Кошачья Мята

      Мятлик вышла из пещеры. Занимался рассвет. Коты сидели по углам лагеря, кто-то вылизывался, кто-то завтракал, кто-то играл с пёрышками, прикреплёнными к палаткам. Вот из леса вернулся рассветный патруль во главе с Куницей, шествие замыкал Ветролап. Ученица целительницы подбежала к нему, как только он отошёл от патрульных:       — Доброе утро, Ветролап! — крикнула она.       — Доброе!       — Сегодня у тебя испытание! — кошечка подняла хвостик, — Я так рада за тебя! Ты вот-вот станешь воином!       — Спасибо. Я смотрю, все взволнованы! А уж я-то как взволнован! — чёрный хвост Ветролапа раскачивался из стороны в сторону.       Мятлик услышала шаги и обернулась. К ним шли Щука и Крылатая Звезда.       — Ты готов начать испытание, Ветролап? — спросила Щука. Оруженосец кивнул, — Тогда вперёд!       — Удачи! — крикнула ему вслед предводительница. Через пару мгновений Щука вышла в лес, следом за своим воспитанником.       Мятлик вдруг почувствовала непреодолимое желание увидеть, как же охотится Ветролап! Она, не раздумывая, бросилась в пещеру Капели.       — Капель! Можно мне пособирать травы? Я хочу прогуляться, — говорила она, стараясь сохранять спокойную интонацию, но радость так и распирала её!       — Хорошо. Нам бы не помешал крестовник. Для чего ты будешь его использовать?       Ученица зажмурилась и вновь распахнула мятные глаза. Она заставила себя усмирить возбуждение и пошевелить мозгами.       — Крестовник нужен от ломоты в суставах, — наконец выпалила она.       — Молодец. Собери и другие травы, если попадутся на пути.       — Спасибо. Я не подведу! — на ходу крикнула тёмно-серая кошечка, размахивая хвостом.       Она протиснулась в лаз из камышей и листьев рогоза и понеслась по территории. В угодьях Речного племени росло мало деревьев: здесь встречались кустарники, как низкие, так и высокие, изредка встречались ивы, молодые или раскидистые. Хорошо можно было спрятаться в высокой траве: она произрастала по всей территории.       Мятлик бежала среди травы. Высокие травинки касались её боков, лапы замёрзли от недавнего нахождения на них утренней росы. Солнце уже встало и освещало озеро, переливаясь в водной ряби.       Почуяв свежий запах Щуки, Мятлик замедлила бег и уже практически прокрадывалась через траву. Наконец ученица увидела грязно-бурую шкуру старшей воительницы: Щука спряталась в низком раскидистом кустарнике. В нескольких лисьих хвостах от неё, возле берега озера, сидел Ветролап. Мятлик поглубже засела в траву и, прижав уши к макушке, сквозь травинки стала наблюдать.       Оруженосец был абсолютно неподвижен, лишь хвост его подрагивал от нетерпения. Тёмно-серая кошечка была ближе к нему, чем Щука, поэтому могла слышать звуки, которые он издавал. Но такого пока не случилось. Выглянув из зарослей, ученица отчётливо увидела трёх довольно крупных рыб, плавающих на мелководье и совсем не подозревающих об опасности. Так чего же он ждёт?       В следующий миг на шкуре Ветролапа ученица целительницы заметила движение: он напряг мышцы, после чего совершенно беззвучно встал на задние лапы. Разведя в стороны передние, чёрный кот замер в ожидании. Затем послышался всплеск — и два упитанных карпа вылетели на берег, на три хвоста от озера.       Из воды вышел промокший оруженосец. Он отряхнулся и, по очереди убив обоих рыб, закопал их под кустом и, отбежав на несколько прыжков от места предыдущей охоты, вновь выбрал удобное положение и засел для следующего улова.       В итоге, к концу охоты Ветролап поймал двух карпов, треску, трёх тощих землероек и мышь. Наловив всю эту кучу и собрав её воедино из разных мест, где он закапывал добычу, он стал ждать Щуку. Та не заставила ждать долго: через несколько минут они уже разделили между собой дичь и понесли в лагерь.       Проводив взглядом котов, Мятлик сорвалась было с места, чтобы узнать результаты испытания, но вовремя вспомнила об обещании собрать трав. Вздохнув, она отправилась на поиски.       Проходив несколько минут, она учуяла запах, а затем и увидела сами жёлтые цветочки. Нарвав охапку, она решила, что не сможет прийти с одним только крестовником, проходив перед этим полдня. Поэтому она положила собранные бутоны под ближайшим деревом, прикрыв опавшими листочками и, хорошенько запомнив место, побежала к реке, близ которой росла раскидистая многолетняя ива. У неё ещё не опали все листья, остались зелёненькие.       Ученица забралась по изогнутому стволу: чтобы лазить по ивам, много навыков не нужно было. Нарвав листьев с лихвой, чтобы хватило на сезон Голых Деревьев, мало ли что, она спрыгнула и понеслась к месту, где лежал крестовник. Время поджимало, и, увидев около границы Теней заросли лопуха, решила, что он будет последним, если она больше случайно ничего не найдёт.       