Что-то глубоко внутри меня

      Прошло чуть больше месяца с убийства тех трёх политиков и обращения мэра к Готэму с речью об реконструкции Аркхема и распределению территории мафиозным группам. К этому времени Астрид уже полностью привыкла и освоилась в участке и хорошо поладила не только с Харви, с которым теперь частенька обедала в какой-нибудь забегаловки, но даже с Крэнстоном, что хоть и побурчал о том, что детектив, а не лейтенант, но был весьма доволен работая с Гиллан, а не с кем-то другим. В этот день, ровно в шесть тридцать утра, девушку разбудил настойчивый стук в её дверь, она, зевнув, встала и надев, так и не возвращённый, тётушкин халат и машинально прихватив с собой пистолет, направилась к входной двери.       — Кто?! — крикнула она.       — А ты угадай! — послышался знакомый баритон Билла, Астрид улыбнулась, и убрав направленный на дверь пистолет, открыла два старых замка.       — С добрым утром, — произнёс напарник, бесцеремонно вошедший в квартиру, и осматривая комнату перевёл глаза на Гиллан, — Прости, — он поспешно отвёл глаза и прошагал в даль помещения. Конфуз заключался в том, что кроме лёгонького шёлкового халатика и забытого вчера не снятого белья, на девушке ничего не было, а волосы, завязанные обычно в тугой хвост или шишечку, были растрепаны и боттичеллевскими прядями лежали на её груди.       — Что случилось? — самодовольно улыбнулась девушка, скрестив руки и медленно подходя к Крэнстону.       — Оденься, — приказным тоном ответил напарник завалившись на диван и с лёгким осуждением глядя на Астрид.       — Мне и так нормально, — подмигнула она.       — Оденься! — настоял мужчина, взирая на неё тем серьёзным и строгим взглядом, которым обычно он смотрел на вредничающую дочку, как не странно он подействовал. Гиллан, взмахнув руками, удалилась в свою комнату, и уже через пару минут вышла из неё полностью одетая.       — Не объяснишь зачем пришёл? — спросила она, садясь на подлокотник кресла и глядя на Билла, жующего одно из тех яблок, что лежали в вазе на барной стойке.       — Дельце выигрышное нашёл. За него точно Буллок с Гордоном возьмутся, — Надо бы сказать, что с того момента как, по его мнению, Джим и Харви «сорвали» их дело о парне с метеозондами, Билл задался целью попортить жизнь и «сорвать» им дело в отместку. Но с делом о «Гадюке» не свезло, но он совсем не собирался сдаваться.       — Может по дороге расскажешь, а то вдруг ненароком они первее нас приедут, — подмигнула напарнику девушка вставая и идя к крючку, где висело, недавно купленное чёрное длинное, пальто.       — И то верно, — кивнул он вставая и следуя за Астрид.       По документам, полиция выделяла только одну машину на двоих напарников и так как этим автомобилем долгое время, ещё до приезда Гиллан в город, пользовался Крэнстон, машина принадлежала ему, а девушке приходилось каждый день добираться до работы на такси или же сам Билл, когда бывал в духе, забирал её из дома. Но вот если они ехали на какое-то дело, за рулём всегда была Астрид. Крэнстону нравилась мысль о личном водителе и он с охотой позволял ей водить машину. И как раз сейчас она обходила её и, сев за водительское кресло повернулась, к напарнику.       — Ну и куда же, лейтенант? — они ещё в тот день, когда Гиллан сообщила ему о его назначение, обусловили, что ей позволялось называть его так, и Билл с ухмылкой на губах назвал адрес, мотор затрепыхался и машина тронулась с места. Через минут сорок они наконец приехали к старому полу разваливающемуся мосту, на котором кроме Нигмы и пары ему подобных никого не было. Все, кто был, суетились у привязанного к мосту тела: это была молодая девушка в белом старинном, очень красивом платье.       — Эд! — позвала парня Астрид, захлопывая дверцу автомобиля.       — Детектив! — усмехнулся Нигма идя к ним на встречу.       — Привет, — кивнул ему Крэнстон.       — Не поведаешь, что тут произошло? Билл сказал, что такое было раньше, — спросила Гиллан.       — Да, — кивнул Нигма.       — Эй! — послышался голос сзади.       — Харви! — девушка расплылась в улыбке.       — Привет. Что вы тут делаете? — спросил, чуть щурясь от яркого солнца, Буллок.       — Дело берем, — ответил вместо Астрид Билл.       — Брось, Билл! Ты же знаешь, я с этим делом и раньше сталкивался.       — Да, но как-то плохо ты с ним разобрался, раз девка тут весит! — усмехнулся Билл.       — Хватит, — не дала развить их спор Астрид. — Эд, время смерти.       — По словам эксперта… Сегодня около трёх ночи, но он полагается только на показатель свертываемости, так что, скорее, ближе к часу, — Астрид подошла ближе к подвешенному телу. Рядом стояли свечи, лежал букет белых цветов и… — Убийца снабдил нас ее данными, — сказал Эд, когда Астрид взяла паспорт и кошелек, лежавший около букета. — Аманда Хастингс, 21 год.       — Богатая семья, — заметил Харви, взяв от Гиллан документы жертвы, Эдвард угукнул, а Гиллан не спускала завороженных глаз с девушки.       — Красиво… — тихо себе под нос прошептала она. Эд улыбнулся, единственный услышав эти слова.       — Уверен, что она была старшая в семье, — произнес Харви.       — Это почему? — не понял Билл.       — Козел всегда убивает первенца. Все один в один, тот же почерк, тот же принцип выбора жертв, исполнение… У нас тут подражатель. И именно потому что я знаю об этом ублюдке так много, прошу вас лейтенант… Отдайте мне дело, — Кэнстон зло улыбнулся.       — А помнишь то дело с шариками, а? Тот сумасшедший чуть не убил меня, а вы даже набить ему морду не дали.        — Мне жаль, — произнес глядя на Билла Буллок. — Ты не отступишь, верно? — Крэнстон кивнул. — А что ты думаешь? — повернулся он к Гиллан.       — Мне все равно, — кратко произнесла она все еще глядя на тело.       — Ладно! — всплеснул руками Харви. — Хорошо! Просто замечательно! Где Гордон?       — Он не отвечает на звонки, — улыбнулся Эд.       — Не отвечает на… — осекся Буллок доставая телефон. — Погоди… Я сегодня что, пришел раньше бойскаута? — Нигма кивнул. — Ну ничего себе, — Усмехнулся детектив, набирая номер напарника.       — Ну, что думаешь? — подошел к девушке Крэнстон.       — Дело интересное… — задумчиво произнесла Астрид.        — Раскроем? — неуверенно спросил Билл.       — Без сомнений! — повернулась с улыбкой на губах Астрид.       Через два часа напарники были уже у родителей погибшей. Все было не так уж и весело, как предполагала Астрид. Минут двадцать Крэнстон задавал, задавал и задавал вопросы. Пока девушка пыталась не задремать от этого скучнейшего действа.       — И самая… чудовищная вещь… — балаболил отец семейства. — То, что мне уже неделю снится один и тот же сон. В нем есть что-то темное, подчиняющее себе… — Билл толкнул в бок стоящую рядом скучающую Гиллан.       — Да слушаю я… — буркнула она переведя взгляд на родителей и чуть прищурилась. Ей показалось странным то, как миссис Хастингс тупо и бессознательно смотрит куда-то вперед.       — Мистер Хастингс, насчет вашей дочери, я понимаю вам трудно, но вспомните: кто-нибудь из ее окружения казался вам подозрительным? Кто-нибудь мог желать ей зла? — задал очередные вопросы Билл.       — Аманду все любили… — поднял глаза на детектива мужчина, тем временем как лицо его жены не поменялось ни на секунду, Астрид еще сильнее нахмурилась, но переведя свой взгляд на мистера Хастингс увидела как тот, то сжимает, то разжимает дрожащую руку.       — С вами все в порядке? — спросила она указав на руку.        — Роберт, — обратилась психиатр вставая. Она все это время сидела подле пары безмолвно и внимательно слушая разговор. — Если вам нужно передохнуть мы дадим вам минутку, — ласково улыбнулась женщина.       — Конечно, — кивнул Крэнстон. Психиатр проводила пару и обернулась к детективам.       — Господа! Я понимаю, вы не можете терять время, но боюсь, что мистер Хастингс к допросу пока не готов.       — Это заметно, — усмехнулась Гиллан. — Скоро сюда прибудут еще пара наших коллег, — Заметила девушка.        — У мистера Хастингс очень тонкая душа, боюсь, он не справиться еще с одним допросом. Эта трагедия… Вряд ли он когда-нибудь оправиться.       — Никто не способен справиться с подобной трагедией, — заявил Билл.       — Какими транквилизаторами вы накачали мисс Хастингс, — спросила не слушая напарника Астрид. — Может поделитесь?! — где-то глубоко внутри неё загорелся огонек ярости.       — Эй, — попытался успокоить ее Билл потрясся за плечо.       — А ты разве не видел? — ее гнев внутри набирал обороты.       — Так, ладно, — не дал сказать напарнице мужчина. — Детектив, думаю, нам стоит поговорить, — многозначительно произнес Крэнстон.       — Верно, — чуть приподняла уголки губ в судорожной улыбки Гиллан, нащупывая во внутреннем кармане пальто заветных три таблеточки.       — Думаю, они не хуже ваших, — улыбнулась ей женщина, глядя как Астрид поспешно заглатывает таблетки. — Прошу простить, — добавила она, уходя из комнаты.       — Спасибо, доктор, — тихо произнес Билл, переведя взгляд на девушку. — Что за шутки?        — Все в порядке, не обращай внимание, — весело улыбнулась Гиллан, потихоньку успокаиваясь.       — Надо осмотреть дом, — буркнул лейтенант, на что она только кивнула.       Через пятнадцать минут приехали Гордон и Буллок, а уже через четверть часа весь дом был полностью заполнен сныряющими повсюду копами.        — И так, что у нас есть? — почесал усы Крэнстон.       — В последний раз Аманду Хастингс видели здесь, — произнесла девушка рассматривая, большую красивую прихожую, где они находились. — Во вторник в полночь, — добавила она.       — То есть, 36 часов назад, — произнес Харви, как раз спускающийся по лестнице, позади него шел Джим.       — Думаете, ее отсюда забрали? — осмотрелся по сторонам Гордон.       — Скорее всего, — кивнула Астрид.       — Если так, то десять лет назад также действовал Милки, похищая своих жертв прямо из дома, — произнес Буллок.       — Но экспертиза следов взлома не нашли, — напомнил всем Билл, скрестив руки на груди.       — Как и в случае с Рендаром, — Вздохнул Буллок. — Тот работал в службе вентиляции того дома…       — У него были ключи? -удивился Гордон.       — Вот именно что… — чуть нахмурился Буллок, но секунда и он с улыбкой на лице помчался прочь из дома, пока Джим доставал телефон и мчался за ним.       — Они обзвонят всех, кто тут работал, — заметил Билл. — А каков наш ход?       — У меня есть одна идея, — оскалилась Астрид. Через пару минут они уже ехали в полицейский участок.       — И что за догадка? — спросил Билл нетерпеливо глядя на пейзаж за окном.       — Скоро узнаешь, — подмигнула она резко тормозя у участка, Крэнстон чертыхнулся. — Идем, нам нужен Нигма, — произнесла Гиллан, открывая дверцу.       — К этому странному опять? — недовольно брякнул напарник.       — К этому странному, но умному, — ответила Астрид, быстрыми шагами пересекая пространство до кабинета Нигмы. — Эд! — крикнула она, открывая дверь. — Никого, — произнесла девушка осматриваясь.       — Что ты хотела от него? — спросил бывший лейтенант.       — Поделиться догадкой… — задумчиво произнесла Гиллан, выходя из кабинета, и ловя за рукав первого попавшегося парня из отдела Нигмы.       — А со мной что, нельзя было поделиться догадкой? — нахмурился Крэнстон, но все же следовавший за девушкой.       — Ты другое, — объяснила она, глядя на молодого человека со стрижкой под горшок и в белом, таком же как и у Эдварда, халатике. — Здрасти! — наигранно оскалилась девушка, не отпуская рукав темноволосого парня. Он был гораздо ниже Эда, даже ниже Астрид с большими каре-зелёными глазами. Гиллан заметила на нем бейдж «Ахилесс Майло. Отдел Химии.» — Интересное имя — Майло, — Произнесла Гиллан отпуская его руку.       — Благодарю, — немного робко произнес тот, облизав тонкие, как ниточки, губы.       — Я Астрид, это Билл, — кивнула она на стоящего рядом мужчину.       — Давай быстрее, — кинул тот.       — Меня торопят, так что скажи-ка нам быстренько, не видел ли ты Эдварда Нигму? Ну, такой дылда в очках, вечно загадывающий уйму загадок, — торопливо произнесла Астрид.       — Нигма в канцелярии, — кивнул на дверь рядом парень.        — Безмерно благодарна, — сказала девушка, идя к двери, но как только она потянулась к ручке, дверь тут же открылась и из нее торопливо вышла рыженькая девушка с хвостиком на голове, с папками в руках и очками на переносице, она явно была чем-то недовольно.        — Простите, — буркнула она столкнувшись с Астрид, ее лицо было Гиллан знакомо, вроде бы она однажды приносила ей стопку другую каких-то бумажек, но вот имя… Нет, Астрид его точно не запомнила.       — Ничего, — произнесла она, провожая ее взглядом, и усмехнувшись, зашла в кабинет. — Эд! — протянула она с игривыми икринками в глазах.       — Астрид, — растерянно произнес он, не предполагая ее тут увидеть. — Лейтенант…        — Здравствуй, — кивнул Билл Нигме.       — Не бойся, я не буду тебя надолго отвлекать от флирта с этой милой… Килли? Кэти?       — Кристин, и-иии мы не пара, подожди, почему…       — Почему я подумала, что тебе она нравится? — улыбнулась, перебив Эда, Гиллан. Тот кивнул. — У нее было крайне недовольное лицо! — слово «крайне» она особенно растянула, Крэнстон усмехнулся, а Эд недовольно вздохнул и повернулся к ящичкам у которых стоял. — Да брось, ты что, обиделся? — чуть приподняла брови девушка, и не дождавшись ответа, подошла к Нигме. — Эд, я знаю тебя ну о-очень давно. Думаешь, я не помню все твои попытки с де… — Эд перебил ее.       — Довольно. Говори зачем пришла?!       — Проводили уже вскрытие? — напрямик спросила Гиллан, понимая, что прошлую тему лучше пока не затрагивать.       — Да, но мой босс… — начал было парень, но она опять перебила его.       — Тц-Тц-Тц-Тц, — Зацыкала на него девушка. — Эд, даже не смей начинать старую песню, что он не дал тебе осмотреть труп. Мы с Биллом прекрасно знаем, что ты тот еще негодяй и уж точно не упустил бы момента осмотреть юную мисс Хастингс.       — Да, парень, выкладывай, что там у тебя! — поддержал напарницу Билл.       — Ладно, но я вам этого не говорил, — сдался Нигма. — Итак. Жертва задохнулась от Эфира или Хлороформа, я склоняюсь к первому, потому что…       — Нет, давай без этого, очкастый, мы верим тебе, что-то еще? — поторопил Билл.        — Да… У нее в шею вшита монета.       — Пени, — произнесла Астрид, Эд и Билл уставились на нее. — Что?! Харви говорил Гордону про эту особенность, а я и подслушала, — Крэнстон весело фыркнул.       — Да, там пени. И больше ничего, — произнес Нигма. Астрид улыбнулась себе под нос.       — Ты, вроде, хотела с ним посоветоваться о своей догадке, — напомнил ей мужчина.       — Да… Пени все больше подтверждает мою идею.       — И? — произнес Нигма.       — Вы оба видели ее на мосту, так? Так. Это же… — она чуть потерялась в словах. — Это было красиво. Безумно, но красиво. Всё, до каждой мелочи! Я поверила бы, что такое мог сделать один творец, но не два.       — Безумец, а не творец, — поправил ее Крэнстон.       — Одно другому не мешает, — пожала плечами Гиллан, переведя взгляд на Нигму.       — Слишком идентично, — сказал Эд, она кивнула.        — И что это нам даёт? — насупился Крэнстон.       — Ты вообще видел мистера и миссис Хастингс? Если они не под транквилизаторами, то под гипнозом точно, — произнесла Гиллан, глядя на напарника       — Какие у вас основания так думать? — спросил Нигма.       — Эд, у них ребёнка убили, а миссис Хастингс смотрит не моргая в одну точку, а её муженёк болтает о своих странных снах.       — И ещё рука, — напомнил Билл.       — Рука? — чуть нахмурился Эд.       — Да. Он то сжимает, то разжимает, — она показала это движение, — Странная терапия, не находишь? Я думаю, во всём этом замешен психиатр, — заключила девушка.       — И ключи от дома у неё есть, — заметил Билл.       — Надо проверить её подноготную, вдруг она в прошлом работала в доме, где была убита та девушка десять лет назад, — сказал Нигма, повернувшись к ящичкам. — Как её зовут? — Крэнстон и Гиллан переглянулись.       — Забыл, — кратко произнёс первый.       — Даже не запоминала, — вздохнула Гиллан.       — И что теперь?! — с зарождающимся раздражением спросил Билл. Но не успела Астрид ответить, как дверь приоткрылась и из-за неё показалась голова Буллока.        — Мне сказали вы тут. Пойдите, мы похоже нашли нашего подражателя, — произнёс детектив, зовя за собой.       — Чёрт, — ругнулся Крэнстон.       — Харви! — окликнула Астрид, придерживая дверь за вышедшим вслед Харви, Биллом. Буллок оглянулся. — Как звали ту дамочку, психиатра?       — Николь Маркс, а что? — Эд и Астрид переглянулись.       — Намёк понят, — кивнул Эд.        — Мы успели его остановить, прежде чем он вновь не убил очередную девчонку, — произнёс Харви быстро идя вперёд. Напарники молча следовали за ним. И уже через мгновение стояли у толстого непробиваемого стекла, за которым сидел подозреваемый.        — Рейман Дер, — произнёс Гордон, скрестив руки на груди. — Тридцать три года. Городской уборщик. Работает в агентстве, обслуживающем обеих жертв. И он молчит.       — Психические расстройства, аресты за непристойное поведение и нарушение правопорядка, — произнёс Харви.       — Боже, спасибо тебе, что он наконец пойман, — улыбнулась Сара, стоящая около детективов. — Молодцы, но нужно сделать пару звонков, — добавила она отходя. После пары минут напряженной тишины Харви сказал:        — Рендел Милки работал в компании, обслуживающие дома его жертв. Также как и Рейман, — Астрид чуть поморщилась, ей совершенно не верилось, что этот парень все разузнал и придумал сам. — Милки был нездоров, прежде жестокость была ему не свойственна, как и ему, — он кивнул на подозреваемого, тот механическими движениями, как и мистер Хастингс, то сжимал, то разжимал кулак, «мило…» — подумала Гиллан.— Прошло десять лет, они не были знакомы, и вот в один прекрасный день решили стать духом козла отпущения, — Крэнстон и Астрид переглянулись. — Как будто… И что-то… Захватило. Изменило. — Уголки губ Астрид приподнялись, и она, не став больше слушать, быстрой походкой направилась прочь из участка.       — Эй, — догнал её Билл. — Может сначала к Нигме заглянем?       — Потеряем время, а Гордон с Харви успеют за это время догадаться, — с азартом произнесла девушка садясь в машину. Лейтенант чутка поморщился, но последовал ее примеру и уселся в автомобиль.       — Набери номер Эда, и на громкую, пожалуйста, — кинула ему в руки телефон Астрид, заводя мотор.       — Как прикажете, мэм, — проворчал Билл, попутно застёгивая ремень, девушка явно не собиралась медлить. После трёх-четырёх гудков, Нигма наконец ответил.       — Да?       — Привет, что-то нашёл? — поинтересовалась Астрид на всех скоростях нажимая на педали.       — Да. Николь Маркс примерно десять лет назад работала в больнице, где лежал Милки, а так же и сейчас туда наведывается, у них с последним нашем «козлом» было пара сеансов в прошлом году и… — Астрид перебила его громогласным «Да!» — И ещё кое-что. Она не только терапевт и психиатр, тут написано, что она владеет гипнозом, — Гиллан приподняла правую руку.       — Ну же! — радостно проговорила она глядя на Билла.       — Положи руку обратно на руль, несёшься под сто, не буду я хлопать! — раздраженно произнёс Билл. Астрид рассмеялась и взяла из руки лейтенанта телефон.       — Зануда, — произнесла она и подняла телефон к губам. — Я обожаю тебя, Эд! — поцеловала она место, где находились динамики и повесила трубку.       — Чокнутая, — буркнул себе под нос мужчина.       — Ещё какая, пупсик! — улыбалась девушка. Уже через минут десять машина затормозила у дома Хастингсов.       — Тук-тук, — произнесла Астрид, входя в комнату, где сидел мистер Хастингс и мисс Николь Маркс. — Простите за вторжение, — оскалилась в притворной улыбке девушка.       — Детективы, — встала со своего места женщина. — Хотите поговорить с мистером Хастингсом?        — Не-ееет, — всё шире улыбалась Гиллан. — Вообще-то, я искала вас, мисс Маркс, — произнесла она, облизнув губы.       — Я буду через минуту, — произнесла женщина Роберту, выходя из комнаты и подходя к лестнице, где ждали её детективы.       — Представляете… — Чуть усмехнулась Астрид. — Мы узнали о вас интереснейшие подробности, Мисс Маркс. Вы ведь гипнотизер, верно?       — Гипнотерапевт, — поправила её женщина.       — А, терапевт. Забавные вы ребята — мозгоправы, — хмыкнула Гиллан.       — Встречались с некоторыми? — неприятно улыбнулась женщина.       — Возможно, — глядя только в глаза психиатру, сказала Астрид. — Я знаю о таких как вы много, кто-то может вылечить, а кто-то покалечить, если надо. Ну да ладно. О чем это я… — потеряла мысль Гиллан.       — О том, что десять лет назад она работала в больнице, — напомнил ей Крэнстон.       — Ах, да! Спасибо. И ещё вы наведываетесь по сей день туда.       — Провожу бесплатные сеансы, — объяснила женщина.       — Благотворительность… Похвально, — чуть наклонила голову Астрид. — Я хочу узнать об одном из ваших пациентов — о Реймонде Дерле, — произнесла Гиллан. — Он нас интересует, знаете ли вы, в рамках расследования. И, согласно записям, у вас с ним было пару сеансов.       — Его имя мне знакомо… Может, в прошлом году? — пожала плечами Маркс.       — А ещё вашим пациентом является мистер Хастингс, — не слушая женщину брякнул Билл.       — Да, — кивнула она.       — Когда мы приходили в прошлый раз, я заметила любопытную особенность, он сжимал и разжимал кулак, — произнесла девушка аккуратно и незаметно положив руку на пистолет.       — Да, это привычка, — улыбнулась Николь.       — Ясно… Знаете, я об этом кое-что знаю и считается, что это можно внушить. Гипнотизёры такое внушают, чтобы их пациенты в случае гнева, раздражения и страха, вместо того, чтобы разорвать кого-то в клочья, просто… — она показала это движение. — Сжимают и разжимают руку.       — Да-да, принцип верный, — кивнула женщина.        — Значит, если мистер Хастингс захочет наорать на кого-то, он просто, — Астрид опять повторила движение. Николь с улыбкой кивала головой. — Вот как… Ясно, — оскалилась Гиллан. — Ну, а Реймонд Дерл?       — М? — чуть нахмурилась женщина.       — Почему он кулак сжимает? — Николь перестала улыбаться. — Знаете ли вы, мы узнали, что вы лечили и Милки тогда, десять лет назад!       — И вот тут вам придётся проследовать за нами, мисс Маркс, потому что это подозрительно! — самодовольно улыбнулся Крэнстон.       — Да, он прав, — кивнула на напарника Астрид, не убирая руку с пистолета. — Ведь я думаю, что всех их загипнотизировали вы, мисс Маркс! Одна навязчивая идея вытеснила их личности из сознания, а имя ей — дух козла отпущения! Я права?       — Я вас недооценила, — облизнув губы, произнесла женщин.       — Бинго! — весело улыбнулась Астрид, толкнув Крэнстона в плечо, тот тоже довольно улыбался. — Да, ты прав, Билл. Это чертовски приятное чувство! — добавила она, пока Николь уселась на кресло рядом с ними.       — Вы неплохо соображаете, — произнесла Маркс. — Особенно для человека с таким расстройством.       — О чем она? — нахмурился Билл.       — Понятия не имею, — зло улыбнулась Астрид подходя ближе к спокойно сидящей женщине.       — Биполярное расстройство, я полагаю. Думаю, вы его пережили в детстве, раз пара таблеточек помогает вам успокоиться, — Маркс усмехнулась, и встав была на расстоянии вытянутой руки от Гиллан. — Может, хотите об этом поговорить? — прошептала она, пока Астрид сильнее сжала рукоять пистолета.       — Довольно, — произнёс Билл, аккуратно взяв напарницу за запястье и отводя в сторону. — Ты пока остынь, а я закончу с этим, — добавил он, повернувшись к психиатру. — Меня интересует только один вопрос, миссис Маркс. Зачем вы делали всё это, находили подходящих бедняг и внушали им, что они — дух козла отпущения?       — Вы не поймёте, она, — она кивнула на стоящую спиной к ним, Астрид. — может и поймёт.       — Прошу, просветите меня, — Натянуто улыбнулся Билл.       — Дело не в кровожадности и безумие, это просто терапия! — взмахнула руками женщина, пока Астрид грызла мысль о том, что она чертовски хочет в кого-то всадить пулю.       — Терапия? Для кого? — спросил Билл.       — Для Готэма! — спокойно объяснила Николь.       — Что, простите? — нахмурился лейтенант.       — В этом городе была надежда, но на улицах её подстрелили! — говорила женщина. — Богатые властные люди! Жадность неизлечима и она множится, пожирая Готэм заживо! — Астрид медленно достала пистолет и повернулась, держа его за спиной.       — И ваше гениальное решение: убивать богатеньких деток?! — Недоумевал Крэнстон.       — Это отрицательное подкрепление, — пожала плечами Маркс. — Так все поверят, что дух не выдумка, и что он не потерпит всего этого. Готэму нужно это лечение, неважно насколько оно болезненно, — на мгновение повисла тишина. — Знаете как говорят: под гипнозом нельзя заставить человека делать то, чего он сам не желает сделать! А в глубине души, мы все ненавидим богачей, разве нет? — произнесла она улыбнувшись.       — Вы свихнулись, мисс Маркс. Полностью и окончательно. Я с большим удовольствием арестую вас, — подмигнул ей Билл.       — Доктор Маркс, — в дверях появился мистер Хастингс. — Все хорошо?        — Не совсем, — хмыкнул Билл. — Доктор Маркс, вы арестованы за соучастие в убийстве, принуждении и ещё парочке вещей, которых придётся назвать в честь вас.        — У меня для вас ещё кое-что, — хлопнула по груди Билла Николь. — Роберт, ваш золотой храм открыт! — обратилась она к мистеру Хастингсу. — А теперь, убей их! — произнесла она и Роберт с громогласным рёвом кинулся на Крэнстона, пока Маркс поспешила по ступеням лестницы вниз.       — Я разберусь, за ней! — крикнул Астрид Билл, она улыбнулась и обернулась к убегающей по лестнице Николь.        — Мама вернулась, — произнесла она сквозь зубы, целуя пушку и наводя её на женщину. Выстрел, и Маркс со вскриком упала, держась за окровавленную лодыжку.       — Молодец, Гиллан, — сплюнул кровью и переступая тело мистера Хастингсона Билл. Роберт всё-таки успел покалечить его, и из носа струилась кровь. — На что она вообще надеялась? Вырубить его было так же просто, как отобрать леденец у ребёнка.        — Ты пока подкреплению позвони, а я сейчас… — произнесла Астрид, не слушая его, спускаясь на пролёт ниже, где лежала Маркс.       — Знала, что придёшь, — сквозь зубы произнесла она. Гиллан надавила на рану, от чего Маркс завопила.       — Скажешь кому-то обо мне, я тебя найду, — по-звериному улыбнулась девушка.       — Никому, — дрожащим голосом произнесла Николь.

