Лучшее во мне

«Когда в нашей жизни закрывается одна дверь, то обязательно открывается другая, которую мы называем "возможностью". Но из-за того, что мы продолжаем смотреть на закрытую дверь, мы её упускаем»

      Ничто так не заставляет человека задуматься о своей жизни, как смерть. Габи много думала о своей дальнейшей жизни. Если подумать над всей её жизнью и проанализировать её, то можно понять, что у Габи никогда не было какой-либо цели в жизни. Что там, что здесь, её жизнь просто текла, как ручей, туда, куда повернёт поток. Она никогда не была амбициозной, ни к чему не стремилась, у неё просто не было цели в жизни.       Она, как парусник в открытом океане, плывёт туда, куда дует ветер. Но у неё нет ни компаса, ни штурвала, нет даже капитана, который бы знал, куда он хочет плыть. Раньше Габриель думала, что её компас, её путеводная звезда - это Тони. Но Тони - не цель и не мечта, он - её любовь.       Он - тот, который удерживает её на плаву. Но Габи нужно то, к чему она бы стремилась. Она поняла, что у неё нет даже друзей! Есть, конечно, Пеппер, Хэппи, Роуди, но они - друзья Тони. А она так, просто прибавка, девушка в категории "хорошая знакомая" и ничего больше.       Чтобы осознать, что её жизнь похожа на парусник в океане, ей понадобилась столько лет. Сейчас она не знала, что делать и как жить, ведь с Тони у неё нет будущего. Теперь она это видела ясно. Боже, какая она всё-таки дура! Неужели, она могла подумать, что за столько лет Тони не заметил её влюбленности? Она просто наивная дура! Тони с его интеллектом и не заметил? Если заметила Браун с её IQ, то разве мог ли не знать Тони?       Конечно же, он знал! Он думал, что она переболеет, что это просто подростковая влюблённость, которая пройдет со временем. Откуда ему знать, что она уже прожила жизнь и ей не двадцать лет? Что она гораздо старше? Что ей было бы сейчас тридцать три? Тридцать два? Она не считала. По правде говоря, она и не ощущала себя на свой истинный возраст.       Что она видела в жизни? Большая часть её прошла дома под присмотром гувернанток. Потом сразу университет, где она даже друзей не завела, так, приятельниц. И больница, больница, больница. А здесь? Что она видела в этом мире? Разве здесь она интересовалась чем-нибудь, кроме Тони? Что она знает о мире, в котором живёт? О мутантах, супергероях, о научных достижениях?       Габи стало стыдно за себя, когда она задумалась об этом. Этот мир был многогранен, здесь встречались люди с удивительными способностями, были явления за гранью нашего понимания. А Габи зациклилась на себе и на своих чувствах.       Она решила, что хочет оставить свой след в этом удивительном мире. Ей нужна была грандиозная цель, чтобы бросить все силы на её реализацию, чтобы не оставить времени на мысли о Тони и об их последнем разговоре. Нельзя думать об этом!       Тони сказал, что им надо забыть о том дне, что они могут общаться как раньше, что из-за этой ошибки не стоит портить их отношения. Ошибки! Та ночь для него была ошибкой! Габи было невероятно стыдно перед ним, она не могла смотреть в его глаза. Муун пообещала себе, что больше никогда не будет пить! Но в то же время она была немного обижена на Тони. Он назвал её первую ночь, первую близость ошибкой. Растоптал её чувства, раздавил гордость, она чувствовала себя оплёванной и грязной. Конечно, Габи сама виновата в случившимся, не сдержалась, призналась ему в любви, разрушила то, что было между ними.       