В погоне за фейри (Алоис Транси)
22 декабря 2022 г., 22:18
Я не знаю, с чего начать своё письмо.
С обожествления?
С благодарности?
С уязвимости за то, что ты так неожиданно исчезла из моей жизни, став очередным человеком, который оставил на мне клеймо одиночества?
Однажды Ханна рассказала мне кельтские легенды о фейри, которые обитали в гуще лесов, покровительствуя людям. Они обладали неземной красотой и защищали домашний скот, даруя волшебство тем, кто проявлял к ним пиетет. Когда я увидел тебя на том занудном вечере, среди барственных нефырей, я подумал, что ты действительно королева Маб, призванная окунуть меня в купель самых смелых фантазий. Ты слишком сильно выделялась внешностью, манерами и походкой, как и я. Должно быть, по этой причине я сразу же ощутил к тебе нестерпимое притяжение. В тот день я проклинал общественные рамки, которые не позволили мне полностью вкусить смак твоей обещанной магии.
Однако я слышал совсем другие истории о фейри: они врываются в человеческую жизнь под благими намерениями, чтобы на самом деле навредить кому-то, совершить шалость или похитить. Я не против, чтобы ты вмешалась в моё существование, но только с одним условием: мы будем портить жизнь другим вместе. Я буду добрым лишь по отношению к тебе, (Твоё имя). А если ты просто захочешь выкрасть меня, я не буду сопротивляться. Я привык брать то, что мне по нраву, но в этот раз я хочу стать твоей жертвой. Возьми меня, забери из цепких лап этого бездушного мира, вырви из его привычного течения, одолев моих союзников и врагов, которые попытаются вернуть меня обратно, и улети подальше. Как можно дальше, чтобы мы остались с тобой наедине, в место, где будто бы все вымерли, кроме нас. Где потом я сам выкраду тебя у твоего привычного мира и окуну в свой, откуда ты уже не захочешь и не сможешь выбраться. Фейри, ставшая бабочкой в паутине своей зачарованной добычи, обратившейся в хищника ради поимки любви. Я стану для тебя рыцарем Лаунфалем и не отвергну, если ты потребуешь от меня любви. Звучит достаточно романтично для тебя?
Должно быть, ты появилась на балу той кисейной барышни, похожей на откормленного борова, для того, чтобы испортить ей вечер. Но я нарушил твои планы, обратив твоё внимание на свою персону. Я готов терпеть твоё озорство, если ты пообещаешь показать только мне свою природу. Никто из этих жирных баронов и баронесс не поймёт тебя: они поймают тебя, разорвут на части твою крошечную плоть и лишат прежней невинности, как они сделали это со мной. Они превращают всё светлое и улыбающееся в грязь, потому что они сами - гнилой мусор, инфецирующий раздражающие их светлые фигуры. Но я защищу тебя, ты можешь раскрыться мне. Я верю в фейри. Я верю в то, что они способны полюбить осквернённого деревенского мальчишку с грязными голубыми очами.
На самом деле я ненавижу тебя, (Твоё имя). Ненавижу за то, что ты вынуждаешь меня мучиться плавящим чувством, когда ты не принадлежишь полностью мне. Казалось бы, что я должен привыкнуть к этим предвечным мытарствам на живой Земле, потому что это было предписано мне судьбой с рождения, - которое, возможно, и вовсе не должно было состояться, но чёртовому Богу и его выродкам нужна была тряпичная игрушка для издёвок и плевков, - но именно твоё существование вне моих владений заставляет меня сгорать в агонии. Утром, днями, вечерами, ночами - я весь горю, как в лихорадке, представляя тебя вольной фейри с хрустальными крыльями, которая должна находиться в моей клетке, а не позволять недостойным ублюдкам созерцать твою красоту. Ты должна быть недоступной для них. Ты должна быть открытой для меня. Неужели я так много прошу?
Я всё время задаюсь вопросом, который раз за разом вцепляется когтистыми лапами в мою рваную душу: «Почему ты не летишь ко мне?». Фейри ведь, как и бабочки, питают любопытство к свету. Неужели моего страстного огня недостаточно, чтобы ты оживлённо вошла в него? Или его так много, что ты боишься опалить свои крылья? Поверь, они тебе ни к чему, ты прекрасна и нужна мне без них! Пока они есть у тебя, ты никогда не сможешь разглядеть мой внутренний мир, который не так отвратителен благодаря чувствам к тебе. Даже Ханна заметила, что я исправляюсь. Почему это не видишь ты? Почему не хочешь войти в червонную клетку, которую я специально украсил для тебя твоими любимыми розмаринами? Хотя колокольчики куда больше льстят тебе, потому что они олицетворяют и мою тоску по тебе, и спрашивают своим немым звоном, зачем ты так бездушно истязаешь меня бесполезным и жестоким ожиданием.
