Я буду рядом. Обещаю.

***

Один месяц спустя — Уже почти девять. Россия, поднимай жопу и собирайся. – Америка лениво лягнул русского, на что тот только накрылся одеялом с головой. — Тебе что, не интересен пол своего ребенка? — сонно продолжил бормотать американец. — Да какая, к черту, разница. — огрызнулся Россия. — Один хер, какого пола. Лишь бы не в тебя пошел. — он дернул одеяло на себя, якобы показывая своему партнеру, что ему и правда плевать, но на деле, Россия сгорал от интереса. Кто же там? Мальчик? Девочка? А вдруг и то, и то? Или два мальчика? Или две девочки? А вдруг три? — Какая же ты тварь. — Америка дернулся и окончательно проснулся. — Ты меня бесишь. Все еще. — Взаимно, пендос Америка тут же возмущенно начал кудахтать, мол, что это такое, ругаться при ребенке, своершенно позабыв о том, что буквально минуту назад он обозвал Россию «тварью». Он соскочил с кровати, понимая что если они поваляются еще минут двадцать, то точно опоздают на прием. — Если ему достанутся твои гребаные зеленые глаза, я убью тебя, Россия. Будь уверен. Возьму вот эти маникюрные ножницы твоей сестры, и перережу тебе глотку. — он потряс в воздухе ножничками, что Беларусь дала ему вчера. — Бе-бе-бе, — передразнил Америку Россия. — Долго еще голой жопой сверкать будешь? — он подмигнул американцу. — Долго еще будешь себя вести как похотливое животное, Русиш Швайне? — Америка резко натянул белье и комбинезон для беременных. — И вообще, помнишь, я говорил что в имени малыша должна быть часть от тебя? Так вот, пошел нахрен. Я уже все придумал. Россия замер с футболкой в руках и стал медленно поворачивать голову в сторону американца. Его взгляд прямо-таки полыхал фразой «только попробуй, и я придушу тебя и зарежу твоими сраными маникюрными ножничками» — Уверен? — Россия кинул свою одежду на кровать и начал угрожающе наступать на Америку. Американец хотел было двинуть в ванную, но крепкие руки России подхватили его и потащили на кровать. Звездно-полосатый истошно завизжал, но это было бессмысленно: дома никого не было (кроме спящего деда) — Убери от меня руки, козлина тупая. — рявкнул Америка, отбиваясь от России, что пытался стянуть с Америки комбинезон. — Не уберу, пока не скажешь, что я имею право участвовать в выборе имени ребенку. — он мягко коснулся губами мочки уха Америки, и тот сразу же обмяк. — Я ведь знаю, как тяжело тебе все это дается, — юноша погладил уже довольно выпуклый животик американца. — Тогда может примешь мою помощь? — Америка понял, что в этой ситуации он бессилен, поэтому решил отдаться порыву. Собственно, будучи беременным он не сможет еще раз забеременеть, так что... — У тебя есть пятнадцать минут. — сипло дал свое разрешение Америка и откинул голову назад. — Сегодня я бревно, потому что мне неудобно с таким пузом что-либо делать. — Как будто ты раньше им не был. — прошептала Россия, и потянулся к лежащему на прикроватной тумбочке лубриканту.

***

— Что же, — мило улыбнулась медсестра-город, — плод развивается хорошо. Никаких отклонений не вижу, опасности для жизни тоже. Конечно, беременность в столь раннем возрасте не очень хорошее дело, но раз уж так получилось... — она ткнула пальцем в экран, — глядите, это его голова. Америка жадно уставился на монитор, пытаясь среди непонятной мешанины найти своего ребенка, но тщетно. — А.. А какой пол? — Россия тоже ничего не увидел, но ему было приятно, что с его ребенком все хорошо — Сейчас посмотрим... — девушка сощурилась, и наклонила голову влево. — Трудно сказать. Малыш повернут боком, лицом к дальней стенке, так что... Я могу предположить, что девочка. Очень женственная форма головы. Америка заулыбался. Настоящая девочка. Они точно подружаться, когда она родится. — Точно? — сощурился Россия. Счастливое выражение тут же пропало с лица американца. — Ты что, тварь, не хочешь девочку? Россия, ублюдина тупая, я... — Нет же, стойте. — громко сказала девушка. — Я ведь говорю, не видно. Я предположила. Все что я сейчас могу сказать уверенно, так это то, что ребенок здоров, и то, что он один. Не двойня и не тройня, это точно. Пол пока не видно. Приходите еще на следующей неделе, может быть поймем. Америка поднялся, протер живот и опять обратился к медсестре: — Не подскажите, где мне брать декретный отпуск после рождения? — Вы имеете ввиду тот, что дается на два года? Я могу вам его выписать, раз уж меня назначили вашим акушером. Кто будет брать? — Всмысле? — Вы, или ваш партнер? — она достала какие-то бумажки и что-то начала в них черкать — Я, конечно. — опередил Россию Америка — Не беги вперед батьки, Америка. Почему ты? Ты у нас дофига ответственный нашелся? — возмутился Россия. — Ты в школу-то через раз ходишь, не говоря уже о том, что ты куришь травку, ты закидываешься таблетками почем не лень, и ты дрыхнешь до часу дня. Америка уже хотел было разразиться истерикой (желательно очень громкой), но русский не дал вставить ему ни слова: — Оформляйте на меня. Его не спрашивайте, он доучиваться пойдет. Медсестра кивнула и протянула документы на подпись. — Я не подпишу. — твердо заявил американец — А тебя никто и не просит — Это еще почему? Я отец, я вынашиваю. Мой ребенок — Наш ребенок, эгоист ты этакий. Я старше тебя, значит ответственность вся за мной, и твое мнение тут не учитывается. — Россия расписался и протянул бумажки обратно. — Вставай, пузатый. Мы еще хотели игрушек купить, помнишь? Звездно-полосатый неловко встал с диванчика, одной рукой схватившись за живот. — Спасибо большое, мисс.. Э-э-э... — Вегас. Мисс Вегас. — улыбнулась девушка. — Да... Пойдем, Россия. Россия поблагодарил акушера и они вместе вышли. Следующий пункт назначения – ад магазин для новорожденных.

