Непригодные условия

      Из-за тишины закладывало уши. Пришлось помычать себе под нос просто для того, чтобы увериться, что я не оглох. Я не особо много шевелился, даже дыхание собственное не слышал, так что мне опять начинало казаться, что звуков больше не существует. Иногда я, правда, вставал с кровати, чтобы сходить за кормом или по другим важным делам, и тогда мои уши снова функционировали. И все было в порядке. Почти.       Витя скрывался где-то на верхних комнатах почти все время. Он только спать приходил в кровать (он все еще меня не выгнал с нее, удивительно), а как только просыпался, то сразу уходил. На меня, короче, злился по-страшному. Не знаю, что он там в одиночестве делал все это время, я же просто залипал в потолок или стену и предавался самоненависти.       Иногда мне хотелось словить Витю и как объяснить ему все. Про телефон, мои заебы страшные и всю эту ситуацию в целом. А потом я начинал в этом закапываться, что выкопать себя обратно было нереально. И в итоге я просто перестал об этом думать. Это как та тема с травмирующими воспоминаниями, которые со временем могут стереться из памяти. Защитный механизм. Надеюсь, у меня он тоже сработает когда-нибудь, и я забуду всю эту тему со связью.       Еще мне было грустно из-за того, что Витя ведет себя как уебан, но я заслужил. И соваться к нему не очень хотелось, чтобы он мне случайно лицо не сломал. На этом, в общем, все и застопорилось.       Вздохнув, я перевернулся на другой бок, потому что тело затекло. Я снова был весь больной и слабый. Надо было что-то делать с этим. Размяться, что ли. Может, так хоть получится ни о чем не думать.       Дальше мыслей это, конечно, не зашло. Зато в проеме я увидел Виктора, который шарился в кабинете. Ел, наверное. Я, позалипав на кусок его спины, которую мог видеть, стащил себя с кровати. И притащился к проему, застыв в нем.       Витя, сразу же заметив передвижения, кинул на меня нечитаемый взгляд и снова отвернулся. Я не знал, как к нему подступиться, но меня, честно говоря, доебала уже эта ситуация. - Ты со мной теперь вообще не разговариваешь? - Ты же не разговаривал.       Вот что у человека за обиды детские. Я в принципе не особо функционировал, окей? Сейчас я ничего еще такой, бодрячком. А вот Витя обидки кидает мудовые. Нам и так хуево обоим, тут еще и это. - Сейчас разговариваю, - мне даже горло пришлось прочистить, чтобы не звучать, как ржавая труба. - Рад за тебя, - хмыкнул Витя не очень дружелюбно.       Было похоже на то, что он сейчас поест и опять съебется. И как с ним контакт наладить, блять, если он только и делает, что гасится и игнорит меня. Я очень сильно все похерил между нами, да? - Бля, - простонал я, даже закрыв лицо руками на мгновение. - Ну что мне сделать, чтобы ты...       Я запнулся, когда, отняв ладони от лица, напоролся на Витин взгляд. Очень тяжелый Витин взгляд. Как гиря. Настолько тяжелый. - Что? - когда пауза затянулась, бросил он. - Я не понимаю, хули ты злишься, - честно признался я.       Витя продолжил смотреть, и мне даже не по себе стало. Что не так? Что? Он будто на мертвеца смотрит каждый раз. Я что, случайно взболтнул, что втюрился в него? Так я уже начинаю сомневаться в этом, если на то пошло.       Витя молчал, будто ждал чего-то. А может, и ничего не ждал. На всякий случай я в очередной раз произнес: - Прости?       Развернувшись, он молча ушел к себе наверх.       Заебись.

