Маски

      Отец ходит вокруг него кругами, не отрывая подозрительного взгляда. Гарри молчит; сидит на диване, сложив руки на груди и избегая смотреть на Нормана. Они оба всё поняли, но начать разговор не решается ни один.       Мия убегает сразу же, как его отец говорит о Старке. Гарри видит этот жуткий страх на её лице, когда она понимает, что больше ни для кого не является секретом. Он думает, что Мия бесстрашная, но последний взгляд, который она кидает на него, даёт понять, что это не так. Она глядит на него, как зверь, загнанный в ловушку, и жалобно просит помощи. Гарри с ужасом понимает, что помочь ей не может, и выпускает её руку из своей. Мия скрывается, как ему кажется, навсегда — либо бесследно исчезнет, либо станет трупом.       В этом виноват его отец — эта мысль начинает лихорадочно плясать в его голове.       — Не смотри на меня, как на своего главного врага, сын, — Норман останавливается напротив, когда улавливает на себе его быстрый взгляд. Он тяжело вздыхает и, хватаясь за сердце, медленно присаживается на кресло; Гарри наблюдает за этим с безразличием.       Ему становится чертовски плевать на рак, из-за которого отец слишком быстро угасает прямо на глазах. Он думает, что знает его, и насколько жестоким человеком Норман является. Но понимает, что ошибается. Он не может думать ни о чём другом.       — Зачем? — Гарри задаёт лишь один вопрос, желая понять мотивы отца.       — Ты знаешь, кто она такая? — уточняет Норман, подпирая подбородок рукой. Он выглядит так, будто уверен, что Гарри ничего не знает, и ему тут же хочется возразить.       — Мия Келлер.       — Ты знаешь, кто она такая? — отец повторяет вопрос, впиваясь вопросительным взглядом.       Гарри знает. Он уверен, что знает, но всё равно задумывается. До него слишком медленно доходит, что он никогда не задавался вопросом для чего Мия устроила весь этот цирк с фальшивой личностью, с любовью к Питеру. Ему было на это плевать, даже если его лучшего друга обманывали — Пит заслужил. Но теперь Гарри понимает, что это та самая причина, из-за которой чёртова Мия будет страдать. Он поднимает на отца взгляд, вопросительно приподнимая брови, ожидая ответа. Ему нужно знать, почему Норман тоже желает девчонке смерти.       — Пошевели мозгами, Гарольд, ты ведь знаешь, чья она дочь. Вспомни эту войну Старка с Уилсоном Келлером, — отец замолкает, склонив голову, внимательно наблюдая за ним; даёт время переварить информацию. — А теперь спроси себя, зачем Мия Келлер под другой личностью втиралась в доверие к Питеру, который является сыном Тони.       Ему кажется это бредом. В первые три секунды. А потом Гарри понимает абсолютно всё; пазл в голове складывается в единую картинку. Он всегда знал (ещё до этого прямого знакомства с Мией), что семья для неё — главное. А в особенности её отец. Которого Старк засадил за решётку на пожизненное. Чёрт возьми.       — Это месть за семью, — подтверждает Норман, замечая шокированный взгляд сына. — Зачем ты ввязался сюда, я не понимаю. Окажешься слишком близко, и тебя заденет.       Гарри осознаёт это за секунду; он начинает слабо улыбаться, а потом и вовсе смеется почти во весь голос. Мия ему не врала. Она обвинила его отца не просто так. Теперь Гарри становится ясно, зачем ему это всё — хренова папочкина защита, которая ему не сдалась, особенно с такими жертвами.       — Поэтому убил Райли? — Гарри перестаёт смеяться и, стирая любую улыбку с лица, задаёт этот вопрос, не замечая, как зло глядит на отца. — В чём был виноват её брат, а?       — Гарри...       — Я думал, это моя вина! — он вскакивает с места, прерывая отца, и оказывается к нему слишком близко, склоняясь над ним. — Я думал, я убил человека. Брата Мии. Ты хоть можешь себе представить, что я чувствовал?!       — В этом и был смысл, — холодно отвечает Норман, повергая Гарри в шок. Он отшатывается от отца, не веря в то, что он говорит. — Мне плевать на твоих девушек, я никогда в это не лез. Но с самого начала было понятно, что с этой что-то не так. А она даже твоей не была.       Гарри продолжает стоять от отца на расстоянии, зло глядя на него, и в попытке успокоиться сжимая кулаки. Норман, как всегда, спокоен и безэмоционален.       — Все заметили, что ты слишком сильно увлёкся. Я начал следить. Я вышел на неё из-за тебя. Гарри, ты привёл меня к ней, — каждым новым словом отец наносит ему болезненные удары. Гарри начинает понимать, сколько бед он принёс Мие, и начинает ненавидеть себя ещё сильнее, чем до встречи с ней. — Когда я понял, кто она на самом деле, я сделал то, что должен был. Увёл тебя от неё.       — Она тебе даже ничего не сделала. Ни тебе, ни мне, — хрипло сипит он, отказываясь верить в мотивы отца. — А ты отдал её на растерзание Старку.       — Ты знаешь, что это защита семьи, Гарри.       — Нет у тебя семьи.       Он уходит. Но перед этим замечает, что взгляд отца даже не меняется. Нормана Озборна ничуть не удивляют эти слова сына. Гарри думает, он знал, что так всё и будет.       Это не из-за Мии. Гарри и прежде бросал отцу эти слова, потому что это правда — нет у них никакой семьи. Уже после смерти мамы стало всё плохо, но Гарри был слишком мал, чтобы понять это. Наркотики помогли. Они закрыли ему глаза на многое, но на то, что у него нет семьи — открыли. Гарри не понимает, почему он до сих пор не уехал.       Это всё же из-за Мии. Гарри прощает отцу всё, кроме неё. Он понимает это, когда пытается найти её, чтобы помочь.

***

      Стив звонит Баки и говорит, чтобы он немедленно увозил Мию, если хочет, чтобы она осталась жива. Не разменивается на лишние слова и просто просит послушать его. Баки слушает и срывается с места, набирает её номер, когда видит входящий от Старка. Думает, что понимает в чём дело.       — Слушай сюда, — рычит Тони в трубку, когда Барнс отвечает. — Тащи ко мне девку Питера. Сейчас же. Про всё остальное забудь.       Он сбрасывает звонок, не дожидаясь ответа. Баки застывает на пороге своей квартиры, как вкопанный, ничего не понимая. Если Старк знает о Мие, почему не знает о нём?       Телефон Мии отключен, её нет дома. Превышая скорость, Баки едет в дом её матери, но там её тоже не оказывается.       — Где она? — он спрашивает слишком резко, слишком нервно, меряя шагами просторный коридор. Джейк спокоен, но на него смотрит, как на ничтожество. Баки знает почему, и действительно чувствует себя виноватым, но сейчас ему не до этого. — Говори же. У неё проблемы, я просто пытаюсь помочь.       — Без тебя справится, — зло кидает ему и собирается уйти.       — Думаешь, я шучу? — Баки хватает Джейка за плечо, разворачивая, чтобы посмотрел на него. Он тут же отталкивает его от себя. — Старк всё знает. Мне нужно увести её.       Джейк всё понимает. Баки сразу замечает, как его взгляд меняется на испуганный, а сам он бледнеет на глазах. Им нечего делить сейчас, пусть и не терпят друг друга. Но Мия всегда в приоритете. Пусть Джейк отказывается от неё, он всё равно будет всегда её защищать. Поэтому он сообщает Барнсу, что Мия уехала к Гарри.       Баки перестаёт дышать на несколько секунд.       У Озборна Мии тоже нет. Её нет нигде. Баки понимает, что она прячется — тоже знает, что всё кончено. Он старается не переживать о ней, потому что знает, что она может о себе позаботиться. Ему нужно только подождать, пока она не выйдет на связь. Ждать и не дёргаться.

