Иначе

Она жарит бекон, когда со стороны ванной раздается смачная ругань. Когда Леон появляется на кухне пару минут спустя, на его левой щеке, ближе к подбородку, виднеется свежий порез. – Кому-то стоило бы следить за языком, – укоряюще цокает она и видит, как парень… показывает ей язык – после чего усаживается за стол и придвигает к себе тарелку. Мужчины… Ночью между ними словно рухнула стена – поначалу незаметная, почти не давящая, но заставляющая быть отстраненными по отношению друг к другу – а после и вовсе чувствовать почти осязаемое напряжение, даже не находясь в одной комнате. Конечно, у последнего веская причина, и все же она рада той легкости и даже веселости, что воцарилась сейчас. Никаких неловкостей после пробуждения, никаких серьезных разговоров о том, что они решили – и пусть эта тема еще всплывет и им вновь придется сесть за стол переговоров, она почему-то уверена, что худшее уже позади. На пороге, зевая и прикрывая рот ладошкой, появляется Шерри, с детской непосредственностью делясь: – Я слышала, как кто-то ругался. Она бросает на Леона красноречивый взгляд. – Все хорошо? – Шерри смотрит на него и охает. – Я слышала, что вы спорили ночью… – ее взгляд перебегает от нее к Леону и обратно. – Клэр?.. Она приподнимает бровь на эти подозрения. – Нет, это не Клэр, я порезался в ванной, – со смешком поясняет Леон. – Хотя… – он закашливается, краснея, и запихивает в рот кусок бекона. Она чувствует, как скулы обдает жаром, и неверяще смотрит на него. Серьезно? Он смущенно отводит взгляд, и она усмехается, принимаясь накладывать завтрак Шерри. Та, кажется, пропускает начало его ремарки мимо ушей. – Чем сегодня хочешь заняться? Девочка оживляется: – А мы можем пойти погулять? Я знаю, что мы не должны, но… Она раздумывает над этим и решает, что раз за ними все равно следят, безвылазно сидеть дома смысла нет. – Думаю, можем, – отвечает она после кивка Леона. – Тем более, на улице хорошая погода.

***

Они весело проводят время, перепробовав почти все карусели в парке аттракционов (да-да, она решила, что за неделю в четырех стенах Шерри заслуживает куда большего, чем просто выйти на улицу), однако она не может не заметить взглядов, которые временами бросает на нее Леон. Вот они вместе смеются над тем, как с последним выстрелом в тире на работника парка сверху валится мягкая игрушечная обезьяна – парень широко улыбается, глядя на них с Шерри; вот он хмурится, серьезно глядя на нее, когда она рассказывает девочке о том, как они были тут с братом и его друзьями – как будто наблюдает за проведением сложной операции, детали которой должен запомнить; а вот он подмигивает ей, протягивая руку и помогая забраться в кабинку колеса обозрения, когда им троим делают скидку на семейный билет. И это не говоря о том, сколько раз он меняется в лице (мужчины…), когда они едят мороженое. Экстренные новости! Ты ему нравишься. Но… та наемница? А ты не заметила, что он куда менее мрачен, чем в первые дни? Это ни о чем не говорит… и после случившегося он явно стал бояться повторения. …А проецирует это на кого? На это нечего ответить – да и, честно говоря, она не очень понимает, как реагировать даже на подобное предположение. Да, они явно сблизились и неплохо ладят. Да, она немного флиртовала с ним в Раккун-сити. Да, он, кажется, пришел в себя по сравнению с подавленностью в первые дни. Но… Что – но?.. Это все усложнит – решает она и отмахивается от мысли даже пытаться копаться в собственных чувствах. Возможно, не будь они в такой ситуации и поставлены перед ультиматумом, она могла бы – и хотела – подумать о чем-то подобном. Но сейчас – нет. Ее едва хватает на то, чтобы не падать духом. И пусть мысль о том, что она не очень справедливо поступает по отношению к Леону, заставляет ее чувствовать вину – это правильное решение. Сейчас их цель – обеспечить безопасность Шерри и понять, как обернутся их жизни после сделки с правительством. А раскачивание лодки, не будучи уверенной ни в его мыслях, ни – тем более – в своих, ни к чему хорошему не приведет. Возможно, это жесткий подход. Но именно такой она и должна быть: ради Шерри и ради Криса. Ей комфортно в его присутствии, и она рада, что он рядом. Но чувства… серьезные чувства – нет. Она не готова. Впрочем, и к несерьезным – тоже. Да и не исключено, что она просто надумывает. Так ведь? Этой ночью она засыпает на краю кровати, пока он принимает душ. Она не знает, обнял ли он ее, когда лег рядом. Не хочет знать.