Три сгнивших лепестка или последний шанс на жизнь

      - Ганс, почему он не завтракает со мной? - нервно кидаю ложку в пустую тарелку, складывая руки на груди и хмурясь.       Просыпаться с любимым - это нечто очень сказочное и приятное, но Том в очередной раз отказался пить мою кровь. А я ведь хочу полностью ему принадлежать! А сейчас куда-то исчез, хотя обещал быть со мной целый день.       - Том сейчас работает в своем кабинете, - мужчина выдохнул, тепло улыбнувшись. - Знаешь, ты украсил его жизнь. Теперь я вижу его счастливые...       - Где находится кабинет? - перебиваю Ганса, недовольно сжав губы.       Конечно, мне приятны эти слова, но самого Тома я увидеть желаю в сотни раз сильнее, чем слушать сладостные речи о наших чувствах.       - Левая дверь от его спальни. Но Том ненавидит, когда его отвлекают, - предостерег меня мужчина с улыбкой на пересохших губах.       - Мне он всегда рад, - хитро улыбаясь, вскакиваю на ноги, но тут же останавливаюсь столбом. - Но Том же пока не управляет герцогством. Какая еще работа?       - Он разбирает всякую мелочь. Нужную мелочь. Билл, это очень трудно, поэтому он не любит, когда его отвлекают, - поучительно пролепетал мужчина, складывая руки на столе.       - Спасибо, - улыбаюсь, буквально вылетая из обедней.       Не знаю, откуда во мне взялась наглость вкупе со смелостью, но мне не нравится то, что Том не выполнил обещанное, поэтому я любым способом привлеку внимание любимого. Абсолютно любым. Сейчас мне ничего не страшно, мной будто какое-то смелое внутренне «я» управляет.       Я храбро ворвался в кабинет Тома, хлопая дверью, и тут же сжался. Напускная смелость покинула меня, как только строгий взгляд любимого непонимающе поднялся на миг.       - Билли, подожди немного, - усталый выдох, а затем он вновь вернулся ко множеству бумаг, разбросанных на столе.       - Том, я хочу побыть с тобой, - мой жалкий писк даже меня удивил, и я встал напротив любимого, нервно теребя кулон-метку на шее, переминаясь с ноги на ноги.       - Посиди пока и не мешай мне, - он кивнул куда-то вправо, где я заметил небольшой диван болотно-зеленого цвета и тут же сел на него, сложив ладони на колени.       - Том, а когда ты закончишь? - проныл, чуть сгорбившись. Мне уже не терпится оказаться рядом с любимым, попасть в его объятия, получить головокружительный поцелуй, а, может, даже и откровенные прикосновения.       - Билл! - Том рыкнул и тяжело посмотрел на меня. Мое тело стало будто каменным, и я не смел шелохнуться.       - Прости, - буркнул я, опустив голову.       Как же страшно, когда Том злится! Кажется, будто он становится диким животным. Неуправляемым диким животным.       - Билли, прости, просто дай мне закончить начатое, - он смягчился, нежно опровергнув свой выпад.       - Хорошо, - я кивнул, всё еще боясь поднять глаза. И вскоре раздалось шуршание бумаг.       Раз мне нечего было делать, я стал оглядывать кабинет в поисках предмета, который бы смог привлечь мое внимание. Но ничего кроме книг, множества бумаг, скучных шкафов и письменных принадлежностей в комнате попросту не находилось, потому я стал следить за Томом, волнительно прикусив нижнюю губу, точно это была игра. Любимый не должен прознать, что я безотрывно смотрю на него, ведь в таком случае я проиграю.       Но и это вскоре наскучило мне и вызывало слишком уж приятные покалывания по всему телу. Да и чем больше я смотрел на плотно сжатые губы, красивые руки, которые так нежно порой касаются моего тела, тем сильнее возрастало во мне желание отвлечь Тома от важного дела.       Потом в мою голову стали пробираться странные мысли. Одной из этих оказалось, на мой взгляд, крайне мне несвойственной. Я помню, как кто-то рассказывал мне, что вампиры могут возбудиться от запаха крови, и что-то внутри меня начало подталкивать на то, чтобы я поверил сей факт, поэтому мои заинтересованные глаза тут же начали бегло оглядывать комнату в поиске острых предметов. Наверное, это не так больно, ну, всего лишь подушечку пальца проколоть.       Я довольно быстро заметил лезвие лежащие на одной из полок, наверное, предназначавшееся для заточки грифеля. Я моментально оказался возле подходящей для моей задумки вещицы. К счастью, Том не обратил внимание на мои резкие движения, всё так же изучая свои бумажки.       А хочу ли я этого? Что я буду делать, если это окажется правдой? Ведь тогда Том захочет переспать со мной. Хочу ли я того же? Не знаю. Мне немного страшно, но ему должно понравится, ну, по рассказам. Тогда я тоже хочу. Тем более Том... Мы любим друг друга. Я хочу полностью принадлежать ему!       