просто Leila.

Пожимаю руки пацанам, присоединяясь к общему веселью на порядок позже — забирал Алису. Та в своей манере приветствует знакомую компанию и перехватывает меня за руку. Жест слишком кричаще-навязчив. Она с видом королевы чуть вздергивает носик, оглядывая надменным взглядом телочек, что уже притащены в vip-ку. Усмехаясь, тяну её к центральному дивану, там уже разместился брат и Димас. — Долго вы, — иронично замечает друг. Алиса делано смущенно отводит глазки сразу намекая, чем мы блять так были заняты, что пришлось задержаться. И никакого нахуй не имеет значения тот факт, что мы тупо простояли в пробке, потому что Москва сегодня явно решила сойти с ума. Забираю со стола стакан с виски. Лиса заказывает себе какой-то коктейль. И все вроде как обычно, не считая угрюмого Макса. Разговор с Изабель настолько не задался? — Все окей? — чуть толкаю брата в плечо, заставляя обратить на меня внимание. Он не присоединяется к общему разговору, почти игнорирует любые попытки втянуть его в общий трёп. Не похоже на него. — У меня? Вполне, — салютует мне стаканом, мы чокаемся и пьем. Что ж, не хочет — не надо. Спустя двадцать минут Алиса со скуки утыкается в телефон — как никак запилить тысячу стори тоже надо успеть. И наши с ней интересы окончательно раходяться, я погрязаю в обсуждениях нового музла, предстоящих концертов, медленно разговор перетекает в более душевный, темы отходят от музыки к личным, а Алиса недовольно цокает, заставляя меня на секунду вернуться к ней. — Милый, — тянет губки, и прижимается ближе. А-а, я просто не сразу заметил её мобильник. Не смотрю в камеру отмахиваясь от девушки. Когда-нибудь я разобью её мобильник к херам собачьим. И ещё целых полчаса эта мадама не предпринимает ни единой попытки привлечь моё внимание, чем я собственно и пользуюсь обсуждая с Вовчиком идею благодарности для ребят, что ведут фан-аккаунты. — Я отойду ненадолго, — шепчет на ухо, я рассеяно киваю, не отрываясь от диалога с барабанщиком, надо будет ещё на трезвую голову уже в офисе обсудить эту тему. Официант приносит еще виски и компания довольно шумит. Мы привлекаем к себе немало внимания, но в приятном полумраке клуба и мерцающих неонах танцпола едва ли кто-то нас узнает. Успеваем дважды столкнуть наши стаканы прежде, чем моя моделька возвращается. — Мальчики-и, — поднимаю взгляд на голос Лисы и ахуеваю. — Я тут встретила нашу общую знакомую… Блять. Она притащила Иззи. Серьезно? Больная. Не, ну правда, тут даже моей лояльности не хватает. Нахуя она это сделала? — Скучали по мне? — игриво поводит плечиком, но объектом её внимания является лишь один человек. Кажется Макс вспомнил весь имеющийся запас нецензурной брани. Хах. — Не то что бы, — пожимаю плечами, нагло перехватывая её взгляд. Она фыркает, но не теряет своего настроя. — А я вот по тебе соскучилась, малыш-Ти, — многозначительно приподнимает свои бровки. Я смеюсь. Она подкатывала ко мне пару раз, недвузначно намекая, но девушка брата это табу. Лиса едва заметно дергает её за руку. Лейла ступила на чужую территорию. С интересом наблюдаю за этим маленьким представлением. Но масштабы резко меняются, когда Макс отставляет свой стакан с виски, поднимается и, бесцеремонно хватая девушку за предплечье, почти вытаскивает из vip-ки, куда-то уводя. — И нахуй ты её притащила? — интересуюсь у Алисы, как только девушка вновь садится рядом со мной. — Она моя подруга, — наигранно недоумевает. Такая с ног до головы фальшивая, даже эмоции всегда искусственны. Хотя собственно можно было ничего у неё и не спрашивать и так ведь ясно, за каким хуем она притащила сюда Иззи. Раздраженно цокаю, и почти возвращаюсь к разговору с Димой, но тут слышу свой трек. Не то чтобы это было редкостью, я знаю, что моя музыка звучит в клубах, в некоторых даже куда чаще чем следовало бы. И поначалу я даже не придаю