Так стоило ли оно того? Стоило ли одна ночь её разрушенного идеала, который она воздвигла вокруг Тони? Габи не знала ответа. Лучшая ночь в её жизни, её волшебная сказка утром превратилась в кошмар, разрушилась, как карточный домик. Розовые очки треснули. Мир не такой, каким Габи его себе представляла, и Тони - не идеал. Но Габи не перестала его любить. Теперь она трезво смотрела на мир. Тони был человеком со своими слабостями и пороками, он не был её принцем из сказки, Тони вообще не был принцем. Он любил её, правда, сильно любил, просто не так, как она. Просто его любовь была другой, не такой, как её. И смеет ли она его винить в этом? Насильно мил не будешь. Нельзя заставить полюбить. Так уж устроен мир...       Габи старалась, она правда старалась вести себя, как обычно. Улыбаться, шутить, говорить с ним, не замечать трещину в их отношениях. Но Габи никогда не была актрисой. Она не умела скрывать свои чувства, только не перед Тони. И он видел. Им стало неловко наедине друг с другом. Жить в одном доме с ним стало тяжело. Габи раздумывала над переездом. Купит дом, у неё будет свой собственный дом. Может, встретит кого-нибудь, заведёт семью и будет добродетельной, любящей матерью. У неё будут свои дети, муж, семья. Она обязательно будет счастливой! Но надо поговорить с Тони, сказать ему и всё объяснить. Габриель не может просто взять и уехать, это будет бегством. С её стороны это будет настоящим свинством. Тони не заслужил такого отношения! Она заварила эту кашу, ей и расхлёбывать. Она позвонила ему, сказала, что им надо поговорить. Он ответил, что приедет через полтора часа. Тони теперь редко ночевал дома, он часто пропадал в вечеринках, в клубах, в общем загулял. Старк избегал её, они оба не могли забыть, переступить через ту ночь. Боже, какая она дура! Идиотка! Хватить думать об этом, Габи, забудь! Просто забудь!       Габи сидела перед накрытым столом, ожидая Тони. Ужин уже остывал, но Габи даже не притрагивалась к еде, что поделать - издержки воспитания. Тони опоздал.       - Привет. Давно ждёшь? - спросил он, заходя в столовую, подошёл к ней и, замявшись на несколько мгновений, поцеловал её в макушку.       - Привет, - тихо ответила она. - Да нет, ты как раз вовремя, - слабо улыбнулась Габи, заправляя выбившуюся прядь волос. Они ужинали в молчании. Тони знал - Габи не любила обсуждать важные вопросы за столом. Был слышен лишь звон столовых приборов. Закончив с ужином и промокнув губы салфеткой, Габи стала ждать, пока Тони доест.       - Так о чём ты хотела поговорить? - спросил Тони, кладя столовые приборы на стол. Габи глубоко вздохнула.       - Я решила переехать, - Тони молчал, смотрел на неё, слегка нахмурив брови. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.       - Ты решила? - протянул он. - Ты снова бежишь, Габи! - повысил тон Тони, он злился. Габриель на это замечание промолчала, устало откинулась назад, прикрыв веки. Она была готова к такой реакции. Между ними снова повисла пауза... Наконец, набравшись храбрости и открыв глаза, Габи посмотрела прямо в глаза Тони. Они молча смотрели друг на друга. Девушка медленно кивнула.       - Может быть, ты и прав, - помолчав, девушка отвела взгляд в сторону и бездумно уставилась в стену. - А может и нет. Это когда-нибудь наступило бы, Тони! Я должна уехать... Мы не перестанем общаться и видеться, просто нам... мне нужно некоторое время, понимаешь? Это сложно... Я хочу пожить отдельно, самостоятельно, понять себя, найти своё место в жизни, узнать, на что я способна! Посмотреть на мир, себя показать! - неловко пошутила Габи.       - Звучит, как в дешёвых мелодраматических фильмах, - съязвил Тони, хороший знак. Габи хмыкнула.       - Прозвучало так, как будто ты смотришь дешёвые мелодраматические фильмы, - на ответный выпад Тони лишь улыбнулся. Потом поддался туловищем вперёд и доверительно прошептал:       - Только это большой секрет, - Габи немного повеселела и решила поддержать его шутку. Выпучила глаза, прикрыла рот ладошкой и с притворном ужасе воскликнула:       - О Боже, Тони, ты разрушил моё представление о мире! Надеюсь, ты хотя бы не плачешь над ними?!       Тони положил руку на сердце, повесил голову и, тяжко вздохнув, продолжил игру.       - Каюсь, грешен! Одинокими субботними вечерами я смотрю мелодрамы и плачу вместе с главными героинями! О, Жозе! Любовь моя, я навеки лишь твоя! - патетично воскликнул Тони с писклявым голосом, кому-то подражая. Габи представила Тони, такого брутального и сексуального, который в розовой девчачьей пижаме и с бигуди на волосах смотрит женские мелодрамы и плачет, обняв подушку. Она звонко рассмеялась от абсурдности картины. Тони такой Старк! Удивительный человек!       Тони со странным выражением лица смотрел на неё, потом грустно улыбнулся.       - Будешь звонить мне каждое утро и вечер, - шутливо поставил ультиматум мужчина. Он был согласен с ней, им нужно время. Он разрешил! Габи благодарно улыбнулась ему. Он её понял и принял её решение. Она кивнула ему.       - Буду звонить даже в обед, - грозно пообещала в ответ. На душе стало так светло и легко, как будто она только что сбросила тяжёлый груз. Теперь всё точно будет в порядке!

***

      После того экспериментального лечения Габи постоянно видела серебристые свечения вокруг людей. Она пока никому об этом не говорила, сперва хотела во всём разобраться сама. Потом произошла драма в личной жизни, стало не до того. Да и вреда от этих свечений вроде не было, поэтому она оставила всё, как есть.       Жизнь шла своим ходом. Габи стала замечать за собой, что она чувствует ложь и сильные эмоции людей. Не то, что бы она контактировала с многими людьми, но тех, с кем она встречалась, чувствовала. После того разговора с Тони прошло месяца полтора. Они разговаривали каждый вечер, делились новостями, на выходных он её навещал и вытаскивал куда-нибудь. Габи никогда не забудет их поход на выставку современного искусства.       - Можешь повторить, что мы здесь делаем? - с раздражением спросил Тони, брезгливо дернув плечом. Он в последнее время постоянно чем-то был раздражен. За последние годы она заматерела в подначках, теперь уже ни в чем не уступая Тони. Габи, закатив глаза, язвительно ответила:       - Не знаю, что здесь делаешь ТЫ, пригласив сюда МЕНЯ, но я наслаждаюсь современными произведениями искусства!       - Вот именно! - воскликнул Тони. - Я пригласил тебя на выставку современного искусства, но я даже не знаю, что это за мазня! - и, повернувшись к одной из картин, указал на неё указательным пальцем, как будто та была в чём-то виновата. - Похожа на какашку!       Габи прыснула и захихикала, прикрыв рот ладошкой, как школьница. Тони иногда был таким смешным и милым! Он был похож на обиженного ребенка, которому подарили на Рождество не то, что он хотел. Но картина и вправду была странной. Какая то тёмно-коричневая субстанция в центре на чёрно-синем фоне. Картина называлась "Жизнь".       - Неудивительно, что он это нарисовал. Похоже у автора картинки жизнь полное дерьмо! - проговорил Тони, начиная забавляться. Он не говорил громко, но в тихом зале его голос услышали многие. Со стороны послышался смешок, а некоторые близ стоящие дамы неодобрительно покосились на них. Человек, которого развеселило высказывание Старка, приблизившись к ним, доверительно сказал, не отводя почему-то взгляд от неё:       - Эта картина принадлежит племяннику этой студии. У парня нет таланта, но никто не осмеливается сказать это ему в лицо. Наверное, эту картину купит его дядя, чтобы сразу же сжечь. Майк Брокен, - мужчина протянул Тони руку для рукопожатия.       - Тони Старк, - довольно сухо представился Тони. Брокен удивлённо посмотрел на него, не ожидая от него такой грубости. Габи смущённо улыбнулась и, дабы замять неловкость, протянула ему свою руку.       - Габриель Муун. Приятно познакомиться, мистер Брокен.       Это был приятной внешности шатен неопределённого возраста. Он галантно поцеловал её руку.       - Уверен, познакомиться с вами приятнее мне, очаровательная леди! - Тони смотрел на него враждебно и, приподняв левую бровь, язвительно проговорил:       - Если вы закончили вмешиваться в чужой разговор, мы с моей спутницей пойдём наслаждаться искусством современности дальше, - и, взяв её под локоть, потащил в другую сторону. Габи недоумённо посмотрела на него, что это с Тони? Он ведёт себя по меньшей мере странно!       - Смотри, что ты видишь? - Тони указал на новую картину. Там была изображена ярко красная тающая клякса, фон был желтым, с оранжевыми всполохами. - Картина называется "Ярость", вот где здесь эта ярость, м? Как можно понять, что это ярость? Теперь что, искусством называется всё, что пролилось на бумагу? - всё больше распылялся Тони. Габи взяла его за руку и повела дальше, туда, где видела картину, которая запала ей в душу. Она хотела показать ему то искусство, которое она любит. К сожалению, Тони был так близок к искусству, как близка была Габи к технике, то есть никак. Габриель привела Тони к дальней стене, где висела только одна картина, и повернула его к ней.       - Что ты видишь? - спросила Габи. - Нет, что ты чувствуешь, смотря на эту картину? Её оценивают в двадцать миллионов долларов, пока это только её изначальная цена, в дальнейшем её хотят выставить на аукционе. Как думаешь, почему её оценивают так высоко? - Тони молчал. Он пристально смотрел на картину, то плотно приближаясь к ней, то отходя подальше. Габи не мешала. У Тони было такое сосредоточенное выражение лица, как будто он сложное математическое уравнение решал. Тони даже поковырял мазки на картине, обнюхал и чуть ли не облизал её. Габи несколько раз оглянулась, не увидел ли кто-нибудь действия этого сумасшедшего. Он так пристально смотрел на картину, словно хотел прожечь в ней дыру.       - Так почему у неё такая высокая цена? По мне, так просто высотка. Чертёж здания - отстой. Похоже, рисовал дилетант, ничего не смыслящий в архитектуре, неправильно подобран угол. В реальности она давно бы упала, банальная физика. Восемнадцатый этаж слева, четвертое окно, - получилось кривым и не симметричным, двадцать четвёртый этаж, одиннадцатое окно, - у него другой цвет на полтона. И крыша, там нет... - не успел закончить Тони, как Габи с силой ткнула его в бок. Она была сильно раздражена.       - Заткнись! - и так с каждой картиной. Иногда Тони такой Старк. Габи не знала, комплимент это или оскорбление. - Давай поговорим теперь о том, что вижу я! А знаешь, что вижу я? - сказала Габи.       - Тоже, что и я? - спросил Тони, Габи ещё раз хотела было ударить его локтем, но в этот раз он увернулся.       - Это был риторический вопрос, Тони! Я вижу в этой картине непоколебимую гордость, невероятную силу, удивительную оригинальность и бесконечное одиночество. Смотри, это высотка отличается от других, она возвышается над ними, но в тоже время она стоит одна. Этот небоскрёб стоит в центре города, его окружают сотни и тысячи зданий, но он такой один и это его выделяет. Им восхищаешься, любуешься! Но я испытываю грусть, чувствуя его одиночество. Эта картина вызывает во мне сложные эмоции, она произведение настоящего искусства! Тони помолчал немного, а потом вдруг выдал:       - Я не понял, а зачем картина, чтобы испытывать эти чувства? Ведь их можно испытать и без всякой картины, и за это люди платят? - Габи застонала от отчаяния, закрыв лицо рукой, и для кого она тут всё рассказывала, спрашивается?       - То-ониии! - зарычала девушка, теряя терпение.       - Так эта картина тебе понравилась? - спросил он как ни в чём не бывало. Габи кивнула и снова посмотрела на картину.       - Да, я в неё влюбилась! Она мне понравилась с первого взгляда. Ты у меня не спросил, но я уже была здесь позавчера, - ответила Габи, неодобрительно посмотрев на него при слове "не спросил". Тони, впрочем как и всегда, не обратил внимания. Он о чём-то задумался и вдруг как-то хитро улыбнулся. О, Габи знала этот взгляд! Эти озорные искорки в его глазах, эту ухмылку!       - Нет, что бы ты не задумал! Всегда, когда это выражение появляется на твоем лице, ты вытворяешь что-нибудь безумное, Тони! Знай, я в этом не участвую!       - Ангелочек, тебе ведь понравилась эта картина? - Габи кивнула, подозрительно поглядывая на него. От этого гения можно ожидать всё, что угодно! - Я просто предлагаю, нам её забрать! Она в шоке посмотрела на него. Габи послышалось?       - Ты просто предлагаешь что, прости? Украсть её? Энтони Эдвард Старк, ты с ума сошёл? - шепотом крикнула она, боясь, что кто-нибудь услышит их. - Это чужая собственность, нас засудят! Он проказливо улыбнулся, играя бровями, и издевательски протянул:       - Значит, наше воровство ты уже рассматриваешь? Расслабься, малышка! Это же весело! - с этими словами, он полез к картине и стал снимать её с места. На них уже оборачивались люди. Габриель запаниковала.       - Тони! Тони, идиот, поставь на место! Кому говорю, поставь картину на место! Нас арестуют, засудят, посадят! Ужас! Ужас, у меня сейчас остановиться сердце! - а Тони, сняв картину со стены, с победным видом нёс её под мышкой. Сейчас он больше всего напоминал кота, объевшегося сметаной, такой же довольный, чуть ли не мурлычит себе под нос, от проделанной им шалости. В проходе показалась голова охранника, видно кто-то возмутился без пределу. Тони одной рукой взял девушку за руку, другой крепче прижимая картину в себе, хохоча побежал к выходу наперерез страже. Они от неожиданности пропустили их, но, быстро опомнившись, побежали за ними. Сердце Габриель ходило ходуном от страха и адреналина, но на лицо всё равно выползла дурацкая улыбка. Тони бежал, крепко держа её за руку и весело смеясь, она рассмеялась следом. Боже, они оба сумасшедшие!       Владелец студии подал на них в суд. На следующий день все газеты и журналы пестрели заголовками о безумной выходке Тони Старка. Габи не знала как, но Тони решил этот вопрос. От них отстали. Жизнь снова вошла в свою колею. Неловкость между ними окончательно стёрлась. Они общались как прежде, та ночь забылась или нет, они просто не вспоминали о ней. Габи начала новую жизнь! У неё появился первый друг - Энди Джонс, её соседка.       Энди работала барменом в собственном клубе. Ей было около двадцати семи-восьми лет. Высокая брюнетка с холодными серыми глазами. Она была циничной пессимисткой, но почему-то называла себя просто приземленной реалисткой. С ней было очень интересно! У нее была такая располагающая к себе аура, что через неделю после знакомства Габи выложила ей всю свою подогнутую, умолчав лишь о том, что это её вторая жизнь и про свои открывшиеся способности. Джонс молча выслушала её рассказ и вынесла авторитетный вывод: дура!       