Учихи платят

— А ты отчаянная, — ухмыльнулся Саске, быстро оглянувшись на пассажирское сидение рядом с собой. — Ехать с незнакомым мужчиной неизвестно куда, да еще и на ночь глядя. — Я не отчаянная, — возразила уткнувшаяся в телефон Сакура, — я очень предусмотрительная. Как раз сообщила подруге номер твоей машины. Ее слова заставили Саске заметно напрячься всем телом, но он лишь промолчал в ответ. Сакура оторвалась от экрана телефона и с любопытством уставилась на слишком сильно вцепившегося в руль Учиху. По тому, как ее вдавило в спинку кожаного кресла, Сакура почувствовала, что автомобиль набирает скорость. — Расслабься, — внезапно звонко рассмеялась она, заставляя Саске еще сильнее нахмуриться, — если я вернусь домой до полудня, она вряд ли начнет пробивать, кому именно принадлежит машина. — Отвезти тебя домой? — ровным тоном спросил он, слегка наклоняя голову, чтобы лучше рассмотреть схему развязки на огромном щите. Сакура перевернула телефон экраном вниз и, прищурившись, уставилась на Учиху. — У тебя хобби такое, развозить девушек по домам после скучных приемов? — таким же серьезным тоном поинтересовалась Сакура. Телефон под ее пальцами коротко завибрировал, отвлекая от Учихи. “Ну ты и сучка,” — высветилось на экране сообщение от обнаружившей пропажу своей обуви Ино. “Прости”, — одним пальцем, не глядя на клавиатуру, выбила Сакура. — Это прерогатива Узумаки, — холодно ответил Саске, — он у нас любитель развозить чужих девушек на чужих машинах, — Саске явно был все еще очень зол на Наруто. — Если хочешь, чтобы я отвез тебя домой, скажи сразу. — Надо же, — Сакура всем телом, насколько ей позволяло неудобное кресло, повернулась к Саске, — ты и правда ничего не знаешь про девушек? — У меня нет времени на подобные глупости, — все тем же ровным тоном ответил ей Саске. — Но сорваться в ночь с почти незнакомым тебе человеком ты нашел время, — Сакура чувствовала, что ходит по краю, но остановиться уже не могла. — Если хочешь домой, говори сейчас, — повторился Саске и снова слегка наклонил голову, подмечая пролетающие за окном знаки, — у меня правда мало времени. — А теперь ты меня и действительно заинтриговал, — откинулась на спинку своего сидения Сакура, — не смогу спокойно уснуть, не узнав, что может быть важнее девушек в твоей жизни. — Ты снова путаешь меня с Узумаки, — отозвался Саске, позволяя себе немного ослабить хватку вцепившихся в руль побелевших пальцев. — С чего ты взяла, что мне это вообще должно быть интересно? — А ты не интересуешься девушками? — вопрос вырвался раньше, чем Сакура успела прикусить язык. — Я создаю такое впечатление? — ничуть не смутился Саске, аккуратно обгоняя попутные машины. — Ты богат, — задумчиво протянула в ответ Сакура, — стильно одеваешься, у тебя крутая машина. Достаточно, чтобы каждая вторая девчонка в городе мечтала о тебе. — И ты мечтаешь? — пожалуй, слишком прямо спросил Саске. — Не люблю стоять в очереди, — пожала плечами Сакура, чувствуя, как жесткий лиф больно впивается в подмышку. Ей отчаянно нужно было найти способ незаметно поправить платье и сменить тему выходящего за грани приличия разговора. Саске весело усмехнулся. Сакура заерзала на месте. — Это машина моего старшего брата, — неожиданно сообщил он. — Только не говори, что и вещи за ним донашиваешь, — пропыхтела Сакура и, отчаявшись избавиться от дискомфорта, неловким жестом подтянула лиф. — У нас с ним разные вкусы, — поведал Саске и заложил лихой вираж, сворачивая с главной дороги, отвлекая Сакуру от разговора. Район, по которому, все еще нарушая скоростной режим, летел автомобиль Учихи, Сакура знала — сердце ночной жизни города, пульсирующее яркими огнями десятков ночных клубов и баров, каждый вечер гостеприимно распахивавших свои двери перед офисным планктоном. Сакура и сама время от времени оказывалась в бесконечном потоке уставших от долгого трудового дня людей, спешащих утопить накопившуюся за неделю усталость в пятничном угаре. Саске аккуратно припарковался на единственном свободном месте невероятно тесной парковки и достал мобильный телефон. — Что? — коротко спросил он, почувствовав на себе недоуменный взгляд Сакуры. — Ничего, — отмахнулась Сакура, смущенно отворачиваясь, чтобы спрятать улыбку. — Что тебя так веселит в мобильной парковке? — не отставал Саске, вбивая номер машины, чтобы отправить его оператору. — Я была уверена, что богатые паркуются, где хотят, и не заморачиваются с парковочными часами, — выдохнула Сакура, выписывая себе мысленный подзатыльник за стереотипное мышление и слишком длинный язык. — В этом районе парковка стоит дороже штрафа. — Я тоже так думал, — вдруг честно признался Учиха, — но оказалось, что выкупить машину со штрафстоянки куда проблематичнее, чем просто заплатить за парковку. Ты готова? — неожиданно сменил он тему. — Понятия не имею, к чему я должна быть готова, но не сидеть же в машине ты меня привез сюда, — распрямила плечи и, забыв про предупреждение Ино, тряхнула головой Сакура. Тщательно уложенные локоны начинали терять свою идеальную форму. В ответ Саске лишь еле заметно улыбнулся и кивнул. Сакура последовала его примеру и выбралась из тесного салона на людную улицу. Ей страшно хотелось потянуться, чтобы размять затекшую от долгого сидения в жестком кресле спину, но неудобное платье обязывало соблюдать приличия, поэтому Сакура лишь встряхнула руками и повернулась к подошедшему к ней Саске. — Ну, с чего начнем? — спросила она, глядя на залитую огнями рекламных вывесок шумную улицу. — В смысле? — заметно растерялся Учиха, успевший стянуть с себя строгий пиджак и закинуть его за плечо. После обдуваемого кондиционером салона на улице было слишком жарко — последние