***

      Из сна меня резко выдернуло. Открыв глаза, я уставился на стену, в которую едва не уперся носом.       К спине прижимались. Я лежал, пытаясь не шевелиться и параллельно понять, как давно Витя дышит мне в затылок. У меня даже волоски на руках встали, настолько я сразу занервничал. И ладно бы, он просто пододвинулся ко мне во сне, например. Но он обнимал меня со спины. И не спал. Точно не спал. Я по дыханию слышал.       Витя слышал тоже. - Чего суетишься? - спросил он, и я, не удержавшись, сглотнул.       Ага, определил по моему сердцебиению, что что-то не так, да? Или я по дыханию спалился? Ни разу ни стремно, когда вы лежите два парня в обнимку, просто потому что, и по дыханию определяете состояние друг друга. - Что ты делаешь? - помолчав, тихо спросил я.       Я уже не знал, как себя вести дальше. Я реально пизданул Виктору о своих чувствах? Иначе бы зачем ему сейчас лезть ко мне. И ненавидеть меня все прошедшее время, пока мы не разговаривали. - Обнимаю тебя.       Спасибо, а то я не заметил. - Зачем?       Витя, недовольно помолчав, заворчал: - Хули ты распизделся? То молчишь годами, то не заткнуть. - Это ты вообще-то со мной не разговариваешь, - нахмурился я. - Все, заткнись.       Прикольно. Так и лежим, обнимаемся. Классно нам. Я сплю, да? Иначе какого хрена вообще.       Я завозился, переворачиваясь на другой бок. Вите мои телодвижения не понравились, но он даже немного отодвинулся, давая мне место для маневра. И руку убрал. Вот насчет руки я расстроился, конечно, но ладно. Зато теперь было не так странно.       Вообще-то нет, было странно лежать так близко и пялиться друг на друга. Выглядел Виктор как обычно, но сейчас хотя бы не хмурил ебало. Неужели отошел? - Мы сейчас как геи какие-то, - не удержался я.       Не то чтобы я причислял себя к ним, но сейчас был не против. Главное, чтобы это было связано с людьми.       Витя поморщился. - Ты долбоеб? - риторически бросил он. - У меня тактильный голод.       Ладно. Прозвучало обидно. Не то чтобы я к Виктору относился совсем без потребительских заморочек, но я хотя бы не говорил об этом в таком ключе. - Можем пососаться.       Витя на меня странно уставился. Я просто отчаянный. Что, нет, не прокатило? Я и не надеялся. Ну вдруг Витя очень сильно тактильно проголодался. Сколько он там в Центре не был? Наверняка он там голод на раз-два утоляет. - Если ты шутишь, то по-уебански.       Я не шутил, но Вите знать об этом было не обязательно. А то после этого он меня не то что с кровати выгонит, а просто свалит однажды в Центр и не вернется. Фу, нахуй пидоров. Мы все-таки не в моей влажной фантазии.       Я промолчал, так что мы продолжили просто лежать. На удивление, довольно скоро я расслабился и даже не парился, что что-то не так. Мы с Витей все-таки уже хер знает сколько в одной кровати спали - и вообще, когда делишь с человеком одну относительно небольшую территорию, то всякое видишь. Уже можно считать, что мы с ним через многое прошли? Учитывая, что тут ничего не происходит, а мы даже драму умудрились развести.       Или это я один развел? Ну, неважно. Я не специально. - Хуила здесь.       Сначала я непонимающе моргнул, а потом встрепенулся. - Моя?       У меня даже во рту пересохло. Витя спокойно разглядывал мое лицо. - Нет, моя.       Я немного расстроился, потому что он не издевался и вроде говорил серьезно. - И че? - помолчав, спросил я почти шепотом, хотя зачем нам вообще шептаться, если подслушивать некому. - Она подходила? - Нет еще.       Что Маслины вообще делают, пока к нам не приебываются? Я уже думал об этом не раз, но так и не додумался. Если смотреть за ними, то можно было видеть, как они просто нихуя не делали. Прямо как мы. Это место - бюджетный прототип ада, да? Котлы просто слишком дорогие.       Еще мне стало понятно, чего это Витя внезапно раздобрел. Если его Маслина появилась, то значит, скоро утащит его в Центр. Или что, он же умеет с ней контачить, верно? Как-нибудь донесет до нее, что я уже заебал тут его и ему нужно проветриться.       Мы как плохая супружеская пара. Хорошо, что Витя мысли читать не может, а то уебал бы мне уже давно. - Думаешь, моя больше не придет, - пожевывая губы, сказал я.       Вообще это должно было быть вопросом, но интонация подвела. Я уже просто ни на что не надеялся и боялся лишний раз обретать веру во что-то. Меня же потом опять разъебет еще хуже, вот невесело будет.       Витя, что удивительно, даже зубоскалить не стал. Даже в шутку. Это точно он? - Моя же пришла, - дернул он плечом. - Может, и твоя притащится потом.       Мне нельзя было думать в эту сторону. Это сказывалось на моем желании умереть прямо тут.       Вздохнув, я пододвинулся ближе, утыкаясь лбом в Витино плечо. Он застыл. - Хули ты делаешь? - посопев, напряженно поинтересовался он. - Голод у меня, - пробурчал я глухо. - Тактильный. - А, - отмер тот. - Ну да.       Выживаем как можем.

