Непригодные условия

      Я знал, что Виктор появится тут еще раз. До этого я только смутно надеялся на это, а теперь точно знал, что увижу его снова. Даже несмотря на то что временные промежутки между нашими встречами были довольно большими - или мне так казалось.       Честно говоря, я в очередной раз потерял уверенность, что Виктор реален. Как вариант я еще додумался до того, что он и вся история, которую парень двинул за эти несколько встреч, это сон. Ну я же сплю большую часть времени, верно? И Виктор всегда появлялся так внезапно и так же внезапно исчезал потом. В смысле, я открывал глаза, а его нет. Не иначе как окончание сна, реальность без внедренных Викторов и все такое. Но с другой стороны, сны ведь всегда какие-то ебанутые. Типа если ты и видишь сон, он не будет о чем-то одном, мозг такой ебанины понамешает в одно место, чтобы ты такой проснулся потом и думал, как это вообще могло сгенерироваться в твоей голове. А я Виктора видел всегда в одной сюжетной развилке, назовем это так, и все сцены были связаны между собой. Да и если мне снилось что-то, то чаще всего это было связано с домом.       Еще я пришел к тому, что мог находиться в коме. Если придуманный Виктор не вписывался в систему маленьких снов, то один глобальный сон потянет не только Виктора, но и вообще всю эту ситуацию с пришельцами. Шел я, например, пятнадцатого марта на пары, а меня машина сбила. Ну не смотрю я по сторонам, когда дорогу перехожу. Еще и в наушниках постоянно. И сейчас я валяюсь энное количество времени в коме, а мозг меня троллит, потому что я перед этим какую-то тупую киношку про инопланетян посмотрел. А всего этого не существует на самом деле. Проснусь я однажды в белой палате в окружении всяких трубок и прочей медицинской мишуре, а Костя такой: "Пиздец, братан, ты два года провалялся тут, тебя за незакрытую сетку с универа выперли нахуй, прикинь, а".       Возвращаясь к теме придуманного Виктора. Меня вроде как беспокоило, что мозг мог такие вывертоны проворачивать. Ненормально это. Даже если парень выглядит как настоящий и ощущается - тоже. Но ладно, до кризиса эти мысли пока не довели, я в стадии разработки нового грандиозного срыва. Подожду маленько, а если Виктор продолжит появляться раз за разом - точно плод воображения. Ну не может быть, чтобы ни с того ни с сего да безо всяких причин появился некий хер с горы, который говорит на одном со мной языке, настроен относительно дружелюбно, весь прошаренный от и до и клево одет. Если бы я этого Виктора один раз встретил только и он больше никогда не объявлялся тут, это было бы намного реалистичней. В смысле, в жизни так и происходит - не как ты хочешь. А я очень хотел, чтобы рядом был человек, который знал, что за ебанина происходит.       Один плюс - я перестал париться насчет Центра. Просто это тупо - расстраиваться из-за того, что не можешь попасть в место, которое существует только в твоем воображении. Я не знал, стоит ли относить к хорошим вещам то, что я вроде как раскусил наебку собственного мозга, но допустим. Если Виктора все-таки я придумал, он будет вести себя в зависимости от моих ожиданий. Пока это лишь подозрения, гипотеза, но если мои соображения подтвердятся, не знаю, что буду делать с этим.       Ага, радоваться, что наконец-то получилось придумать полноценного воображаемого друга.       Очнулся я с твердым убеждением, что увижу Виктора в ближайшее время. Может быть, даже до того, как снова усну. Как бы, если это в моем мозгу, то логично, что он возьмет и появится снова. Я ведь этого хочу.       И что по итогу?       Виктор был тут.       Я пока не особо понимал, как к этому относиться, но впадать в безумие не стал. Решил подождать, посмотреть, как там дальше пойдет. Может, что-нибудь дико глючить начнет, ну не знаю, Витя внезапно в текстурах застрянет, а я такой - ага! Попался, блять, настоящий он, ну-ну. Не того наебать пытались.       