Light Up the Dark

Клаус медленно переступил порог бара, громко хлопая в ладоши, и с удовлетворением заметил, что на лице девушки моментально начала мелькать целая гамма эмоций. Вначале недоверие, потом растерянность и, наконец, чистый, неприкрытый страх. Этот страх мгновенно распространился в каждой клеточке её тела, её зрачки расширились, а сердце стало выпрыгивать из груди, словно у загнанного зайца. Всё было правильно. Всё было именно так, как и должно было быть. Она должна была бояться его. Всё её тело должен был сковать страх, ведь то, что он сделает с ней и с её чокнутым муженьком было хуже смерти. Он десять лет охотился за ними, и вот она в его руках. Возможно, она совершила оплошность по собственной глупости, или же Виктор сделал что-то не так, но все это было неважно. Теперь, когда он добрался до неё, он не упустит эту возможность. Он вернёт себе то, что они отняли у него. Кроме него и девчонки, в баре находились ещё несколько наблюдателей. Бармен откровенно ничего не понимал. Парень просто судорожно сжимал в руках тряпку, которой протирал стаканы. Были ещё два ведьмака — шавки Виктора, которые слишком поздно спохватились исправлять оплошность девицы, устранить их не займёт много времени. Они лишь мелкие и незначительные препятствия на пути к его цели. Был, конечно, ещё и Марсель, который, он был уверен, не станет вмешиваться и даст ему вдоволь насладиться триумфом. Он стоял в стороне и лишь наблюдал за представлением, которое разворачивалось перед ним. — Дорогая Аделаида, — Клаус театрально раскинул руки в стороны, переставая хлопать, и сделал шаг по направлению к девушке, будто намереваясь обнять её. — Какая встреча, спустя столько лет…  — Не смей притрагиваться к ней, ты, мерзкое отродь… — один из колдунов, что также находились в баре, преградил ему путь, пытаясь остановить. В эту же секунду его шея была свернута, а тело резким рывком отброшено в сторону, на ходу сбив несколько столов, таким сильным оказался удар. Бармен негромко ругнулся и буквально вжался в барную стойку позади себя, негромко звякнув бутылками на полках. Тот колдун, что был постарше, лишь на мгновенье бросил взгляд на тело своего почившего напарника, а затем тут же перешёл к действию. Клаус должен был отдать ему должное, Виктор хорошо обучил своих шавок на случай форс-мажора. Они, совершенно не растерявшись, моментально переходили к наступлению. Этот колдун был старше и наверняка более опытен, потому что таки догадался применить магию. Он прошептал какое-то заклинание, и Клаус почувствовал, как его кости, одна за другой, начали крошиться на части. Боль была адская, как будто он впервые обращался в оборотня, но с той лишь разницей, что сейчас его кости ломались насильно, воздействием извне. Гибрид громко взвыл от боли и упал на колени. Нужно сосредоточиться на цели, подумал он. Ход ведьмака можно было считать похвальным, но не идеальным. Такие примитивные пытки — ничто для него. Его глаза тут же налились оранжевым, и пока жалкий колдунишка не успел переломать ему все кости, гибрид сделал быстрый прыжок и ловким движением перекусил сонную артерию своего оппонента. Он тут же почувствовал, что кости перестали ломаться и начали срастаться. Тем не менее выходка противника сильно раззадорила его, поэтому он ещё сильнее впился в горло своей жертвы и буквально вырвал его артерию из шеи, отбрасывая тело в сторону. Второй колдун отправился следом за первым, и теперь никто не отделял его от долгожданной добычи. Мысленно он был готов к тому, что девушка также предпримет попытку спастись, но она этого не сделала. Она лишь стояла и смотрела на тела своих бывших охранников и медленно моргала, пытаясь осмыслить произошедшее. Её руки бесконтрольно тряслись. Если она и совершила глупость, специально применив магию, чтобы насолить Виктору, что было понятно из разговора минутами ранее, то сейчас настал момент пожалеть о том, что она натворила. Клаус проследил за её растерянным взглядом и удовлетворённо улыбнулся. Вот так, пусть совесть ещё сильнее разъедает её изнутри. Он отряхнул свое пальто и взял с края барной стойки несколько салфеток, чтобы стереть следы крови на лице. Он мысленно усмехнулся сам себе в этот момент. В него будто вселился Элайджа. Старший брат оценил бы его тягу к соблюдению приличий перед девушкой.  — Некрасиво вышло, — хмыкнул гибрид, совершенно не испытывая чувства жалости к своим жертвам. — Виктору нужно лучше учить своих людей манерам. Я ведь всего лишь хотел поздороваться, а они так неучтиво себя повели. Девушка по-прежнему не могла вымолвить ни слова, продолжая смотреть на тела с ужасом в глазах. Клаус отчётливо слышал, как сильно бьётся сердце бармена, который в этот момент сидел и молился на полу, за барной стойкой. Гибрид вгляделся в девушку. Он почти не знал её, видел всего пару раз и уж точно не обращал на неё никакого внимания. Она была для него простой декораций рядом с Виктором, и только. Он знал о ней лишь то, что она его жена и самая преданная соратница. У неё был младший брат и родители, которых он убил почти десятилетие назад. И именно она наслала проклятие на Кэролайн. Он отчётливо помнил тот день, когда убил её брата на лужайке перед окном особняка Виктора в Новом Орлеане. Помнил, как она сделала попытку приблизиться к телу брата, но колдун не дал ей выйти за пределы дома. Он крепко удерживал девушку, пока та билась в истерике. Он не дал ей выйти и тем самым убить себя, значит, она была дорога ему. А все, кто важен для Виктора, должны быть у него. Он будет использовать их против колдуна, пока не доберётся до него самого. Виктор отправил за ней двух своих людей, а значит, не хотел потерять её. Что ж, он непременно выяснит почему. — Не стоит думать о них, дорогая, — Клаус проследил за взглядом девушки. — Ты лучше позаботься о собственном благополучии. Кстати, должен сказать тебе, что годы тебя совсем не изменили. Ты все так же прекрасна, как и в тот день, когда мы виделись в последний раз. Эти слова попали точно в цель, ведь девушка наконец медленно отвела глаза от тел и посмотрела на гибрида. Её заплаканные зелёные глаза вспыхнули от ярости и злобы. — Будь ты проклят, грязный ублюдок. Ты несёшь за собой только смерть! — прошипела она, вытирая слезы, катившиеся по щекам, руками. — Ну-ну, дорогая. За все случившееся вини лишь своего горячо любимого мужа. Если бы он не перешёл мне дорогу, я бы и знать не знал ни о тебе, ни о твоей семье, — спокойно ответил Клаус. — Но я искренне хочу сказать, что мне жаль. Я не хотел их убивать, но сама понимаешь — это война. Девушка поджала губы, но ничего ему не ответила. Она лишь перевела взгляд сначала в сторону Марселя, а затем обратно к Клаусу. Гибрид поднял вверх руку и почти нежно отвёл от её лица прядь светлых волос. Девушка пошатнулась от его прикосновения, как от ожога, и сделала два шага назад. — Ты прекрасно выглядишь. Спустя столько лет все так же очаровательна, — ослепительно улыбнулся ей Клаус. — К чему эти любезности, — проговорила девушка. — Просто убей меня, и все. Ты ведь за этим сюда пришёл. — Полно тебе, милая, к чему такая грубость — убивать? — протянул Клаус. — Мне нет ни до тебя, ни до твоей жалкой жизни ровно никакого дела. Ты просто скажи мне, где твой муж, и я оставлю тебя вот на этом самом месте, — Клаус указал на пол перед собой. — Я хочу убить в первую очередь его. — От меня ты ничего не услышишь, так что убей меня, и покончим с этим, — твёрдо сказала девушка, и гибрид мягко улыбнулся ей в ответ. — Какая верность супругу, и это несмотря на то, что из-за него ты лишилась своей семьи. Похвально, похвально. Вот что значит настоящая любовь, Марсель, — Клаус обратился к своему приятелю, что так же неподвижно стоял в дверях бара, облокотившись плечом о дверной косяк. — До гроба, я бы так сказал, — весело парировал мулат. — Давай же, Клаус. Надоели твои лирические отступления, — поторопила девушка. Вместо ответа первородный подошёл к девушке. От неё больше не веяло страхом, как вначале разговора. Теперь он чувствовал, как её тело вибрировало от чего-то другого. Это было нетерпение и надежда.  — Ты прости, дорогая, — мягко сказал гибрид. — Но твоё самое заветное желание я не исполню. По крайней мере сегодня. Мгновение, и девушка почувствовала, как все вокруг неё потемнело, и она начала погружаться в темноту.

