просто Leila.

Утыкаюсь носом в подушку, когда слышу рингтон будильника. Силой воли отлепляю свое тельце от кровати и направляюсь в ванну. Привожу себя в божеский вид. Пары не ждут блин. Натягиваю как обычно джинсы и безразмерный свитер и спускаюсь вниз. Заглядываю в комнату Агаты, девчонка все еще спит. Кидаю взгляд на наручные часы. Черт. — Пора вставать, спящая красавица блин, — достаточно громко, но она не реагирует. Подхватываю подушку с кресла и запускаю её в спящую Агату. — Твою мать! Что ты творишь?! — возмущается недовольная девушка. — Десять минут на сборы, давай, — указываю ей. — С ума сошла? Какие нафиг десять минут? — градус возмущения растет. — Девять минут, сорок секунд, тик-так, — девчонка чертыхается, но кажется слезает с кровати. Так, моя миссия выполнена. Направляюсь на кухню, чтобы сделать завтрак себе, ну и этой мадаме тоже. И какого мое удивление, когда я нахожу на этой самой кухне брата. Артемий мило мне улыбается, поглощая кофе. И как я не почувствовала его аромат? Кажется у нас с братиком явно разные понятия к определению 'буду завтра утром'. Прошло три дня. Сегодня ночью должен был прилететь Макс, надо бы позвонить ему, кстати. — Как дела, львенок? — он ещё что-то спрашивать смеет, ахринеть просто. Недовольно фыркаю и обходя его, заглядываю в холодильник в поисках еды. В итоге вытаскиваю оттуда питьевой йогурт. Позавтракать можно и по дороге. Брат внимательно наблюдает за моими равнодушными действиями. Решаю намыть фрукты, в конце концов Агате тоже надо чем-то позавтракать, а судя по времени на приготовление еды уже нет времени. — Ты обиделась? Наконец предполагает он. О да, в яблочко. Невольно подкидываю на ладони именно этот фрукт, но предпочитаю ничего не отвечать Тёмке. Пропал на неделю, не звонил и в итоге теперь сидит передо мной на кухне и уточняет действительно ли я обижена. Да я не обижена блять, я волновалась за этого засранца. — Ну-у, Алекс, — строит невинную мордашку, пока я мою фрукты, укладывая их в вазу. В этот-то момент к нам и присоединяется Агата. — Проснулась? — окидываю девчонку быстрым взглядом. — Да, — такая суровая, я фыркаю. В свои шестнадцать я тоже ненавидела, когда кто-то трогал меня утром, особенно если приходилось рано вставать. — Завтракать будешь? — Агги недоверчиво глядит на меня. — Могу предложить йогурт и фрукты, — возвращаюсь к холодильнику вытаскивая два стаканчика йогурта. Показываю их девчонке: один клубничный, другой персиковый. Она тянется за первым. — Фрукты выбирай сама, — поправляю браслет на руке и ставлю вазу с фруктами на стол. — Спасибо, — она не спорит, такая сонная. Я невольно улыбаюсь. Впервые за три дня пребывания её в моем доме, мы увиделись с утра. Обычно я уходила раньше — утренние тренировки с ребятами. А её выпроваживал Сергей Петрович и чудо-Миша. Классный кстати мужик. Да-да, ему тридцать шесть, и он реально мужик. Хах. — То есть с ней ты разговариваешь? — Артемий не выдерживает моего показательного игнора. — И тебе доброго утречка, — отзывается сестренка, обращаясь к Тёме, что не обратил на неё ровным счет никакого внимания. — Миша заедет за тобой в восемь, так что будь готова, — раздаю ей последние указания, собираясь уже сваливать отсюда. Сегодня важные лекции, которые не стоит пропускать о чем мне весьма непрозрачно намекнула староста. — Александрина! — если бы это был не брат, я убила бы за такое обращение. Не поворачиваясь к нему, показываю ему весьма выразительный жест и выхожу из кухни, направляясь на выход. Завожу тачку, отвлекаясь на вибрирующий мобильник. Макс. — Да? — невольно улыбаюсь, принимая вызов. — Уже не спишь? — усмехается он. Мне вот интересно почему он не спит, они же там около двенадцати должны были прилететь. Уже выспался? — Студенты никогда не спят, — отшучиваюсь я, выезжая на трассу. — Оо, кто-то торопиться в универ, — смеется он. — Не то что бы тороплюсь, но мне непрозрачно так намекнули что пора явиться… — Так ты у нас прогульщица? — продолжает забавляться он. — Не больше других, — ухмыляюсь, обгоняя машинки. — Как насчет обеда после пар? — а так вот к чему он вел. — Обеими руками «за», — улыбаюсь я. Соглашаюсь и неожиданно подмечаю для себя, что скучала за ним. Даже при учете того, что мы переписывались. Ауч.

