Иначе

Им позволяют улететь – рабочим в аэропорту хватает нескольких слов Клэр и ее актерского мастерства, прекрасно передающего панику человека, желающего поскорее покинуть город, где ночью прогремел взрыв. Во время ожидания пересадки они вместо того, чтобы дремать в аэропорту, вихрем проносятся по магазинам – и в головной штаб в Нью-Йорке прибывают в приподнятом настроении и одетые с иголочки: Леон в синей, отдающей дань его несостоявшемуся прошлому рубашке и черном, под цвет брюк, жилете; Клэр – в новенькой голубой куртке. – Подождите здесь, пожалуйста, – говорит им привезший их агент, указывая на стулья в огромном холле с высеченным на полу символом организации. Они садятся, оглядывая помещение. Тут и там снуют люди с бумагами. – Кажется, у них аврал, а? – шутит он. – Не из-за нас ли? Она усмехается и переплетает их пальцы – на душе теплеет от этого жеста. – Судя по тому, что чем-то подобным вместе с нами занимаются как минимум Крис и Джилл, конкуренция наклевывается неплохая. Он сжимает ее руку в своей. – Миленький офис, как считаешь? Не очень люблю бумажную работу, но… – Выглядит комфортно, – кивает она. Это и правда так. Работа с бумагами ее не пугает – и против "Амбреллы" и ей подобных она хотела бы бороться – просто не "в поле". Так что видеть, что этим, судя по всему, дело не ограничивается, приятно. Он чувствует направление ее мыслей – и хоть по-прежнему зол на то, как именно их во все это вовлекли и куда забросили, не может не согласиться: происходящему нужно положить конец. – Если хочешь, мы могли бы… обсудить это? – предлагает он. В конце концов, вряд ли их так просто отпустят – слишком полезны. Но бороться за условия… – Мисс Редфилд, мистер Кеннеди, – к ним подходит Картер. Единственное, что выдает его усталость – круги под глазами и покрывающая подбородок щетина. – Рад, что вам удалось вылететь из страны, миновав дотошность служб. Прошу вас пройти со мной. Они поднимаются за мужчиной на четвертый этаж и проходят в конец коридора – агент открывает дверь и жестом приглашает их внутрь. Обычный кабинет: стол с кипами бумаг и компьютером, несколько стульев, тумбочка, шкаф и сиротливо стоящая на подоконнике кружка с остывшим чаем. – Уже успели обосноваться? – замечает Леон. – Часть работы, – беззлобно вздыхает Картер. – А ее у нас сейчас хватает. К слову, присаживайтесь, – мужчина огибает стол и садится. Клэр барабанит пальцами по колену. – Мы получили ваш отчет: вы отлично справились, – Леон хочет высказать все, что думает, но Картер жестом останавливает его. – Я представляю все, что вы хотите сказать, мистер Кеннеди – тем более, ваш связной помимо отчета переадресовал нам и несколько особенно ярких ваших выражений. Поверьте: у нас не было выбора. Действительно не было. Мы должны рисковать: и шанс успеха этого риска был сколько-то высок только с вами. Мы уже потеряли несколько наших агентов – к сожалению, наша подготовка не рассчитана на встречу с кем-то вроде… тиранов. – Картер усиленно потирает лицо. – Надеюсь, вы поймете нас. И не думайте, что проделанная вами работа не была оценена. На ваши счета уже перечислено вознаграждение, и… хоть ваш джип, мистер Кеннеди, восстановлению не подлежит, нам удалось найти мотоцикл мисс Редфилд и доставить его к вам домой. Она нетерпеливо ерзает на стуле: этот харлей – еще один подарок Криса, они купили его вскладчину на ее 18-й день рождения. Леон не может сдержать улыбки, видя ее радость. – Как Шерри? Картер позволяет себе усмехнуться: – Кажется, они с моей сестрой неплохо ладят. Нам с вами нужно уточнить кое-какие нюансы и, в принципе, уже завтра вы сможете отправиться домой. – Мне не очень нравится, как это звучит, – вступает в разговор Клэр. – И, к сожалению, у вас есть для этого основания, – качает головой Картер. – Прежде, чем оставить девочку с вами… – он вздыхает, – мы хотели бы взять образец ее крови. Думаю, вы можете нас понять – после этого мы оформим ваше опекунство над ней и, если она сама не захочет присоединиться к нам через пару лет, оставим ее в покое. Им очень хочется злиться. Очень. Потому что Картер постоянно опережает их на шаг, лишая повода спустить на него всех собак. Потому что он говорит разумные вещи. Потому что правительство уже давно могло сделать все силой – и все же предлагает им жест доброй воли. Они переглядываются. – Это… разумный обмен, – отвечает за них двоих Леон. – Рад, что вы так считаете, – Картер поднимается с места. – Также должен сообщить вам, что если вы захотите, мы будем рады видеть вас в наших рядах. Работа тут самая разная, – он пожимает плечами. – И все же мы оставляем за собой право обратиться к вам за помощью в случае новой трагедии. Это, думаю, вам лучше будет обсудить с вашим братом, мисс Редфилд, именно он будет возглавлять отдел по борьбе с биоорганической угрозой. – Девушка открывает рот, чтобы спросить, но агент вновь опережает ее. – Да, вы с ним скоро встретитесь. Клэр буквально светится от этой новости, забыв обо всех условиях, и Картер позволяет себе робкую улыбку. Леона одолевают смешанные чувства. Слишком много всего – и предложение работы, и условие, при котором их силой могут заставить вернуться в этот ад, и опекунство над Шерри, и опекунство старшего Редфилда. Нет, он не боится – скорее волнуется: все же их с Клэр отношения изменились – и кто знает, как ее брат отреагирует на кольцо на ее пальце… Кстати, о кольцах… Картер приглашает их в кабинет рядом – тот больше похож на допросную: небольшая комнатушка с зеленым столом и двумя стульями. – Не удивляйтесь, – комментирует агент и поглядывает на часы. – Я должен задать вам один вопрос… и прошу ответить на него предельно честно. Похоже, его вопрос может подождать. Они с Клэр кивают. Она чувствует, что это не сулит ничего хорошего. – Мистер Кеннеди, мисс Редфилд, – мужчина раскрывает лежащую на столе черную папку и пододвигает к ним фотографии. – Вам знакома эта женщина? Леон чувствует, как сердце пропускает удар. Виски обдает жаром. Клэр думает, что вполне могла бы ответить на вопрос отрицательно: она не знакома с ней. Ей известно лишь имя. Имя, которое заставляет сердце сжиматься. Ада Вонг. Она смотрит на застывшего Леона и пытается решить, радоваться ли этому знанию.