***

      Я не мог перестать думать о Центре.       Маслина-Два рассекала на другом конце пространства, такая близкая и далекая одновременно. К нам она не приближалась, и я не мог понять причины. Витя ее тоже не звал. Должен был? Не знаю, мне казалось, что да. Он же кичился тем, что может с ней связываться, почему сейчас он не свистел ее, чтобы уебать в Центр? Если подумать, он давно там не был. У него же зависимость от этого места, наверняка его ломает от желания съебаться в Центр.       Может, он не хотел звать меня с собой. Причин для этого я, правда, не видел. Вообще это было тупо - думать так, ведь мы даже обсуждали и не раз, как было бы заебато мне появиться в Центре хоть разок, чтобы со всеми познакомиться и все увидеть своими глазами.       Я много раз представлял, каково это будет, но сейчас меня особенно прошибало нервной дрожью. Это реально? Я буду там? Я увижу все. Там будут люди. Много людей.       От этой мысли было так хорошо, что становилось плохо. - Так мы отправимся в Центр?       Витя даже пресс качать перестал, кинув на меня недоуменный взгляд. - Мы?       Было видно, что это вырвалось из него совершенно искренне. Я застыл, прекратив физическое упражнение на середине. Мы с Витей уставились друг на друга. - Нет? - справившись с собой, спросил я ровно.       Витя замялся то ли с чувством вины за свою реакцию, то ли не зная, как бы от меня повежливее отъебаться. - Ты разве хочешь? Ну, - затянув паузу, добавил он, - учитывая, как ты путь до меня пережил.       Я немного расслабился. - Ради этого переживу.       Витя загрузился, хотя и попытался скрыть это. С хмурым сосредоточенным лицом он продолжил качать пресс. Я, помявшись, тоже занялся своими делами. - Или у вас закрытая тусовка? - помолчав, небрежно бросил я.       Вдруг все эти разговоры о моем клевом появлении состоялись только потому, что у меня не было возможности исполнить это в жизни. А тут возможность появилась, и Витя такой понял, что я в Центре нахуй не сдался. И правда, каким я там боком вообще пригожусь? Физическое состояние ни в пизду, защитить особенно никого не смогу, если сейчас брать в расчет все их неясные терки. А больше они там вроде ничего и не делают. Или что вообще? Зачем мне тогда одежду подгоняли, если всем было поебать?       Виктор поморщился. - Бля, да не в этом дело. - А в чем? - я начинал слегка раздражаться. - Вдруг ты, ну, - Витя снова перестал качать пресс, переведя взгляд на меня, - не выдержишь. Морально. И ебанешься. Без обид, но ты на голову не особо уравновешенный.       Сказал человек, который убивал других и пытался убить себя не единожды. М. Ну да. - Ты же рассказывал, что там, - пожал я плечами. - Я примерно представляю.       Витя будто хотел что-то сказать, но потом передумал. Вздохнув, он почесал влажную шею и протянул: - Даже не знаю, че ты там себе представил. Там все плохо.       Сначала нахвалил свое болото (ну, не особо на самом деле), а потом такой - не, вообще-то там хуево, давай ты не пойдешь. Расхоти, пожалуйста.       Мне почему-то жизненно важно было настоять на своем. - Переживу.       Витя кинул на меня такой скептический взгляд, что он резанул по самолюбию. Да-да, оно еще там осталось где-то. Что за хуйня вообще? Витя боится, что я у него друзей отберу?       Больше мы не говорили на эту тему, но между нами заметно сгустилось напряжение. Только мы от этого избавились, и я снова все накалил. Я просто, блять, хотел попасть в Центр. В чем проблема?       Как и всегда, я закончил с упражнениями первым, покинув Виктора. По пути к воде я загреб побольше корма, чтобы намылиться им. Все еще было непривычно и мерзко так делать, но ощущения как таковые быстро увядали, так что по большей части мне уже было все равно. Главное было не думать о том, что ты наносишь перед душем и употребляешь внутрь одну и ту же хуйню, которая наросла на омертвевшей коже Маслины.       Я угрюмо шлепнул себя по голой груди кормом, размазывая его по коже. Со своего места мне было видно Витю, который сосредоточенно доделывал серию отжиманий. В какой-то момент он поймал мой тяжелый взгляд, так что я отвернулся.       