***

— Я думал вы расстались, — Макс провожает взглядом машину такси, в которую минутой ранее села Алиса. Пожимаю плечами, делая неопределенный жест рукой, мол сложно все. Брат только вздыхает. — Ладно, я погнал… — Куда это? — закуриваю сижку и поворачиваюсь к брату. — По делам, — загадочно улыбается. Красавчик. Глаза горят. Что ж видимо в её вкусе действительно другой брат. Едва не фыркаю, вовремя соображая о неуместности жеста. — Удачи с 'делами', — пожимаю ему руку на прощание. Макс усмехается и уже направляется к своей тачке, когда… — Ма-акс, — дергаюсь даже я, оглядываясь на женский голос. Иззи. Все это точно закончится хуево. Проблемная дама во всех отношениях. Прыгаю в свою тачку, предпочитая оставить брата с его любовными перипетиями наедине. Я тут точно лишний. Москва стоит в пробках. Громких и давящих на нервы. Я не выспался. Совершенно. Так и не смог толком уснуть. Провалился кажется на час в полудрему, а потом Лиса проснулась. Вздыхаю, нервно постукивая по рулю. Вариантов вырваться из этой дорожной задницы нет, потому залипаю в мобильнике. Пролистываю ленту инсты, лайкаю пару всплывших в рекомендациях публикаций из фан-аккаунтов. Тачка позади громко сигналит. Из интереса даже смотрю в зеркало: и что чувак на своей дорогущей бэхе тут хочет? Чтобы от одного гудка вдруг исчезла пробка? Или все тачки должны расступиться только потому что у него машинка за восемь лямов? Долбаеб. На студию отчего-то ехать не хочется, хотя пора бы уже закончить трек. Но судя по дорожному коллапсу, я туда и не доеду. Убавляю музыку, отвечая на звонок. — Ну и куда ты умотал? — возмущается Макс. Он серьезно через час решил уточнить мое отсутствие? — От вас подальше, — фыркаю, размышляя над тем, где бы свернуть отсюда. — Кажется, вам нужно было поговорить наедине. — Киданул меня, — сетует брат. — И нихуя нам не нужно было… Ты на студии? Значит примирения не произошло, она ведь наверняка именно за этим и ехала. — Я в пробке, до студии еще как… — недовольно дважды ударяю по клаксону, когда тачка, что передо мной отчего-то пытается сдать назад, совсем больные что ли? — Кажется, кому-то не до студии, — смеется брат. — Выруливай давай оттуда, у Димы есть прекрасное предложение на вечер. Снова чья-то вечеринка? — Куда подъехать? — Клуб «Zora», — соображаю, что это за место и как туда добраться. Ну, учитывая ебучее количество машин, я как раз пригоню к ним в самый разгар вечеринки.

***

Захожу в здание, настроение после встречи с Максом уверенно держится в плюсе. И мне это нравится. — Саша-а, — Юдов приветственно раскрывает объятия, замечая меня. — Лёва, — улыбаюсь. Ловлю себя на мысли, что его прикосновения меня не пугают. Как это вообще работает блин? Слишком много анализа. — Ты чего такая загруженная? — приобнимает меня за плечи и шагает вместе со мной. — Да-а есть тут всякие, портят настроение, — фыркаю, толком не понимая, кого я имею в виду. — Кто это посмел обидеть нашу Сандри? — добродушно усмехается, получая тычок под ребра, не стоит так сокращать мое имя. — Ладно-ладно, дикая кошка, только не бей. Я тихо посмеиваюсь, освобождаясь от его руки и открываю двери в зал. — Как насчет вместо тренировки поехать в клуб? — недоуменно поворачиваюсь к Юдову. Нет, он в своем уме? Срывает мне тренировку. Но остановить этот апокалипсис я уже не в силах. Ребята поднимают довольный гул. И мне остается только в поражении опустить руки. — Ну собираетесь давайте, — я же вижу как зажгла их спонтанная идея этого дурика. — Пока я не передумала… Улыбаюсь и компания из двадцати человек вылетает из зала. — Да расслабься, та же тренировка, потанцуют, кайфанут, — фыркаю, складывая руки на груди. — Может и ты наконец позволишь себе не контролировать всех и вся. Многозначительно приподнимает свои брови. Ага. Только цокаю, направляясь к выходу из зала. Лёва позади тихо смеется. Приятная темнота и прохлада опускаются на город. Выбираюсь из тачки, щелкая сигналкой, как только мои спутники хлопают дверцами. Читаю яркую неоновую вывеску с название заведения — «Zora». Юдов направляется в клуб, желая занять нам пару столиков или vip-ложу, даже не могу предположить что ему там взбредет в голову. А я вместе с тремя ребятами дожидаюсь