The Girl from Ipanema.

      Блу семнадцать и он подрабатывает в книжном магазине Линды, который она всё же открыла здесь, в Рио. Сейчас Линда в Америке, навещает вместе с детьми свою мать, соскучившуюся по дочери и внукам. Тулио не хочет оставлять детский дом без присмотра, а Тайлер не хочет лишний раз видеть мать Линды, которая его всегда недолюбливала. Конечно, он мог бы вернуться в «цивилизацию» и обойти этот неприятный момент редкими прибываниями дома. Как раз закупился бы необходимой техникой, дисками, комиксами и прочими радостями, но тогда бы он не смог охранять Джуэлз.       Джуэлз его волнует. С каждым днём она возвращается домой всё позже и позже и от неё несёт то сигаретами, то выпивкой. Даже всегда терпеливый Тулио не выдерживает и начинает срываться. Джуэлз только огрызается в ответ, а глаза её всё грустнее и грустнее изо дня в день, и Тайлеру больно на это смотреть. Тулио теперь почти что ночует у парадного входа, чтобы засекать её поздние приходы, но и эту проблему она решает своеобразно. Теперь, каждое утро в 7 часов, в окно Блу летит камешек, что означает, что ему стоит открыть окно и впустить её внутрь. Только у окна комнаты Тайлера растёт дерево, по которому она взбирается и забирается к нему в комнату. По этому дереву она и убегает к своему парню после двенадцати, а Блу, как терпеливая крестная фея, буквально организовывает эти встречи. Он мог бы прекратить это, сказать ей «нет», закрыть дверь на замок, пресечь всё это. Но в этом случае она просто найдёт другой способ выбираться из дома, возможно, решит не возвращаться вообще, а этого Гандерсон не сможет пережить. Он и так каждую ночь смотрит ей вслед, надеясь, что это не последний раз, когда он видит эту хрупкую фигуру, и каждое утро выдыхает с облегчением, когда слышит несильный стук о своё окно.       Джуэлз же принимает всё это как должное, никаких тебе «спасибо, Блу», «ты меня очень выручил», но Гандерсона это не задевает. Ну, может быть, только чуть-чуть. Но он стерпит. Ради неё.

***

      Видимо, с Найджелом всё не так уж и гладко, несмотря на его шикарную машину, так как однажды Джуэлз напивается в хлам. Блу еле успевает стащить её с дерева, поражаясь, как она в таком состоянии не упала раньше. То, что она вдрызг пьяна, он понимает по тому, как она вцепляется в его плечи, как прижимается к нему всем своим телом. В обычное время максимум, на что, он мог бы рассчитывать — это толчки в бок в лучшем случае. В худшем — удары по голове и другим не менее важным частям тела Гандерсона.       Он судорожно пытается сообразить, что ему следует сделать: стоит ли попытаться дотащить Джуэлз до её комнаты, либо дать ей выспаться в своей кровати, но сомневается, не убьёт ли Джуэлз на следующий день за это. Все его размышления прерывает чужой голосок: — Блу? — Да, — Блу честно пытается не пялиться на её декольте, которое так и лезет в глаза из-за не слишком скромного топика. — Блу, а он меня не любит, — у неё какая-то странная пьяная улыбка: грустная, несчастная. У Тайлера щемит в сердце. — А ты? Ты его любишь? — срывается с губ вопреки желанию.       Она не отвечает ему, продолжает завораживать своей чарующей улыбкой. Пауза затягивается, становится неуютно, напряжение бьёт по ушам, оглушая бешеным биением собственного сердца. Он решает положить этому конец: — Слушай, Джуэлз, давай ты сегодня поспишь здесь, а завтра разберёмся, — ну и пусть она его убьёт, но он больше не может выдерживать близость её тела. Нико и Педро уже мутят вовсю с девушками, иногда делясь определёнными пикантными моментами со своим незадачливым другом. Блу хоть и слушает со скептичным видом, но на самом деле жадно впитывает в себя всю информацию, потом по ночам витает в облаках, воображая, как он впервые поцелует Джуэлз, впитывая в себя все её сомнения и страхи. Дальше он не заходит даже в своих фантазиях, потому что даже воображаемая Джуэлз может двинуть ему в челюсть за это. Но иногда он осознает, что в реальности она встречается с Найджелом, целуется с ним и даже больше. Возможно. Он не хочет этого знать.       Он хочет прекратить их контакт и убежать куда-то, чтобы не натворить глупостей. Но их вместо него совершает она. Она приближает к нему своё лицо, и его губы обдаёт её дыхание, заставляя напрячься. — Блу, а ты? Ты меня любишь? — она издевается, передразнивает его, повторяя ранее сказанные слова, смотрит на него с лукавством, наслаждается его растерянным выражением лица, смакует превосходство над ним, компенсируя свою беспомощность в отношении с Найджелом. — Думаешь, я не замечаю твои взгляды?       Возможно, сейчас весь Рио заметит красный цвет, который обволакивает всего Гандерсона. — Ты устала, Джуэлз. Тебе надо… — она прерывает его поцелуем. Она его целует! Сама.       Он всегда представлял свой первый поцелуй именно с ней, но в глубине души осознавал несбыточность подобной мечты, поэтому подобный поворот событий ошеломляет его. Она настойчиво прижимается к нему, и Блу неосознанно повторяет её движение: осторожно перемещает свои ладони с её плеч на спину.        Это прекрасно. Это восхитительно. Это невероятно. Глаза застилает какая-то нега, Тайлер уже мутно видит девушку перед с собой. Ему хорошо, и он надеется, что хорошо и ей. Вдруг она прерывает поцелуй, заставляя его растерянно уставиться на неё. Он не понимает, что происходит, когда она настойчиво тянет его куда-то. До него всё доходит, когда они неуклюже заваливаются в кровать. Блу автоматически хочет вскочить, ведь он буквально лежит на Джуэлз. Джуэлз, которая с самого детства колотила его всем, что под руку попадалось. Джуэлз, которая его презирает. Джуэлз, которая встречается с Найджелом, главным головорезом во всём Рио. Джуэлз, которую он любит с самого первого раза, как увидел. Она вцепляется в его плечи, удерживает на месте, благо с таким его хрупким телосложением это не так уж и сложно. — Ты чего? — тихо спрашивает она.       Он будет ненавидеть себя за это всю жизнь. Но если не остановиться — ненавидеть его, а, возможно, и себя, будет она. — Ты перепила, — тоже тихо, будто они на одной волне, будто они сейчас идеально понимают мысли и чувства друг друга, — завтра ты протрезвеешь и будешь жалеть о том, что сделала вчера. — С чего ты взял, что я буду жалеть?        «С того, что ты меня ненавидишь с самого детства», — проскальзывает в голове Тайлера, но он не хочет облачать эти мысли в слова, продолжает потерянно смотреть в её столь родное лицо. — Давай лучше спать, — он скатывается с неё, ложится под боком, затихает, пытаясь унять бешеное сердцебиение, пытаясь понять, правильно ли он поступил.       Джуэлз ещё некоторое время лежит на спине, видимо, пытается понять, что же произошло, но вскоре сдаётся, тихо вздыхает, переворачивается на бок, лицом к нему, прячет своё лицо на его груди, заставляя его вздрогнуть.       Она засыпает довольно быстро, алкоголь побеждает её сознание, а Блу смыкает глаза лишь под утро, убаюканный её тихим дыханием.       На следующее утро её не оказывается рядом, и это ожидаемо. Не ожидаемо то, что её не оказывается в доме вообще. Ни в этот день, ни в другой.       Джуэлз сбегает, не оставив Блу никакого смысла в Рио.