***

      Она решает, что лучше всего сейчас просто как можно скорее скрыться. Никому ничего не говоря, ни с кем не связываясь — спрятаться на время, а потом решать проблемы. Таков план был с самого начала, на случай, если Старк всё узнает раньше времени. У неё даже третий паспорт с ещё одной фальшивой личностью почти всегда с собой. Только вот Баки должен был помочь ей. Баки, который тоже обманывал её.       Мия скрывается по углам вокзала в людных местах, оглядывается по сторонам, боясь, что её найдут. На ней тёмные очки и кепка, скрывающая волосы, но всё это не поможет, если Старк захочет её найти. А он явно уже занимается этим, если чёртов Норман Озборн так злорадно улыбался ей вслед, когда Мия убегала из его пентхауса. Очередной разгневанный шакал, которому она тоже чем-то не угодила. Но она не может вспомнить, как могла так насолить Озборну, что он пополняет список людей, жаждущих её прикончить.       Билет на поезд до Чикаго прожигает бок даже сквозь карман куртки, в котором лежит. Всё идёт не по плану.       Она должна была улететь в Техас, а оттуда на машине в Мексику, где у Барнса есть знакомые, готовые помочь. Вместо этого Мия отключает телефон и выкидывает его из окна машины, пока уезжает от Озборна, судорожно соображая, что ей делать без Баки. Никому нельзя доверять. Он доказывает ей это своей ложью и ударом прямо в сердце, пока слова Джейка всё ещё эхом звучат в её голове: «Он всё знал».       Мия от ярости пинает мусорный бак ногой, когда идёт к своему вагону. Она забывает, почему сейчас находится здесь, забывает о том, что она под прицелом — обида новой волной накатывает на неё, и от отчаяния даже слёзы выступают на глазах. Она останавливается, облокачивается о стену, не в силах больше огораживаться от своих эмоций, и даёт слабину, позволяя себе разреветься.       Ей не стоило ожидать другого от человека, который работает на её отца почти двадцать лет. Конечно Баки будет хранить все его секреты, даже если спит в её постели. Да чтоб они оба сгорели в аду.       Она решает выйти в Кливленде, не доезжая до Чикаго, и сразу же направиться в Канаду. Отвратительный и непродуманный план, но другого у Мии попросту нет. Соображать приходится на ходу, отчего она становится слегка рассеянной и не замечает очевидного.       Когда Мия обращает внимание на подозрительного мужчину, находящегося в начале вагона, поезд уже начинает движение, а ей не остаётся никаких путей для отхода. Она понимает, что попадает в ловушку, замечая на себе взгляд этого мужчины, хотя он и старается быть осторожным. Она осторожна тоже, поэтому в голову сразу влетают мысли о том, что этот человек работает на Старка.       Мия, стараясь не привлекать внимания, уходит из своего вагона. Она надеется, что у неё просто паранойя. Но через два вагона, в тамбуре кто-то резко хватает её за шею, зажимая рот ладонью. Она старается бороться, но сил и воздуха катастрофически не хватает. Она отключается практически мгновенно, не разглядев нападавшего, не успев понять, что происходит.       Во второй раз за последние пару месяцев просыпаться, привязанной к стулу в каком-то темном помещении, не кажется удивительным. Мию удивляет лишь то, что она всё ещё способна дышать. И это её совсем не радует, потому что знает — если она всё ещё жива, значит для неё приготовили что-то похуже смерти.       Она даже не пытается освободиться; опускает взгляд на привязанные к ручкам стула запястья и устало выдыхает воздух, прикрывая глаза. Потом осматривается вокруг: двухуровневый огромный склад без освещения, заваленный коробками с логотипом известной компании. Она знает это место. Один из рабочих складов Тони Старка на окраине города, которыми он почти не пользуется. Либо пользуется именно в таких случаях, как её.       