дни мая успешно били июльские рекорды по температуре. — Я, конечно, ценю твои старания, — изобразила милую улыбку и кокетливо повела плечиками Сакура, — но не то, чтобы это место меня удивило. — Часто здесь бываешь? — не особенно заинтересованно, а скорее из вежливости поинтересовался Саске. — Не то, чтобы очень, — откликнулась Сакура, — но примерный маршрут для нескучного вечера знаю. Сначала, — ткнула она пальцем в сторону старого, обклеенного афишами здания, возле которого собралась большая компания курящих мужчин и женщин в деловых костюмах, — в этот бар. Сейчас там выпивка — два коктейля по цене одного. Я надеюсь, ты угощаешь? — то ли шутя, то ли серьезно, решила уточнить она у запустившего руку в карман брюк Саске. — Это у тебя полный карман выпивки, — последовал незамедлительный ответ. — По коктейлю за каждую бутылочку, — Сакура наугад извлекла из своего бездонного кармана крошечный пузырек и бросила его Учихе. — Дороговато за такое, — поморщился тот, без труда поймав бутылку не самого лучшего виски. — Пойдем, я угощаю. По барам, в отличие от офисного планктона, Учиха не пошел, а сразу направился к дверям одного из самых дорогих клубов, у которых уже собралась толпа модно и пестро разодетых молодых мужчин и женщин. — Она со мной, — Учиха, разумеется, в очереди стоять не собирался, и стоявшему возле дверей в клуб мужчине в строгом костюме явно был знаком. — Добро пожаловать в клуб “Элита”, господин Учиха, — вежливо поклонился охранник, пропуская Саске и Сакуру в широкие тонированные двери. Учиха галантно посторонился, пропуская вперед Сакуру, кожей чувствующую на своей оголенной спине полные зависти взгляды. — Бывала здесь? — спросил Саске, жестом указывая в сторону винтовой лестницы, скрытой в недрах заполненного приглушенными отголосками мощных басов холла. — Пару раз, — Сакура прошла вперед, мягкой улыбкой благодаря склонившегося в услужливом поклоне еще одного охранника, опустившего перед ними тонкую цепочку, чтобы дать им доступ к лестнице. — Ничем тебя не удивишь, — ухмыльнулся последовавший за ней Саске. — Дай угадаю, — не оборачиваясь поделилась своими мыслями Сакура, — сейчас мы поднимемся в VIP зону. Ты закажешь несколько коктейлей, нет, пожалуй несколько бутылок дорогого алкоголя и кальян, и... — запнулась она. — И что? — тон Саске ничем не выдавал разочарования от того, что его план оказался раскрыт. — Даже не знаю, — честно призналась Сакура, выходя в темный коридор, обрамленный рядом тяжелых резных дверей, — но помни, до полудня я должна быть дома. — Добрый вечер, господин Учиха, — возник словно из ниоткуда очень молодой мужчина. — Прошу сюда, — поклонился он и распахнул одну из дверей. Глухую тишину коридора разбили отголоски ритмичной мелодии. Сакура поморщилась. Третий человек за пару минут. Даже вышколенные подчиненные Цунаде-сама не кланялись перед своей начальницей с такой частотой. — Добрый вечер, Хаку, — кивнул Саске, снова пропуская Сакуру в открытую перед ними дверь. — Сегодня я с дамой, поэтому принеси нам бутылку... нет, лучше две бутылки виски. И что я должен был еще заказать? — обратился он уже к Сакуре. — Кальян, — подсказала Сакура, с любопытством рассматривая небольшую приватную ложу с видом на танцпол, — а мне коктейль, — добавила она, — Куба либре*, пожалуйста. Молодой человек скрылся за высокой дверью, оставляя Сакуру и Саске наедине. Сакура подошла к перилам ложи и посмотрела вниз на танцующую под энергичную музыку толпу. С нового для нее ракурса было видно, как кучкуются пришедшие сугубо женской компанией разодетые девушки, как случайно оказавшиеся в толпе люди то и дело разбиваются на пары и то, какую давку у барной стойки устраивают отправленные за выпивкой одиночки. — Все еще скучаешь? — повысив голос, чтобы быть услышанным сквозь грохот клубной музыки, поинтересовался облокотившийся на перила рядом с Сакурой Саске. — Это ты сюда так торопился? — вопросом на вопрос ответила Сакура и оглянулась. На небольшом столе уже стояли заказанные Саске бутылки с виски, высокий стакан с темным коктейлем и готовый кальян. Саске поднял руку к глазам, чтобы рассмотреть циферблат в лихорадочно мерцающем свете прожекторов. — Тебе не нравится? Сакура пожала плечами и подошла к столу, чтобы взять свой коктейль. — Если мы сейчас выпьем, — пригубила она напиток, в котором явно было слишком много колы и слишком мало рома, — и спустимся вниз потанцевать, то вечер еще можно спасти. — Я не танцую, — поморщился в ответ Саске и тоже подошел к столу, чтобы налить себе стакан виски. — Тогда зачем мы здесь? — Сакура еще раз глянула на танцующую толпу и уселась на небольшой кожаный диван. — Вечер только начинается, — Саске, глядя Сакуре прямо в глаза, приподнял стакан и сделал глоток. — Кальян? — предложил он. — С меня достаточно того, что я пью, — отмахнулась Сакура. — А зачем тогда заказала? — замер на мгновение на своем месте Саске. — Не знаю, — пожала плечами Сакура. — Это же типичный набор для обычного сценария. Отвести девушку в клуб, возможно, караоке. Но насколько я знаю, в “Элите” не поют. Угостить алкоголем, заговорить зубы, а наутро просто исчезнуть. — Надеешься, что я исчезну? — Учиха долил виски в свой стакан и облокотился спиной о перила балкона. — Как много у тебя вопросов ко мне, — сделала еще несколько глотков из своего стакана Сакура. Слишком сильно разбавленный ром, наконец, разошелся по телу, приглушая дискомфорт от неудобного платья. — Как ты верно заметила, — Саске залпом опустошил свой бокал, — у меня действительно мало опыта в подобных делах. В отличие от тебя. — Мне кажется, — недобро ухмыльнулась Сакура, — или ты меня осуждаешь? — А есть за что? — последовал ответ. — Если