Не хотелось усугублять ситуацию.       Отмывшись, я натянул на мокрое тело джинсы и, повернувшись, вздрогнул - Витя стоял шагах в десяти, подпирая спиной стену и наблюдая за мной. Господи, блять. Так и инфаркт словить недолго, я даже не слышал, как он подошел. Совсем не странно стоять и пялиться на своего голого соседа, пока он душ принимает. Ну да-да, знаю, он просто ждал своей очереди,а это все мои подсознательные желания. Неважно.       Я молча посторонился, пропуская Витю. Не то чтобы нам негде было развернуться. В общем, я ушел, еле волоча за собой ноги - упражнения вконец меня выматывали, но я знал, что мне это необходимо, чтобы почувствовать себя лучше потом.       Я не пошел в спальню, а вместо этого зарулил в кабинет, плюхнувшись в кресло. Мне оно нравилось. В нем было очень удобно сидеть - такие мелочи начинаешь ценить больше, если у тебя есть возможность сидеть только на полу. А еще оно было развернуто внутрь комнаты, так что я не мог пялиться на Витю, пока он моется. Это, честно говоря, становилось проблемой.       Я слышал, как он плещется. Откинув голову на спинку кресла, я уставился куда-то в угол потолка. А потом вдруг понял, что нихуево так расстроился. Ну серьезно, я возлагал такие надежды на Центр, а теперь, кажется, мне не светит. Может, Витя прав, и я просто не переживу еще одну поездку на Маслине. А может, он просто ахуел. Это вообще-то несправедливо.       Я вздохнул. Через какое-то время появился Витя. Я тут же прилип к его спине взглядом. Он с мокрыми прилизанными волосами подошел к столу, чтобы пожрать. С шеи у него стекали капли. Недавно мы снова брили друг друга. Звучало по-ублюдски, но это, на удивление, сближало.       Витя, жуя, повернулся, прижавшись бедрами к краю стола и слегка присев. Он постоянно так делал. Я уже и привычки его вычислил. Он мои, наверное, тоже.       Мы продолжили пялиться друг другу в глаза. Вообще странно это было. Совершенно не похоже на то, что творилось, когда мы были у меня. Хотя что там творилось? Ничего особенного. Мы много пиздели. А теперь мы много глазели друг на друга. Молча. - Ну и че ты теперь дуешься, да? - поморщился Витя.       Формулировки у него, конечно, звучали так себе. Наверное, он частенько так говорил кому-нибудь из Центра - слишком свободно она у него выходила изо рта, будто на автомате. - Нет, - отозвался я.       Это была правда. Я расстроился, но я часто расстраиваюсь, так что все нормально. Лучше мне не появляться в Центре. Я понял. Причины? Хуй знает. Витя так сказал. Ему виднее, наверное. Не то чтобы я с ним согласен. Что я сделать могу? Только выгадать момент, когда он засобирается в Центр, и присоединиться. Будет возникать, скажу ему типа - слышь, блять.       Если у меня хватит понтов такое Виктору сказать, конечно. Он меня быстро взъебет и отправит крепким подсрачником с понтов на землю.       Я поднялся с кресла. Витя смотрел на меня, выглядя так, будто языком соскабливает остатки корма у себя во рту, не разжимая губ. Я приблизился, словив его вопросительный взгляд. А потом, не говоря ни слова, поцеловал его. Получилось как-то топорно и грубо. Я довольно быстро отстранился, не почувствовав ровным счетом ничего. Только волнение начинало запоздало копошиться где-то внутри - вдруг Витя сейчас осатанеет. Но нет, он даже не выглядел удивленным, будто ожидал чего-то подобного. Только застыл на пару секунд.       Когда я отстранился, он посмотрел на меня так, будто я какую-то хуйню сделал. А потом спокойно спросил: - И хули было сейчас?       Не знаю. Мне стало интересно. Терять все равно было нечего - неизвестно было даже, попаду ли я в Центр когда-нибудь. Какой смысл был тянуть со всей этой херней, если можно разобраться с ней сейчас. Максимум, что Витя сделает, отхуячит меня до смерти. Это бы значительно облегчило мое существование.       Я пожал плечами. - Тактильный голод.       Он только хмыкнул, не возражая.

