Стихийное бедствие

      Фергюсон с тихой ненавистью уставился на планы государственных расходов на следующий квартал. На фронт денег нет. На полицию денег нет. Про всякую ерунду вроде больниц и школ речи вообще не идет. Но если без мелюзги и белохалатников еще можно прожить (к тому же — фиг Альберту, а не дополнительное финансирование его министерству), то позволить взбунтоваться ментам равносильно тому, чтобы прямо сейчас подать в отставку и отдать себя на растерзание повстанцам. Да и с военными лучше не слишком жлобиться, а то Волков ему потом все мозги проест на тему того, что Министерство Порядка обделяют. Хорошо что хоть у Лебедева с пропагандой все нормально и лишнего он не просит.       Пит не глядя пошарил рукой в ящике стола и, нащупав открытую бутылку, отпил ее из горла. Как его все задолбало.       — Нужно срочно устроить себе отдых, — тихо пробормотал Фергюсон в пустоту кабинета.       Неплохо бы закатить вечеринку, но клоны еще где-то бегают по его поручениям, а проветрится хочется прямо сейчас. Просто напиться уже не достаточно, а кроме Хазер на этаже буквально нет симпатичных барышень чтобы поразвлечься, про горячих и говорить нечего. Саму блондинку, после лишних расходов на лечение от всякой дряни после одного перепихона, трогать как-то не хотелось.       Немного подумав, Пит влез в одну из запароленных папок, в которой был спрятан доступ к камерам в занимательных местах Министерства. В отличии от стандартных, они обладали встроенным микрофоном и существенно лучшим качеством записи. Он ввел пароль «калебидругиеидиоты», после чего начал прокручивать происходящее сейчас в министерстве.       Увы, и здесь ему не повезло: с автоматом на первом никто не спорил, охрана на входе ни к кому не докапывалась, в лифтах никто не застревал. Даже в коридорах все было чинно и мирно. Просто отвратительно.       Пит уже было собирался пойти и лично на кого-то наорать, да хотя бы на вечную очередь, которая вечно стоит под его дверью непонятно зачем. Но тут его взгляд зацепился за один коридор, который в народе был известен под названием «слепая зона». Небольшой участок метра в три, который не захватывала ни одна из официальных камер. Это был один из общедоступных секретов, потому там часто собирались небольшие компании, желающие пошептаться о чем-то, жутко рисковом и сверхсекретном. Сейчас в этом углу собрались клоны, два из которых о чем-то явно спорили, пока третий молча наблюдал. Фергюсон дважды щелкнул по камере, после чего картинка развернулась во весь экран, а из динамиков донесся звук:       — …зачем ты в это ввязался?       — Потому что Питер попросил помочь? И вообще, тебе-то какое дело, с кем он там встречается?       — Такое дело, что Эмма теперь отказывается со мной гулять в подсобку!       — Пф, нашел из-за чего расстраиваться. У тебя и так кучу пассий почти на всех этажах. Одной больше, одной меньше…       — Во-первых — пассия пассии врознь, а во-вторых — ни одна из них не настолько фигуристая.       — Тебе бы только трахаться, 69-тый. Не думал заняться чем-то более полезным?       — В смысле — бегать по поручениям всех и каждого словно мальчик на побегушках? Спасибо, мне и так хорошо.       — Ты уверен? Я слышал, кому-то от этой блондинки достался неплохой такой букет…       — 1-вый… ты вот, вроде, первый, а таких вещей не знаешь! Не клеится к нам ни венера, ни вообще какая-либо зараза. Мы даже переносить ее не можем. У нас идеальное здоровье, Эван.       Пит моргнул, после чего спрятал лицо у себя в руках. Нет в мире справедливости! Ему приходится жрать таблетки и сидеть на диетах, которые ни черта не помогают, а другие наслаждаются жизнью, вообще ни о чем не думая! Может, и ему попроситься к Айзеку, чтобы он сделал из него молодого и здорового клона?.. Нет, это уже перебор. Ну и мысли дурацкие в голову лезут от переутомления…       Тут третий клон, с нашивкой на груди «300» наконец-то вступил в разговор:       — Хэх, 69-тый, ты так зациклился на буферах, что упускаешь другие, куда более интересные варианты, — при этом клон так довольно улыбался, что у Фергюсона зачесались кулаки от желания стукнуть того по слишком довольной морде.       — Да? И какие же это варианты?       — Марко.       …Пит попытался вспомнить каких-либо Марков женского полу в министерстве. Безуспешно, но оно и не удивительно: каким сумасшедшим надо быть, чтобы назвать свою дочь Марко?       — Легран? Да ладно, неужели он тоже не ограничен половиной человечества?       — Не совсем… — 300-тый оглянулся, и чуть тише продолжил: — помните, мама рассказывала про Коррекционные Лагеря? В общем, его туда отец забросил на пару лет, и бедняга едва смог выбраться. С тех пор он и орет повсюду, как сильно любит баб, лишь бы никто не заподозрил, что он на все сто процентов натуральный гей. Вы не поверите, сколько сил мне стоило это вытащить из него: у парня серьезная моральная травма после произошедшего.       — Не повезло… ладно нам нравится практически кто угодно, в том числе и варианты одобряемые обществом. Для него же найти себе парня вообще нереально, все шифруются.       Эваны продолжали о чем-то говорить, но Пит их уже не слушал. Он пытался осознать сказанное клонами сынка Калеба.       Гомики! Клоны оказались гомиками!.. Или нет? Геи же, вроде, любят только мужиков? А эти вот, женщинами очень даже интересуются. Но… не только ими?..       …       В смысле, можно любить и тех и других одновременно?!       Эта мысль настолько выбила его из колеи, что он совершенно не услышал, что в его дверь постучали. Очнулся он только тогда, как к нему обратились:       — Кхем… товарищ Фергюсон?       Он посмотрел на вошедшего клона. На его форме был вышит номер «18».       — Чего тебе?! — он заорал сильнее, чем обычно, пытаясь скрыть свое смятенное состояние.       — Я хотел сказать, что мы все приготовили для вечеринки! Народная еда, напитки, а главное — горячие девушки, точно как вы просили! Когда мы начинаем?       Глядя на смазливую морду Эвана, Пит привычно повторил про себя, что он не гей, потому что любит женщин. Сразу за этим последовала новая мысль, что оказывается, одно другому не мешает.       Да пошло оно все к черту!       — Сейчас же. Тащи своих баб… и прикажи кому-то все для музыки поставить. Пусть она сегодня играет как можно погромче! И выпивки чтобы было дофига!       Питу Фергюсону срочно надо отвлечься. Уже не столько от работы, сколько от новых откровений.