Короче, затаился я. Попытался вести себя как обычно, но не палиться перед проекцией собственного мозга как-то странно, да? А, да ну его нахер, думать об этом еще. - Привет, - первый подал я голос, дождавшись, когда Маслина-Два опустит Виктора на стол.       Я даже стоял и почти не чувствовал усталости. Уж не знаю, откуда у меня столько энергии взялось, наверное, из-за адреналина, но мне сейчас принимать лежачее положение не особо хотелось. Витя хмуро глянул на меня исподлобья, весь какой-то чересчур набычившийся. Руку он, впрочем, все равно протянул, чтобы поздороваться, хоть и не слишком охотно, судя по его виду. - Здоров, - буркнул он.       Через пару секунд ему пришлось выразительно на меня посмотреть, потому что я все еще не отпускал его ладонь. Меня все больше охватывало нервное возбуждение. Я не мог оторвать глаз от его руки. Кожа-то какая грубая, будто обветренная вся. Она такая реалистичная, потому что мозг воспоминания проецирует? Поймав взгляд Виктора, я невольно разжал пальцы - выглядел тот как-то недобро. - Я знал, что ты придешь сегодня, - пока Витя не успел отвернуться, сказал я.       Стремно как-то прозвучало, но ладно.       Похоже, не один я так подумал, потому что собравшиеся складки на Витином лбу тоже приняли какой-то неоднозначный вид. Парень, правда, так ничего и не сказал, только хмыкнул себе под нос и отвернулся, направившись прямиком в мои хоромы. Кто-то у нас тут без настроения.       В замешательстве постояв на месте, я пошел за ним. Витя залез в мой склеп и лег. Просто лег. Я в растерянности потоптался рядом и скромно сел снаружи так, чтобы видеть парня, если что. Просто это странно, если я залезу туда к нему?.. Нарушу личное пространство собственной проекции, так неудобно.       Виктор не смотрел на меня. С хмурой рожей он шумно сопел, а потом через несколько долгих минут тишины резко принял сидячее положение. Я даже вздрогнул от неожиданности. Уставившись на меня, Витя выпалил: - Нахуй хуила меня сюда таскает, блять, не понимаю, нахуй.       У меня было только одно предположение - потому что я так хотел. Но это звучало как-то слишком ЧСВшно для кого-то вроде меня. Витя не оценит, я так думаю. - Не знаю.       Витя ничего не ответил, сидел все такой же злой, пальцами щелкал. Это ведь не из-за того, что он снова здесь? Конечно, его могло достать все это дело, но в прошлые же разы он не злился, веселенький такой был, болтал всякую херню. - Что-то случилось?       Ну не мог я больше в такой угнетающей обстановке сидеть. Можно было, конечно, уйти за перегородку или куда-нибудь подальше, но один хрен - я бы все равно слышал, как Витя сердито пыхтит на всю округу. Да и невежливо это.       Витя так резко и громко фыркнул, что я даже вздрогнул немного. Вытянув ноги одним быстрым движением и все еще избегая смотреть на меня, он снова откинулся на спину. - Да нихуя, блять. Бесит жизнь эта, нахуй.       Понятно все. Это намек, чтобы я заткнулся? Продолжать парень что-то не торопится, а я не хотел гадать, что там такого у него произошло.       Мы молчали, но, видимо, Виктора достало, что я его разглядываю, потому что он неожиданно, моргнув, уставился на меня в ответ. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга. Я ощущал себя тупо, так что успел пару раз отвести глаза в сторону, но всякий раз обнаруживал, что Витя все еще пялится.       Ну все, понял я, что это стремно, не буду больше таращится. Договорились. - Господи, блять, - вдруг застонал Витя, принявшись растирать лицо, и это получилось так громко, что я даже испугался немного. - Ты похож на трупака, который у нас там лежит. Пиздец какой-то.       