***

      Виктор знал, что я сделаю это еще раз. Это было очевидным? Раз мы спали в одной кровати. Ну, если бы кто-то из нас был женщиной, мы бы автоматически потрахались еще на моменте, когда Маслина притаскивала Витю ко мне. Это же база мироздания, основа ебаных основ.       Было стремно делать это еще раз, потому что я не умел подгадывать моменты. И каждый раз Витя смотрел так... на грани разочарования, что ли. Он отвечал, но будто немел, а потом долго не разговаривал, хотя мог поддержать разговор, если я начинал о чем-то пиздеть.       Но он ни разу не оттолкнул меня. Это о чем-то говорило? - Я думал, ты, как минимум, про пидора пошутишь, - не удержавшись, сказал я.       Витя, пялившийся до этого в потолок, перевел взгляд на меня. Мы валялись на кровати, только недавно проснувшиеся. - Да? - усмехнулся он. - А как максимум? - Отпиздишь, - не моргнув глазом, ответил я.       Витя скривил губы. - Могу устроить. - Че, серьезно? - Если хочешь.       Я, честно говоря, не хотел, чтобы Витя меня пиздил. Целовался он классно. Я даже не ожидал от него такого. Хотя я ничего не ожидал, чего уж там. - Я тебя напрягаю? С этим. - Не особо, - равнодушно пожал Витя плечами. - Я знал, что все к этому придет.       Я удивился. Уж кто-кто, а Витя вообще не создавал впечатление человека, который допускает такие вещи между собой и еще одним парнем. - С чего это? - Мы одни. Крыша едет. А тут живое тело, понятное дело, - хмыкнул он, разглядывая потолок. - Да и ты всегда это делаешь.       Живое тело, говоришь.       Я наморщил лоб. - Что?       Витя снова взглянул на меня. - Хуету всякую. Пидр, блять.       Это было беззлобно, даже вынужденно как-то, чтобы поддержать свою репутацию. Или подыграть мне. Я пизданул Витю по плечу, и он только едва заметно поежился.