только за наивную надежду, что будешь оригинален в том, как хорошо продолжить плохо начавшийся вечер, — Сакура уже всерьез начинала подумывать о том, чтобы написать Ино, которая наверняка могла развлекаться в одном из клубов неподалеку. Перспектива продолжить вечер в компании подруги Сакуре улыбалось куда больше, чем затянувшаяся словесная дуэль с явно не представляющим, зачем именно люди приходят в клуб, Учихой. — Кстати, об этом, — встрепенулся Саске, снова глянув на часы, — вот теперь мы действительно опаздываем. — Что? — растерянно посмотрела Сакура на протянутую ей руку. — Я же сказал, — загадочно улыбнулся ей Учиха, — вечер только начинается. Кстати, у тебя есть куда спрятать это? — поднял он со стола непочатую бутылку виски. — А твой пиджак? — вдруг вспомнила крадущаяся вслед за Саске по темному коридору Сакура. — А что с ним? — не оборачиваясь поинтересовался Саске. — Ты оставил его в ложе, — сообщила Сакура, неуклюже подтягивая спадающее под тяжестью спрятанных в карманах бутылок платье. — Мне нравится твоя наблюдательность, — одобрительно отозвался Саске, но даже не подумал замедлить шаг. — Не переживай, мне привезут его утром. Сакура криво улыбнулась. — Как это мило с их стороны. Я в этом клубе телефон на барной стойке оставила и его через две минуты уже кто-то увел. — Быть богатым иногда очень удобно, — притворно-поучительным тоном поделился неожиданным секретом Саске и открыл перед Сакурой дверь с надписью “только для персонала”. Служебный выход вывел их в плохо освещенную подворотню, заставленную высокими мусорными контейнерами. В подворотне было удивительно людно: несколько мужчин в кожаных куртках курили рядом с неровной башней небрежно нагроможденных друг на друга ящиков из-под пивных бутылок. Тусклый свет одного-единственного фонаря безнадежно рассеивался в удушливом облаке, поднимающемся над компанией. Еще двое в деловых костюмах увлеченно, но невнятно, беседовали, обильно мочась на кирпичную стену. — Какие у вас, у богатых, увлекательные развлечения, — поморщившись от пропитавших подворотню запахов прокомментировала Сакура, на всякий случай высматривая пути к побегу. За одним из мусорных баков с потертой надписью “биоотходы” виднелся узкий, залитый светом фонарей проход на главную улицу. — Попросим угостить сигареткой или присоединимся к писающим мальчикам? — кивнула она в сторону мужчин в костюмах. Один из них обернулся на ее голос и судорожно схватился за ширинку. — На концерт пойдем, — пропустил ее предложение мимо ушей Учиха. Сакура растерянно посмотрела на дверь соседнего здания, к которой решительным шагом направился Учиха. Затуманенная алкоголем на пустой желудок память услужливо подкинула смутное представление, что именно могло находиться за этой дверью. И что бы Учиха ни задумал, Сакуре это заранее не нравилось. Но еще меньше ей улыбалось оставаться рядом с незнакомыми мужчинами, у которых никак не получалось застегнуть ширинку на своих штанах. — А не здесь ли находится подпольное казино? — будничным тоном поинтересовалась Сакура, бочком подбираясь поближе к Саске. Несмотря на то, что казино хоть и считалось подпольным, но знал о нем каждый второй, кто хотя бы раз бывал в квартале. И каждый третий старательно обходил это пользующееся весьма сомнительной славой заведение. — Здесь, — таким же нарочито будничным тоном ответил Учиха и громко постучал в маленькое окошко в двери. — И мы пришли сюда на концерт, — на всякий случай еще раз уточнила Сакура, ловя на себе заинтересованные взгляды курильщиков. — Именно, — Саске снова глухо ударил кулаком в затвор окошка. Спустя еще два удара, затвор со скрежетом приоткрылся. — Пароль, — раздался хриплый и очень сердитый голос. — Скрытый лист, — отозвался Саске. — А это кто, — хриплый голос явно интересовался Сакурой. — Она со мной, — небрежно ответил Саске, запуская руки в карман, словно готовясь к долгой беседе. — Тебя впущу, но за нее придется платить, — раздалось в ответ. — У тебя есть деньги? — повернулся к Сакуре Учиха. — Что? — опешила Сакура. — У тебя наличка есть? — спокойно повторил вопрос Саске. — Я еще и заплатить должна, чтобы попасть туда? — недоуменно уставилась на Учиху Сакура. — У меня только карточка, — пожал плечами Учиха, — ты карточки принимаешь? — кивнул он в сторону приоткрытого окошка. — Не беси меня, Учиха, — раздалось в ответ. — Ого, — восхитилась Сакура, — так тебе, оказывается, не везде кланяются. — Платите или проваливайте, — раздалось из-за двери. — Оба. — У меня действительно нет налички, — развел руками Учиха, — либо ты заплатишь за себя, либо тебе придется возвращаться домой одной, проводить я тебе не смогу, опаздываю. Сакура нерешительно переминалась с ноги на ногу, пытаясь сообразить, что ей делать. Компания мужчин в кожаных куртках явно закончила свой перекур и, судя по приближающимся голосам, двигалась в их направлении. Саске, снова заложив руки в карманы, терпеливо ждал. Из-за двери раздалась ругань. — Черт с тобой, — обреченно вздохнула Сакура и полезла в лиф, в котором предусмотрительно еще до выхода из дома спрятала мелочь на такси. — Отвернись! — возмутилась она, почувствовав на себе заинтересованный взгляд Саске. Учиха только ухмыльнулся, но взгляда не отвел. — Боже, — раздраженно пропыхтела Сакура и попыталась было отвернуться, но, обернувшись, нос к носу столкнулась с огромным парнем в кожаной куртке. — Этого хватит, — Саске бесцеремонно забрал у Сакуры извлеченную из декольте пачку денег, отсчитал пару купюр и сунул их в окошко. — Проходите, — в ответ раздался пронзительный скрежет отпирающихся замков и дверь тяжело распахнулась, открывая вид на не очень опрятную кухню, на которой деловито сновали повара