Так себе информация, если честно. Я бы не расстроился, если бы не узнал. - Мм. Извини? - Да ты-то тут при чем, блять, - Витя тяжело вздохнул, уронив руки на тряпки. - У меня просто мозг течет, если долго в Центре торчать. Там у всех массовый психоз начался или че - ор стоял, будто мы все на самолете и типа падаем, и все, пиздец. Думал, умру там.       По какой-то причине я даже посочувствовать ему не мог. Хотя когда спохватился, попытался из себя выдавить что-нибудь. Должно же во мне человеческое остаться. Но, видимо, все уже. - Из-за чего психоз?       Витя недовольно скривил лицо. - Хуй знает. Пропустил как-то. Может, опять какой-нибудь дебил начал затирать про то, что мы все умрем. Там запаниковать на раз-два - в двух шагах трупы валяются, конечно.       Пока я оценивал состояние Виктора, тот даже слегка раскраснелся. Хотя мне могло показаться - лежал он так, что на его лицо падала тень. Выглядел он поебанным, совершенно без сил. - Ну и, короче, вот. Когда там такое происходит, это невозможно. Еще хуила где-то шароебилась, блять, я чуть не сдох.       Ладно, спасибо, мы уже поняли, можно не повторять по двести раз одно и то же. - Еще недочеловеки эти, блять, копошились там в трупешниках. Поубивать их всех нахер надо, толку от них как от козла молока. - Откуда они там вообще взялись? - Понятия не имею. Один под руку попался, хотя бы его отпиздил.       Он поднес к лицу ладонь и принялся сжимать и разжимать пальцы. Я только сейчас обратил внимание, что у него действительно сбиты в кровь костяшки.       Мда. - Как крысы, - предположил я. - Заразу не разносят? - Они сами зараза, - фыркнул Виктор и снова опустил руку. - Дед затирает за то, что с ними закорешиться надо и приспособить к нормальным людям, но как он вообще себе это представляет, я понять не могу? Они уже взрослые, их не перевоспитаешь, все, поздно. Они ни разговаривать не умеют, ни вести себя, как люди, а он хочет с ними какие-то контакты наладить. Да нахуя, собственно? Что они нам такого могут дать? Мы че тут союзников набираем для войны с марсианами, блять, я не понимаю.       Так, ладно. Я тоже не особо понимал, что там за цели преследовал этот дед таинственный. Кто это - все еще было интересно. Я не помнил, чтобы придумывал каких-то дедов. Хотя насчет Вити я тоже не помнил, однако вот он, лежит, плоть и кровь. - Что они тут сдохнут, что мы, - подвел он итог с мрачным лицом, но вдруг снова разгорелся с новой силой: - А знаешь, в чем самый прикол?       Он выглядел так, будто ждал от меня чего-то, так что я спросил: - В чем? - Когда я кого-то убить пытаюсь - все норм, каждый раз в Центр прихожу, а они лежат там, где лежали. А когда себя - все, пиздец. Живой, хоть ты ебанись.       Должны быть какие-то весомые причины, почему мой воображаемый друг такой депрессивный. Как я вообще должен реагировать на такие вбросы с его стороны? - Эм. Ну.       Витя тем временем приподнялся на локтях, с каким-то маниакальным видом вперившись в меня широко раскрытыми глазами. - Не, я серьезно. Может, я какой-то особенный? Из раза в раз, понимаешь? Это пиздец.       Я не понимал. - Ты о чем? - осторожно уточнил я, готовый в случае чего слинять. - Кого ты убил? - Да много кого, - он отмахнулся. - И вот я каждый раз проверяю их в Центре, всех до единого. Все лежат. А я по сути тоже там должен лежать среди них, мертвый типа. А я тут сижу. Просто как.       Так, понятно, кажется, Витя пытался выпилиться неоднократно. Не сказать, что осознание этого накинуло ему очков в моих глазах. Зато теперь понятно, что он ебнутый на голову с фиксацией на смерть. Или нет? Сложно все, мне сложно думать, я устаю быстро. - Не знаю, - открестился я. - Значит, так нужно для чего-то. - Для чего? - Витя снова рухнул, как подкошенный. - Не знаю, - повторил я.       