Сумасшедший обманщик

— Этот протест санкционированный, — хмыкнула Андайн, сидя за рулем. Я выругалась, поглядывая на зеркало, где виднелся Санс. Без сознания и прикованный. — След останется. Я повернула зеркало на себя и провела рукой по шее. Исход был бы намного хуже, если бы девушка-вояка отсутствовала на площади. Я выдохнула, спустилась по сидению вниз и закрыла лицо руками. — Ты правда думаешь, что это сделал не он? Андайн не ответила. Она лишь поджала губы и сжала руль. Я не стала допрашивать ее, ведь смысла совсем не было. Я не знала что нам делать. Но тем не менее, мы сейчас едем не домой, а в полицейский участок. Вопросов было много, ответов нет совсем. Донести Санса до камеры было просто. Андайн была мощнее его раза в два, поэтому она просто закинула его на спину. Объяснять что-либо коллегам девушка не стала, да и они вопросы не задавали. Неужели это не первый раз? В конечном итоге, белобрысый сидел перед нами, закованный в наручники. Хочу заметить, что цепь от наручников крепилась к полу и это... было достаточно странно. — Эй, зверье безмозглое! — Андайн дала легкие пощечины парню, но это не помогла, поэтому пришлось применить нашатырь. — Доброе утро! Санс поморщился и дернулся, вырывая свое лицо из сильных рук. Я стояла напротив парня, облокотившись об стену. Подойти близко было морально сложно, внутреннее чутье не позволяло, хотя я понимала, что он ничего не сделает мне. Я сразу заметила, что пронзительные глаза были направлены на меня, а не на злую Андайн. Девушка-полицейский загородила меня собой, привлекая внимание. Хмурая и напряженная, надеюсь до рукоприкладства не дойдет. — Ублюдок! — последовал удар, прямо кулаком в нос. Я закусила язык. Кровь брызнула моментально прямо на пол. Парень застонал, прикрывая глаза от боли. — Ты чего удумал, ебанутый?! Твои суицидальные мысли я еще понять могу, а (Т/И) какого хуя трогаешь? — Я тоже рад тебя видеть, пизданутая, — прохрипел он, облизывая кровь на губах. — В прошлый раз ты провожала меня в полицейскую машину также. — Допиздишься, белобрысый. Сейчас мы не друзья. И это было правдой. Он — задержанный, который ведет себя, как хулиган подзаборный. Она — злой коп, которая ебанёт при первой же возможности. А я всего лишь человек, которому не повезло в этой жизни. Зритель камеди-шоу, которого случайно позвали на сцену. — Вы меня за клоуна держите? Что вы хотите вообще? — он посмотрел на меня, до сих пор молчавшую. — Поехали домой, (Т/И). — Сегодня ты останешься здесь. Я видела весь спектр эмоций. От злобы до спокойствия. Ни за что не останусь с ним, особенно в таком состоянии. Если мы уедем, он просто убьет меня. Не верю. Не верю ни единому слову. Мне плохо. Я вышла из камеры, набирая скорость. Андайн побежала за мной. Она понимала, что я собираюсь отказаться от всего этого. Пускай думают, что я слабая, пускай ненавидят меня, пускай Ториэль разочаруется во мне, но я буду жить спокойно, я буду жива. — (Т/И), стой! Я повернулась к девушке резко, выставляя перед собой руки. — Нет, Андайн, хватит этих издевательств. Такое ощущение, что я в какой-то дешевой драме с элементами мистики и детектива. Этот ублюдок — убийца, который манипулирует всеми вами, вы поверили, что он добрый юморист, но это совершенно не так, ясно? — я сделала пару шагов назад, чувствую как слезы накатывают. — Я искренне не понимаю: почему вы думаете, что он не психически больной? Дело его принципов? Каких, мать твою, принципов? Он обманщик! Сумасшедший обманщик! И я, блять, понимаю, почему Гастер уехал с братом! Понимаю, сука, почему он так поступает. Вы скрываете убийцу, нарушая все возможные права и ставя под угрозу не только меня, но и окружающих! Я чуть не задохнулась, крича на нее. Я видела, как ее кулаки сжимаются все сильнее, а зрачки расширяются. Мне было плевать. Абсолютно плевать. Плевать также, как и им всем. Сбросив на меня психопата, скрывая все детали, слепа надеясь, что я что-то сделаю, потому что я новое лицо в этой истории. — Ты не можешь нас бросить. Ты