***

— Ну и что мы с ней будем делать дальше? — произнёс Марсель, плюхаясь в кресло напротив, поставив перед собой и гибридом по стакану скотча. — Ничего, — ответил Клаус, наблюдая за облаками в иллюминатор. — Ничего? — вскинул брови Марсель. — Как это ничего? Ммм, не знаю, давай пытать её, играть с её разумом, пролезем ей в голову и узнаем все самые грязные тайны Виктора. Убьём её, в конце концов, и отправим ему её голову или всю её по частям. — Мы ничего не будем с ней делать. Я просто побеседую с ней, вот и все, — повторил Клаус. — Я ничего не понял, — растерянно покачал головой Марсель. — Она сама расскажет нам все его грязные тайны. Нужно лишь надавить на её болевые точки. Именно этим мы и займёмся. Она важна для него, не знаю, это просто тёплые чувства или же она что-то знает, но он не дал мне убить её десять лет назад. Значит, она нужна ему для чего-то. Да и сам факт того, что она у меня, уже заставит его сходить с ума. Уж поверь мне, Марселус, — объяснил Клаус. — Значит, мы просто оставим её у себя, я правильно понял? — задал новый вопрос Марсель. — Именно, — подтвердил Клаус. — Хорошо, и куда мы её отвезем? — продолжил разговор мулат, отпивая немного скотча. — В Новый Орлеан, — коротко ответил гибрид, что заставило Марселя поперхнуться своим напитком. — Уверен? Не думаю, что это хорошая идея, — предупредил он. — Отчего же, дорогой друг? — иронично сказал Клаус. Было заметно, что его решение окончательное, и доводы Марселя не имели для него абсолютно никакого значения. — Ты ведь уже все решил? Зачем мне из кожи вон лезть, — с нотками веселья в голосе сказал мулат. — Молодец, — похвалил гибрид, залпом выпивая свой скотч. — А если он явится за ней? — не унимался вампир, намекая на Виктора. — Хоть бы он явился, тогда я прикончу его, и главное — не придётся больше напрягаться, рыская в поисках, — тут же ответил Клаус. — Я все равно думаю, это не лучшая идея, — серьёзно сказал Марсель. — А тебя никто и не спрашивал, — парировал Клаус. На несколько минут мужчины погрузились в молчание, пока Марсель не начал громко смеяться. Клаус отвлёкся от созерцания пейзажа в иллюминатор и посмотрел на своего воспитанника с немым вопросом в глазах. Марсель заметил, что тот сверлит его взглядом, и тут же перестал смеяться. — Прости, — сказал он, мгновенно затихая. — Не расскажешь, в чем дело? — каменным голосом спросил Клаус. — Ничего, просто на меня внезапно нашло чувство дежавю. Помнится, как-то раз мы так же везли в Новый Орлеан одну блондинку, и в тот раз я тоже был против, — пояснил Марсель. — Мне кажется, у нас был точно такой же разговор. И посмотри, что из этого вышло. Клаус не смог сдержать улыбки, вспоминая те дни. Перед глазами тут же появилась Кэролайн в коротком белом платье в стиле милитари, дерзко отвечавшая на все его слова. Она тогда сидела в кресле напротив него, как Марсель сейчас. — И что же должно быть готово, можно спросить? Или у меня нет права голоса? Клаус пристально смотрел, как она ест клубнику. — Твоя комната. Девушка смотрела на него несколько секунд и взяла еще одну ягоду. — Неужели? И часто ты готовишь комнаты для тех, кто не будет в них жить? Клаус отошел от бара и опустился в одно из кресел, которые стояли у окна. — Не часто, потому что ТЫ будешь там жить. Кэролайн повернулась на барном стуле и с интересом, наклонив голову, смотрела на него. — И как же я там буду жить, если я не планирую туда ехать? — Она взяла свой коктейль и, грациозно встав, подошла и опустилась в кресло напротив Клауса. Она