Мы замолчали. Витин всплеск, видимо, прошел. Поерзав, он устало вздохнул. - Ты, наверное, сейчас думаешь, что я тебя ебнуть могу или еще что.       Судя по тому, что он замолчал, ему нужен был мой ответ. Я промычал: - Ну, есть немного. - Ты это. Не бойся, - успокоил он меня. - Я вообще-то нормальный. Но выродков этих ненавижу, ты себе представить не можешь, какие они твари. Накатывает иногда.       Это не отменяло того, что Витя был, типа, убийцей. К тому же я не знал точно, как обстоят дела, и тем более не мог... что, не бояться? Мне почему-то не было страшно. Просто неприятно. На самом деле я больше приуныл от того, что Виктор однажды все-таки успешно доведет себя до ручки. А я типа успел к нему привязаться уже, буду ждать его, все такое... - Ладно.       Витя усмехнулся. - Бля, прикол, что я тебя сначала за здешнего принял.       Вот у парня в жизни приколов, я завидую. - Ага, - невесело отозвался я. - Да ладно, забей. Сейчас мне больше кажется, что ты на хипстера похож.       Я, не удержавшись, скептически взглянул на Витю. Бровь у меня выгнулась в немом вопросе. - Серьезно? - Ну да. Бороду пустил, волосы. Шмотки, конечно, подкачали, зато у тебя куртка пиздатая.       Виктор, я так понимаю, ни разу в своей жизни хипстеров не видел. Я от моды сейчас далек так же сильно, как и от всего человеческого в целом.       Развивать эту тему мне, впрочем, не хотелось. - Пиздец, - вздохнул я. - Что? - Из нас двоих хипстер - это ты. Я бомж.       Не знаю, что в этом было смешного, но Витя рассмеялся. Я даже удивленно уставился на то, как он заливался. Дождавшись, пока тот отсмеется, недоверчиво спросил на всякий случай: - Что?       Витя подтянул ноги к себе, согнув их. Вид у него был расслабленный; не было похоже, будто он все еще злится. Быстро отошел. Заметив ремень на его штанах цвета хаки, я даже весь обзавидовался. - Да ничего. Забавный ты, - хмыкнул он.       Круто. Рад, что нравлюсь своей галлюцинации.       Мы помолчали. Я успел заметить, как у парня сползла улыбка. Какое-то время он просто смотрел перед собой, будто задумался о чем-то. Потом попросил: - Расскажи о себе.       Я удивился. И одновременно ждал чего-то такого. - Мм, ну... Не знаю, что ты хочешь узнать? - Хуй знает. Что угодно.       Спасибо за помощь, полная конкретика. Витя скосил на меня глаза. Это в чем-то даже было жутковато, то, как он уставился, - наполовину потонув в темноте, к тому же складывалось ощущение, что он не дышал. Грудь вздымалась едва-едва заметно.       Я сглотнул. - Ну. Мне двадцать. Не люблю молочку.       Говорить о себе не было моей сильной стороной, как можно было догадаться. Но, наверное, проблема была в том, что я слишком много времени провел один и теперь типа... не знал, что говорить? В голове была пустота, мысли не закачивались. Я мог слушать Виктора и обрабатывать информацию, но выдавать что-то свое оказалось намного сложнее.       Витя хмыкнул с совершенно каменным ебалом. Посмотрев на него, я добавил после небольшой паузы: - До этого снимал хату с другом.       И снова блядская пустота в голове. Это не должно было быть так мучительно - вспоминать себя же. - Ты откуда?       Я даже слегка испытал чувство благодарности за помощь, но по итогу загрузился еще больше. Чем дольше затягивалась пауза, тем больше мне становилось не по себе. Поймав Витин взгляд, я признался: - Не помню.       Вообще-то это было нихуя не смешно. Как я мог забыть такое? Но мысль не мог схватить, хотя что-то мутное шевелилось в голове.       Витю это никак не взволновало, в отличие от меня. Спокойно отозвался: - Как обычно.       