этому особого значения, пока, Дима, отрываясь от разговора, не пихает меня в бок, неоднозначно указывая на танцпол. К слову, шум толпы в клубе становится на порядок тише, все внимание приковывается к танцующей девушке. С усмешкой узнаю в танцовщице ту самую малую. Я помню сколько дерьма было вложено в этот трек, и слегка прищуриваюсь наблюдая за нервными, рваными движениями хрупкой девчонки. Она танцует так, словно живет этой музыкой, точно чувствует каждую малейшую эмоцию, что преследовала меня по ходу написания. Это заставляет неровно выдохнуть и уже не отрывать взгляда от представившейся картины. И я, кажется, отдаленно узнаю эти движения. Только в прошлый раз они были более мягкими, плавными, тягучими. Сейчас же резковатые, пограничные и такие манящие. Это точно она была той ночью в клубе, последние сомнения тают… Лиса коротко касается моей ладони, видимо стремясь отвлечь, но я непроизвольно отдергиваю руку, только потом соображая, как выглядел этот жест. Блять. Невесомые шаги, так чувственно выгибается на подъеме нот, словно в руках невидимого любовника. Но мелодия идет на спад, последние аккорды, отдающиеся в голове часами кропотливой работы. И мир размывается ровно в тот момент, когда останавливаются её движения. Она распахивает свои карие глаза. И это похоже на ебаный пиздец из мыльных опер… — Кирилл! — где-то на периферии сознания, возвращающее меня в реальность. Алиса. Блять. Алекс первой отводит взгляд, поворачивая личико в профиль. А в следующую секунду уже оказывается в руках какого-то пацана. Кто-то на танцполе ей аплодирует. Лиса рядом рассерженно фыркает, демонстративно отодвигаясь от меня. В vip-ку возвращается Макс и все встает на круги своя. Кроме одного. Теперь я точно хочу услышать как эта девочка-сарказм будет стонать подо мной.

***

— Артемий, блять! — взвизгиваю, когда этот придурок с легкостью закидывает меня к себе на плечо и кружит. Колочу его по спине, но братца такими штуками не проймешь. Мне срочно надо почувствовать пол под ногами, а еще подтверждение тому, что та встреча взглядами ничего не значила. Для меня так точно. Правда ведь? — О, ты начала со мной разговаривать, львенок? — интересуется он, чуть поворачивая голову, но он же блин не сова, а я уныло повисаю вниз головушкой на его плече. Ответом ему служит ощутимый удар по печени. — Эй, львица, не перегибай, — фыркает он. Прекрасно. Этот в край ахриневший мальчишка устраивает тут представление на весь клуб, и я уверена за нами наблюдает не один десяток глаз. Часть народа была привлечена еще нашим спонтанным танцевальным флешмобом. — Да ладно, отпусти её, — хвала Богам, Юдов вмешивается и перестает наконец ржать в сторонке. Через мгновение я оказываюсь вновь на ногах и отвешиваю Артемию подзатыльник. — Ты знаешь, что заслужил, — чуть толкаю его в грудь, заставляя сделать шаг от меня. — Так то ты любишь родного брата, да? — строит обиженную мордашку. — Именно, — безапелляционно заявляю я и отворачиваюсь от Тёмы. В наглую перехватываю под руку Германа, который был заинтересован в идее напоить меня и почти даю ему 'добро' на выполнение сего плана. — Вина? — галантно интересуется он, подводя меня к нашим столикам. — Сока, — усмехаюсь я, надежды парня тают на глазах. — Я люблю вишневый. Мы усаживаемся на один из диванчиков, следом за нами возвращается и вся команда, через считанные минуты все заказанное оказывается на столе. — Ну что? За хороших учеников и их прекрасного учителя? — пафосно произносит Юдов, поднимая свой стакан. — И за одного проигравшего спор менеджера, — усмехаюсь я, первой присоединяясь к его игре. — Уже готово наказание? — прищуривается он. — Пока нет, но не волнуйся, мы придумаем что-нибудь изощренное, — уверяю его я. Девчата поддерживают меня одобрительным шумом. — За танцы и музыку, — наконец объявляет Мирон. И его тост приходится абсолютно всем по душе, мы шумим, сталкивая наши стаканы, и звон стекла наполняет пространство. — За музыку и танцы, — повторяю я, и отпиваю из своего бокала. Вино. Вот же придурок. Герман же смотрит на меня с интересом, как бы проверяя мою реакцию. Но сегодня с нами в компании Артемий и хотя он и получил заслуженное наказание, в обиду он меня не даст. Наверное. Поэтому я охотно делаю еще глоток. Ощущая между лопаток взгляд тех самых голубых глаз.       