Да, я капризен. Я хочу всё и сразу. Я хочу всю тебя, полностью и без остатка. Каждый твой сантиметр эпидермиса, каждый неслышный вздох, каждый фимиам, которыми ты дышишь, если не мной. Я хочу стать твоей величественный Вселенной, где ты покоришься мне, отказавшись от полёта. Клянусь, я дам тебе гораздо больше, чем твоя мнимая свобода. Когда ты полюбишь меня, тебе не понадобится что-то, кроме меня, и небеса останутся в прошлом. Тебе будет достаточно взглянуть в мои глаза, чьи мутные воды очистятся с твоей взаимностью, и ты увидишь в них и вереницу родных облаков, и плеяды звёзд, и бесконечный космос, в котором сможешь жить только ты одна. Тебе будет мало этого, скажи мне? Чем я ещё должен овладеть, чтобы ты оставила позади свою природу и тех, кто хочет лишь воспользоваться тобой?
О, моя любимая (Твоё имя), мы будем танцевать каждый день, точно баядерки! Никакого дешёвого и кичливого изыска, которым смердят жалкие аристократишки, пытающиеся впечатлить жеманных и упитанных сплетниц, которые пытливо смотрят на меня! Мы будем настоящими: честно вульгарными, одержимыми, фривольными настолько, что те, кто заглянут в щелку нашей уютной комнаты для двоих, помрут от стыда и зависти. Потому что только влюблённые не побоятся сгореть. Мы овладеем огнём, станем с ним единым целым, и сгорим дотла в истоме, о которой ты никогда не слышала. Ты мгновенно забудешь о своих крыльях, удерживающих тебя от фатального, но абсолютного падения в моё жерло, и будешь гривуазно плясать на их пепле. Похорони небо, в котором ты реяла когда-то над жалким мной, и спустись со мной в чертоги Тартара, где спасением станет пристрастие. Даже если оно временное, разве это плохо, (Твоё имя)? Мы ведь не будем одиноки, когда наступит сокрушающая тьма. С тобой меня больше не напугают сгущающиеся сумерки.
Нет, больше всего на свете я презираю бонтон. Люди кичатся им отовсюду, но сами нарушают его морали, и обвиняют для очищения собственной жалкой репутации тех, кто ярче выделяется. Но ты - другой случай: взлелеянная серафимами, ты буквально требуешь к себе комильфотное обращение, суля своё расположение. Грубо себя поведут в твоём обществе лишь плебеи без вкуса, которых я собственноручно уничтожу: выколю им по очереди глаза, чтобы они не оскорбляли тебя своим сальным взглядом, отрежу их языки, которые плетут неблагочестивые речи твоему телу, и публично повешу их, чтобы они послужили примером для тех, кто осмелится проявить к тебе неуважение. Ты слишком нежна и чиста для этого паршивого мира, (Твоё имя). Тебя хочется и очернить, чтобы ты не была такой вызывающей для искушённого отребья, и одновременно оградить от всех и раболепно чахнуть над тем, как ты источаешь свою фееричную пыльцу добра и ласки.
Поэтому я начал изучать скучную поэзию. Впрочем, должно быть, сейчас я написал нечто непристойное. Но, кажется, мы уже выяснили, что тебе импонирует моя прямолинейность, отличающая меня от других сливок общества. Ты сказала, что я непослушное пламя, способное как согреть, так и спалить. Я позволю тебе приручить меня, но, если ты предашь меня, я буду вынужден выпустить беспощадные искры.
Мне только что захотелось расцарапать эти строки. Ты заслуживаешь иного обращения, а не мои истеричные угрозы. Я должен был привыкнуть к одиночеству, к тому, что все отталкивают меня, не говоря даже «Прощай» (понимаешь, насколько я ужасен и жалок, раз людям противно объявить мне о своём уходе?), но мне до сих пор невыносимо больно и гневно на душе. Думая о том, что твой уход так же неизбежен, я начинаю злиться на тебя. Ты не должна уходить. Только не сейчас, когда я осознал, что в этом поганом мире есть кто-то, кто не отравлен чёрствостью и похотью. Дай мне ещё немного полюбоваться твоим чистым сиянием, которое ослепляет всех вокруг (жаль, что не смертельно). А затем я поймаю тебя и уже никуда не отпущу, моя маленькая фейри. Моё единственное Высочество.
Я дам тебе волю. Дам тебе прутья. Дам тебе любовь. Отберу свою душу из пасти демона и отдам тебе. Прости за то, что она так грязна, но это то немногое, что есть у меня. Хотя самое ценное, непорочное, не отравленное моей обидой ко всему живому - мои чувства к тебе. И если ты согласишься принять их, я уверен, ты сумеешь рассеять сгустки холодной и нетленной ночи. Только не становись одной из тех, кто смотрит на меня с отвращением. Прошу тебя.
Навеки твой, Алоис Транси