Увереннее перехватываю лезвие, решительно выдыхая и твердо смотря на свои ладони. Уже в следующий миг холодный металл обжег кожу моего горячего и дрожащего пальца, опасно надавливая. Чуть больше усилий, и на бледной оболочке выступила ярко-алая капля.       Пути назад нет.       Резко поворачиваюсь к Тому, замирая. Пульс бьется в висках, затмевая собою всё. Вдохов носом не хватает, и я начиная дышать ртом, сжимая ладони в кулаки. Черные глаза пригвоздили меня к земле, я не мог пошевелиться. Любимый бесконца облизывал губы, тяжело дыша. Уже в следующий миг он стоял рядом со мной, не отводя своих глаз от моих. Кажется, я физически ощущал возбуждение, будто оно впиталось кислород.       - Зачем? - хриплый вопрос, и ледяные руки крепко схватили мое запястье преподнеся к его носу. - Ты ведь знал... Знал же? - Том прикрыл глаза, надавливая на мой палец, водя им по своему лицу, упиваясь ароматом, но не пытаясь испить моей крови.       - Знал... Том... Я хочу этого, - тихо произношу, пододвигаясь чуть ближе, дрожа то ли от волнения, то ли от того, что переполняет меня изнутри. Что-то жутко теплое и приятное.       - Я ведь укушу тебя... Уверен? - Том трясся, еле сдерживаясь.       - Я хочу... Этого, - обхватываю лицо любимого ладонями, пачкаясь в собственной крови, приближаясь к его губам. - Только с тобой.       - Билли... - мученический стон, и наши губы наконец настигли друг друга, жадно касаясь, пытаясь утолить жажду. - Билли...       С этим громким выдохом переплелись и наши языки, стремясь быть теснее друг к другу, быть ближе к истинному.       Я не заметил, как Том поднял меня над полом, как быстро переместил нас в свою спальню, нежно опуская меня на кровать, не разрывая нашего поцелуя, начиная ласкать холодными ладонями мое разгоряченное тело, забираясь под легкую рубашку, сжимая мои бока. Ноги сами по себе разъезжаются в стороны, обнимая бедра любимого, сильнее прижимая к себе.       - Том, - не сдерживаю первый стон, ощущая, как Том со всей силы дернул рубашку на мне, срывая в клочья порванную ткань.       - Билли... - горячий шепот на мое ухо, остающийся сотнями мурашками на моем теле, в то время как руки сжали мои бедра.       Я вскрикнул, подаваясь вперед, ощущая своим пахом каменный член Тома, отчего становилось лишь жарче.       Заторможенные мысли не позволяли до конца осознавать происходящее, поэтому я полностью отдался инстинктам. Раскаленный воздух касался уже моих обнаженных ног, а настырные поцелуи стали спускаться ниже, обжигая кожу с каждым прикосновением.       Не нужны слова. Атмосфера, эти движения, пропитанные страстью и любовью говорят лучше любых слов.       Беглые поцелуи пришлись на мою грудь, в клетке которой трепыхалось тяжелое дыхание неспокойной птицей, живот, ставший эпицентром всех ощущений. Я напрягся, когда холодный язык прошелся по тазобедренным косточкам с правой стороны.       - Билли, ты точно хочешь полностью принадлежать мне? - вдруг шепот пришелся на мое ухо, отчего я тут же громче положенного изумился, стоня. Мое сердце радостно разыгралось, разрываясь в груди на маленькие частицы, также счастливо отбивающие волнительный ритм.       - Да, - сипло ответил я, кратко прижимаясь губами к щеке Тома, хотя хотелось кричать, чтобы впредь у любимого вампира никогда не возникало сомнений.       Больше не было слов.       Губы Тома вновь переместились на мой живот, нежно лаская кожу кончиком языка, который затем провел по трепетному местечку чуть ниже пупка справого бока, где вскоре я ощутил влажный поцелуй, а затем и острые клыки, впивающиеся в плоть с моим громким криком. Пальцы любимого гораздо сильнее сжали мои бедра, начиная мелко дрожать. Несмотря на всю жестокость происходящего, мне было до дрожи во всем теле приятно. Это наслаждение от укуса, будто... Я не знаю... Будто Том вновь начал ласкать мои ладони. Хоть, возможно, он и растерял остатки разума, высасывая мою кровь секунду за секундой, движения его были мягки и пропитаны любовью.       Я остервенело сжимал каштановые волны волос любимого, запрокинув голову, не стесняясь стонов, рвущихся из самой глубины души, получая нездоровое удовольствие от этой боли. Но из-за укуса мое тело расслабилось, теряя эластичность, становилось точно фарфоровым, при этом легким, как перо. Меня куда-то уносило, я словно парил в облаках. Так непринужденно! Я перестал что-либо чувствовать, отдаваясь темноте, растворяясь в ней.

