Маски

      Джо было восемнадцать, когда Райли первый раз взял в рот сигарету. Она сама к тому моменту дымила уже год, но младший брат этого не знал и не должен был знать. Джо старалась быть для него примером, самой лучшей сестрой. Вечно валяющаяся в её сумочке Шанель пачка ментоловых сигарет была несочетаема с её образом примерной дочери и хорошей старшей сестры.       Она слишком поздно осознала, что никогда таковой не была, а лишь старалась выглядеть хорошей в глазах других людей. Даже перед семьёй строила из себя другого человека. Когда поняла это, исправить что-то уже казалось невозможным — они с мамой забирали четырнадцатилетнего Райли с вечеринки какого-то старшеклассника и везли в больницу, где им сообщили, что он был очень близок к передозировке какой-то дурью.       В госпитале с братом она провела всю ночь, думая о том, как пропустила это: момент, когда он схватился сначала за сигареты, потом алкоголь, а потом наркотики. Она пропустила абсолютно всё, зарывшись в своём горе, уверенная в том, что потеря отца ударила по ней одной.       Ей потребовалось время, чтобы понять: отчасти это из-за неё их семья окончательно развалилась. Ей кажется, стоило всего лишь уделить брату должное внимание после потери отца, и всё было бы по-другому. Ведь Райли было только двенадцать; совсем ребёнок, которому тоже не удалось справиться с этим.       Она не перестаёт думать об этом, до сих пор пытается найти варианты, как вернуть всё на свои места. Как вытащить брата из наркотической зависимости. Как снова собрать их семью вместе. Ничего не выходит, как бы Джо ни старалась, и это убивает её. Также, как и осознание того, что это она виновата в том, что происходит с Райли.       Ей приходится бороться с собой и своим чувством отвращения, когда она в очередной раз возвращается за братом в его излюбленное место обитания. Джо терпеть не может этот притон-тире-бордель, откуда ей стабильно пару раз в неделю приходится забирать Райли в наркотическом трипе и скрывать это от мамы. Она привозит брата к себе в квартиру, где мама не появляется, и выхаживает его несколько дней, пока он приходит в себя, матерясь на неё. Джо всё терпит — это её семнадцатилетний младший брат, который сидит на наркоте, не желая спасения.       Она в который раз стоит посреди этой тёмной комнаты без окон в безбожном бардаке, не решаясь никуда присесть. Она абсолютно уверена, что здесь велика вероятность подцепить какую-нибудь заразу. Даже несмотря на то, что Асгард является одним из самых элитных публичных домов, у его владельца в кабинете самая настоящая помойка с мусором, пустой одноразовой грязной посудой и бутылками из-под алкоголя. Сам Тор выглядит не лучше, отлично вписываясь в атмосферу своего убежища, откуда не выбирается, кажется, никогда.       Джо первый раз увиделась с этой эксцентричной семейкой Одинсонов — бессменными владельцами Асгарда на протяжении семидесяти лет, — много лет назад, когда была ещё подростком. Тогда старший сын главы семейства приковывал к себе всё женское внимание, и шестнадцатилетняя Джо почти истекала слюнями, пока не могла перестать пялиться на него. Папа тогда не упускал возможности подшутить над ней из-за этого, а однажды заявил, что альянс с Одинсонами был бы очень выгодным. И если дочь так сильно хочет, то когда подрастёт, он может устроить этот взаимовыгодный союз. Она до сих пор не знает, говорил он тогда серьёзно или это тоже была шутка.       