в засаленных фартуках. В нос ударил резкий запах прогорклого масла и не слишком свежего, но крепко пережаренного мяса. Саске без лишних слов подтолкнул сердитую Сакуру вперед. — Со своей выпивкой нельзя, — предупредил их говоривший с ними из-за двери высокий мужчина в маске, — замечу — вылетишь, и плевать мне, что ты Учиха. — Я помню правила, Какузу-сан, — криво ухмыльнулся Саске и, бесцеремонно схватив Сакуру за руку, потащил ее за собой, ловко лавируя между раскаленными плитами и нагруженными огромными кастрюлями поварами. Они насквозь прошли душную кухню и Саске вывел Сакуру в низкий проход, прятавшийся за полками заваленной жухлыми овощами и разморозившимся полуфабрикатами холодильной камеры. — Я вижу, мне все-таки удалось тебя удивить, — самодовольно улыбнулся Саске, с весельем глядя на то, как вытянувшаяся в напряженную струну Сакура настороженно оглядывается по сторонам. Их постоянно толкали в спину державшие на вытянутых руках наполненные до краев стаканы с пивом люди, пробиравшиеся к своим столикам. Учиха успел урвать последний незанятый высокий стол, стоявший прямо напротив небольшой сцены. Стульев к столу не прилагалось и Сакура неуклюже переминалась с ноги на ногу в попытке увернуться от очередного детины в кожаной куртке, державшего в руках сразу четыре огромные кружки с пивом. Негромко играющая на фоне музыка из восьмидесятых то и дело перекрывалась оглушительной руганью и смехом, доносившимися со стороны обшарпанного бильярдного стола. — Не поспоришь, — не стала возражать Сакура, стараясь не прикасаться к липкой столешнице, которую, судя по въевшимся в грубую древесину пятнам, никто и никогда не протирал, — кто же знал, что легендарное “казино” — это всего лишь пивнушка. — Это не просто пивнушка, — притворно-поучительным тоном сообщил ей Саске, тыльной стороной руки отодвигая от себя пустой засаленный стакан, оставленный предыдущим посетителем, — это пивнушка, у которой нет разрешения на торговлю алкоголем. Поэтому, что бы мы тут ни заказали, не пей это. — И в мыслях не было, — Сакуре снова пришлось выгнуться, чтобы не получить удар в спину от очередного любителя горячительных напитков. — Я сейчас, — подмигнул ей Саске и скрылся в толпе. Сакура поежилась, чувствуя себя очень неуютно в своем слишком открытом розовом платье. Впрочем, протиснувшийся сквозь наряженную в шипованные куртки и кожаные штаны толпу Учиха выглядел не менее неуместно в своей дорогой рубашке и отглаженных брюках. — Я думала, что местная выпивка опасна для здоровья, — скептически прокомментрировала Сакура, глядя на то, как Саске устраивает на липкой столешнице стаканы с подозрительно мутной жидкостью. — Кто сказал, что мы будем это пить? — Учиха как ни в чем ни бывало подтянул к себе оставленные без присмотра чужие стаканы и бесцеремонно перелил в них содержимое, — пришлось купить пару фирменных коктейлей, чтобы не пить из горла. Передай бутылку, — попросил он, опуская руку под стол. Просить дважды не пришлось. Сакура намек поняла и неловко завозилась под столом, извлекая из многослойных складок синтетической ткани бутылку контрабандного виски. Учиха воровато оглянулся, ловко схватился за протянутую ему бутылку и, одним движением скрутив пробку, быстро наполнил принесенные им стаканы. — Спрячь, — вернул он бутылку Сакуре. — Я думала, у тебя нет налички, — криво посмотрела на Саске Сакура, пряча в бездонный карман своего платья заметно полегчавшую бутылку. — Одолжил у тебя, даже осталось еще, — Учиха с широкой ухмылкой выложил из кармана смятую купюру и выложил ее на стол. Сакура, ничуть не смущаясь, купюру забрала и сунула в карман к бутылке. Саске взялся за свой стакан, приподнял его и, даже не поморщившись, сделал несколько больших глотков. Сакура скривилась, получив очередной болезненный тычок между лопаток — толкнувший ее здоровый детина даже не обернулся. — Я так понимаю, до дома ты меня уже не подвезешь? — грустно вздохнула она, мысленно прикидывая, сколько денег осталось в ее тайнике и хватит ли их на то, чтобы провести несколько часов в клубе с Ино, или лучше сразу вызвать такси. — Вечер еще не начался, а ты уже думаешь, как сбежать? — Учиху явно не смущали ни обтирающиеся об него потные тела, ни недовольно поджатые губы Сакуры. — Ты обещала дать мне шанс, — напомнил он ей и приподнял свой стакан, приглашая последовать его примеру. Сакура решительно отодвинула стакан от себя. — Я все же пойду, — привстав на носочки, она попыталась оглядеть погруженный в полумрак зал, чтобы понять, в какой стороне находится выход. — Хорошего вечера, Саске. Где-то сбоку открылась ведущая на кухню дверь, пропуская в толпу очередного нелегального посетителя. Сакура с облегчением выдохнула и, прихватив подол своего длинного платья, сделала шаг в направлении выхода, от души надеясь, что Какузу не возьмет с нее платы за выход. — Не спеши, — холодные пальцы сомкнулись на ее плече. Саске настойчиво потянул Сакуру на себя, заставляя прижаться к своей груди. — Еще минут десять и ты будешь рада, что осталась, — махнул он рукой и Сакура невольно обернулась и заметила, что на небольшой сцене появились люди. Темные фигуры ловко сновали между аппаратурой и что-то настраивали. — Я лично провожу тебя домой, — Сакура почувствовала его дыхание на своей оголенной шее. — Просто оплати мне такси, — недовольно повела она плечом, чтобы сбросить с себя ладонь Саске. Учиха недвусмысленный намек понял и руку убрал, но от Сакуры не отошел ни на сантиметр, вынуждая ее саму сделать шаг в сторону, чтобы создать хоть какую-то дистанцию между ними. — Выпей со мной, — примирительным тоном предложил он, протягивая повернувшейся к нему лицом Сакуре стакан. — Хорошо, — приняла