остальную часть компании. — Все в сборе? — наблюдаю как последняя четверка ребят выходит из такси. — Да, — Лера окидывает взглядом народ. — Нас правда привели потусить? Уточняет чисто для проформы. — Упьетесь в стельку будете оплачивать свой счет сами, — бесцеремонно обрываю всё их веселье. — Я не шучу. — А если не упьемся? — вздергивает брови Герман. — Тогда счет оплачу я, — слегка усмехаюсь, замечая их довольство. Ну, что ж я не против потратить папочкины деньги на то, чтобы проспонсировать небольшую развлекательную пьянку. Мы уютно располагаемся чуть поодаль от центральных vip-ок, где отдыхает шумная компания мальчиков, но я не успеваю обратить на них ровным счетом никакого внимания. Юдов раздает указания по заказам, предлагая и мне что-нибудь алкогольное. Отрицательно покачиваю головой, отказываясь и предпочитаю выбрать один из безалкогольных коктейлей. — Ты не пьешь? — Герман сегодня весьма разговорчив. Парню девятнадцать лет и он чувствует себя в компании неким лидером, поскольку является одним из самых старших. — Почему же? — показательно делаю глоток. Парень фыркает. — Я не это имел в виду, — неоднозначно поводит рукой, указывая на мою показушную сценку. А я только вздыхаю. Не вижу смысла в таких вопросах. Типа раз уж я отказалась от алкоголя, со словами, что предпочитаю безалкогольное, он всё ещё не понял сути, да? — Мы пойдем танцевать? — Кэти мило улыбается и вроде как обращается с этим предложением ко всем, но я точно знаю, что оно для определенного человека. Но Мирон не замечает её попыток, или замечает, но игнорирует. Они с Кэт были в первой пятерке победителей. Девчонку становится жаль. Хотя надо отдать ей должное она не таскается за ним как течная сука, и с достоинством принимает весь этот напускной холод. Отстраненно наблюдаю за ребятами, это забавно подмечать детали в их поведении, я с каждым днем узнаю их все ближе и ближе. Большая часть ребят следует за предложением Кэтти и нас остается всего пять человек. — Чему ты их учишь, Саш, — поворачиваюсь голову к Юдову, вздергивая брови. Тот указывает на девчат. — По ним не скажешь, что девчонки победили в баттлах, и… — Хочешь показать им мастер-класс? — фыркаю, отпивая из своего бокала. Мирон, один из оставшихся с нами, тихо посмеивается. — Не я же их учитель, — загадочно усмехается Лёва и я наконец понимаю к чему он ведет. — Хочешь, чтобы мастер-класс им показала я, — скорее утверждаю чем спрашиваю. Юдов ухмыляется, наблюдая за моей реакцией. Цокаю, покачивая головой и поднимаясь со своего места, направляюсь к девчатам. — Ну и что у нас с умением танцевать? — вклиниваюсь в компанию. — А что у нас с умением танцевать? — изумляется одна из моих подопечных. — Юдов недоволен, — даже не оглядываюсь на парня оставленного в vip-ке. — Как насчет того, чтобы доказать ему, что он крупно ошибается? — Каким образом? — кидаю взгляд на Нэсти. Прикрываю рукой лоб. Типа просто хештег «рукалицо». — Танцевать, дамы, вы вообще куда попали, — смеюсь я им так-то еще скоро перед Малкиным отчитываться о проделанной работе. — Но, а музыка? — я точно согласилась ехать в клуб, а не на вечер тупых вопросов, а? Обвожу руками воздух. Типа указывая на басы содрагающие стены. — Тебе нужно громче? — Но это же не наша музыка, да и… Её бесцеремонно перебивает Лёва. Класс. Я пропустила момент, когда он оказался за моей спиной. — Вот по ходу и подстроишься, если сможете удивить меня импровизацией я поговорю с Андреем насчет какого-нибудь поощрения. Удивить Юдова? Пхах, я быстрее могу удивить нашего Big Boss'a, чем его. Протягивает мне ладонь. — Серьезно? — возмущаюсь я, нам что по двенадцать лет? — Более чем, — смеется он. — Удивите меня и… — И мы придумываем для тебя желание, — усмехаюсь, чуть склоняя голову на бок. — А если нет, то наоборот, — пожимает мою ладонь, Герман разбивает наше рукопожатие. Повеселимся? Юдов усмехается, складывая руки на груди и ожидая нашего начала. Я только фыркаю, едва не закатывая глаза. Он же не думает, что мы просто возьмем и устроим тут одну из студийных репетиций? — Удачи, — окидываю девчонок быстрым взглядом. — Я верю в вас… Ободряюще улыбаюсь и отступаю к Лёве, полагаю я не имею права участвовать в этом представлении. — Не