Никогда ещё меня так сильно не рвало. Мне казалось, что это никогда не закончится, но, как только нутро опустело, тошнота прошла. Я спустила воду и поднялась с пола на дрожащих ногах. Тут оказалось, что не я одна нахожусь в комнате: рядом со мной стояла обеспокоенная Трис. — Ты как? Принести тебе воды? — Да, было бы неплохо, — прохрипела я, чувствуя, как саднит горло от жажды. Она кивнула и вышла из ванной, а я тем временем умылась и немного привела себя в порядок, после чего вернулась в гостиную. Трис протянула мне стакан воды, и я с благодарностью осушила его. — У тебя раньше было так? — спросила меня подруга, и я покачала головой. — Со мной такое впервые. Но это точно не от алкоголя, я выпила всего лишь мартини. Не понимаю, в чём причина. — Когда в последний раз у тебя были… Трис даже не успела окончить фразу, а её щёки уже стали пунцовыми. Нетрудно было догадаться, о чём она хочет спросить. — Я… не помню, — внезапно поняла я и опять почувствовала головокружение. Сердце пропустило удар от одной только мысли об этом. Однако я тут же отмахнулась от неё, словно от назойливой мухи. — У меня просто слабость, вот и всё. — Как скажешь, — согласилась со мной Трис. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошёл Эрик. — Что ты здесь забыл? — вырвался у меня удивлённый возглас. Эрик окинул меня злобным взглядом, и я прикусила язык. — Просто хотел узнать, как ты. Но, кажется, всё в порядке, — пробурчал мужчина и вышел из квартиры. Мне на колени закапали слёзы; я и не заметила, что плачу… Трис подошла ко мне и обняла, успокаивая. Я положила голову ей на плечо и разрыдалась.