Сейчас, смотря на Тора, она не видит в нём ничего от старого друга. Он спивается, забивает на всё, сидя в этом притоне, который тонет вместе с ним. Джо понимает, почему это происходит: после смерти своей семьи он одного за другим теряет друзей, потом за долги отнимают фамильный особняк и машины, и ему приходится переехать в Асгард, которым он никогда не хотел управлять. Младший брат Локи, который отлично бы подошёл на роль нового владельца Асгарда, куда-то пропадает, оставляя семейный бизнес на Тора, под руководством которого всё медленно разваливается. Асгард всё ещё на плаву только из-за своей истории и верных старых клиентов.       Она смотрит, как Тор, сидя в своём дорогом кресле, медленно попивает дешёвое пиво из какого-то супермаркета. У него сальные волосы, которые явно давно нуждаются в стрижке, на лице отросла уже самая настоящая борода, до жути неухоженная, а одет он в какое-то грязное тряпьё. Ему словно на десять лет больше, чем на самом деле. Он уже давно перестаёт быть самым привлекательным мужчиной.       — Забирай своего ребёнка, — своим басистым голосом хрипит он, почти не отрываясь от бутылки пива, — и проваливайте.       Джо даже глазом не ведёт, она привыкает к его манере разговора и привыкает, что он вечно её прогоняет. Но в этот раз она приходит за ответами и не собирается уходить, не поговорив.       — Какого чёрта, Тор? — она спрашивает на выдохе, почти безэмоционально, лишь легко взмахивает руками. — Райли два месяца здесь не был. Два месяца без трипов, а теперь ты снова мне звонишь и говоришь, чтобы я приехала за ним.       — Ты просила звонить, когда он здесь. Я выполняю свою часть уговора.       — Я просила не пускать его сюда! Ты знаешь, к чему приводит его нахождение в Асгарде. Он накидывается здесь до полусмерти.       Тор бросает на неё усталый взгляд, а потом прикладывает холодную бутылку ко лбу. Вздыхает, делает ещё пару больших глотков и говорит:       — Локи вернулся. Он пустил мелкого сюда. Не уследил, уж извини.       Джо на секунду задерживает дыхание и понимающе кивает. Локи — поганец. Он никогда ей не нравился, хоть она и не была знакома с ним слишком близко. Но пары встреч и рассказов Тора о младшем брате ей хватает, чтобы составить о нём полное впечатление. А теперь ещё и это. Она готова задушить его собственными руками.       — Поговори с ним, — голос Джо звучит приказным тоном, когда она требует этого от Тора. Он кидает на неё скептический взгляд, и она понимает, что он не собирается этим заниматься. — Я серьёзно. Если надо, заплачу́, ты меня знаешь. Но чтобы ноги Райли больше не было здесь.       Он смеётся. Грустно и измучено, но ей впервые за долгое время удаётся увидеть его улыбку, хоть и фальшивую.       — Не нужны мне твои деньги, — он снова прикладывается к бутылке, допивая всё содержимое, и откидывает её на пол к куче других таких же. — Забирай брата и уходи.       Джо не собирается с ним спорить. С Тором бесполезно разговаривать уже пару лет, и она даже не пытается. Бросает на него последний взгляд и не попрощавшись уходит из его провонявшего кабинета.       Они не друзья — слишком громкое звание для них. Хотя ей всегда вспоминаются прежние времена, когда оба их отца были рядом. Их семьи дружили, кажется, вечность. Во всяком случае, их отцы знакомы давно и у них всегда были хорошие отношения.       Джо виделась однажды с Одинсонами, когда была маленькая, но она этого не помнит. Она помнит, как первый раз увидела Тора на каком-то аукционе и подумала, что влюбилась. Это прошло быстро, но тусовалась она с ним потом ещё несколько лет. Он стал для неё хорошим приятелем, с которым она первый раз попробовала алкоголь и начала курить. Даже несмотря на то, что Джо младше его на семь лет, им всегда было комфортно вместе, и Тор не воспринимал её как маленькую девочку. Это ей нравилось. С ним и его друзьями всегда было весело.       