Когда басы вконец оглушают, а один растянутый бокал вина превращается в три, я решаю, что пора передохнуть. Отлепляю свое тельце от дивана, Артемий перехватывает меня за руку, внимательно-настойчивым взглядом смотря мне в глаза. — Я подышать, — неопределенно повожу рукой. Если не уйду сейчас, то меня точно унесет. А сознание мне пока пригодится. По крайне мере потому, что тут все ещё Герман, а во мне уже три бокала вина. И не отступающий от меня ни на шаг взгляд голубых глаз, это уже блин не смешно. У него же своя компания. Или я просто паранойю уже. Брат понимающе кивает и поднимается следом за мной. Какая забота. Не выпускает моей ладони, проходя сквозь толпу танцпола, кто-то мне улыбается, списываю это на эффект исполненного танца и беззаботно дарю улыбку в ответ. Как только мы оказываемся на свежем воздухе, я вдыхаю полной грудью ночную Москву и блаженно прикрываю глаза. Голова погружается в приятный вакуум тишины. Братец соображает лучше меня, потому исключительно благодаря ему мы оказываемся поодаль от центрального входа. — Ты уже передумала меня убивать? — на всякий случай интересуется он, хотя и с усмешкой, но я чувствую его беспокойство. Что-то не так? — Всё возможно, — наигранно хмурюсь и складывая руки на груди, опираюсь спиной на кирпичную стену клуба. — Серьезно, кончай обижаться, львенок, — с извинениями у него всегда было плохо. По крайней мере по отношению ко мне, я же не его баба — меня не засосешь, да и трахом примирение не окончится. Какое-то бесполезное примирение получается, да? — Не дуйся, Саш, я знаю, что я виноват и мне нет прощения… — Правда так думаешь? — приподнимаю бровь в вопросе и кривлю губки. Утыкаюсь затылком в прохладную стену и думаю о том, что хочу вызвать такси и поехать домой, а за геликом можно и завтра вернуться, или это уже сегодня, уф. — Ты мог бы хотя бы отвечать на мои звонки, или написать sms а-ля, я жив здоров и просто бухаю тут… Не так уж и сложно, не правда ли? — Да знаю я, что проебался, Саш, — отрешенно качает головой отступая от меня на пару шагов и вытаскивая сиги из кармана. Так, а вот этой плохой привычки у него не было (конкретно этой, блин). — Случилось что-то? — осторожно спрашиваю, пока брат закуривает. Чувак, блин, вы с Дэном уезжали счастливые и свободные как хер знает кто, что могло произойти за неделю в Питере? — Помнишь Ксюшу? — пытаюсь сообразить о какой даме идет речь. Помню. Девочка-куколка, при своей внешней красоте она была столь же восхитительна внутренне. Первая его девчонка и единственное серьезное чувство. Но отношения, правда, у них так и не сложились, родители увезли Ксю в Минск. Артемию тогда было шестнадцать. — Помню, — выдыхаю я и наблюдаю за его нервными движениями. — Она умерла… Он тушит недокуренную сигарету прямо в стену здания и я ловлю его взгляд. Столько отчаянья в нем я вижу впервые. Он любил её. Может быть поэтому после неё у него были только мимолетные интрижки. Но мы с ним никогда не разговаривали на эту тему, хотя и были достаточно близки для этого. Я просто подсознательно чувствовала, что он не готов затрагивать её в беседе, потому и не лезла. — Её этот мудила, — голос дрожит, то ли от злости, то ли от отчаяния. — Жестко проебался, проиграл в карты все, что мог. Задолжал слишком много… Хмурится, шумно выдыхая. — И вместо того, чтобы честно самому отвечать за свои поступки, он переложить