поможешь им? — в наигранном удивлении спрашивает он. — Они выглядят такими потерянными… Цокаю. Придурок. — Разве я могу? Это же их задача удивить тебя, — пожимаю плечами, и чуть приподнимаю голову, чтобы иметь возможность поймать его взгляд. — Ну, считай ты же тоже часть команды, — туманно отзывается он. Слово «тоже» неприятно отзывается где-то в сознании, но я знаю, что Юдов вкладывал сюда совсем иной смысл. Салютует мне стаканом. Легким движением перенимаю алкоголь. — По-моему ты меня спаиваешь, а не танцевать заставляешь, — хмыкаю. За последние полтора года я на публике на танцевала, не считая той ночи в клубе. — Я помню, что ты не пьешь, но-о, это уже целых два глотка коньяка, уверена, что все ещё можешь стоять?! — насмешливо глядит на меня и получает тычок под ребра. Возвращаюсь ему его добро. Целых два глотка, угу, я едва ли губы макнула в алкоголе. — Смотри и учись, — поджимаю губы, снова принимая вызов. — Как скажите, мэм, — когда-нибудь я точно оторву ему голову, честно. Возвращаюсь в компанию моих девчат. Они все-никак не могут начать что-то дельное. Слишком напряженные. — Оторвешь нам головы? — спрашивает Лера. Нервно фыркаю. — Не в этот раз, но вам стоило бы начать, Юдов ждет, — усмехаюсь я. — Дак, а как? — возмущается Кэти. Подавляю вздох, если она перестанет оценивать каждое свое действие с позиции — «Что подумает Мирон?» — все станет для неё легче. — Оке-ей, — цокаю я, заставляю их расступиться. — Музыку слышите? Звучащий трек как раз подходит к своему логическому завершению и каким будет следующий мы не знаем. В этом и вся суть — чистая импровизация. Стаскиваю со своих плеч объемную кофту, оставаясь в черном топе. Лера забирает из моих рук одежду, и они ждут представления. — Её надо не просто слышать, нужно слушать, нужно чувствовать мелодию каждой клеточкой тела и она подскажет вам каждое движение… Делаю шутливый реверанс, оглядываясь на Юдова, мол поздравляю, ты же этого хотел. И замираю на первых аккордах, впуская в себя музыку. Почти отсчитываю секунды проигрыша, абстрагируясь от всего постороннего шума: гомонящей толпы, звука сталкивающихся бокалов, смеха. Прикрываю глаза, выдыхаю и ощущаю как музыка течет по венам. Знаю, что девчонки вовсе не слушают её, а наблюдают за мной, хотя каждая из них вполне способна 'удивить', я уверена в этом. Приподнимаю левую руку поигрывая пальчиками словно на клавишах, планомерно спускаясь вниз. Тяну слегка медлительные движения, лениво поспевая за мелодией. А потом… потом меня настигает голос. Голос, который я просто по немыслимым для себя причинам узнаю. Но я уже слишком втянута в вальс нот, поэтому беспомощно отпускаю это осознание, точно птичку из клетки. Втягиваю воздух. Ловлю ритм, словно он стучит в унисон с моим сердцем. Движения расслабленные, слегка рваные, едва уловимо сглаживаемые только в последний момент. Нервно, волнующе. За достаточно ровной мелодией целая серия образов и я следую горящему внутри желанию визуализировать музыку. Забываюсь в мелодии, слепо подчиняясь чувствам — они точно никогда не подведут. Единственное, что меня волнует это как легко тело отзывается на музыку. Словно я её не слышу, а чувствую, она звучит внутри меня. И уже не замечаю ничего вокруг, погружаясь в созданными его голосом мир слишком глубоко. Просто я узнаю в его истории эпизоды собственной жизнь, ощущаю эту соединяющую нить. Совершенно нереальная, нездоровая связь. Но такая манящая. Я до дрожи обожаю это ощущения единения, я скучала за танцами. Закусываю губу, выдыхая. Почти ныряю движениями вслед за спадом его голоса, почти до шепота: мягче, чувственней, так чтобы замирало дыхание. И вдруг абсолютно четко ощущаю на себе взгляд. Я знаю этот взгляд, кожей его помню. Той ночью в клубе. Те самые голубые глаза. Судорожно втягиваю воздух, словно в мой вакуум, в мою идиллию кто-то вклинивается. Лед трескается. Движения угасают следом за мелодией. И только к концу смягчаются, словно отпуская все дерьмо. Сглатываю. Прикрывая глаза. Шаг. Ещё один. Чуть прогибаюсь. Пара хрупких движений на грани смерти последних аккордов. Я распахиваю глаза. Шумно втягиваю такой нужный кислород. Глаза в глаза. И мир раскалывается напополам.

…ей сегодня со мной по душам.