Я нахмурился. - В смысле? - Ты не помнишь, - Витя отвернулся, пожав плечами. - Типа... пусто в голове, да? Я тоже почти ничего не помню. Вспоминаю чьи-то лица, улицы, какие-то места, а имен назвать не могу. Типичная хуйня.       Я расстроился. Казалось бы, хуже уже быть просто не могло. - Пиздец, - обозначил я. - Ну ладно, - провел Витя ладонью по стриженным волосам, - может, потом что вспомнишь. Я вот вспоминаю иногда.       Он не выглядел особо радостным, когда говорил это. Даже мраком отдавало, типа там вообще ахуй какой-то. Может, это было причиной, почему он пытался самоустраниться? Да, именно из-за этого, а не из-за того, что мы были хуй знает где в режиме выживания. - Курил?       Успев задуматься о своем, я бессмысленно уставился на Виктора. Вопрос был каким-то всратым, совершенно не в тему. - Вроде нет, - прислушался я к своим ощущениям. - А что?       Тот покачал головой и сел, а потом вовсе вылез наружу. - Да ничего. На меня иногда накатывает - хоть стреляйся.       А. Боль у человека, ну да. - Знаешь, чем бы я занялся, если бы выбрался отсюда? - вбросил он и принялся разминать ноги.       Мне не то чтобы было необходимо это знать, но предположим. - Чем? - Охранником бы устроился в продуктовый. Пиздил бы малолетних уебанов с загребущими руками и широкими карманами.       Вот это планы у человека. - Серьезно?       Виктор взглянул на меня. Мне хотелось спросить, не жарко ли ему в обуви. Это же не кроссовки, наверняка ему неудобно. Я бы ничего не сказал, если бы он разулся. Или это потому, что у него носков нет, а ноги пачкать не хочется? Ну я же хожу как-то босиком все время. А, ладно. - Да. Прям мечтаю, - он, прищурившись, посмотрел на меня с противной ухмылочкой. - Рассчитываешь, что мы выберемся отсюда?       Я понимал, что Виктор начнет издеваться, если я отвечу положительно, и понимал, почему он стал бы делать это, но все равно не смог соврать. - Надеюсь на это.       Витины губы еще больше искривились, растянувшись в жесткую линию. Он похрустел шеей. - Ага. Ну я тоже надеялся поначалу. Потом пройдет.       Иди нахуй, чувак. Необязательно меня до темных мыслей доводить, я и сам в этом преуспеваю.       Я даже немного разозлился. Спорить и как-то конфликтовать мне, впрочем, не хотелось, так что я молча уставился на свои руки, чтобы успокоиться. Витя тем временем еще поделал что-то не слишком напряжное. Между нами установилась гнетущая тишина. Вите она, похоже, тоже не особо нравилась, потому что он в качестве примирения предложил: - Хочешь той сладкой хуйни?       Мне все еще хотелось злиться на него, но, если подумать, это было тупо. Мне не пять лет, да и Витя был прав, по сути. Наверное, он - олицетворение разумности во мне. И вообще пора было разбираться с пробелами в связях. Я в прошлый раз немного находился в прострации и не обратил внимания, что корм Витя у Маслины выпросил. Вернее, я заметил это, но вопрос был в другом: как одно придуманное мной существо может что-то требовать с другого аналогичного существа? Или корма тоже не существует? - Можно, - вконец запутавшись, согласился я. - Сей момент, - отозвался Виктор и направился к краю.       Я снова стал свидетелем того, как он принялся орать что есть мочи. Маслина-Два, как и в прошлый раз, приблизилась. Сначала она, похоже, не поняла, что от нее хочет Витя, потому что вдруг подняла его за шкурятник, но тот заорал благим матом еще громче, заставив вздрогнуть, кажется, нас всех, так что Маслина снова опустила его на то же место. Потом до нее все же дошло, и она протянула конечность. Я не разобрал, откуда она что-то доставала и доставала ли вообще, но довольно скоро Виктор вернулся вполне себе довольный, хоть и взъерошенный и демонстративно хмурый. - Пиздец, тупая, блять, - возмутился он с огромным комком корма в руке. - Чуть не унесла к хуям.       