Иначе

Она сидит на стуле в небольшой комнатушке. Обстановочка тут скудная: стол, еще один стул и… камеры. Множество камер. Как интересно все обернулось. Еще днем она играла с Шерри, беспокойно оборачиваясь на доносящееся с кухни шипение (несомненно, это масло высказывало восторг от кулинарных навыков Леона), и вот внезапный звонок по телефону с вопросом, приходится ли она сестрой Крису Редфилду и сообщение о том, что дальнейший разговор отнюдь не является телефонным. Вот уж действительно. Обстановка явно намекает на то, что диалог тут получится вряд ли – скорее допрос. В комнату заходит мужчина. Нет, никакого пафоса и официального костюма – обычная темная куртка, разве что очки на носу, придающие ему серьезности. – Простите, что заставил ждать, – спокойно говорит он. – Ничего. Так вы можете сказать, что вам известно о Крисе? – у нее нет времени на формальности. С появлением мужчины самообладание дает сбой – тревога о брате начинает нарастать. Он окидывает ее оценивающим взглядом. – Могу ли я рассчитывать на ваше содействие, мисс Редфилд? – У меня нет причин его не оказывать, ваши люди показали мне удостоверения, – мягко уходит от прямого ответа она, беспокойно закусывая губу и думая, известно ли им хоть что-то стоящее. – Агент… – ей неизвестно его имя. – Картер. Что ж. Хорошо, – он потирает переносицу. – Ваш брат жив, в данный момент его нет в стране. Думаю, для начала этого достаточно – сказать больше я вам не могу. – Жив – в смысле?.. – напрягается она. – Невредим, – уточняет мужчина. – В течение месяца он вернется в страну. Она облегченно вздыхает. Уже что-то. – Ваш черед, мисс Редфилд. Возможно, вы слышали: в Раккун-сити произошел выброс вируса, а лаборатория и город были взорваны… – он замолкает, испытующе глядя на нее. Она мысленно фыркает: сложно было не слышать, об этом трубили по всем новостям. Решение взорвать город, конечно, сомнительное, но… учитывая обстоятельства – эффективное. – Слышала. – И за день до первого взрыва, насколько нам известно, вы хотели отправиться туда, чтобы узнать новости о своем брате, – она кивает. – Удалось ли вам доехать до города? И известно ли вам что-либо об инциденте? Ее настораживает постановка вопроса. Как будто он что-то знает. И все же решает придерживаться их с Леоном легенды. – Нет, до города я не доехала. Дело в том, – она старательно краснеет, – что в одном из придорожных магазинчиков я встретила парня… Почему она вообще согласилась с тем, что это хорошая легенда? Даже звучит смешно. Агент приподнимает бровь, видимо, разделяя ее мысли. –…И так легко отказались от мысли найти брата? – он качает головой. – Мисс Редфилд… Она вздыхает, стараясь говорить как можно правдоподобнее. – Это был… новенький офицер. Леон Кеннеди. Он, вроде как, только поступил на работу в город, и когда был там в последний раз, слышал, что Крис взял отпуск и уехал. Но не знал, надолго ли и куда. Агент несколько секунд рассматривает ее. – Тот самый офицер, который живет в вашей квартире пятый день? Отлично. За ними следят. Известно ли им о Шерри? – Да. – Хм… – протягивает мужчина. – Хоть, судя по вашим досье, это кажется сомнительным развитием событий. Расскажите, пожалуйста, как вам удалось убедить мистера Кеннеди уехать вместе с вами? А вот теперь ей и стараться не нужно – румянец сам приливает к щекам. Соображай, Редфилд. – Ну… вы же знаете, – что-то она в этом сомневается, – как это бывает… – она разводит руками. – Он еще не успел выйти на службу: ждал звонка из департамента, так что... в общем-то, решил, что вполне может связаться с ними позже. – Верите в любовь с первого взгляда, мисс Редфилд? – хмуро спрашивает агент, делая какие-то пометки в бумагах. К чему этот вопрос? – Сложно поверить… изучив ваши досье, конечно… что вы так легко отложили поиски брата, с которым были очень близки, а мистер Кеннеди – поездку на работу, для которой полгода проходил различные собеседования и тесты. Хоть, конечно, он и мог оказаться в магазине совершенно случайно. Она пытается сообразить, какое еще объяснение можно придумать тому, для чего логика работать не должна, но агент и не думает давать ей передышку: – Ах да, если еще и принять во внимание, что он остался у вас жить… – многозначительное молчание. Ее начинают раздражать эти игры. – Меня в чем-то обвиняют? – она прикусывает язык. Агент внимательно смотрит на нее. – Нет, мисс Редфилд. Пока нет. И отвечая на неозвученный вами вопрос – с мистером Кеннеди мы тоже обязательно поговорим. Черт. – В интересах следствия мы не можем отпустить вас домой, поэтому вам придется переночевать тут. Внешние контакты запрещены. Если у следствия появятся еще вопросы, мы вас вызовем. Это займет не больше нескольких дней. Он поднимается со стула и выходит из комнаты – спустя несколько минут за ней приходят двое агентов, чтобы проводить в небольшую комнатушку с выходом на миниатюрную кухню. Что ж, диван, кровать, стол и холодильник – вполне комфортно. Только вот... сколько ей придется ждать? Несколько дней – понятие очень расплывчатое. Боже… Что будет с Шерри? Известно ли им о ней? Как они с Леоном отреагируют на ее отсутствие? Что будет с девочкой, когда они вызовут сюда и его? В голове рой вопросов – и многие из них имеют вполне нерадужные ответы, либо же не имеют оных вовсе. Ей остается только надеяться, что Леон придумает выход – она не могла не заметить, каким тихим он стал, стоило адреналину сойти на нет, а полноценному осознанию пережитого начать опускаться на их плечи, – боже, она и себя-то не слишком узнает. Но они должны сделать все, чтобы не поставить под удар Шерри, и, по возможности, выйти из-под внимания служб. Все остальное можно решить по ходу дела. Если, конечно, вообще есть возможность решать, потому что сейчас ей только и остается, что ждать, сходя с ума от неизвестности. Да уж, вот она, обратная сторона существования среди живых. Кошмары бюрократии.