Мия ждёт не меньше часа, по ощущениям. И только тогда Старк появляется. С виду абсолютно безоружный, но она уверена, что где-нибудь припрятал пушку. Он своей будничной медленной походкой проходит мимо неё, останавливаясь напротив, и облокачивается на одну из железных балок, даже не боясь запачкать свой брендовый костюмчик. Складывает руки на груди и оглядывает её, а потом хмыкает. Она не решается заговорить первая; молчит, поджимая губы, и смотрит на своего врага, не отрывая гневного бесстрашного взгляда.       — Ну, привет, Джо, — говорит он, склоняя голову вбок, наблюдая за её реакцией на это имя. Её от него трясёт, но внешне этого не показывает. — Или Мия? Ещё какие-нибудь псевдонимы есть?       Она начинает хмуриться, не понимая, что происходит. Мия ожидает чего угодно, вплоть до своей скорой смерти, либо пыток, на крайний случай, но точно не светской беседы со Старком. Это не в его стиле. Она изучила его достаточно хорошо, чтобы знать это.       — Как к тебе обращаться? — снова спрашивает он, перенося вес с одной ноги на другую.       — Я Мия, — злобно отвечает она, сводя брови в ненавистном взгляде. Старк лишь усмехается.       — Какая же ты дрянь, Мия.       Она не обращает внимания на его выпад; продолжает решительно смотреть на него, чем вызывает у Тони лишь веселье. Она видит это по его лицу. Ей хочется прокричать ему, что зря её недооценивает, но потом вспоминает, где находится. Это она сейчас привязана к стулу. Это она его недооценивает.       — Удалась твоя глупая игра с невинным мальчишкой? — с этим вопросом Мия замечает, как в Старке начинает просыпаться ярость. Он сдерживается, она не понимает почему, но руки уже сжимаются в кулаки, а желваки заходятся на лице.       Он говорит о Питере. Он думает, она просто играла с его сыном. Мия только в этот момент осознаёт, что Старк знает не всё, и ей хочется смеяться. Ей действительно весело, хотя не должно быть. Но она просто понимает, что Тони всё же не так хорош, чтобы узнать о ней абсолютно всё.       Поэтому она и правда смеётся. Старк смотрит на неё слишком шокировано.       — Ты меня даже не вспомнил, — отвечает она его вопросительному взгляду, когда успокаивается.       — Твоя смазливая мордашка точно такая же, как у тысячи других глупых девиц, — безразлично бросает он, на что Мия лишь снисходительно улыбается. Он до сих пор ничего не понял.       — Я знала, что ты не вспомнишь. Я даже не переживала об этом, когда принялась за свой план. Но ты вцепился в меня, и я подумала: а может, он всё-таки вспомнил? Ведь это было всего пару лет назад. Но ты ухватился за меня не из-за этого.       Он непонимающе прожигает её взглядом, и для Мии это настолько приятно, что она, не стесняясь, начинает глумиться над Старком, одаривая его дерзкой улыбкой. Тогда он торопится объясниться.       — Я не знал дочь Келлера. Он скрывал свою семью.       — Подумай ещё, — Мия ведет бровями; внутренне она катается по полу в истерике и радости от того, насколько глупо Старк себя чувствует, ничего не понимая, но внешне она спокойна. — Благотворительный вечер твоей мисс Поттс. После которого вы расстались.       Она решает не мучить его и делает жирный намек. Внимательно наблюдает за Старком, ожидая его реакции. Ему требуется почти минута на осознание, но, когда он понимает, она замечает это сразу же. У него глаза мгновенно округляются, а рот раскрывается, но никаких слов Мия от Тони не слышит. Она никогда ещё не видит его настолько растерянным.       — Ты та... — Старк затыкается на полуслове, замирает, как вкопанный, глядя на неё безумными глазами, когда наконец осознаёт, о чём она говорит.       До него наконец доходит, кто она такая. Этот его ненавистный взгляд на себе она, готова поклясться, запомнит на всю жизнь и не сможет избавиться от него. Потому что этот взгляд пугает её, как ничто до этого — Мия физически чувствует, как её сердце бешено колотится в груди.       Взгляд Тони Старка на неё, когда он понимает, что она испортила его жизнь ещё задолго до встречи с Питером, уже означает её скорую смерть.       Теперь, когда он смотрит на неё с необузданной яростью, она уверена, что сама себя и губит. Мисс Поттс была любовью всей жизни Старка, а Мия только что призналась ему, что это из-за неё он потерял эту любовь.