всю эту поебень на её плечи блять, — голос возмущенно поднимается. — Её, сука, застрелили из-за него! Запускает ладонь в волосы и сжимает челюсти. Но… — Откуда ты все это знаешь? — он морщится, поднимая на меня взгляд. — Её двоюродный брат друг Дэна, — покачивает головой. — Да я и без него время от времени… Но я даже не подозревал, что этот уебок там во что-то вляпался, да еще и подставить её успел… Он чувствует себя виноватым? Но за что? За то, что не уберег чужую девушку от её же парня? Протягиваю к нему руки и он поддается, позволяя обнять себя. Чувствую как вздрагивают его плечи и крепчает хватка его рук. — Тш-ш, — поглаживаю его по спине. — Это не твоя вина, слышишь? Покрепче притягивает меня к себе, и я морщусь, неприятные воспоминания роем атакуют сознание. Но это Артемий и его руки никогда не причинят мне вреда. Я точно знаю. — Ты не мог ничего изменить, — продолжаю я, почти убаюкивая его в объятиях. — Мог и должен был! Надо было уже давно забрать её из Минска… Я должен был защитить её, понимаешь? Выпускает меня из цепкой хватки, мотает головой. — Должен был, понимаешь? — я вижу слезы в его глазах. Впервые. За всю мою более менее сознательную жизнь я впервые вижу его слабость. Вытаскиваю телефон. Набирая Юдова. — Лёв, мы ушли, — чтобы он не искал нас. — Оплати счета ребят, потом разберемся с деньгами, окей? Тёма поднимает на меня вопрошающий взгляд. — Пошли, — отлепляю своё тельце от стены и киваю ему на дорогу что ведет от клуба. — Куда? — устало интересуется он. — На встречу с ночной Москвой, — пожимаю плечами и протягиваю ему раскрытую ладонь. Я точно знаю куда нам надо. В конце концов теперь моя очередь спасать из омута. Хмурится, но предложение принимает, переплетая со мной пальцы, я чуть сжимаю его ладонь в знак поддержки. И мы просто шагаем в противоположную от клуба сторону, неспешно, Тёмка приобнимает меня за плечи и я чувствую себя полностью защищенной. Теперь надо что бы то же самое почувствовал и он.

***

Залпом допиваю остатки виски из своего стакана. Алиса рядом звонко смеется над очередной шуткой, кого-то из ребят. — Поехали домой, — вдруг укладывает руку мне на плечи и прижимается губами к самому уху, мурлыча. Кажется она устала от вечеринки. Или просто достаточно соскучилась. Мы же почти расстались? Как скоро я пожалею об этом жалком 'почти'? Лениво киваю ей. Дважды. Команда уже достаточно пьяна, чтобы не обратить особого внимания на наше отбытие. Неуклюжие прощания и я перехватываю Лису за руку. Огибаем толпу. По пути закуриваю. Алиса довольно улыбается, переплетая наши пальцы. Моя фальшивая кукла. Выходим на улицу и после оглушающих басов клуба окунаемся в тишину. Девчонка зябко поводит плечами, глубже кутаясь в свою джинсовку оверсайз. — Поделишься? — поднимает на меня взгляд. Протягиваю ей пачку. Она фыркает. Предполагала, что я поделюсь с ней своей? Замечаю на углу здания парочку. Хмыкаю узнавая в девушке Алекс. Слишком много её вдруг стало вокруг, при отсутствии какого-либо стремления к этим встречам. Едва не давлюсь дымом, когда она тепло обнимается с этим чуваком. Еще бы чуть-чуть и они засосались бы. Нахуя тогда она вьется рядом с Максом? Что за цирковое представление? Для чего? И для кого? Лисе не нравится мой ступор. Она легко прослеживает мой взгляд. Как и безусловно она отследила объект моего внимания еще в клубе. Но ведь девчонка того стоит. Наверное. — Кири-илл, — манерно растягивает гласные, отвлекая меня. Выкидывает недокуренную сигарету и шагает ко мне. Обвивает руками мою шею, желая обратить на себя мое внимание. Парочка держится за руки, кажется даже переплетает пальцы и направляется прочь от клуба. Интересно, а как много Макс вообще знает об этой даме? — Ну и мудак же ты, — выдыхает девушка. Буквально дергает на себя, встречаясь с моим взглядом и целует. Навязчиво. Грязно. Взаимно.