поставила стакан на стол и небрежно закинула одну ногу на другую. — Я никуда не поеду. — Поедешь. Я же сказал, мне плевать на твое мнение. Она улыбнулась и посмотрела в окно: — А раньше тебя заботило мое мнение. Его брови чуть сдвинулись. — Раньше ты не была без эмоций. Ты не можешь сейчас трезво мыслить. Кэролайн опять засмеялась и перекинула одну ногу на другую. — Как раз сейчас я мыслю трезво, как никогда. Мне ничего не мешает. Совесть, злость, раздражение, сочувствие. По правде говоря, я еще никогда не принимала все свои решения так обдуманно. — Кто у тебя? Мальчик или девочка? — Она смотрела прямо в его глаза, и он не мог найти в ней хоть каплю того, что в них было раньше. Только лед. — Девочка. Она продолжала смотреть на него. — Как ее зовут? — Ее зовут Хоуп. Она подняла бровь и громко вздохнула, посмотрев в окно. — Уверена, она не знает, куда деться от твоей всепоглощающей любви. За этими воспоминаниями тут же пришло осознание реальности сегодняшних дней, как и то, что она сейчас была не с ним. Она была одна, в вымышленном заточении Фреи. Он тут же помрачнел. — Это намёк на что-то, чего я не понимаю, Марселус? — мрачно уточнил гибрид, сжимая кулаки. Марсель тут же понял, что сказал лишнее, и грустно вздохнул. Клаус болезненно воспринимал разговоры и упоминания о Кэролайн, поэтому все в семье старались избегать этой темы. А учитывая, что последний год Клаус провел отшельником и пропадал неизвестно где, везением было то, что он не свернул ему шею прямо здесь и сейчас. — Прости, дружище, просто вспомнилось, вот и все, — извинился Марсель, поднявшись с места, и, похлопав гибрида по плечу, двинулся в корму самолета. — Пойду, проверю нашу гостью. Клаус так и остался сидеть в своём кресте и, мрачно смотря в окно, окликнул Марселя у самого выхода из салона.  — И позови мне этого… Дениела. Хочу поговорить ним. *** Аделаида проснулась от чудовищной боли в затылке. Девушка с глухим стоном повернулась на бок и протянула руку, чтобы прикоснуться к саднившему месту. Она сразу же почувствовала запекшуюся кровь и отдернула пальцы от раны. Кажется, её очень сильно ударили по голове, из-за чего она вырубилась. Блондинка открыла глаза, и её взгляд остановился на белом потолке с несколько потрескавшейся краской. Она несколько минут рассеянно смотрела на краску, пытаясь сфокусировать внимание, но так и не смогла это сделать. Повернув голову, она обнаружила, что лежит на довольно просторной антикварной кровати из коричневого дерева. Справа от неё было широкое витражное окно с широким деревянным подоконником, слева большой платяной шкаф. В комнате также был туалетный столик с небольшим пуфиком и несколько картин. В целом комната была достаточно уютной, не считая того, что выглядела немного необжитой. А также за исключением того, что девушка абсолютно не представляла, в чьём доме она находилась и где именно был этот дом. Это было дело рук Клауса, и вероятность того, что она все ещё была в Англии, казалась ничтожно малой. Скорее всего, этот дом где-нибудь в глуши, на краю цивилизации. Девушка сделала слабую попытку подняться, но всё, на что оказалась способной, — опереться на спинку кровати. На одной из прикроватных тумбочек она обнаружила стакан воды. Не было абсолютно никакой вероятности, что она выпьет или съест хоть что-то в доме Клауса, но воду вполне можно было использовать для того, чтобы промыть рану на голове. Девушка оторвала клок ткани от подола своей белой юбки и, смочив ткань водой, приложила к голове. Обрабатывая