***

      Лезвие приятно холодило кожу пальцев, но вскоре нагрелось. Я неторопливо повертел его в руке, вглядываясь в свое искаженное отражение. Попробовал нажать большим пальцем и, удивительно, порезался. Надо же. Я не ожидал, что лезвие окажется заостренным. А выглядело довольно тупым. Да и в прошлый раз, когда Витя скоблил мое лицо, вышло долго и неприятно. Он еще и шею мне порезал. Жаль, что не по артерии ебанул. - Ты что делаешь?       Я повернулся, взглянув на Витю, который, что-то заподозрив, появился из спальни. Помедлив, я вытянул в его сторону руку с зажатым в ней лезвием. - Ты его заточил?       Непонятно, когда и как Витя умудрился это сделать, но, допустим, у нас было много времени, а я часто и подолгу спал. А Витя, наоборот, маялся всякой хуйней и почти не смыкал глаз. Ну, по моим меркам. Он недавно с такой силой распизделся, прямо как раньше, что даже устал и заснул. Так крепко, что я раньше него проснулся. А такое вообще нечасто случалось.       Витя недовольно нахмурился. - Ты где взял его?       И такое лицо сделал, будто я кого-то зарезать собираюсь. Себя если только. Шутка. Не смог бы я это сделать. - Здесь валялось, - я указал на стол с кормом.       Витя подошел, чтобы отжать лезвие. Я отдернул руку, не давая ему это сделать. Он медленно, нехорошо так, наморщил лоб, напряженно уставившись на меня. - Сюда дай, блять.       А как же то, что мы спим в одной кровати и сосемся - ничего не значит? Ладно, я опять шучу. Конечно же, это ничего не значило. Но, Витя, допустим, мог бы и побольше доверия излучать, мудак. - Да все, не кипишуй, - я протянул ему лезвие, пока он не распсиховался еще хуже. - Что не так-то?       Витя, как только я все ему отдал, немного расслабился. - Нихуя, - проворчал он.       Может, он опасался, что я на него нападу? Ну, это было как-то тупо. Да Витя уложил бы меня на лопатки, даже если бы я бросился на него с лезвием. Да и зачем мне было это делать. У него ведь даже отжать нечего - мы все равно все делим.       Хотя я мог бы ему пригрозить, чтобы он меня в Центр с собой взял. Ну что такое, а. Как обычно все самые полезные мысли приходят в последний момент.       Отвернувшись, Витя пошел, судя по всему, прятать лезвие в тайник. Смысла в этом не было никакого, потому что я мог залезть туда в любой момент. Там, кстати, ничего не было, кроме банки, лезвия, которое Виктор туда понес, какой-то кофты и пары обуви, которая оказалась мне мала на один размер. Вите она подходила, и было забавно, что его ноги оказались меньше моих. - Да не украду я, - наблюдая за тем, как Витя тумбу двигает, вздохнул я. - Не в этом дело, - пробормотал тот. - А в чем? - Ни в чем. Чего приебался?       Семейная жизнь портит людей. Шучу. Снова. Я сегодня в ударе. Но, честно говоря, удивительно, как сильно у Вити испортился характер, как только я начал с ним жить. Или у него было такое паршивое настроение, потому что он в Центре не был черт знает сколько? Если пораскинуть мозгами, то можно вспомнить, что он тоже вел себя как мрачный мудак, когда Маслина долго не уносила его в Центр. Для него это было жизненно необходимо типа, я так понял. - Ты не можешь сказать ей, что тебе в Центр надо?       Витя, выпрямившись, даже кинул на меня недоуменный взгляд. Я не сразу понял, что не так, а потом дошло, что я сильно резко перевел тему. - Хуила не особо по-человечески понимает, знаешь ли. - Ты же говорил, что понимает.       Витя поморщился и, поколебавшись, неохотно уступил: - Если доораться до нее.       Так все-таки понимает, значит. Что-то он не договаривает. - Ну так доорись. - Нахуя? - Чтобы в Центр попасть.       Витя даже дернулся. - Что ты доебался до меня с этим Центром?       Я даже опешил.       Может, потому что у тебя крыша едет, когда ты не там? Я беспокоился вообще-то. И о себе немного тоже. Я все еще не терял надежды туда попасть. - В смысле? Ты разве не хочешь туда? - Не хочу я нихуя.       Витя сказал это с какой-то досадой, по-злому. Я решил к нему не лезть. Что у человека за проблемы? Нормально же все было. Ну, насколько нормальным здесь все может быть.

***

      Виктор исчез.       Я проснулся в одиночестве. Полежал, снова подремал, потом опять открыл глаза. Подождал Витю, но его все не было, так что я, проголодавшись, решил пойти похавать пока. Потом я заметил, что Маслина куда-то делась. А, отойдя от дома так, чтобы видеть второй этаж, обнаружил, что Вити тоже нигде нет.       Заебись. Все-таки кинул меня, урод. А так распинался, что никуда не хотел. Хотя, может, Маслина его силой забрала? Но тогда он бы ор поднял - Витя такой, ему палец в рот не клади. Я бы проснулся. А он тихо свинтил. Значит, сговорился со своей сукой ручной, ок, я понял.       Вздохнув, я вернулся к корму и продолжил есть. Удивительно, но меня даже не зажевало по поводу того, что я один остался. Я просто думал об этом уже ранее - по мне же должно ударить ощущение одиночества, если Витя вдруг пропадет. Я к нему вроде как очень сильно привязался, даже ненормально как-то.       Но нет, мне вообще нормально. Надолго ли?       Позалипав в стену, я вернулся в спальню и отодвинул тумбу. Нехорошо было лезть в чужой тайник, но мне просто посмотреть. Ага, как я и думал, лезвия не было. Значит, точно в Центр отправился. Не то чтобы это давало стопроцентную гарантию, но я почему-то был уверен в своем предположении.       Забавно, если Витя не вернется.