стакан Сакура, — а ты мне расскажешь, чего именно мы ждем, вместо того, чтобы веселиться в любом из клубов, торгующих легальной выпивкой? — Мы пришли на концерт, — просто ответил Учиха, заложив одну руку в карман, а другой поднося свой стакан к губам. — Это я уже слышала, — напомнила Сакура, чувствуя, как опьянение начинает потихоньку выветриваться, сменяясь острым чувством голода и раздражением. Толпа начинала потихоньку стягиваться к сцене и Сакура получила очередной толчок в спину. — Музыканты всегда опаздывают, чтобы толпа успела просадить все свои деньги на выпивку, это все знают, — снова ушел от ответа Учиха и, вытащив руку из кармана, подхватил Сакуру за локоть и подтолкнул ее в сторону сцены. — Пойдем. — Погоди, — одернула его Сакура, чувствуя, что пробираясь сквозь толпу рискует опрокинуть содержимое стакана на себя. — Выпьем? — призывно подняла она свой стакан. Саске лишь молча перевернул свой пустой стакан вверх ногами и пожал плечами. Сакура без лишних слов выудила из кармана бутылку и протянула ему. Передав пустой стакан Сакуре, Саске открутил крышку и, выругавшись, когда его толкнули под локоть, наполнил свой стакан. — До дна? — Учиха не церемонясь вернул заметно полегчавшую бутылку в карман Сакуры. Сакура только фыркнула в ответ и в несколько глотков опустошила свой стакан. Горло обожгло, пустой желудок неприятно скрутило, но в следующий момент обжигающее тепло побежало по венам, расслабляя тело и растворяя в себе раздражение. Саске лишь ухмыльнулся и тоже опрокинул свой стакан. Учиха едва успел сделать последний глоток и избавить их от стаканов, как свет в и без того темном зале погас, на мгновение дезориентировав толпу. Паника прорвалась сквозь опьянение, и Сакура рефлекторно вцепилась в руку, как она сама искренне надеялась, Учихи,а не одного из упакованных в слишком тесную и пропахшую потом и кожей одежду огромных детин. — Я не вижу вас, — раскатился по залу усиленный микрофоном глубокий голос, — но я чувствую биение ваших сердец. Сакура судорожно сглотнула, чувствуя, как ее собственное, разогнанное алкоголем и испугом сердцебиение оглушает ее. И в следующий момент мир вокруг взорвался ярким светом прожекторов и восторженным ревом толпы. Сакура хотела было одернуть руку, но Саске только крепче сжал ее пальцы и кивнул в сторону залитой электрическим светом сцены. Сакура несколько раз моргнула, чтобы избавиться от спровоцированой яркой вспышкой пелены. — Откройте для нас ваши сердца, — призывал зал стоящий перед микрофоном с гитарой на перевес высокий мужчина. Толпа вокруг взревела еще громче. Сакура оглянулась на замеревшего на месте Саске. Учиха не сводил с фигуры на сцене восторженного взгляда. Грянули ударные, протяжно взвизгнула электрогитара и воздух вокруг, казалось, задрожал от буквально проникающей под кожу вибрации мягкого баритона. Сакура застыла на месте, прислушиваясь к первому куплету. Песня была ей знакома и именно это не давало ей покоя. Толпа вокруг начала подпевать и раскачиваться в ритме тягучей мелодии, мешая ей вспомнить что-то очень-очень важное. — Быть того не может, — ахнула она, повернувшись к Саске и глядя на него широко открытыми от удивления глазами, — это Акацуки! — озарило ее. — Ты привел меня на концерт Акацуки? — Я же обещал удивить тебя, — победно улыбнулся ей Саске, кивая головой в такт музыке и всем своим видом давая понять, что происходящее его бесконечно веселит. — Удивил? — Притащить меня на выступление группы, концерты которой запрещено посещать? — сложила руки на груди Сакура и слегка наклонилась вперед, чтобы Учиха точно расслышал ее. — В чем нас обвинят, если застанут здесь? Распространение наркотиков? Попытка государственного переворота? — Обещаю взять всю вину на себя, — прокричал в ответ Саске и уверенно взял ее за плечи, чтобы развернуть лицом к сцене, — а пока, — наклонился он к ее уху, — наслаждайся шоу. Сакура хотела было возразить ему, но в следующий миг тягучий перелив плавной мелодии прервался взрывной волной барабанного соло. Толпа вокруг взревела, вторив оглушительному гроулингу*, пришедшему на смену глубокому обволакивающему вокалу. — Ого, — не слыша саму себя, только и выдавила Сакура, глядя на сцену. С трудом верилось в то, что этот, пожалуй даже слишком худой мужчина, еще мгновение назад завораживающий толпу деликатным вкрадчивым баритоном, способен выдавить из себя низкое утробное урчание, вибрация от которого, казалось, отдавалась в каждой кости ее тела. Саске тем временем настойчиво подталкивал ее вперед и сам активно работал локтями, чтобы в конце концов оказаться настолько близко к сцене, что Сакура могла рассмотреть, как длинные пальцы солиста с накрашенными черным лаком ногтями яростно перебирают толстые струны бас-гитары. Еще миг и в зале воцарилась тишина, отозвавшаяся неприятным звоном в ушах. Толпа замерла вместе с тяжело дышащим белобрысым барабанщиком и покачивающейся в такт одной лишь ей слышной мелодии девушке с электрогитарой. — Come on baby, — разнесся по залу все тот же глубокий баритон, — Don’t fear the reaper. Baby take my hand.