обещала, — начала шипеть на меня полицейская. — Я могу это сделать также, как и вы скинули на меня это дерьмо. — (Т/И). Я обернулась на чужой голос и увидела Азгора, который стоял посреди коридора, сложив руки за спиной. У меня не было сил даже задавать хоть какие-то вопросы. Он грустно улыбнулся и опустил взгляд. — Что ты здесь делаешь? — кажется, Андай была удивлена больше меня. — Как только узнал про протест, так сразу прибежал сюда, а тут работники рассказали мне интересную вещь в виде двух девушек, что тащили бедного паренька. Бедного? Бедного, блять?! Никакой он не бедный, нахуй! Самовлюбленный, ненормальный, эгоистичный... Азгор протянул мне папку, разочарованно вздыхая. Я подняла красные глаза на него и он сразу заметил след на шее. Теперь он удивился. Объяснять ничего не пришлось. — Я понимаю, дорогая, понимаю твое решение. Мы не ошиблись, что выбрали именно тебя, но ошиблись в том, что так резко скинули на тебя все это. Твоя жизнь была не из лучших и это довольно грубо с нашей стороны. Поэтому я все понимаю и принимаю. — я видела как, мужчина жестом остановил Андайн, которая хотела возразить. Он посмотрел в мои глаза, на душе стало так мерзко и тоскливо. Не от осознания того, что вдовец все слышал, скорее от плачевности ситуации. — Но я прошу выполнить мою последнюю просьбу. Я открыла папку, в которой лежали мои новые документы с подставным образованием и должностью частного детектива. — Как ты это сделал? Как так быстро? — полицейская сама подскочила ко мне, рассматривая бумаги. — Гриллби согласился помочь.

***

Я оказалась дома быстро. Дримурр дал мне время на размышления, слезно прося меня подумать еще раз и выполнить хотя бы одну просьбу. Остаться дома одной было для меня необычно. Но мои мечты о спокойствии и здоровом сне так и остались мечтами. Простуда не отходила, но и не заставляла меня сильно мучится. Я просто лежала на кровати, в темноте, одетая. В слезах. Как бы мне хотелось вернуть время вспять, стать хоть на секунду Макс Колфилд из игры «Life is Strange». На столе лежали документы, на которые я иногда поглядывала. Я не могу винить себя в том, что сейчас происходит со мной. Слишком много ответственности на моих плечах. Много ответственности и надежды других людей. Я не верю в Бога и мистику, но ощущение присутствия Ториэль всегда было рядом. На телефон пришло сообщение от Фриск. Должно быть Азгор ей уже все рассказал. Я сглотнула, беря телефон в руки. Больше всего я сейчас не хотела читать нотации и выслушивать что-то о морали. «Гастер узнал, что Санс у тебя на попечении и устроил протест в парке. Он встретил меня и Альфис около больницы, говорил, что разочарован в нас, в тебе. Что мы впутываем левых людей, что идем против закона, выпускаем психа на свободу и просто так он не оставит нас в покое. Еще он говорил, что мы ничего не понимаем, раз слепо верим Сансу. Я не знаю что у этого дядьки в голове, но он пугает меня. Будь осторожнее и как будешь готова поговорить — звони. Люблю тебя♥» — гласило сообщение. Я нахмурилась. Если Гастер так рьяно пытается нас остановить, то он определенно что-то скрывает. Разочарован во мне? Будто мне его мнение нужно. — Да, блять! Что за хуйня творится с моей жизнью, сука!!! На эмоциях я взяла вазу с теми самыми цветами и кинула её в стену. Расколки рассыпались по всей комнате, но как же мне было все равно на них. Бесполезные куски стекла... Твою же мать! Злость так и прет! Хотя скорее это не злость, а безысходность. Как же я все это ненавижу... ненавижу, ненавижу, ненавижу, блять! Я облокотилась о стол руками. У меня горят дедлайны, мне нужно сдать проект, а тут еще это... — Так, (Т/И), успокойся. Хватит, блять, злиться и соберись, тряпка ебанная! Я села за стол, крутя в руках телефон и наблюдая за собой в отражении зеркала. Решено, сначала разберусь со своими проблемами, а потом буду решать чужие. Как и всегда. Так ведь всю жизнь. «Дайте мне три дня и я продолжу помогать вам, но не вашему конченному психу.» — написала я Фриск.