Он и его семья поддержали их, когда они потеряли главу семейства. Но когда Райли начал пропадать в Асгарде, мама попыталась прикрыть это место. У неё ничего не вышло, конечно. Даже несмотря на то, что Тор уже тогда остался один, он всё же смог противостоять матери Джо и сохранить отцовский бизнес. Но отношения с тех пор между ними отвратительные. Хотя Джо и Тор до сих пор пытаются сохранить какое-то подобие мира между ними. Но они уже давно не друзья.       Джо знает, в какой из многочисленных комнат обычно тусуется Райли — она направляется прямо туда, надеясь, что брат ещё в сознании и ей не придётся тащить его на себе. Он всё ещё слишком тяжелый, хоть и сильно похудел в последнее время. На самом деле, он уже выглядит отвратительно: у него постоянно расфокусированный взгляд, серые синяки под глазами и рассеянное внимание. Если уйдёт ещё пару килограмм, он станет похож на ходячий скелет. Джо теперь слишком сильно боится за него и, возможно именно из-за этого, не видится с Райли в последние два месяца. Она даже не навещает его после того, как последний раз забирает из Асгарда. Она даже не уверена до этого утра, что Райли вообще в порядке. Но в четыре сорок ей звонит Тор и просит забрать брата; она не знает, что чувствует в этот момент: облегчение или тревогу.       Ей остаётся всего один поворот, когда она слышит чей-то голос в тихом безлюдном коридоре. Джо не обращает внимания — здесь постоянно кто-то шатается. Она шагает быстро, надеясь поскорее убраться вместе с братом из этого места, но её планы рушатся мгновенно. Хватает секунды, чтобы понять: она в дерьме.       Она замечает мужскую фигуру, выворачивающую откуда-то слева, и сразу же узнаёт в ней Гарри Озборна, смотрящего себе под ноги с телефоном у уха. У неё нет времени на шок и осознание; Джо быстро делает шаг вправо, где есть небольшой закоулок с двумя креслами и высокими цветами. Она прячется за одной из широких пальм, мысленно благодаря всех богов, что это место так удачно ей подворачивается. Почти не дышит, не шевелится, ожидая остаться незамеченной. Слышит, как голос Гарри становится всё громче, и понимает, что он идёт как раз в её сторону. Если он её заметит, ей конец.       Джо ругает себя. В никуда задаётся вопросом, почему она ведёт себя так неосторожно. Она же знает, что Озборн постоянно торчит в Асгарде, она не раз сталкивается здесь с ним, когда приходит за братом. Не лично — они никогда даже не разговаривали друг с другом, но Гарри точно видел её. А ещё он знает Райли. Если он увидит её сейчас, если поймёт — всё кончено.       Озборн проходит мимо, а потом останавливается всего в двух шагах от неё. Джо смотрит в его крепкую мускулистую спину и не вовремя думает о том, как ему удаётся сохранять хорошую физическую форму при его образе жизни. Она вспоминает, как выглядит её брат, и ей становится сложно поверить, что Гарри Озборн — алкоголик и наркоман.       После недолгого молчания он начинает говорить. Джо сразу догадывается, что он разговаривает с отцом, и понимает, что слышит то, что не должна. Она не улавливает всей сути разговора, но и того, что говорит Гарри достаточно, чтобы понять — Норман при смерти и, кажется, ему остаётся совсем немного.       