Кошечка принялась копать. В процессе, она с радостью отметила, что время и количество собранных трав совпадают.       Наконец, в земле показались толстые корешки лопуха. Она вытащила два, а остальные аккуратно прикопала землёй. Еле-еле обхватив всё это за тонкие стебельки или хвостики, например, у корней лопухов, ученица пошла в сторону лагеря. Идя вдоль реки, она увидела вдалеке дерево с низкими ветками. Сложив свою немалую ношу у реки, Мятлик что было сил оттолкнулась от земли и помчалась к дереву. Она нашла то, что искала: среди нижних веточек ютилась огромная паутина.       Наконец удовлетворившись своей «охотой», Мятлик заковыляла в лагерь. Да уж, наверное сейчас у неё походка, как у барсучихи! Но это того стоило.       Наконец, после «долгого и изнурительного пути», тёмно-серая кошечка едва-протиснулась через камыши, не потеряв ценных припасов и, словно барсук, вразвалку вошла в лагерь. Некоторые воины уставились на неё, со стороны палатки оруженосцев слышались насмешки.       Орехолап обрушил на Хвостолапа свою лапу, шикнул на Перепонку и в пару прыжков оказался около подруги.       — Мятлик! — крикнул он, — Что же ты мучаешься? Попросила бы меня сходить с тобой! Я мог бы тебе помочь!       С этими словами он, не дожидаясь возражений, бережно взял у неё из пасти крестовник и корень лопуха.       — Как ты вообще до сюда-то доковыляла! Я надеюсь, это всё?       — Да. Спасибо тебе.       Ученики отправились в Капелину пещеру. Раздвинув камыши, прикрывавшие вход, они вошли. Капель взглянула на них и ахнула:       — Ого! Я не ожидала столько всего сразу! Покажи-ка, что ты собрала, Мятлик.       Орехолап осторожно положил на пол травы и, лизнув ухо подруги, удалился.       — Здесь крестовник, — Мятлик серой лапой раздвинула лекарства на отдельные кучки, — Листья ивы, корень лопуха и паутина.       — Я горжусь своей ученицей! — целительница улыбнулась, и в её груди затрепетало радостное урчание, — Расскажи, для чего используются принесённые тобой лекарства.       Мятлик стала торопливо думать.       — Ну-у-у…       — Не торопись. Ты только начинаешь учиться, так что не волнуйся. Подумай хорошенько.       Тёмно-серая ученица вновь напрягла мозги.       — Крестовник нужен от ломоты в суставах, — начала кошечка, — Листья ивы… По-моему, они прекращают рвоту. Про корень лопуха я не знаю, — она потупила взгляд, — А паутина останавливает кровотечение.       — Молодец. Про лопух я тебе ещё не говорила. Корень лопуха используется при воспалении ран. Запомни!       — Конечно, Капель, — Мятлик кивнула.       — Разложи лекарства: листья ивы запакуй на сезон Голых Деревьев, крестовник раздели пополам: половину в запасы, половину в трещинку. С лопухом также, а паутину хорошенько проверь на наличие пауков, скатай в комочек и положи к остальной паутине. Она в двух ямках от тебя.       Мятлик нашла глазами большой моток белых нитей и принялась за работу.       — Пока ты раскладываешь травы, я схожу за дополнительными ивовыми листьями, поэтому ими займись в последнюю очередь.       — Хорошо, Капель!       Серебристая целительница выбежала из пещеры и скрылась.       По возвращении наставницы, Мятлик уже разложила все травы по местам, как она и приказала, и ждала новой порции ивовых листьев. Пока Капель разговаривала с кем-то снаружи, тёмно-серая кошечка лежала на полу, подмяв под себя лапки, и рассматривала целебные растения, бережно сложенные по ямкам и трещинкам. Она вспоминала названия трав и их свойства, буравя несчастные листочки взглядом. Капель вошла в пещеру.       — Ветролап прошёл испытание! — объявила она, положив лекарство на пол, — Сейчас будет его посвящение, а ночью он будет охранять лагерь. Хочешь поговорить с ним? Оруженосцы собрались под согнутыми камышами и очень тебя звали.       Кошечка вскочила и бросилась было к выходу, но одёрнула себя.       — Ты же поручила мне упаковать иву, — тихо сказала она, — Мне можно уйти?       — Можно. Всё равно через пару минут тебя отвлечёт призыв Крылатой Звезды.       Мятлик подпрыгнула от радости и помчалась к навесу из камышей.       Рядом с палаткой учеников росли очень старые камыши. Они были молодыми и низкими ещё до рождения Кашалота, старейшего Речного кота. Эти камыши были настолько стары, что склонились под весом долгих лет жизни. А оруженосцы не стали их отрывать и, закрепив за крепкую стену лагеря из камыша, рогоза и утесника, устроили там большой уютный овражек, выстланный мхом. Теперь этот овражек стал местом, где ученики собирались в свободное время и болтали о чём-то. Орехолап говорил, что времяпрепровождение под камышиным навесом было самой беззаботной частью ученичества.       