Всё не как у людей

      Мира сидит в актовом зале, в котором оказалась впервые за полгода учёбы в новой школе, и откровенно недоумевает, почему учителя им срывают алгебру. Она только-только начала вникать в суть темы, над которой корпит вот уже пятый день, и тут их класс и всю параллель (плюс ещё и старших позвали) созвали в актовый зал. Здесь слишком душно, тесно, шумно, ни хрена не понятно, и, к тому же, Касс уже вся извертелась. Мира на неё шикнула.       — Да угомонись ты! — хлопнула ладонью по чужому колену. — И без тебя вороху много!       Если вдруг их начнут созывать в различные колледжи, Флорес просто встанет и уйдёт. Серьёзно, это несмешно. К тому же, созывать аж… сколько там… шесть классов! Мира случайно забыла про десятые классы, которые расселись спереди. Среди них сидели Салли, Эшли и остальные.       Девушка хотела уже достать математику и продолжить начатое на уроке, как вдруг в микрофон закашляли, и перед сценой появилась молодая девушка.       — Добрый день, дорогие ученики! — весело поприветствовала она учащихся, широко улыбаясь. — Мы прибыли к вам из Международного исследовательского центра по вопросам Соулмейтов!       Мира смотрела на неё как на диковинку. Часто моргала и думала, что ей всё снится. Ученики зашептались.       — К сожалению, на данный момент проблема соулмейтов остра, и никто не знает, почему, к примеру, повысился процент людей без своей предначертанной пары. Наша огромная команда занимается этим вопросом и многими другими…       — Какими же, например? — крикнул кто-то справа.       — Например, всевозможными аномалиями: потерей цвета левого глаза — медленной или резкой, переменой цвета глаз местами, неожиданные вспышки боли или отсутствие чувствительности слизистой.       Мира выпрямилась так же быстро, как эта мадам всё протараторила. Да она буквально описала все её симптомы! Почему она никогда не слышала об этом исследовательском центре?       — И это лишь малый перечень всех проблем, связанных с…       — А из-за чего они возникают? — кто-то опять нагло перебил девушку. Та ни капли не расстроилась, наоборот, шире улыбнулась.       — Чаще всего по психологическим причинам. Точнее сказать, эмоциональным. Реже — по физиологическим.       — А вы можете привести конкретный пример?       — Разумеется! — с энтузиазмом откликнулась в микрофон девушка. Мира могла поклясться, что в её глазах появились две яркие звезды. — Кстати говоря, в вашей школе есть один человек, который наглядно может продемонстрировать произошедшие с его глазами деформации!       «Бля-а-а-ать…», — мысленно протянула Флорес, поджав губы. Она с испугом смотрела на незнакомку, от которой будто свет от прожектора излучался. По телу мурашки пробежали. Неужели это она сейчас про неё говорила? Но как она узнала?       — Об этом мы узнали по анонимным ответам из ваших бланков, заполненных вчера, — девушка лукаво улыбнулась.       Мира чуть не заорала злобное «Сука!» на весь зал. Эти грёбаные бланки… Блять, лучше бы она в школу вчера не пришла!       — Но, прежде чем этот человек решится самостоятельно выйти и продемонстрировать нам свою уникальность, для начала пусть встанут те, у кого нет соулмейтов.       Девушка хитрым взглядом обвела огромную толпу. Многие занервничали.       — Смелее, ну! — она жестом просила ребят встать. — Никто не будет вас осуждать! В этом нет ничего постыдного и страшного!       Касс рядом замялась, но всё же медленно поднялась с места. Ларри впереди (он сидел через четыре ряда от подруг) резко встал, даже не заморачиваясь о том, что могут о нём подумать. Он весьма неожиданно к ним обернулся (Мира чувствовала, что не случайно) и хмуро оглядел Коулман. Девушка сжалась сильнее и опустила голову. Ещё несколько ребят встало по всему залу, но их было очень мало на такую огромную толпу.       — Молодцы, — подбодрила из девушка. — Девять встало, ещё трое так и не осмелились показать себя, — её ухмылка заставила Миру нахмуриться. В этом есть что-то смешное? — Хорошо, можете садиться.       Все послушно сели. Мисс тронулась с места, медленными шагами начала мерить огромное расстояние от сцены до близ сидящих подростков. Стук каблуков разносился громче, чем эхо от её уверенного голоса.       — Признаться честно, никто не знает, как именно работает система соулмейтов, — начала она свой монолог. — Многие люди исследуют их и, в первую очередь, себя на протяжении многих лет. До сих пор неясно, является ли это замыслом Божьим или связано с чем-то другим, ещё более непонятным и таинственным. Раньше это казалось дикостью, но теперь стало уже привычной вещью в нашем обществе. Но непривычными всегда были люди без своего соулмейта и те, которые потерпели различные изменения своих глаз.       Постепенно Флорес оттаяла и внимательно вслушивалась в твёрдый голос незнакомой девушки.       — Люди без соулмейтов, несомненно, ничем не отличаются от тех, у кого есть предначертанная судьбой половинка. Но их многие считают изгоями. Спрашивается, почему? Люди боятся того, что им незнакомо, чуждо — это один из ответов. Или же из зависти? Всё-таки им даётся выбор, которого они изначально лишены аж с самого рождения!       Многие перестали перешёптываться и погрузились в думы.       — А теперь — представьте себе! — тех самых двенадцати человек, лишённых пары, присутствующих среди нас, слишком много на шесть классов! И это ещё не все учащиеся, не имеющие соулмейта, в вашей школе!       Ребята вновь взорвались разговорами и восклицаниями.       — Никто не знает, почему количество людей без пары выросло. Ещё пятьсот лет назад их можно было пересчитать по пальцам чуть ли не одной руки! А насчёт аномалий не волнуйтесь — раньше их было гораздо больше. Раз, наверное, в десять… Но, пока наш особенный человечек не выйдет, я не смогу продолжить говорить!       Вокруг вновь поднялся шум. Мира нервно переглянулась с Касс. Коулман заметила, как правый глаз подруги дёргался, а губы дрожали.       — Ты чего? — прошептала Кассандра, но её опять прервала всезнающая девушка из центра:       — Ну, же, девочка, выходи. Я не буду кусаться!       Мира ещё чаще заморгала и впилась пальцами в обшивку сиденья. Ладони вспотели, пальцы замёрзли. В горле пересохло. Девушка смотрела прямо на неё, не отводя взгляда. Поманила пальчиком.       — Давай-давай, крошка, — елейным голоском протянула она, — я жду тебя!       Ученики начали оборачиваться, но их взгляд не цеплялся за определённых личностей, лишь скользил мимо и изредка задевал сгорбленное тело девушки. Всё ещё не веря, что незнакомка смотрит на её, Мира приложила ладонь к груди и вскинула брови, как бы спрашивая: «Я?». Девушка кивнула, и Флорес резко вскочила и твёрдыми шагами направилась к ней, проходя между рядами учеников. Она бубнила себе под нос ругательства, сжимала руки в кулаки и чувствовала, как практически две сотни взглядов раздевали её на ходу.       Девушка встретила её с улыбкой. Мира лишь скептически оглядела её с ног до головы и сокрушённо вздохнула.       — Представься, милая, — она протянула Флорес микрофон.       — Мира Флорес, — равнодушно откликнулась та.       — Хорошо! Можешь называть меня мисс Бернс или просто Джанин, — Джанин ей подмигнула, после чего вновь приблизила микрофон ко рту. — Мисс Флорес — уникальный человек, у которого есть аномалии глаз!       Весь зал будто выключился. Затих настолько резко, что, казалось, сейчас от нахлынувшего давления кровь из ушей хлестать начнёт.       — Сейчас мы разберёмся, откуда она взялась, — Джанин развернулась к ней. Мира наклонила голову вбок. — Мисс Флорес, в чём заключается ваша аномалия?       — Мои глаза поменяли цвета. То есть… с правого глаза цвет перешёл на левый, а с левого — на правый.       — Хорошо, — Джанин кивнула. — Во сколько лет ты получила эту аномалию?       — Кажется, в восемь, — неуверенно откликнулась Мира. С каждой секундой этот допрос ей не нравился всё больше и больше.       — Та-а-ак… У тебя есть справка?       — Да.       — Что ты чувствовала, когда цвета глаз начали меняться?       — Жжение. Очень сильное. Причём в левом оно было сильнее, но крови больше шло из правого.       Джанин кивала, напоминая больше подпевалу. По залу прошлись брезгливые «фу-у-у», и лица многих исказились в противных гримасах.       Она что, обезьянка в цирке, чтобы их развлекать?       — Хорошо, этого достаточно, чтобы сделать кое-какие выводы, — мисс Бернс развернулась к залу. — Многие люди почему-то думают, что практически все аномалии связаны с изменой человека своему соулмейту. Заверяю вас: это не так!       Подростки взорвались восклицаниями. У Миры будто гора с плеч свалилась. Она поправила коричневый шарф на шее и сложила руки на груди.       — Дело в том, что в данном случае, — Джанин указала на Флорес, — в перемене цветов играют физические причины, а вот, например, в полном обесцвечивании и радужки, и белка глаза — эмоциональные. Скорее всего, соулмейт мисс Флорес просто-напросто каким-то образом потерял свой глаз, соответственно, цвета поменялись в связи с этой потерей. Вижу, что вы ничего не поняли, поэтому я объясню по-другому, — Джанин снисходительно улыбнулась. — Вам стоит знать, что правый глаз — это ваш родной глаз, а левый — глаз вашего соулмейта. Существует теория, что Господь специально так пометил родственных душ, проведя обмен у двоих человек их левыми глазными яблоками. Знаю, что звучит отвратительно, но подумайте сами, как это похоже на правду! Получается, что левый глаз вашего соулмейта — это ваш левый глаз. Никогда не задумывались об этом?       Мира вслушивалась в речь мисс Бернс и всё больше удивлялась. Её соулмейт потерял глаз? Ни хрена себе! А она такого уже себе напридумывала… Впрочем, теперь всё её теории фуфло по сравнению с суровой правдой. Нет, даже правда так жёстко не звучит.       — А с чем тогда связано то, что глаз полностью становится серым? — между делом задала вопрос Мира.       — Скорее всего, ты испытала негативные эмоции по отношению к своему соулмейту, милая, — Джанин вновь хитренько улыбнулась. Мира смутилась. — А, значит, твой соулмейт тоже испытал подобную пытку. Таким образом, божественные силы наказывают вас за ненависть друг к другу.       — А с чем связано обесцвечивание радужки? — крикнул кто-то со средних рядов.       — С тем, что вы уже встречали своего соулмейта и имели с ним физический контакт, а потом долгое время не прикасались друг к другу. Полностью глаз не сможет потерять окрас, но, согласитесь, это не очень-то приятно.       Джанин покосилась на стоящую поодаль Флорес.       — Между прочим, мисс Флорес испытала всё вышеперечисленное! — весело подметила мисс Бернс, отчего Мира подавилась воздухом. Какая же она наглая… — Но, если честно, каждый из вас может испытать подобное и не один раз. Если вас беспокоит что-то, вы всегда можете позвонить в наш исследовательский центр, и мы проконсультируем вас! Наша диспетчерская работает круглосуточно, а вы всегда можете прийти…       — Всё, я сваливаю отсюда, — проворчала Мира, и быстрым шагом направилась к своему месту. Мисс Бернс специально проигнорировала её уход, переключая внимание подростков на себя.       Твою мать. Это. Был. Самый. Постыдный. День. В жизни. Миры.       Она знала только одного человека, у которого отсутствовал правый глаз, который имел левый глаз её цвета и который мучился от боли на её коленках.       Ну, и как тут теперь оправдываться? Видит Бог, она скоро смотается отсюда в Нью-Джерси и забудет об этом кошмаре. После пережитого все надежды насчёт соулмейта рассыпались в крах, превратились в пыль и полетели маленькими песчинками-осколками в глаза. И что теперь делать? Избегать объект её ненависти до конца грёбаной учёбы?       Да. Пожалуй, так она и поступит.