Эта информация повергает её в шок. Становится понятным отсутствие Нормана на многих последних мероприятиях и организованный им приём, который Джо уже два дня пытается не вспоминать. Пока она снова прогоняет его из памяти, Гарри сбрасывает трубку и шумно вздыхает, поднимая голову к потолку. Ей кажется, он сейчас повернётся. Тогда она сразу попадётся ему на глаза, и не знает, что в таком случае ей делать. Но Гарри резко срывается с места и идёт прямо, оставляя её позади.       Джо стоит за этой идиотской пальмой еще минуту после того, как Озборн скрывается из виду. Её сердце бешено стучит, она думает о том, как близка была к провалу. Она понимает, что перестаёт быть осторожной и что это нужно исправить.       Она не может выдохнуть, пока не покидает стены Асгарда. Только оказываясь в своей машине с братом на заднем сидении Джо начинает успокаиваться. Она сидит несколько минут с закрытыми глазами, слушая тяжелое дыхание Райли. Потом открывает глаза и смотрит прямо перед собой. Собирается завести тачку, когда замечает через две машины от себя Озборна, садящегося в свой порш. Она смотрит на него, сведя брови, почти не дыша. Не понимает, как он может водить машину.       — Обычно мы довольно быстро сваливаем отсюда. Или ты передумала и решила оставить меня подыхать в райском местечке? — сзади доносится сиплый и тихий голос брата. Джо смотрит на него через зеркало заднего вида: Райли сидит, откинув голову, не открывая глаз. Она кидает ему бутылку воды на колени.       — Асгард — не райское местечко, чёрт бы тебя побрал, — зло шипит она ему, заводя мотор. — Не дождёшься, чтобы я оставила тебя в покое. Тем более здесь.       — Жаль, — брат вздыхает и его ведёт в сторону, когда Джо выворачивает машину с парковочного места. Он не говорит больше ничего, только тупо пялится в окно, что она замечает через зеркало. Она не хочет говорить с ним тоже.       Джо сильно сжимает руль двумя руками и пытается дышать ровно. Она злится и нервничает. Её не отпускает чувство, что Озборн мог её заметить.       Райли на заднем сидении засыпает. Под его храп Джо вспоминает о приёме Нормана и обо всём, что там произошло. Она снова видит Гарри, и это напоминает о том, как он решил поиздеваться над ней в золотом туалете. Она не понимает, почему повела себя тогда так, но сразу после того, как Гарри исчез, её ум вернулся на место, и она снова начала его ненавидеть. Она ненавидит и себя за то, что позволила Озборну поиграться с собой.       Встреча с ним в Асгарде выбивает из её лёгких воздух. Это не входит в её планы. Чтоб тебя, Райли!       Когда Джо мысленно ругается на брата, стараясь не отвлекаться от дороги, начинает звонить телефон. Она бросает быстрый взгляд, чтобы посмотреть, кто звонит. Снова Питер, на звонок которого она не отвечает уже двадцать первый раз с тех пор, как сбегает с приёма.       Джо берёт для себя перерыв, чтобы понять, что она делает и чего хочет, но Питер этого перерыва ей не даёт — заваливает звонками и сообщениями.       Через сорок минут, уложив брата спать, она сидит в своей кухне с бокалом вина и телефоном. Смотрит на текст не отправленного сообщения, взвешивая все «за» и «против». Пока Джо допивает вино, приходит ещё одно смс от Питера, где он просит ответить на звонок. Прочитав его сообщение, она тут же отправляет своё, перестав размышлять, стоит или нет.       Ответ приходит через долгих десять минут. Баки присылает ей номер телефона Гарри Озборна, который она у него просит.       Нажимая на кнопку вызова и слушая гудки, Джо думает о том, что Питеру придётся подождать, пока она не узнает, видел её Гарри или нет.