Когда Мятлик пришла, там сидели все. Орехолап довольно заурчал и, бесцеремонно отпихнув Хвостолапа, пригласил Мятлика к ним.       Сев рядом, она поняла, что все чувствуют себя здесь уверенно, даже Остролапка с Зернолапкой развалились на пол-оврага!       — Привет, Мятлик, ты вовремя, — улыбнулась Перепонка. Даже эти двое сегодня были дружелюбными, — Сегодня последний день Ветролапа в нашем овраге. Я предлагаю не расстраиваться, а наоборот: наш друг с минуты на минуту станет настоящим воином! Давайте порадуемся!       — Конечно! Не грусти, Ветролап! — Остролапка замахала кроличьим хвостиком. Мятлик давно заметила у неё эту странную привычку, от мысли о которой она всегда улыбалась.       — Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Скалой на общее собрание!       — Пора! — шикнула Зернолапка, после чего оруженосцы дружно двинулись на посвящение.       Коты расселись на поляне. Они возбуждённо перешёптывались, не расставаясь с улыбкой. Да уж, Ветролап пользовался уважением соплеменников ещё с ученичества!       — Речные коты! Сегодня мы собрались, чтобы посвятить нашего оруженосца Ветролапа в воины! Ветролап, выйди вперёд!       Перепонка ласково лизнула его в плечо и прошептала:       — Удачи! Пребудет с тобой Звёздное племя!       Ветролап коснулся носом её серой шеи и вышел вперёд, уверенно смотря на предводительницу.       — Ветролап! Клянёшься ли ты чтить Воинский закон, быть до последней шерстинки преданным Речному племени и при необходимости, не раздумывая, отдать жизнь за племя?       — Клянусь!       — Тогда властью, дарованной мне Звёздным племенем, я посвящаю тебя в воины! Ветролап, с этого дня ты будешь известен под именем Ветрогрив! В тебе сочетаются рассудительность и преданность, Речное племя гордится тобой. Да пребудет с тобой Звёздное племя!       — Ветрогрив! — завизжала Перепонка, и коты на поляне подхватили её крик. Все стали поздравлять молодого воителя, который смущённо урчал.       — Сегодня Ветрогрив будет охранять лагерь всю ночь в полном молчании, — объявила Крылатая Звезда, — Собрание окончено!       — Поздравляю! — не стала отставать от соплеменников Мятлик, — Ты теперь воин!       — Спасибо, — на выдохе произнёс Ветрогрив, и рот его растянулся в счастливой улыбке.       Мятлик упаковала листья ивы и, освободившись, вышла из пещеры целительницы. Солнце медленно подходило к горизонту, небо розовело. Около палатки оруженосцев Орехолап и Остролапка с Зернолапкой тренировались в боевых приёмах. Тёмно-серая кошечка подошла к ним.       — Привет! Тренируетесь?       — Да! — восторженно воскликнула Остролапка, — Роса сегодня научила меня боевым приёмам! Я победила Орехолапа!       Старший оруженосец посмеялся.       Орехолап сильно отличался от брата и сестры: он никогда не задирался, не хвастался и никогда не чувствовал или, по крайней мере, не объявлял о своём превосходстве из-за возраста: с момента посвящения Ветрогрива Хвостолап, Перепонка и Орехолап стали старшими оруженосцами, и Хвостолап каждому встречному говорил об этом. Орехолап всегда дружил с младшими и помогал им. Делал ли он это только из жалости или снисходительности, полагаясь на возможную скрытую заносчивость? Мятлик отрицала это каждой своей тёмно-серой шерстинкой.       Остролапка продолжала возбуждённо рассказывать о чём-то, с бешеной скоростью размахивая кроличьим хвостиком. Она ничуть не изменилась, став ученицей. Оставалось лишь надеяться, что Роса научит её послушанию… Хотя, за что её судить? Остролапка была довольно послушной. За своё детство она ни разу не сбежала из лагеря и не натворила чего-нибудь очень плохого, как ни странно. И сейчас она трудилась, не покладая лап, слушалась Росу и обещала стать замечательной воительницей.       Неподалёку сидела кремовая Зернолапка и приглаживала свою растрепавшуюся шёрстку. Судя по всему, она тоже только что тренировалась с Орехолапом.       Из раздумий ученицу вывел голос Капели:       — Мятлик! Иди сюда.       Кошечка сорвалась с места и помчалась на зов наставницы. Войдя, она поздоровалась.       — Нужно поменять старейшинам подстилки и вытащить блох. Скажи всем оруженосцам, чтобы завтра утром они над этим поработали. Да и ты не отлынивай! Тоже будешь помогать.       — Хорошо, — сказала Мятлик, а в душе уже тяжело вздохнула.       Да уж, уход за стариками был самой отвратительной обязанностью учеников!