рану, она внимательно осмотрела комнату еще раз в поисках чего-либо подозрительного. Так и не обнаружив ничего такого, девушка прислушалась к звукам вокруг. В доме было абсолютно тихо. Ни единого шороха или звука, скрипа половиц или чего-то подобного. Как будто она была здесь совсем одна. Идея возникла в её голове настолько быстро и спонтанно, что она даже не успела подумать о плюсах и минусах подобной авантюры. Всё, что её заботило в этот момент, было то, что она должна была как можно скорее выбраться из этого дома. Неважно, как она найдет цивилизацию или попросит помощи, но ей нужно было наружу, поэтому девушка быстро соскочила с кровати и бесшумно подкралась к двери. Аккуратно она повернула ручку, и её сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда та оказалась не заперта. Дверь легко поддалась и открылась с негромким скрипом. Шума или реакции не последовало. Дом так же оставался беззвучным. Тихонько выдохнув от напряжения, девушка на носочках двинулась в коридор. Она тихо кралась по лестнице вниз и уперлась взглядом в тяжёлую деревянную дверь с такими же витражными вставками, как и на окне в спальне. Сделав последний глубокий вдох, девушка начала торопливо спускаться вниз, её ноги утопали в ковровом покрытии на лестнице. Буквально спрыгнув с последней ступеньки, девушка бросилась к двери, надеясь, что и она окажется открытой. Так и произошло, дверь без усилий поддалась, открывая перед ней просторную каменную дорожку, с цветами по бокам и каменной калиткой. Цивилизация оказалась не так уж и далеко, только вот из-за высокого забора она не могла рассмотреть большего. Девушка бросилась вперёд в попытке выйти на улицу и бежать что есть сил, но сильно ударилась о невидимую, но в то же время очень крепкую стену. Она попробовала снова, но результат был аналогичный. В отчаянии девушка закричала и кинулась к ближайшему окну, открыла его, но результат был одним и тем же. Она не могла попасть наружу. Более того, она только сейчас начала понимать, почему все вокруг казалось ей таким тихим. Она не слышала абсолютно ничего, что происходило за пределами дома. Ни щебетания птиц, ни голосов людей или проезжающего мимо транспорта. Она абсолютно ничего не слышала. Она была словно в пузыре, в который не проникал ни единый звук снаружи. Отчаявшись, девушка снова бросилась в дверь, приготовившись пробивать невидимый барьер, но не успела дотронуться до него. Внезапно она почувствовала на своём плече чье-то прикосновение и спустя мгновение уже летела в сторону, упав и больно ударившись спиной о паркет. Она громко застонала от боли и попыталась сориентироваться и понять, что же с ней произошло, когда над её ухом послышался тихий и зловещий мужской шёпот. — Ну и куда ты собралась, ведьма? — проговорил незнакомец. Комментарий от автора: Ну привет, мои крошки 😘 писала эту главу и у меня, так же как и у Марселя, возникло чувство дежавю) помните, как Клаус вёз в НО Кэролайн без эмоций, ну прям мощная волна ностальгии нахлынула, а у вас?) Разумеется, у нашего гибрида есть план на Аделаиду) я уже писала, что в этой истории её роль будет гораздо больше, чем в предыдущей) но не переживайте, никаких романтических отношений с Клаусом) чур меня, вы что) для этой девочки я подготовила кое-что другое) надеюсь, получится и будет интересно) вообще-то я всегда питала страсть раскрывать истории персонажей второго плана, что поделать, такая уж я) Итак, он привёз её в НО, и у него есть план насчёт неё, но какой именно, мы узнаем в следующих частях)