Лучшее во мне

«Мне предстоит тебе о многом не сказать, Мне предстоит к тебе однажды не вернуться. Как жаль, что нам приходится терять Людей, с которыми хочется проснуться Тот, кто сказал, что время лечит все раны, солгал. Время помогает только научиться перенести удар, а потом жить с этими ранами. А время... оно не лечит. Оно заштопывает раны, оно просто закрывает их сверху марлевой повязкой новых впечатлений, новых ощущений, жизненного опыта… И иногда, зацепившись за что-то, это повязка слетает, и свежий воздух попадает в рану, даря ей новую боль… и новую жизнь… Время - плохой доктор… Заставляет забыть о боли новых ран, нанося всё новые и новые. Так и ползём по жизни, как её израненные солдаты… И с каждым годом на душе всё растёт и растёт количество плохо наложенных повязок… Я скучаю по старым дням. Просто скучаю. Бывает, нахлынет волна воспоминаний и до мурашек. Я просто скучаю по тем людям, которых уже нет рядом…» из блога «Лунной ночи»

      Энди Джонс - зло! Габи это осознала на своей шкуре. Она, как клещ, если вцепилась, то всё, никогда не отцепишь. Джонс загорелась идеей устроить личную жизнь своей подруги.       — Пойми, Габи, одни неудачные отношения не стоят того, чтобы ставить на себе крест. Ты молода, красива, богата, у тебя всё ещё впереди, — неудачными отношениями она называла их связь с Тони. — Я не отрицаю, Старк - мужчина хоть куда, и я сама не была бы прочь с ним замутить, но на нём свет клином не сошёлся!       Это был не первый их разговор на подобную тему. Отчего-то Джонс думала, что новый роман поможет ей забыть Тони.       — Ты знаешь мой девиз, Габи?       — Не пить подряд десять стаканов виски даже на спор? — иронично спросила Габриель, порядком раздражённая темой разговора. Энди закатила глаза.       — Нет, не этот. Но это тоже помни! Лучший способ забыть мужчину - это завести нового! Ты говорила что-то про того доктора. Почему бы не замутить с ним роман?       — С кем? Со Стрэнджем? Боже, нет! — замахала руками Габи, представив себя со Стивеном. — Нет! Да и не ищу я пока отношения.       — Кто говорит об отношениях? Девочка, ты для начала просто на свидание сходила бы, что ли, — проговорила Джонс. — Давай, детка, что ты теряешь, м? Позвони ему и пригласи на обед! Согласится - сходишь, оценишь, а если нет, - то никто не заставляет тебя, — Энди сидела на диване в гостиной у Габриель, в руках она держала бокал вина и постоянно им махала, активно жестикулируя. В последнее время они часто устраивали такие посиделки, разговаривая о всяком, о женском. Энди часто оставалась у неё с ночевкой. Энди никогда не уходила к себе не позавтракав, говорила, что Рози, домработница Габриель, готовит просто божественно. Рози приходила к Габи в семь утра и готовила завтрак, а после убирала квартиру. В холодильнике всегда было что-то вкусненькое. И поэтому Джонс всегда захаживала к ней перед работой, чтобы хорошенько подкрепиться. Но Габи подозревала, что девушке просто лень готовить. Впрочем, Габи даже не умела готовить, она никогда даже не стояла у плиты. Максимум, что она могла, это прополоскать кружку и то не всегда.       Джонс говорила, что она - белоручка, на что Габи никогда не спорила. Она действительно никогда не работала, не выполняла тяжёлый труд. Боже, ей даже нож запрещали держать, не царское это дело. Она всю жизнь жила на готовом. Ей трудно иногда понимать Энди и её шутки, ведь Джонс выросла совсем в другой среде. Сирота, выбившаяся в люди. По её жизни можно фильм снимать. В тринадцать осиротев, Джонс попала в руки к своей тётке, с которой прожила около двух лет, пока её тетушка не завела себе бойфренда-наркомана. Тётка умерла от передоза, а девочку отправили в приют.       — В приюте было тяжело, — сказала Энди. — Особенно, если ты попала туда уже довольно во взрослом возрасте. Там не любили таких, как я, и всячески показывали это. Воспитатели молчали. Им не было до детей никого дела. Живы и на том хорошо! — Энди смотрела бездумно в потолок, вспоминая своё детство. — Я подсела тогда на наркотики, не на очень сильные, конечно. Да и где мне их брать-то, денег-то не было, — горько вздохнула девушка, словно вспомнив что-то неприятное. — Ты можешь меня презирать, Габи, но я даже торговала своим телом. Детская проституция, — горько хмыкнула девушка. — Всегда найдутся извращенцы.       Джонс прикрыла глаза руками, плечи её затряслись. Она плакала тихо, почти бесшумно. От её сгорбленной фигуры веяло такой болью, отвращением и обреченностью, что Габи невольно задрожала. Она не очень хорошо контролировала свои силы, но уже кое-что могла. Она молча присела рядом с Энди и обняла её, делясь внутренним светом и спокойствием. Джонс притихла, потом покрепче обняла её, уткнувшись лицом в её ключицы, и оттуда уже пробормотала:       — Тони прав, Габи! Есть в тебе что-то святое! Рядом с тобой отступают все тревоги и проблемы, с тобой всегда светло и тепло, ты даришь спокойствие и какое-то внутреннее облегчение. Будто очищаешься от всей грязи на душе и становишься чище. Я… я не была хорошим человеком, Габи. Делала мерзкие вещи, шла по чужим головам. Обманывала, предавала, что только я не делала, чтобы выжить. Этот клуб, которым я владею, он принадлежал не моему родственнику, как я говорила ранее, а моему любовнику - престарелому старику у которого даже член толком не стоял. Я его презирала, Габи! Ненавидела! Он был настоящим извращенцем, садистом. Я… я просто… понимаешь… хотела… хотела выжить… — всхлипнула она. Габи было больно, она чувствовала боль Энди, как свою. Ей даже померещилось лицо старика со сморщенным лицом и похотливой улыбкой. Её затошнило. И это были лишь отголоски того, что пережила Энди. Габи вспомнила потные руки наркоманов на своём теле. Она вздрогнула всем телом и покрепче прижала к себе Энди. Погладила ту по волосам, как когда-то гладил её Тони после похищения.       — Ты сильная, Энди! Ты всё это уже пережила, всё в прошлом… — тихо, ласково шептала ей Габи. — Ты - удивительная девушка, я горда тем, что являюсь твоей подругой. Ты невероятная личность, непоколебимая!       После той ночи они сильно сблизились. Теперь Габи по праву могла назвать Джонс своей лучшей подругой. У них не было секретов. Габриель знала, Джонс хотела ей только счастья, но счастье в понимании Энди состояло в стабильном доходе и в хорошем сексе с привлекательным мужчиной. И она упорно искала пару Габи.       — А всё-таки давай, позвони своему доктору! Он вроде не урод.       Габи взяла телефон и набрала номер Стрэнджа. Слушая гудки, она про себя молилась, чтобы тот не взял трубку.       — Алло? Я вас слушаю, — спокойно ответил приятный мужской голос.       — Привет, Стивен. Это я, Габи, то есть Габриель, — волнуясь, произнесла она. Перед ней Энди отчаянно жестикулировала, что-то подсказывая. — Ты свободен в эту субботу? Я хочу пригласить тебя на ужин, — быстро проговорила Габи, ужасно смущаясь.       — Конечно! Почему бы и не поужинать с тобой, — произнес мужчина. По голосу непонятно, рад он или расстроен. — Будь готова к шести! За тобой заехать?       — Нет-нет, я приеду сама, — поспешно добавила Габи. Не хватало ей ещё лишние минуты провести со Стрэнджом, сгорая от стыда и неловкости. — До встречи!       — До свидания, Габи, — с той стороны послышался смешок. Габи торопливо сбросила звонок и плюхнулась на диван рядом с Энди.       — До субботы осталось два дня, Габи, — лукаво произнесла Джонс.       — И? — устало спросила Габи.       — Надо купить платье! Подобрать к нему туфли, аксессуары. Вставай, Габи! У нас много дел, — с воодушевлением начала девушка, а Габи лишь тихо застонала «нет, только не это!».       Два дня прошли довольно быстро. Габи оглянуться не успела, как уже наступила суббота. Она как раз собиралась на свидание, когда зазвонил телефон. Девушка красила ресницы - ей некогда было отвечать. Со Стивеном они договорились встретиться прямо в ресторане, поэтому он вряд ли бы позвонил. Габи ещё раз полюбовалась на себя в зеркале: после смены имиджа она стала часто надевать короткие платья. Вот и сейчас на ней было яркое жёлтое платье длиной выше колен, с пышной юбкой с тремя слоями лёгкой, воздушной ткани, что красиво развевалась при каждом шаге. Вверх платья был обтягивающим, что подчеркивало тонкую талию девушки, а небольшое декольте - приятно интриговало. Пышные кудрявые волосы она собрала в высокую прическу и закрепила сапфировой заколкой под цвет глаз, на уши надела длинные сапфировые сережки. Обулась в жёлтые босоножки в тон платью. Она безумно себе нравилась.       Телефон не прекращал трезвонить ни на секунду. Девушка быстро взяла его в руки и, нажав кнопку, приложила к уху, даже не взглянув на дисплей.       — Алло? Я слушаю, — раздражённо ответила Габи.       — Габи, привет! — послышался весёлый голос Тони. — Спасай меня, малышка, я сбежал от красного перчика. Ох, уж эти собрание директоров, настоящее скукотище! Можно я у тебя спрячусь, ангелочек? — спросил Тони. Наверное, он позвонил, чтобы предупредить, что уже едет. В этом весь Старк. Габи закатила глаза.       — Конечно, дорогой! Только придётся тебе посидеть дома одному, — предупредила девушка.       — Ты не дома?       — Нет, я сейчас выезжаю из дома, дверь оставлю открытой. В холодильнике есть готовая еда, просто разогрей, хорошо? Я пока не знаю, когда вернусь, так что не жди меня!       — Так, куда ты едешь? — посерьёзневшим тоном спросил Тони.       — У меня свидание, — просто ответила Габи, пожав плечами, не видя смысла скрывать это.       — Свидание? — странным голосом спросил Тони. — С кем? И с каких пор это ты ходишь на свидания? Не помню, чтобы ты говорила, что с кем-то встречаешься! — довольно прохладно осведомился Старк.       — Сама в шоке! Ты прав, мы не встречаемся, не знаю даже, можно ли назвать это свиданием, но я пригласила Стивена на ужин, — на одном дыхании выложила Габи, волнуясь перед встречей.       — Стивен? — переспросил Тони. Сразу поняв, что он имеет ввиду, Муун пояснила:       — Помнишь доктора Стрэнджа? Да, того самого Стрэнджа, с которым ты чуть потасовку не устроил. Так вот, я его пригласила, — здесь взгляд Габи упал на настенные часы, что показывали уже пять тридцать. Габи надо было принять лекарство и уже выходить, поэтому она торопливо попрощалась с Тони: — Пока, Тони, не скучай!       На той линии Тони ещё долго мрачно смотрел на телефон, слушая гудки. Он неподвижно стоял в коридоре, где остановился, чтобы поговорить с ангелочком. Старк испытывал противоречивые чувства, к которым не мог дать определение, но из всех чувств больше всего преобладала злость. На себя, на Габи и на… на Стрэнджа. Он с силой сжал телефон, поджал губы и, нахмурив брови, зашагал вперёд. В голове билась лишь одна мысль: «Она пошла на свидание». На чёртово свидание с этим чёртовым Стрэнджем! Сама, сама пригласив его!       Тони сжал зубы. Ему ведь должно быть всё равно, он должен радоваться. Разве он сам не этого хотел? Не хотел, чтобы она его поскорее забыла? Разве это не к лучшему? Но тогда почему ему так плохо сейчас? И этот её жизнерадостный тон! Почему она вообще радуется из-за встречи с этим кретином? Почему это вообще его, Тони, волнует? Почему у него сжимаются кулаки от одной мысли о Стрэндже и Габи?