***

      Я плескался под водой, когда Маслина-Два приперла Виктора обратно. Заметил их появление я не сразу, потому что очень увлекательно залипал в пол, а потом, краем глаза уловив что-то большое и движущееся, чуть инфаркт не словил. Господи, блять, нельзя же так с людьми. Маслинам бы поучиться правилам поведения с людьми, что ли. Сука бесшумная. А Витя... да, Витя был у нее.       Ну вот, не зря я спокойный ходил, не волновался ни о чем.       Выйдя из-под струи, я натянул одежду на мокрую кожу. Приятного было мало, но ходить голым не хотелось, а вытереться было нечем. Тем временем Маслина транспортировала Витю куда-то на второй этаж, откуда он сейчас спускался, не глядя на меня. Я остался на месте, дожидаясь, пока он поднимет глаза. Когда он все же это сделал, я ровно поинтересовался: - В Центре был?       Где еще-то, сука. Не то чтобы я злился. Ну обещал мне Витя как-то раз, что возьмет меня с собой, если повезет. Ну и что. Это же давно было. Все забыли уже.       Витя вроде как состроил виноватое лицо, но, может, я просто выдавал желаемое за действительное. Не то чтобы я хотел, чтобы он чувствовал себя виноватым за то, что меня тут бросил одного. - Да.       Хуй на, блять.       Да ладно, спокойно. Не злюсь я, хорошо все. - Мм, - промычал я, и мы уставились друг на друга, прямо как в начале нашего знакомства, когда мы еще не знали, как взаимодействовать. - И как?       К счастью, Витя не стал придуриваться и спрашивать "что как?", иначе я ему переебал бы. Смотрите-ка, меня семейная жизнь испортила тоже. Не врали все тупые семейные ситкомы. - Нормально, - он пожал плечами. - Вздрючили за лезвие, но я вернул, так что проблем нет. - Снова все думали, что ты помер? - Нет, я в прошлый раз предупредил, что могу неизвестно когда вернуться. Ну, может, кто-нибудь и думал, не ебу.       Предусмотрительный человек.       Витя, поколебавшись, спросил: - А ты как тут?       Узнаю старого заботливого Виктора, который изо всех сил делает вид, что ему не поебать. Да не наезжаю я на него. Я даже в панику не ударился - и поспал всего четыре раза, пока его не было. По ощущениям, он не особо долго отсутствовал. Жаловаться не на что. - Нормально.       Все у нас нормально, в рамки вписываемся. - Ты типа злишься теперь? - уточнил Витя, скрестив руки на груди. - Не, - я поморщился. - Я знал, что все так и будет, так что...       Еще я знал, что Виктор будет вести себя так. Доебываться, хули я ебало кривлю, хотя с ебалом у меня все как обычно. Еще я знал, что мы разойдемся каждый по своим углам и будем молчать, а Витя так ничего и не расскажет про Центр. Раньше он всегда рассказывал, что у них там нового произошло, а сейчас ничего. Я не расстроился, я ничего и не ждал. А еще я знал, что Витя придет к кровати и зажмет меня, хотя до этого никогда инициативу первым он не проявлял. Он так извинялся. Я много чего знал.

***

      Я был на свободе. А свобода была в моем воображении. Как и Витя, как и дом, как и кровать, как и появившееся вовремя и вовремя исчезнувшее лезвие, как и банка, которой неоткуда было взяться тут. А я молодец, почти убедил себя, что все это по-настоящему. Немного обидно после этого было осознать, что все складывается слишком хорошо для реальности. Мне хотелось жить в доме. Я зажил. Мне хотелось Виктора. Он не возражал. Мне хотелось в Центр. Я знал, что попаду туда.       Я рассмеялся прямо Виктору в губы. Он, отстранившись, непонимающе на меня взглянул. - Что?       Просто стало интересно, существовал ли ты когда-нибудь или был ненастоящим с самого начала. Будет неприятно, если я умер, а это все только импульсы моего угасающего сознания. Может, смерть и выглядит так. Когда все складывается в одно призрачное целое, а ты не можешь раскусить подвох. А потом... - Ничего, - я кое-как заставил себя успокоиться.       Наверное, нервы. Я мог и не умирать, в самом деле. Для галлюцинации Витя что-то слишком материальный, но настоящий человек вряд ли бы реагировал на мои действия так, как он.       Да и похуй.       Если я умер, то какая разница, что тут происходит. А если я все-таки был жив - надо было ловить момент, пока моя голова не заработала против меня. Опять. Может, я даже додумаюсь до того, как мы вернемся отсюда домой.       Главное было не проснуться.