***

Три дня мне было достаточно, чтобы я сделала все свои незаконченные дела, встретилась с клиентами и получила выручку. Работать в свое удовольствие — классно. Но сейчас мне нужно думать не об этом. Сейчас я сижу в кабинете Мелиссы Бойнет, директора ФБР. Попасть сюда было несложно. Но вот женщина, которая сидела передо мной напрягала меня до безумия. Пышная блондинка с серыми, как сталь, глазами смотрела в мое досье, которое я вызубрила. Ее мягкие черты лица не делали ее милой женщиной, наоборот, она казалась слишком строгой и высокомерной. Готова поспорить, что должность она выцепила собственными острыми ногтями. — Значит, Вы здесь относительно недавно, но уже интересуетесь делами города. — Мелисса отложила документы в сторону, облокачиваясь на спинку кожаного кресла. — Частные детективы могут брать прошлые дела разных классов, но это идет под огромную ответственность и гору документов под личную подпись. — Вы же понимаете, что это лишь проверка и отчет для правительства. Ваш город считается самым преступным, поэтому приходится проверять все лично. — я сложила блокнот с ручкой на колени и посмотрела прямо в глаза директору. — Думаю, вам уже поступил звонок, поэтому не вижу смысла волноваться. Женщина оглядела меня с ног до головы и хмыкнула. Не знаю, что у нее было в голове, но недобрые слова в мою сторону точно летели. Я была готова к любым поворотам событий, жизнь уже меня научила выживать. Тревога хоть и билась в груди, но, на свое удивление, я была спокойна. — Мне придется приставить к вам местного детектива, который прикреплен к нашей организации. Тем более, вы — новое лицо здесь, поэтому, сами понимаете, нужно познакомиться. — Мелисса не доверяла. Это понятно. — Вам повезло, Вы не будете против, если Вас будет сопровождать Пол Хендерсон. Я засияла от счастья, глаза заискрились. Начался мой монолог об этом замечательном детективе, с которым я так давно хотела познакомиться и поговорить с ним. Буду строить из себя наивную дурочку, у которой на уме лишь высокий статус и звезды в голове. — Это сугубо личный интерес. Я просто мечтала познакомиться с ним! Я просто мечтаю, чтобы все это закончилось и все дружно сдохли. Я встряхнула головой, выходя из кабинета. Через два дня мне предоставят библиотеку, а завтра я еду знакомиться с Полом Хендерсоном в ресторане. Так как я представитель другого города. Я правда надеюсь, что проблем с этим не будет и Азгор везде договорился со всеми, но мне так страшно за это все. Я давно не была на могиле Тори. Мне бы не помешало бы ей просто выговориться, почувствовать, что меня слышат. Мне правда страшно за себя, за происходящее вокруг. Все мигом покрылось туманом безысходности. Меня затягивает в пучину ненависти, прошлое будто вырывается из под замков, которые Ториэль так бережно ставила. Её могила всегда ухоженная. Не только я и ее семья приходили сюда, клали цветы и убирали назойливый сорняки. На могильной плите женщина улыбалась самой широкой улыбкой и смотрела блестящими глазами. Как же мне тебя не хватает. Я не могу без тебя. Почему ты бросила нас, свою семью, меня? — Ториэль, почему? Монолог о моих страданиях длился час точно. Мне не хватало воздуха, я задыхалась, лежала на могильной земле, хватаясь за острые розы и лилии. Я была готова умереть прямо здесь любым способом, лишь бы оказаться около родного мне человека. Самого родного. Слезы не останавливались, лицо покраснело, голова уже болела от напряжения. Но я все не могла остановиться