***

      Габи очень волновалась по пути к ресторану. Что она должна будет делать, что говорить, а что если… И так до бесконечности. Разные мысли терзали её. К тому времени машина плавно подъехала к ресторану и остановилась перед ним. Габи изящно вышла из машины. Стрэндж стоял у входа и, увидев девушку, поспешил к ней на встречу.       — Габриель! — позвал он её. Стивен, как всегда, выглядел безупречно: тёмно-синий пиджак в сочетании с белоснежной рубашкой выглядел на нём великолепно. Он обольстительно улыбнулся девушке и низким тембром прошептал, целуя её руку:       — Сегодня ты выглядишь ещё прекрасней. До этого я думал, что есть предел совершенству, но с каждой нашей встречей ты становишься ещё более невыносимо красивой. Как ты это делаешь, ангел мой?       Щёки Габи невольно покраснели. Боже, ей еще никогда не говорили таких мучительно прекрасных комплиментов, от которых сбивается дыхание и тает душа. Этот вибрирующий тон, этот пленительный взгляд! Сердце Габи пропустило удар. Боже, он дьявольски обаятелен. Особенно сейчас, когда испускал вокруг себя тонну феромонов. Габи смущённо улыбнулась, прикусив нижнюю губу, чтобы не расплыться в неподобающей широкой улыбке. Сейчас она чувствовала себя богиней.       — Я тоже рада тебя видеть, Стивен, — с улыбкой произнесла она. И не соврала: ей и вправду стало безумно приятно от его слов. Мужчина пристально смотрел на неё гипнотизирующим взглядом, не отрываясь, и усмехнулся:       — Уверен, что я рад сильнее, — он галантно предложил ей руку. — Позвольте сопроводить вас к столику.       — Конечно, — Габи взяла его под локоть, и они двинулись в сторону их столика.       Как только они сели на свои места, официант сразу же принёс им меню. Габриель не знала даже, что выбрать. Она была уверена - кусок в горло не полезет. Меж тем Стрэндж спокойно листал меню. Его длинные музыкальные пальцы, легко касаясь, скользили по странице, что-то выбирая. Габриель смотрела заворожённо. Ей всегда нравились люди с красивыми кистями. Габи казалось, что такие руки дают своим обладателям необъяснимый шарм и делают своих хозяев изящными и утонченными. Это был её, наверное, своеобразный фетиш.       Наконец, Стрэндж выбрал что-то и, указав пальцем, сказал официанту. Тот быстро записал и повернулся к девушке, ожидая, когда она сделает свой заказ. Видя, что Стрэндж уже заказал вино, Габи выбрала лишь блюда. Некоторое время после заказа они сидели в тишине. Стивен молча наблюдал за ней, как будто она была каким-то экспериментом. От этого взгляда Муун стало не по себе, она поёжилась. У мужчины было беспристрастное лицо, для Габи он оставался неизведанной загадкой. Рядом с ним она чувствовала не свойственную себе робость. Муун не хотела первой нарушать эту воцарившуюся тишину между ними и поэтому молчала. Стрэндж чему-то усмехнулся и неожиданно спросил:       — Как твои дела? Хорошо устроилась на новом месте? — вопрос был неожиданным, и она немного растерялась.       — А? Да-да, всё хорошо. На новом месте? Уже прошло месяца два или три, и я уже привыкла там жить. А как у тебя дела? Слышала, что твой проект рассматривают как уже получивший главный гранд? Я не читала, но много слышала об этом. И если то, что я слышала, правда, хотя бы наполовину, то тебя ждёт просто колоссальный успех!— воскликнула Габи, позже смутившись собственного необдуманного порыва.       Но Стивен только благодарно улыбнулся и начал объяснять нюансы своего проекта по поводу центра для реабилитации детей-инвалидов, которым негде жить. Габи и сама не заметила, когда пропала вся её робость. Всё-таки Стрэндж был очень интересным и всесторонне образованным собеседником, который мог поддержать любой разговор. Он рассказывал забавные и не очень истории из своей богатой врачебной практики. Габи лишь открывала рот на то, каким же тот был живым, когда рассказывал о своём любимом деле. Кто бы что не говорил, а Стрэнджу, действительно, нравилась его работа. Он говорил о ней с таким жаром, с таким огнём в глазах, каким говорит только увлечённый и влюблённый в свою профессию человек. С таким, с каким говорит Тони о своих изобретениях и всяких радиоактивных веществах, что могут вот-вот взорваться.       Они даже не заметили, когда им принесли их заказ. Они увлечённо разговаривали, Габи лишь диву давалась переменам в Стрэндже, когда тот с жаром объяснял ей элементарные вещи. В его понимании это было легко, но Габи с трудом понимала что-то в этом потоке слов, и то - только союзы, предлоги и междометия. Но она любовалась им, этим огнём и жизнью. Он сейчас - увлечённый, азартный, ироничный... напоминал…       Их прервал звонок. Звонил телефон Габи, она извинилась перед Стрэнджем и встала из стола, чтобы ответить. Звонил Старк, чему Габи мимолетно удивилась.       — Алло, Тони, что-то случилось? — из трубки послышалось хриплое дыхание Тони. Он долго не отвечал, Габи забеспокоилась. — Алло! Тони? Тони?! Что случилось?       — Габи, — послышался тихий голос. Тони тяжело дышал, на фоне слышалась какая-то возня. Что-то обо что-то ударялось. Габи стала нервничать. Да что же происходит, Господи?       — Габи, мне нужна твоя помощь, — в голосе Тони послышалась мольба, Габриель не на шутку испугалась Боже, что же произошло, если гордый Старк просит её помощи? Её сердце сжималось, а дыхание участилось.       — Хорошо, я согласна! В чём? В чём я могу помочь? Тони, ответь, пожалуйста! Что-то случилось, что-то ужасное? Ты где? — Габи чуть не расплакалась от беспокойства. Ей стало очень страшно, она засыпала его вопросами. В висках стучало: Тони, Тони, Тони…       — Нет, ничего такого не произошло, не волнуйся. Просто ты мне нужна, Габи, сильно. Ты приедешь? — Габи судорожно кивнула, забыв, что Тони её не видит. Она сдавленно выдавила из себя: — Да!       Конечно, она поедет! Габи ему нужна, и ей надо ехать, она ни за что не оставит его одного, когда у него проблемы. Голос Тони заметно взбодрился:       — Приезжай по адресу, который я тебе сейчас скину по смс.       Нажав на кнопку отбой, Габриель тут же открыла сообщение. Прочитав адрес, она кивнула сама себе и направилась в направлении Стивена. Подходя к их столику, она подозвала официанта и попросила у него счёт. Девушка вытащила карточку и расплатилась. Стрэндж удивлённо приподнял бровь на её действия, Габи же виновато посмотрела на него с извиняющим тоном.       — Прости, Стивен! У меня появились срочные неотложные дела, которые требуют моего непосредственного участия. Я очень виновата перед тобой! Я пригласила тебя на ужин и теперь бросаю. Мне очень жаль!       Стрендж с беспокойством посмотрел на неё, кивнув.       — Иди, только в качестве компенсации требую, чтобы ты пошла со мной на ужин, где уже я заплачу, пойдёт? — улыбнулся он, головой кивая на карточку в её руках. Она кивнула ему, благодарно улыбнувшись.       — Хорошо, и спасибо за понимание! — Стрэндж понимающе качнул головой, безмолвно говоря, да что там, иди уже. Габи, поддавшись сиюминутному порыву, наклонившись нежно поцеловала его в щёку, ласково погладив правой рукой его лицо с другой стороны, слегка касаясь кожи. Отстраняясь, тихо прошептала ему в ухо:       — Пока, — и быстро зашагала в сторону выхода, не оборачиваясь. На улице, поймав первое попавшееся такси, она быстро назвала адрес, полученный от Старка. Машина остановилась в странном месте, здесь Габи никогда не была. Адресом, который ей дал Тони, оказалась какая-то дешёвая забегаловка. Габи вошла, слегка дрожа. Что она только не подумала по дороге сюда...       Тони сидел в середине зала. Вокруг него столпилось несколько молоденьких девушек, не решаясь приблизиться. Муун быстро подошла к нему и осмотрела его с ног до головы с обеспокоенным взглядом. С ним было всё в порядке. Перед ним стояло две бутылки какой-то газировки и две завернутые в тесто (Габи не знала, что это) что-то.       — Эй, Тони, всё в порядке? — спросила она, положив руку на его плечо. Тони вздрогнул, подняв на неё взгляд. Внимательно осмотрев её с ног до головы, сканируя каждую мелочь, мужчина хмыкнул на что-то, а потом ярко улыбнулся и весело воскликнул:       — Ангелочек, ты пришла! Мне очень нужна твоя помощь. Я никогда не пробовал шаурмы, не знаю, какую выбрать - с говядиной или с курицей. Как думаешь, как мне поступить?       Постойте, только не говорите, что он оторвал её от первого в её жизни свидания только для того, чтобы спросить, что ему съесть - курицу или говядину?! Да он издевается над ней!       Габи затрясло от гнева. Она побледнела, потом покраснела, хватая ртом воздух, не находя слов для возмущения. И ради этого вот идиота и его помойной еды, она бросила шикарного мужчину и шикарный ужин?! Мчалась по городу, чуть не поседев от страха?! А этот придурок, идиот, сидит и лыбится! Улыбается широкой и счастливой улыбкой, как будто у него сбылась самое сокровенное его желание.       Он. Над. Ней. Издевается?       — Тооо-оонииии! Я убью тебя, мерзавец! Гад! Негодяй! Я чуть не умерла от беспокойства! Примчалась на всех порах! А он… он… аррр. Я тебя убью, иди сюда, трус! Прими свою смерть достойно! — грозно двинулась на него девушка. А он отскочил от неё на другой край стола, весело хохоча. Тони смеялся, был таким счастливым.       Она и не думала, что скоро его потеряет, и её солнце исчезнет на долгих шесть месяцев.