***

— Ты глупая псина, Россия. Этот комбинезончик очень красивый. Ты глянь какой приятный на ощуп. — Не смей покупать моему сыну розовые бабские шмотки, пендос. — разозлился русский. — Бери этот голубой. — Во-первых, сексистская ты рожа, цвета нельзя различать по полу. Розовый — это не женский цвет. Это всехний цвет. Во-вторых, с хера ли ты взял, что это мальчик? — Америка топнул ножкой и сощурился — Во-первых, — передразнил противным голосом Америку Россия, — нет слова "всехний", а во-вторых, я чувствую, что там мальчик. — он потряс голубым комбинезончиком перед носом Америки. — Берем этот. Точка. — Засунь себе это говно куда подальше. Мы берем розовый, ясно тебе, Мария-Тереза ебаная? — визгнул американец. — Вы так кричите, что я ва на другом конце магазина услышал. — раздался чей-то низкий голос позади. Юные родители резко развернулась. — Мексика? Что ты забыл тут? Ты в положении? — вылетело у России внезапно. — Так тебя зовут "Мексика"? А я думал "Мехико". — поразился Америка, который учился с Мексикой в одном классе почти десять лет Мексика, лениво потягивавший смузи через трубочку, фыркнул. — Я тут с мамой. Ей нужен детский ночник для моей сестренки. — Не знал, что у тебя есть сестра. — улыбнулся Россия — Я тоже не знал, до сегодняшнего дня. — он отвернулся и пошел прочь от парочки, не забыв при этом пафосно махнуть почно. — И да, Америка, меня зовут Мексика. Мехико — моя столица. Чао, крошки. Они постояли в молчании секунд десять. — Странный он какой-то. — недовольно буркнул Америка — Немного. Но он хороший. Америка посмотрел на Россию, понимая, что и в этой битве он должен уступить. Россия был для него слишком красив, слишком умен. Россия был чувственным, и умел понимать других. Америка же напротив, и правда был немного эгоистом. Не смог запомнить даже имя своего одноклассника. — Ты прав. Давай возьмем голубой. — севшим голосом сказал звездно-полосатый. Россия удивленно поднял бровь. Но увидев, что американец явно расстроился, он решился на компромисс. — А может возьмем фиолетовый? Это как раз помесь розового и голубого... Просто голубой – неинтересно как-то... Америка вновь просиял. — Точно! А... Как тебе этот белый костюм котенка? Мне кажется, наш малыш будет в нем таким милым... Россия подошел сзади и обнял его, крепко прижав к себе теплого парня. — Мне очень нравится. Такой.. Элегантный? Так говорят в высшем свете? Штаты заливисто рассмеялся. — Знаешь что еще давай купим? — радостно сказал Россия. — Наклейки на стену, которые светятся в темноте. Неоновые, понимаешь? Малышу понравится! Америка радостно закивал. Счастью не было предела.

***

— Ой какая красотища!!! — взвизгнула Беларусь. Она схватила фиолетовый комбинезончик и помахала им. — Где же вы такое чудо нашли? Ой, божечки, а это что? Костюмчик котика? Мальчики, какие же вы умницы. Папа, папа, иди смотреть! — крикнула девушка. Она была на взводе. Союз тут же возник на кухне. В последние дни он был очень веселым и добродушным — Ух ты. Молодцы, парни. Справились с заданием. На узи были? — Были. Еще неизвестно кто у нас, малыш лежит на боку. Но он полностью здоров, и патологий* нет. — улыбнулся Америка. — Союз, ничего не слышно от моего брата? Ссср отрицательно покачал головой. — Я был сегодня в вашей школе, говорил с Испанией. Ни отца твоего, ни брата никто давно не видел. — Америка на эти слова лишь грустно вздохнул. — Да ты не расстраивайся, ребенок. Нормально все будет. — Союз хлопнул парня по плечу. — Тебе рожать скоро, не надо грустить. Америка сильно напрягался, потому что от брата не было вестей около месяца. Он как уехал по делам к своей столице, так и не вернулся до сих пор. А может, вернулся, но не показывается. Так или иначе, Штаты очень волновался за Канаду. Дверь в прихожей распахнулась и в дом буквально ввалился еще один член семьи. Он на ходу скинул кроссовки, шапку и побежал в ванную комнату. — Украина? Почему ты так поздно один вернулся? — Беларусь поднялась из-за стола и поспешила к пришедшему. — Не подходи. — рявкнул он из ванны. — Уйди, живо. — Но... — Даже не думай входить, Беларусь, иначе я ударю тебя. Все замолчали. Это было очень несвойственное для Украины поведение. Тут в прихожей показался еще один. Незнакомец был в капюшоне, а его лицо было закрыто чем-то. Он шмыгнул носом и хрипло произнес: — Украина, ты забыл куртку. — он снял маску с лица, и хотел было кинуть куртку украинца на пол, как замер, устремив взгляд прямиком на Америку. — Канада? Что за херня? — голос у звездно-полосатого надломился.