Ну, с этим Габи, конечно, не спорила, но обидно было, да. Энди взяла над Габи негласное шефство. Она сказала, что когда женщина начинает новую жизнь, она должна менять свой имидж, и потащила Габи к парикмахеру. Муун еле отстояла длину и цвет своей шевелюры. Над её волосами, над её гордостью издевались. Между прочим она еле её отрастила после инцидента с похищением. Но новая прическа ей нравилась, Габи в тайне всегда хотела кудри. Мечта всех девушек, у которых идеально прямые волосы. Её волосы накрутили мелкими колечками, что ей безумно шло! Потом пришло черед её гардероба. Габи всегда запрещали надевать платья и юбки выше колен, не позволяли носить джинсовые брюки, только классические чёрные, за этим строго следила мама, и Габи к этому привыкла.       Но Джонс сказала, что она может выкинуть своё старье туда, где и откопала, что её вкус в одежде умер, ещё не родившись. А вот здесь Муун реально стало обидно: у неё безупречный вкус! Они накупили ей кучу барахла: кофточки, юбочки, брюки, шорты, платья. Это было очень весело и очень утомительно. Габи чуть не забыла принять лекарство, Тони орал через трубку. К нему пришло уведомление, что у меня подскочило давление. Надо было принять препарат ровно в пять тридцать. Замедление, хотя бы на минуту - очень опасно. Приступы случались всё реже и реже, что безмерно радовало.       Энди посоветовала ей вести свой блог. Мучимая от безделья, Габи с радостью ухватилась за эту возможность. Она зарегистрировалась под псевдонимом "Лунная ночь". Блог стал её отрадой. Она писала там свои мысли, переживания, выкладывала свои картины, печатала свои стихи и песни. Сидеть и что-то строчить в блоге вскоре стало её привычкой, и она стала заядлым блогером. Читая тёплые отзывы и видя новых подписчиков, она радовалась, как маленькая.       Она часто делилась с читателями своими сокровенными мыслями, зная, что никто никогда не узнает, что это пишет она, Габриель Муун, бывшая Велингтон. Она писала:       «Не знаю от чего, но иногда жизнь кардинально меняется или меняетесь вы, всего лишь за одно лето. Время проходит и вы взрослеете. Оглядываетесь назад и понимаете, детство давно прошло. И так грустно и так тоскливо на душе, что хочется свернутся и выть на луну, словно изголодавшийся одинокий волк. Ведь в детстве всё было просто и легко. Ты знала, что это делать можно, а то нельзя. Ты знала, что хорошо, а что плохо, а что не знала, - тебе всегда говорили. Но человек взрослеет и растёт, вместе с ним растут и его проблемы. И кажется, что вместе с ним растет и мир вокруг него, он расширяется, становится многогранней и сложней. И ты уже не знаешь, что хорошо, а что плохо, что делать можно, а что нельзя. А жизнь летит и мчится вперёд, И в прошлое, в детство не повернёт. Как грустно, печально идти в взрослый путь, Ведь знаешь, назад время не повернуть. Прошло одно лето и жизнь не та Как будто, прожила лет уже ста Не светлые, яркие твои уже краски Ну, где ты, девчонка взяла эти мазки? Картины уж мрачны, темны цвета Сгорела мечта, ты повзрослела, уже не та, Что с ясной улыбкой встречала рассвет, Чей взгляд горел, отражая пламени свет. Как грустно, знать горький ответ, Что девочки той давно уже нет. Она умерла, сгорела дотла, На свете оставшись совсем одна. "Остановись!", не сказал ей никто. Мертва, не зная от чего и за что. А песни остались, в душе не сгорев, И в слово обернуться не захотев. Всё время иглой душу колят Из сердца никак не выходят.       Я задаюсь вопросом: мы меняемся, когда взрослеем или взрослеем, когда меняемся? И что происходят с теми детьми, которыми мы были? Они умирают? Кто-то говорит, что они живут в наших душах, но разве это правильно - пленить их? Запереть их условностями взрослой жизни? Мне жаль... жаль этих детей, пленённых в наших сердцах! Чем они заслужили такую участь? Они ведь просто жили! Разве плата за их жизнь, может быть такой высокой?»       Дорогие подписчики, пишите мне, я вас читаю, найдём ответы вместе!       Ваша "Лунная ночь"