* Сакура почувствовала, как холодные пальцы стоявшего рядом Саске потянули вверх ее руку, чтобы присоединиться к пущенной притихшей толпой волне. Она на мгновение повернула голову, собираясь что-то спросить, но все внимание Саске было обращено на сцену. Он, словно зачарованный, следил за высокой фигурой солиста и явно подпевал его томной песне. И Сакуре ничего не оставалось, как всем телом поддаться движению толпы. Сколько бы Какузо ни платил Акацуки за развлечение толпы, этого явно было мало — музыканты выжимали из своих полуголых тел и инструментов максимум. Сакура потеряла счет времени и исполняемым композициям — глубокий голос то плавно укачивал ее на волнах грустной баллады о трагической любви, то взрывал зал невероятно низким и до боли давящим на барабанные перепонки ревом, в котором было невозможно разобрать ни слова. Разгоряченная алкоголем кровь и безумный, проникающий в каждую клетку яростный ритм барабанов разгоняли пульс до предела. Она уже не сдерживая себя и, подпевая и переходя на крик с толпой, не обращала внимания на саднящее от непривычной нагрузки горло и сорванный голос. Солист же невозмутимо продолжал свое выступление, изредка отпивая из стоявшей у его ног бутылки с водой. И каждый раз, когда он наклонялся за водой, Сакура, словно зачарованная, следила за тем, как длинные пальцы одним движением откручивают пробку, как подносят бутылку к потрескавшимся губам, и как на худой шее перекатывается кадык, когда он делает глоток. И было ли дело в выпитом алкоголе, или же завораживающе глубоком голосе, но этот мужчина казался Сакуре самим совершенством. Зная, насколько она выделяется из брутальной толпы в своем слишком открытом и слишком розовом платье, Сакура по-пьяному отчаянно надеялась, что этот мужчина с самым сексуальным голосом на планете обратит на нее свое внимание и подарит свою улыбку именно ей. На мгновение ей даже показалось, что вокалист остановил на ней свой странный, словно расфокусированный взгляд. Ее сердце пропустило пару ударов, когда его губы дрогнули в едва заметной улыбке, но в следующий момент она поняла, что эта улыбка предназначалась не ей, а стоявшему рядом Саске. — Облава! — Разнеслось над залом внезапное объявление и прежде, чем Сакура не успела сформулировать свой немой вопрос, зал погрузился в темноту, пронизанную пронзительным свистом и громкими воплями, приказывающими всем оставаться на своих местах. — Черт, — раздался где-то рядом с Сакурой голос Саске. — Сакура, где ты? Толпа вокруг них начинала приходить в движение. — Не отпускай мою руку, — снова раздался его голос и Сакура почувствовала, что ее тянут против движения потока людей, устремившегося, по всей видимости, в сторону выхода. — Сюда, — коротко скомандовал Учиха, наощупь забравшись на сцену и помогая Сакуре подняться к нему. Ей ничего не оставалось, кроме того как, спотыкаясь о брошенные музыкантами инструменты, последовать за ним. Саске чертыхаясь и усердно работая локтями, напролом пробирался в одному ему известном направлении. Сакура изо всех сил старалась не отставать, бесцеремонно наступая на чужие ноги и не обращая внимание на получаемые в ответ болезненные толчки под ребра. Наконец им удалось добраться до распахнутой настежь тяжелой двери. — Проклятье, — выругалась Сакура, споткнувшись о высокий порог на самом выходе. Успевший подхватить Учиха потянул ее в сторону, как раз вовремя — из дверей повалила толпа, подгонямая раздававшимся из глубины темного кордиора криками. — Что это было? — морщилась от боли в ушибленных сквозь тонкую ткань чужой обуви Сакура. — Облава, — тяжело дыша ответил Саске. — Концерты Акацуки и правда запрещены чуть ли не по всему миру. Видимо, кто-то сдал сегодняшний. Бежим! — снова схватил он Сакуру за руку и потащил в сторону улицы. В спину им и еще нескольким парням, оказавшимся рядом, вновь понеслись свист и приказ остановиться. Еще через мгновение они оказались на залитой светом ночных огней и зазывающих вывесок центральной улице района. Ослепленный ярким светом Саске растерялся на долю секунды. Сакура же краем глаза заметила, как к ним сквозь праздную толпу приближаются люди в форме. Следуя внезапно возникшей в ее голове идее, Сакура схватила Учиху за воротник его помятой и выбившейся из-за ремня брюк рубашки. — Все вопросы потом, — быстро выдохнула она и, прижавшись к нему всем телом, впилась в его губы поцелуем. На мгновение растерявшись, Саске быстро понял непрозрачный намек и, перехватив инициативу, сжал Сакуру в своих объятиях, бесцеремонно ухватив ее за ягодицу. Сакура было дернулась, но остановившийся рядом с ними полицейский заставил ее вернуться к изначальному плану. Уловка сработала: целующаяся посреди улицы прилично одетая парочка не так бросалась в глаза, как удирающие со всех ног, затянутые в кожу огромные парни. Полицейский еще раз бросил подозрительный взгляд на целующуюся парочку, но раздавшийся из его рации скрипучий голос настойчиво потребовал продолжать преследование — Отличный план, — выдохнул оторвавшийся от губ Сакуры Саске, когда полицейский скрылся в толпе. Несмотря на то, что опасность миновала, он продолжал крепко обнимать Сакуру, не позволяя ей отстраниться от себя. — Сработало, — тихо рассмеялась она в ответ. Саске тяжело дышал, уткнувшись носом в ее лоб, и Сакура кожей чувствовала, как бешено колотится его разогнанное адреналином сердце. Вдвоем, вцепившись друг в друга посреди оживленной улицы, они явно мешали прохожим, бросающим на них неодобрительные взгляды, но в какой-то момент это просто перестало иметь значение. Все еще тяжело дыша, Саске отстранился, но лишь для того, чтобы в следующий момент снова накрыть губы Сакуры своими. Сакуре показалось, что ее сердце пропустило пару ударов от неожиданности. Но еще больше ее удивила собственная реакция — вместо того, чтобы оттолкнуть не по-джентельменски настойчивого Учиху, она раскрыла губы навстречу его поцелую, чувствуя, как токсичный коктейль из адреналина, алкоголя и вдыхаемого ею запаха дорогого парфюма неумолимо разжигают желание получить больше от этой внезапной близости. — Поехали ко мне, — сделал глубокий вдох Саске и, прежде чем Сакура успела согласиться или возразить, снова прихватил ее губы своими. — Почему не ко мне, — в этот раз Сакура невероятным усилием воли заставила