***

      Я очнулся оттого, что кто-то пристально смотрит на меня с неким беспокойством, смешанным с любовью.       Я тут же разомкнул веки, хотя ответ и так был ясен, как день. Столкнулся с кажущимися черными в темноте глазами Тома, который, наверное, не моргал даже, следя за каждым моим движением.       - Билли, прости, я не сдержался, - Том навис надо мной, гладя ладонью мою щеку. Его голос был наполнен виной, которую мне хотелось отнять. - Поэтому я не хотел кусать тебя. Я знал, что твоя кровь слишком соблазнительна, как и ты, - мой вампир чмокнул меня в лоб.       - Я не сожалею. Не извиняйся, - обхватываю крепкую шею руками, смущенно улыбаясь. От этого комплимента внутри всё потеплело, а сердце учащенно забилось. Вдруг во мне проснулось желание увидеть следы укуса, будто это могло оказаться неправдой. - Что теперь будет с местом укуса?       - Там появился особый рисунок. У тебя в виде пятиконечной звезды, - вторая ладонь вдруг накрыла мой живот гладя его через одеяло.       Мне захотелось большего из-за этих неимоверно приятных волн возбуждения.       - Том, - отбрасываю одеяло в сторону, прижимая любимого теснее к себе, который, впрочем, и не сопротивлялся, перемещая и вторую руку к моей голове, начиная проводить ею по моим волосам.       - Что? - совсем ласково, как и улыбка, появившаяся на его лице.       - Давай доведем дело до конца... Я готов, - уверенно произношу, решительно сжимая мышцы на плечах любимого. Глаза напротив наполнились немым вопросом, а затем хитринкой, но в конце счастливо просияли, теперь становясь всё ближе с каждым миллиметром.       - Билли, завтра, а точнее уже сегодня мне надо будет сходить по делам, и я боюсь, что ты можешь подумать, будто я сбегаю от ответственности, - губы беспорядочно касались моего лица, успевая обласкивать каждый сантиметр, сопровождаемые обеспокоенным и самым приятным голосом.       - Ни в коем случае, - мои пальцы начали оттягивать мягкие волны каштана, а рот непроизвольно начал хватать воздух. - Тем более я хотел отпроситься домой, у меня плохое предчувствие, - откидываю голову назад, ощущая теперь приятный холодок на моей шее, громко выдохнув.       - Тогда Ганса на тебя оставлю, - ледяные ладони легли на мои колени мучительно медленно поднимаясь выше, до самых плеч.       - Не нужно, я прогуляюсь, - тянусь к губам Тома, наконец сливаясь в нежном поцелуе. Но уже через некоторое время нетерпеливый язык пробрался глубже, обласкивая буквально всё.       Одна из ладоней сиротливо осталась на моем бедре, с чувством сжимая его, а другая поднялась выше, гладя мою грудь, щипая маленькие вишни сосков, становившиеся тверже, отчего я вскрикнул в поцелуе.       Наверное, это даже было удобно, что я был лишь в одном нижнем белье, а на Томе были еще и брюки, которые показались мне весьма неуместными в данной ситуации, но смелости во мне пока не появилось.       Хотя, нет! Я не хочу, чтобы всё делал Том, поэтому уже в следующий миг водил подушечками пальцев по напрягшемуся животу, спускаясь к штанам, поглаживая мужское достоинство любимого, ставшим каменным, трепетно сжимая его с особым чувством в груди. Лязгнула молния, и я вздрогнул вместе с ней.       Вдруг Том отстранился, не отводя черных, затуманенных глаз от моего горящего лица. Пока он снимал свою одежду, я сел, расставляя ноги в стороны, начиная гладить упругую кожу любимого на груди, мокрую от пота. Мои чувствительные ладони позволяли ощущать большее, поэтому меня самого вело от этого, возбуждая сильнее.       - Билли, - я поднял взгляд на Тома, инстинктивно увлажнив пересохшие губы.       Вдруг он перехватил мои запястья, начиная вырисовывать на них разные узоры кончиком языка, отчего я позволил себе один нерешительный стон.       - Любимый, перевернись на живот, - зубы подхватили мою мочку, посасывая ее, а горячий шепот вновь вызывал новые трепыхания неспокойной птицы-сердца.       Я мигом выполнил просьбу, вставая перед Томом на колени и опираясь на локти, выпячивая свою задницу, стараясь быть как можно более возбуждающим, за что тут же получил легкий шлепок по одной из ягодиц, а затем и ощутил хаотичные касания холодных губ по всей спине, вызывающих дрожь в теле.       - Сладкий мой, - вдруг зашептал Том в мои волосы, потираясь своим членом о мою задницу, заставляя покрываться меня розовыми пятнами смущения, обжигающими кожу. - Такой горячий и родной, - я таял от прикосновений к моему животу, груди, бокам и от этих неимоверно приятных слов, трогающих самую душу. - Обожаемый... Мой, - вдруг Том откинул с шеи мои волосы, впиваясь в нее губами, оставляя свой след.       Внезапно я совсем не ощущал любимого, точно всё до этого было наваждением.       - Том! - панически прокричал я, впиваясь ногтями в свои кожу.       - Билли, тихо, - он появился передо мной, чмокая в лоб. - Подожди немного, я быстро, - я кивнул головой, тут же опуская ее на сложенные локти, пытаясь привести сердцебиение и дыхание в порядок, что получалось из рук вон плохо. - Всё, я здесь, мой маленький, - я вновь ощутил влажные прикосновения члена любимого своей кожи, что будоражило остатки сознания, а затем и холодные губы, будто в подтверждение, начали исцеловывать мой прогнувшийся позвоночник.       Затем всё это прекратилось, но вместо этого я ощутил мокрый, жирный палец, поглаживающий трепетное местечко промеж ягодиц, а затем и с трудом проникающий внутрь, отчего я громко выдохнул, напрягаясь, пытаясь вытеснить инородный предмет. Мне было ужасно некомфортно.       - Билли, расслабься, прошу, ради меня, - нежный шепот, вкупе с невесомыми прикосновения смогли расслабиться меня, и вскоре я расставил ноги чуть шире, показывая чуть больше.       Хоть мне было и неприятное, но я терпел, надеясь на вознаграждение. Так в меня проникал сначала один палец, затем - два, а потом - три. Я уже привык, поэтому не было ощутимого дискомфорта. Боль и вовсе не присутствовал, ведь любимый делал всё бережно и степенно. Но, несмотря на это, я начинал громко дышать.       Вдруг Том как-то по-особенному надавил, что меня аж подкинуло на кровати, и я простонал, подаваясь назад. Интересно, что это? Еще одна точка наслаждения?       Мне уже не так важно. Главное - наконец стало понятно, что соитие - это вовсе не пытка.       - Сделай так еще, - вопрошал я, с силой сжимая пальцы в кулаки.       - А как же я? - хитро спросил любимый, вынимая пальцы, на что я протестующе замычал.       Но уже в следующий миг все мысли исчезли, ведь тело прошила боль вперемешку с райским наслаждением, не просто приятной волной, а целой молнией, отчего я вскрикнул, раздирая горло. Член Тома оказался существенно больше пальцев, но это не пугало, а осознание того, что мы слились вместе, будоражило, заставляя трястись.       Он во мне! Мы - одно целое! Я теперь полностью его! Как же я хотел этого!       Том остановился, не решаясь двигаться, обхватывая одной рукой мою плоть, начиная водить по ней, а другой - обнимая меня поперек живота, утыкаясь лицом в мою шею, глубоко дыша.       - Том... Пожалуйста, - сбивчиво шепчу, тут же ощущая, как член любимого почти полностью покинул мое тело, тут же толкаясь резко вперед, выбивая из моего груди громкий стон. Сам же Том гортанно рыкнул, посильнее сжимая пальцы на моем животе.       Я кричал его имя, как в бреду, ничего не видя, зато остро ощущая, как с каждым новым толчком движения становятся животнее, резче, и мне это нравится. Да, это забирало много сил, но это того стоило.       Приятная истома окутала мое тело, которое покрывалось табунами мурашек, затем пустота. Но не холодная, а такая, до дрожи приятная.       Затем Том прорычал мое имя, содрогаясь, упираясь лбом в мое плечо. Что-то горячее приятно заполнило меня, а затем любимый вышел, и это что-то потекло по моим бедрам.       - Билли, иди ко мне, - я уже совсем ничего не соображал, лишь понимая, что я оказался на боку и в объятиях Тома. - Сладких снов. Спи спокойно, - мокрая, быстро вздымающаяся грудь касалась моей спины, убаюкивая.       - Том, я теперь твой пол... - нещадный зевок. - Полностью...       Я еле мог говорить, ведь горло раздирало от бесконечных криков.       И я погрузился в темноту. Нет, не неизведанную, пугающую и холодную, а такую, будто родную, ведь рядом был он, мой вампир, любимый и просто Том. Лишь от этого имени во мне просыпалось что-то теплое, расползающееся по всему телу приятными волнами. Может быть, это любовь в форменном ее представлении, а не абстрактном.