Мне пришлось задрать голову, когда Витя подошел слишком близко, чтобы поделиться со мной кормом. Я уставился на его ладонь с неоднозначными ощущениями. Маслина же не в мешочке целлофановом еду таскает, верно? Откуда она ее взяла? А вдруг вообще откуда-нибудь от себя отколупала. А я съел это в прошлый раз за милую душу.       Витю, похоже, достало стоять истуканом, потому что я так и не стал брать у него ничего из рук. Мое зеленое лицо его также не вдохновило. Теперь он нахмурился уже натурально. - Что?       Я поднял взгляд еще выше, на его лицо, и с трудом сглотнул, подавляя тошноту. - Ты это у нее с голых рук взял? - Ну да, а че? - тут до него и самого дошло, чего это я такой бледный, и закатил глаза. - Тебе же зашло в прошлый раз. - Ну да, - пробормотал я. - Но я как-то не подумал... - Вот и сейчас не думай, - оборвал Витя и, вдруг присев на корточки рядом, сам взял мою руку и смачно шлепнул в открытую ладонь корма.       Я с ужасом уставился на комок. Может, это и в самом деле экскременты? Инопланетянские экскременты. - Так, - Витя все еще сидел рядом в том же положении, вглядываясь в мое лицо. - Давай ты не будешь сейчас блевать? У тебя точно такая же ебала навалена вон там, - ткнул он большим пальцем в сторону, - только белая. И ты тоже не знаешь, что это такое и откуда.       Я отвел глаза в сторону и честно попытался не блевать. Подышал как следует, отвлекся. Пронесло. - Все, успокоился? - заметил Витя. - Я не буду, - попытался я отмазаться от угощения. - Передумал.       Виктор уставился на меня, как на последнего долбоеба. Судя по его лицу, ему очень хотелось сказать что-то нелестное, но он сдержался. Не понимаю, правда, зачем, я уж как-нибудь пережил бы оскорбление или подъебку - заслужил. - Ну и дурак, - ограничился Витя вполне безобидным и протянул ту же заляпанную кормом руку. - Ладно, давай сюда.       Мы какое-то время молча возились, снова транспортируя корм на новую ладонь. Моя теперь была замарана, и это было отвратительно. Мне срочно хотелось вытереть ее об себя, но я удержался. Вместо этого встал, сходил до воды и тщательно вымыл руки. Сразу стало лучше, но на душе не полегчало - я все никак не мог отвязаться от мысли, что ел инопланетянские экскременты. - И часто у тебя так? - поинтересовался Витя, когда я вернулся.       Я угрюмо посмотрел на него и рухнул на тряпки. - Как? - Приступы, - односложно описал тот, махнув чистой рукой.       Сейчас Витя сидел на моем месте, подпирая спиной перегородку. Моя реакция его не смутила, судя по тому, что он поглощал корм в одну каску. Я закрыл лицо изгибом локтя, чтобы не смотреть на это. Слава богу, Маслин тоже не было нигде поблизости - тогда бы из меня точно вся желчь наружу полезла. В буквальном смысле. - Бывает, - глухо отозвался я, перестав шевелиться. - Ты не единственный, кого так с хуил плющит, - сообщил Виктор. - Кого-то каждый раз выворачивает, когда они их касаются. Ну, эти... как ты их называешь? Оливки? А, нет, Маслины.       Надо же, запомнил. И да, меня тоже выворачивает, если Маслина упорствует. Слишком уж она отвратительная. Сложно аналогию привести, но у меня, наверное, такая же реакция была бы, если бы огромный слизняк, размером с дом, отрастивший руки, касался меня. И страшно, и тошнотно. - Но этим поначалу обычно страдают, - добавил Виктор. - Потом хочешь или нет, а привыкаешь, что тебя гуманоид сраный таскает туда-сюда. Мне поначалу тоже противно было, а сейчас вообще похуй. Лишь бы в рот не лезла.       Ну фактически она лезет к тебе в рот, если ты ешь что-то, чего она касалась. Говорить об этом я не стал, чавкал Витя очень уж увлеченно. Под эти звуки я незаметно для себя соскользнул в сон. А, убрав руку с лица, обнаружил, что рядом никого не было. Тоскливо быть тут одному.