себя отстраниться. Остатками затуманенного сознания она понимала, что вот-вот совершит огромную ошибку, но отчаянно старалась скрыть от Учихи то, как сильно ей хочется эту самую ошибку совершить. — Тогда ты сможешь быть уверена в том, что я никуда не исчезну, — хищно улыбнулся в ответ Саске. — Вызывай такси, — кивнула Сакура, — пока я не передумала. Саске явно воспринял слова Сакуры о том, что она может передумать, всерьез. Он и на мгновение не отпускал ее, крепко прижимая к себе все то время, когда они ждали такси, когда он одной рукой набирал какое-то сообщение, когда сбивчиво диктовал адрес и когда ярко-желтая машина везла их в соседний район. Оторвался он от Сакуры лишь раз, для того, чтобы ответить на звонок. — Суйгецу, — назвал он звонившего по имени. — Не строй из себя жертву, я знаю, что ты еще не спишь, — поморщился он на доносящуюся из трубки ругань, — тебе все еще нужен номер той рыжей? … У тебя пятнадцать минут … Скину сообщением. Отбой. Заметив немой вопрос в глазах Сакуры, Учиха лишь отмахнулся и снова подмял ее под себя прямо на заднем сидении такси, заставляя водителя деликатно отвернуть зеркало заднего вида. И Сакура была даже рада такой активной инициативе, потому что отпусти он ее в тот момент, когда такси остановилось у натертых до блеска стеклянных дверей огромного небоскреба, она бы точно сбежала. Они молча пересекли широкий холл и так же молча дождались одного из лифтов, с тихим шелестом раскрывших перед ними свои двери. Просторная кабина лифта плавно тронулась с места, стоило Саске приложить магнитный ключ к кнопке, подписанной “Резиденция Красный веер”. Одна из стенок лифта оказалась прозрачной и уже через пару этажей за стеной показались огни ночного города. — Что думаешь? — Саске немного отстранился от Сакуры, давая ей возможность насладиться видом утопающего в ночных огнях города, продолжая прихватывать зубами кожу на ее шее. Сакура с неохотой оторвалась от захлестывающих ее ощущений и бросила взгляд на паутину пульсирующих яркими огнями магистралей, расстилающуюся под ее ногами. Но внезапно ее взгляд зацепился за огромный логотип в форме красного с белым веера, отражающийся мягким рассеянным светом в стеклах соседнего здания. Точно такой же логотип был на конверте, который она несколько часов назад вернула в руки человека, владеющим районом, расстилающимся под ее ногами. — Никогда не видела город с такой высоты, — соврала Сакура, поймав себя на мысли о том, что ярко-красный логотип вызывал в ней одно единственное желание — бежать и не оглядываться. От невеселых размышлений ее отвлекла мягкая вибрация телефона. “Раньше утра не жду”, — высветилось на экране. Учиха деликатно отвернулся, старательно делая вид, что его совершенно не интересует чужая переписка. “И что прикажешь делать?”, — набрала Сакура. “Это ты в удобной обуви, погуляй”, — практически мгновенно последовал ответ. Ино злилась. И Сакура ее не винила, но побег от Учихи откладывался на пару часов. Мелодичный сигнал оповестил их о том, что лифт, наконец, доставил их до места назначения. Саске галантно пропустил Сакуру вперед. Двери лифта с мягким шелестом закрылись за их спиной, отрезая последний путь к отступлению. — Отсюда вид еще лучше, — Саске, прихватив Сакуру за талию, прошел вглубь огромного помещения. — Впечатляет? — махнул он рукой на огромные панорамные окна. — Не так, как то, что у тебя в квартире лифт — усмехнулась Сакура. — А в твоей квартире разве нет лифта? — разыграл удивление Саске. — Чем еще ты решишь меня удивить? — Сакура отошла от окна и огляделась. Жилище Учихи поражало своими размерами — огромная комната с открытой планировкой, казалось, занимала целый этаж. Бесчисленные светильники и лампы выгодно расставляли акценты на со вкусом подобранной мебели. Висевший на одной из стен огромный телевизор был включен в беззвучном режиме, демонстрируя заставку поставленной на паузу игры. Но если на электричестве Учиха не экономил, то уборщице он явно не доплачивал: перед самим телевизором были разбросаны картонки от еды на вынос и громоздилась криво выстроенная из пивних банок башня. Сакура весело улыбнулась, разглядывая разбросанные на диване коробки от пиццы. Саске нахмурился и, выключив телевизор с лежащего тут же на диване пульта, подошел к небольшой барной стойке, на которой были расставлены бутылки самых разных калибров. — Выпьем? — предложил он, доставая из-под стойки пару стаканов. — Последнюю на сегодня, — кивнула Сакура, облокотившись на столешницу, наблюдая, как Саске скручивает пробку с бутылки дорогого виски. — Пожалуй, последняя не только на сегодня, но и на ближайшие пару лет, — добавила она после того, как они молча опустошили свои стаканы. Саске ухмыльнулся в ответ. — Надо признать, — с удовольствием потянулась Сакура, — мне и правда было весело сегодня. — Я рад, — Саске налил себе еще, Сакура от предложенного напитка отказалась. — Но я удивлена, что ты пригласил меня к себе, — вдруг призналась Сакура, чувствуя, что ступает на скользкую дорожку. — Почему? — удивился Саске. — Мне показалось, что вокалист Акацуки явно флиртовал с тобой, — открыто озвучила она свои мысли, — а еще мне показалось, что вы давно знакомы. Саске на мгновение замер, задумавшись о чем-то своем, а затем невесело рассмеялся. — Тебе не показалось, — подтвердил он, внимательно наблюдая за ее реакцией. — Ох, — заерзала на месте Сакура, — прости, не хотела ставить тебя в неудобное положение. — Мы и правда знакомы очень давно, — Саске отставил свой стакан и тоже облокотился на столешницу. — Так ты думаешь, что я — гей? — Не переживай, — Сакура провела пальцами по губам, словно застегивая молнию, — Я умею хранить секреты, ты же