кричать и плакать. Наверное, мне нужно было высвободить свои эмоции. Истерика ушла, но я все также сидела на земле и смотрела на цветы. Нужно прийти в себя и взяться за дело. Ничего не решиться, если я буду постоянно ныть и думать: «Делать или нет?». Но я могу с уверенностью сказать, что я закончу начатое. Но не чтобы выгородить Санса, а чтобы докопаться до прямых доказательств и с чистой душой закрыть это дело в семье Дримурров. — Ох, извините, не думал, что тут кто-то есть! Я повернула голову и увидела перед собой белобрысого парня. Он смотрел на меня также удивленно, как и я на него. Он был настолько высоким, что мне в сидячем положении пришлось до упора поднять голову, чтобы увидеть его бледное лицо. Я встала на ноги, попутно вытирая лицо и отряхиваясь. Парень был похож на ангела с голубыми глазами, что борется за справедливость и ухаживает за всеми собачками на улице. — Нет-нет, все хорошо, извините. — я встала перед ним и опустила взгляд на милый букет васильков, который он держал в руках. У него такие длинные и красивые пальцы, обычно их обладатели играют на инструментах. — Вы к Ториэль? — Да. — он кивнул и прошел к могиле. Букет он красиво уложил с краю. В его глазах читалось спокойствие и умиротворение, будто он выполнил сейчас одну из целей своей жизни. — Эта женщина была прекрасна. Да, Ториэль была Божьей матерью. Женщина с чистой душой и крепким сердцем. — Жаль, что свернула в последний момент не туда. Молодой парень присел на землю. Я удивленно уставилась на него, и, не осознавая этого, я присела около него. Он будто приглашал меня, а я отказываться и не стала. — Почему? — спросила я, не понимая смысл сказанного. Я не помню, чтобы Тори что-то делала не так или выбирала тьму, а не свет. — Начала помогать не тому человеку, — хмыкнут он. — Но это история не для посторонних людей, так что прошу меня простить. Я чувствовала напряжение. Незнакомец может и выглядел приятно, но атмосфера вокруг него заметно менялась. — А как Вас зовут? — спросила я вставая с земли. — Папирус Вингдингс. Боже. Я потеряла дар речи. Папирус не смотрел на меня и это было к лучшему, потому что мое лицо исказилось от ужаса. Брат Санса передо мной. Я не знала как мне реагировать, поэтому просто быстро встала, извинилась и ушла прочь. Не знаю, что он мог подумать, но мое лицо он видел. Я просто надеюсь, что это никак не повлияет, мать твою. Вдруг он уже меня знал, но почему тогда ничего не сказал мне? У них план? Они что-то задумали? Блять. Блять. Блять Я села в машину и сжала рубашку около груди. Еще немного и я начну задыхаться. Голова кружится и в ушах звенит. Я сейчас умру? У меня сейчас остановится сердце! Вокруг все плывет и я ничего не вижу кроме черного руля. В стекло постучали и я вздрогнула от такой силы. Папирус стоял за моей дверью и смотрел на меня. Его лицо выражало взволнованность. — У тебя все хорошо, (Т/И)? Я опустила стекло и кивнула в знак согласия, подать голос я не могла. Он сощурил глаза и облокотился об машину. Он наклонил голову в бок и смотрел на меня. Это молчание было таким напряженным и странным. — Прости, не хотел пугать тебя. Просто по тебе видно, что у тебя была недавно истерика и такое состояние очень опасное. — он улыбнулся мне и эта улыбка была приятной. Я расслабилась. — Удачной дороги, прости еще раз. Он ушёл обратно на кладбище, а я решила уехать. В голове не было никаких мыслей, поэтому обдумаю все дома... Стоп. Блять. Я же не называла ему своего имени.