***

      Ванда никогда не была надоедливой. Она терпелива и умеет ждать. Но к её сожалению это почти никогда не работает в случае со Стивом Роджерсом. Если дело касается его, у неё никогда не бывает достаточно терпения.       Она знает, что он не любит, когда его отвлекают от работы. Она долго не решается завести разговор, бросая на него частые взгляды, пока Стив сидит на диване в её гостиной с ноутбуком на коленях и решает какие-то свои слишком важные дела. Ванда пьёт уже несколько раз остывший крепкий кофе, сидя в кресле, и делает вид, что смотрит фильм, до которого ей нет дела.       Ей просто нужно поговорить. В последний месяц она почти не видит его, он даже не разговаривает с ней. Ванде начинает казаться, что она делает что-то не то. Иногда в её голову врезаются мысли, что дела могут обстоять гораздо хуже: Стив просто узнал всё о ней и ждёт, как долго она ещё сможет врать и притворяться. Она и сама не знает.       — Стив? — она не выдерживает: негромко зовёт его, когда у фильма начинают идти титры. Он даже не поворачивается в её сторону, только слегка ведёт головой, давая понять, что слышит её. — Надо поговорить.       Он поднимает на неё внимательный взгляд и закрывает крышку ноутбука. Ванда под этим пристальным взглядом превращается в маленькую испуганную девочку. Начинает трясти от страха. Она думает Стив всё знает — он хороший детектив. Она просто не могла переиграть его, столько времени водить за нос такого человека, как Стив Роджерс.       — Если ты о переезде... — начинает он. Ванда хмурится, потому что это совсем не то, чего она ожидает. — Можем вызвать грузчиков на завтра.       — Я уже говорила, что не собираюсь переезжать к тебе, — Ванда отставляет от себя кружку с недопитым кофе и складывает руки на груди. Забывает, о чём хотела поговорить. Стив, усмехаясь, кивает. Ему не удаётся уговорить её переехать к нему, как бы он ни старался.       Он предлагает это несколько раз. Ванда всегда отказывается и говорит, что лучше ему переехать к ней, потому что она не собирается жить в квартире, где Стив раньше жил со своей женой. Она не знает, почему, но просто не хочет. Хотя вспоминает, что, когда только начала встречаться со Стивом, ей ничего не мешало находиться в постели, на которой буквально за месяц до неё спала Шерон. Теперь же в эту квартиру Ванду затащить сложно.       — Всё закончилось, — Стив говорит внезапно, невпопад, смотря в никуда перед собой. Ванда не понимает, о чём он и вопросительно приподнимает брови, когда он почти сразу поворачивается к ней. — Вчера был суд. Нас с Шерон развели.       Она столбенеет. То открывает, то закрывает рот, не в силах сказать хотя бы одно слово. Стив смотрит на неё, но Ванда находится в полном потрясении и не способна адекватно реагировать на информацию, которую он неожиданно вываливает на неё. Она ждала этого, но когда Стив сообщает ей, что это произошло, для Ванды это оказывается шоком.       — Что... Поч... почему я ничего не знаю?       Стив лишь пожимает плечами. И это её злит.       — Я позвонил тебе после суда, но ты не ответила. Потом я пошёл в бар и напился. Не помню, как добрался домой. Кажется, похмелье до сих пор не отпускает.       Ванда думает, он это заслуживает. Мог хотя бы написать ей сообщение, она имела право узнать об этом сразу.       Они молчат. Она не знает, как себя вести в этой ситуации и что ей стоит или не стоит делать. Она со Стивом почти с тех самых пор, как он подаёт на развод с женой. Всё это время она встречается с женатым мужчиной и иногда ей кажется, что она поступает отвратительно. Пусть они уже и не живут вместе, когда она начинает спать со Стивом, но Ванде кажется, что она вмешивается в чужую семью и становится разлучницей. Она чувствует себя отвратительно. Стив и Шерон были вместе почти девять лет. Не стоило вмешиваться, и, возможно, они бы нашли способ сохранить свою семью. Ванда думает об этом постоянно.       — О чём ты хотела поговорить? — спрашивает он, отрывая её от навязчивых мыслей. Ванда смотрит на него секунду и задумчиво отводит взгляд, уже не уверенная, надо ли ей всё это.       — Мы... — она запинается, начинает теребить в руках плед, который лежит на её коленях. Ощущает на себе прожигающий взгляд Стива и ругает себя за свою неопределённость. — Мы почти не видимся в последнее время. Ты постоянно недоступен для меня.       — Много работы, — сухо отвечает Стив, складывая пальцы в замок, а локти на колени.       — Над чем работаешь? — Ванда интересуется слишком увлечённо, абсолютно полностью уверенная, что он не расскажет. Стив никогда не говорит о работе и своих делах, предпочитая держать её в неведении. Он всё ещё думает, что она ничего о нём не знает. Ванда думает, ему так легче, поэтому продолжает строить из себя глупышку, которая не знает о его незаконных делах.       — Помогаю Старку, — после недолгого молчания говорит он. Ванда видит, как он колеблется, но всё же отвечает, что её удивляет. Стив как всегда, сообщает ей какую-то информацию без лишних деталей. Она думает, он боится, что она может узнать что-то, что ему не выгодно. — У него есть некоторые проблемы с одной девушкой. Она очень загадочная персона.       — Джо. Верно? — Ванда догадывается сразу. Эта девушка переполошила всех, даже Максимофф это знает, а она вообще никакого отношения не имеет к Старку и его кругу.       Стив согласно кивает и откидывается на диване.       — Разве она не девушка Питера? Ещё одна.       — Полагаю, так и есть. Но Тони думает, что не всё так просто, — Стив начинает разминать шею; слышится лёгкий хруст. — Я не поддерживаю его паранойю, но после приёма у Нормана объявились новые довольно интересные факты. Так что я продолжил копать.       Ванда приглядывается к нему внимательней. За десять месяцев она успевает хорошо изучить Стива, она знает, когда он что-то недоговаривает. Сейчас он выглядит именно так. Но она ничего не говорит; решает, как всегда, позволить ему сохранять от неё секреты. Задумывается: может поэтому он с ней — она никогда не задаёт лишних вопросов.       — Ты не работаешь на Старка, Стив, — напоминает Ванда. Она даже не смотрит на него, когда говорит это; опускает голые ступни на пол, потому что ноги затекают от сидения в неудобной позе. Слышится лёгкая усмешка Стива — он знает, что Ванда не особо жалует Тони, но кто его вообще любит? — Ты не можешь тратить всё своё время и силы на него. Я уверена, он и без твоей помощи может со всем справиться.       — Я просто помогаю своему другу, — он пожимает плечами и встаёт, направляется в кухню, которая от зала не отделена буквально ничем. Ванда может видеть, как Стив включает чайник и начинает шарить по шкафчикам в поисках кофе.       — Так вы до сих пор друзья? — она говорит чуть громче, чтобы он её услышал. Ответа не получает и понимает, что он не намерен больше это обсуждать. Ванда устало вздыхает, прикрывая глаза, и откидывает голову на мягкую спинку кресла.       Она устала. Ей уже надоедает играть, она просто хочет, чтобы у них не было друг от друга секретов. Но Роджерс хранит столько хреновых тайн, что иногда ей становится страшно. Она знает, кто он такой — кто он на самом деле и чем занимается. Она знает, что он не тот хороший и порядочный детектив, которым представляется перед другими людьми и каким выставляет себя перед ней. Ванда знает так немного, но уже это пугает её. Она задумывается о том, сколько ещё устрашающей правды ей неизвестно, и не уверена, что хочет знать.       Она и не хочет знать, что с ней будет, если Стив узнает всю правду о ней. Она думает, что уже одной ногой в могиле и подсчитывает, сколько дней ей остаётся.       — Нужно найти Наташу, — Стив возвращается к ней с большой кружкой горячего кофе. Ванда вздрагивает, когда слышит его голос; он этого не замечает.       — Зачем? От неё несколько месяцев ничего не слышно.       — Как бы выразиться, — он задумывается и свободной рукой потирает подбородок. Ванда прищуривается; надеется, что хотя бы свою давнюю подругу Стив ни во что не вмешивает. — Тони желает её смерти. Долгой и мучительной.       Ванда смотрит на него, не веря в то, что он говорит. Точнее, она верит, что Старк этого желает, но не хочет верить, что Стив действительно ищет подругу именно для этого. Она начинает медленно разочаровываться.       — Это же Наташа. Она твоя подруга.       — Я не сказал, что собираюсь убивать её, Ванда. Боже. За кого ты меня принимаешь? — он садится на диван и смотрит на неё как-то разочарованно. От этого ей становится не по себе. Но она не может объяснить Стиву, что знает, что он вполне мог бы так поступить, потому что знает, кто он такой. — Я хочу убедиться, что она в порядке. Тут я Старку не помощник. Романофф для меня неприкосновенна.       — Почему он так вцепился в неё?       — Ты знаешь. Она его юрист.       — То, что у неё был роман с адвокатом одного из врагов Тони, не значит, что она ему что-то рассказывала. Наташа — профессионал. Она бы не поступила так. Она умная. И знает, кто такой Старк.       Стив согласно кивает, будто самому себе, отпивая кофе. Ванда смотрит на него и не понимает, почему он настолько безразличен к происходящему с Наташей. Даже она волнуется о Романофф больше, а они были знакомы от силы пару месяцев. Но эта женщина понравилась ей до безумия. Не исчезни она, возможно они бы стали подругами.       Но Наташа пропадает четыре месяца назад после того, как Тони Старку, на которого она работает восемь лет, становится известно, что она крутит долголетний роман с адвокатом его злейшего врага — Клинтом Бартоном.       — Значит, ты сейчас этим занимаешься? — спрашивает Ванда, нарушая тишину. Стив отрывается от кофе и своего ноутбука, к которому снова прилипает, и смотрит на неё. — Джо, Наташа, аукцион.       Он долго смотрит на неё каким-то слишком пристальным и изучающим взглядом, будто пытаясь в ней что-то разглядеть. Ванду накатывает дежа вю — Стив смотрел на неё точно также в их первую встречу, и ничем хорошим это не закончилось. Она почти что раздвинула перед ним ноги, хоть и заметила кольцо на пальце.       — Есть ещё одно дело, — он произносит немного тише, чем обычно говорит. Ванду настораживает его взгляд и то, что Стив тянет время. — Не хочешь помочь?       Она удивляется. Не верит, что он действительно её во что-то втягивает, но сразу же соглашается. Ей слишком сильно интересно узнать о нём как можно больше.       Ванда выслушивает его, не задавая вопросов. Когда понимает, чего он хочет от неё, думает, что будь Стив тем человеком, которым старается выглядеть перед ней, он бы никогда не попросил о таком. Он сам начинает показывать себя настоящего, а она начинает видеть гораздо больше.       Стиву нужна информация о Гидре, и он просит Ванду сходить туда. Конечно же, она ему не отказывает.       Она соглашается, когда понимает — у него до сих пор нет абсолютно никаких подозрений насчёт неё. Будь это не так, она бы ни за что не сунулась в этот клуб. Ей кажется, узнай Стив о ней правду, именно в Гидре бы и решил лишить её жизни. Своими руками или чужими — не имеет значения.       Она наслышана об этом месте и никогда бы не хотела там оказаться. Но, кажется, ей придётся. Ванда думает, она могла бы отказаться, но вспоминает, как для Стива важно прикрыть этот адский клуб, и хочет ему помочь. Стив редко делает что-то действительно хорошее и только потому что считает это правильным, а не потому что ему заплатили. Даже зная, какой он человек, Ванда не перестаёт верить в него. Думает, это может её погубить.       У него уже есть план. Когда Стив взбудоражено рассказывает о нём, Ванде начинает казаться, что он придумал это всё уже давно, просто некого было отправить в рассадник монстров. Ему хочется добыть информацию как можно скорее, и он просит её отправиться в Гидру завтра — она удивлена, что уже не сегодня ночью.       Её начинает подташнивать, когда осознаёт, на что соглашается. Ванда просит его притормозить и обсудить всё завтра. Отправляется в ванную, ощущая на себе удивлённый взгляд Стива. Она умывается холодной водой и долго стоит напротив зеркала, пытаясь разглядеть там себя же. Не понимает ничего, включая то, во что превращается её жизнь. Ванда осознаёт одно: она уверена только в том, что в любом случае её погубит именно Стив Роджерс.       Не стоило ей влюбляться в него.