знаешь. — А зачем бы мне тогда приглашать тебя к себе? — решил уточнить Саске. Сакура вместо ответа соскользнула со своего высокого стула и сделала пару шагов в сторону дивана. — Не знаю, — пожала она плечами, рассматривая разбросанные по полу коробки с дисками, — может, чтобы вместе порубиться в приставку? — она подобрала один из контроллеров и протянула его Саске, — Наруто неплохо натренировал меня. — Это мой брат, — не в тему вдруг сообщил Саске. — Кто, Наруто? — не сразу сообразила Сакура. — Вокалист Акацуки, — терпеливо пояснил Саске, — его зовут Итачи и он мой старший брат. И он совершенно точно не гей. — Саске вышел из-за стойки и сделал несколько шагов в сторону Сакуры, — и я к твоему сведению, тоже. — Это, — растерялась на мгновение Сакура, — радует. — Чем же? — сложил руки на груди Саске. — Было бы обидно, если такие привлекательные парни достались, — Сакура на мгновение задумалась, тщательно подбирая слова для продолжения неловкого разговора, — другим привлекательным парням. Саске к такому откровенному комплименту был не готов, но быстро сориентировался. — А ты и Наруто? — спросил он, забирая из рук Сакуры контроллер и откладывая его в сторону. — Чем ещё вы занимались? — Если ты про то, любовники ли мы, — пожала плечами Сакура, — то нет, мы никогда не занимались сексом. Разговор явно вышел за рамки дружеской беседы едва знакомых друг с другом людей, но разлившийся по венам алкоголь уже давно растворил в себе неловкость и стеснение. — Почему же? — Саске сделал еще шаг и Сакура буквально кожей почувствовала жар его тела. — Он так много говорит о тебе. Сакура подняла голову, чтобы видеть лицо Саске. — Его бабушка сделала для меня очень много, — честно ответила она, — и я точно знаю, что для Наруто у нее есть куда более выгодная партия. И в этом я с ней полностью согласна. — Значит, вы не любовники? — зачем-то переспросил Саске. Сакура отчетливо услышала, как он сделал глубокий вдох. — Не любовники, — подтвердила она, понимая, к чему именно ведет их этот откровенный разговор. — А я? — слегка наклонил голову Саске, не отводя взгляда от глаз Сакуры. — Что, ты? — Могу ли я стать твоим любовником? — Если этот разговор продолжится, — тряхнула головой Сакура, — то мы никогда об этом не узнаем. Саске без лишних вопросов притянул Сакуру к себе, запустив пальцы в ее спутавшиеся за долгий вечер волосы. Сакура, охнув от неожиданности, подалась к нему навстречу всем телом, чувствуя, как в унисон Саске учащается ее собственное дыхание. — Я очень хочу это узнать, — выдохнул над ее ухом Учиха, заставляя Сакуру еще плотнее прильнуть к нему, — но не здесь. Пойдем, — и в который раз за вечер он потянул ее за собой. Комната, в которую они поднялись по винтовой лестнице, скрытой в недрах гигантских апартаментов, оказалась просторной спальней. Еще несколько шагов в темноте и Сакура почувствовала, как сильные руки настойчиво укладывают ее спиной на прохладное покрывало. Возражений со стороны Сакуры не последовало — Саске действовал с ее полного согласия. Она лишь своей рукой направила его пальцы к скрытому шву и не могла удержаться от стона облегчения, когда Саске, наконец, расстегнул молнию и помог через голову стянуть искрящее статическим электричеством платье. Натертую жесткими синтетическими вставками кожу на ребрах страшно саднило, но тем острее Сакура ощущала жадные прикосновения Саске к своему телу. Он не разменивался на неуклюжие поглаживания, уверенно сжимая в своих горячих ладонях ее грудь. Он не спрашивал разрешения прежде, чем забраться пальцами под тонкую резинку трусиков. Но по его срывающемуся дыханию Сакура понимала, что каждое прикосновение к ней подводит его к самой грани. — К черту прелюдии, — простонала она, когда он, наконец избавил ее от белья и сама нащупала пряжку ремня на штанах Саске. На прикосновение через ткань к до боли напряженному члену отреагировал глухим рычанием, с шумом втянув воздух сквозь плотно сжатые зубы. — Не надо, — почти умоляюще прошептал он, — я сам. Сакура кивнула в темноту, хотя была уверена, что он этого не увидит, но руки убрала. Еще мгновение, звон металла и звук сброшенной на пол ткани — и Сакура почувствовала, как Саске прижался к ее голому бедру мокрой от смазки головкой. — Презерватив, — завязывающееся в тугой узел тяжелое возбуждение болезненно скручивалось между ее бедер, но кое-как взяв себя в руки, она все же вспомнила о том, каким боком ей может выйти необузданное влечение. Учиха тихо выругался и по тому, как под ее правым боком прогнулся матрас, Сакура поняла, что он потянулся в сторону. Раздался мягкий шелест разрываемой упаковки и в воздухе разнесся знакомый запах синтетической смазки. Предвкушение стало невыносимым. Сакура едва дождалась, пока Саске с влажным звуком раскатает по члену презерватив, а затем сама потянула его на себя. — Черт, как же горячо, — простонал Саске, чувствуя, как она поддается бедрами ему навстречу. В следующий момент он подхватил Сакуру под бедра и начал бешено вколачиваться в распластанное под ним тело. Сакура протяжно всхлипнула, с облегчением чувствуя, как болезненное напряжение внизу живота перерастает в острое удовольствие, обещающее вот-вот разорвать натянувшиеся внутри нее струны возбуждения. — Прости, — внезапно прохрипел Учиха, — я больше не продержусь, — он еще раз с силой подался вперед, что-то нечленораздельно простонал сквозь зубы, замер на мгновение и тяжело рухнул на нее. — Саске, — тихо позвала его Сакура, поглаживая по мокрому от пота плечу, — Саске, ты тяжелый. — Прости, Сакура, — пробормотал Саске и, тяжело перекатившись на другую половину кровати, замер. — Саске, — она снова тронула его за плечо. В ответ раздался мерный храп.