Театральный квартал.

К девяти вечера Астрид устало поднималась по лестнице в собственную квартиру, она медленно, но верно, переступала ступеньки, зевая и морщась от ароматов, исходящих из тётушкиной квартиры, Гиллан успела вынуть из кармана пальто ключ, как на этаж ниже послышался голос Эстер.       — Астра! Иди-ка сюда! — Гиллан вздохнула и, поморщившись, спустилась вниз. — Заходи! — счастливо улыбаясь произнесла тётя, Астрид вздохнула, но послушно вошла в квартиру. — Тебя по телевизору показывали, — сказала тётя на включенный старый ящичек.        — Не знала, что ты новости смотришь, — безжизненно ответила Гиллан, разговаривать ей совершенно не хотелось, как и быть тут.       — Да, — произнесла тётя уже без улыбки, внимательно глядя на племянницу. — Полагаю, спрашивать, что случилось, бесполезно? — Астрид кивнула. Повисла пауза.       — Я, пожалуй, пойду, — вздрогнула, будто что-то вспомнила, Астрид, засунув руки в карманы.       — Погоди, — по-доброму сказала Эстер, торопливо зашагав к двери, за которой скрывалась точно такая же, маленькая, ненужная комнатка, как и Астрид. Тётушка зашумела, то и дело бросая через плечо разный хлам. Девушка, немного нахмурившись, подошла к тёте. — Я… Я все забывала отдать… — пробурчала Эстер, вытаскивая большую спортивную сумку, явно самый большой предмет в этом чуланчике. — Когда Фрэнк умер, мне это принесли, можешь делать с этим всё, что угодно, — произнесла она, вновь пролезая в чуланчик.       — Даже сжечь? — усмехнулась Астрид, толкнув сумку ногой.        — Говорю же, что угодно, мне барахло моего братца не нужно, — Эстер поправила рыжие, с проседью, волосы за ухо и выпрямившись, подала Астрид ещё что-то. Это был небольшой плоский пакетик квадратной формы.       — Что это? — приподняла брови Гиллан, взяв его в руки.        — Это принесли с сумкой. Сама вспомнишь, — произнесла тётя, наблюдая за реакцией племянницы, заглянувшей в пакетик. На её лице появилась милая улыбка.       — Мамины пластинки… — тихо произнесла она. — Вот так сюрприз…       — Там даже её собственная есть, — улыбнулась Тётя, радуясь, что приподняла настроение Гиллан.        — Спасибо, — тихо произнесла девушка, Эстер кивнула.       — У тебя же нет граммофона или там проигрывателя? — Астрид отрицательно покачала головой. — Тогда отнеси это все в квартиру и возвращайся, достанешь его тут, — указала тётя на шкаф, где наверху стоял граммофон. Меньше чем через пять минут в квартире девушки уже всё было готово, даже граммофон она успела вычистить от пыли. В пакетике оказались различные пластинки: Бернадетт Карролл, ABBA, Элвис Пресли, Рэй Чарльз, Роллинг Стоунз, Вики Леандрос, Мирей Матьё и наконец мамы Астрид. В юности Сьюзан (тогда ещё) Майер мечтала о сцене, бурных овациях и славе. И уже в конце старшей школы накопила на собственную пластинку. Но денег хватило лишь на то, чтобы записать одну песню. Астрид аккуратно установила пластинку и сев на кресло, закрыла глаза. Она конечно знала и помнила, что за песня сейчас будет играть. Сьюзан Майер со стороны отца была наполовину немка и прекрасно разговаривала по немецки, ни разу в жизни там не побывав и знала множество немецких песен. Она никогда не сочиняла текст, а пела уже готовые песни. И когда оказалось, что денег у неё хватит только на одну песню, её выбор упал на Марлен Дитрих «Where have all the flowers gone», что перевалилось как «Где цветы?». Песня заиграла. Sag' mir, wo die Blumen sind; (Где цветы, мне дай ответ,) Wo sind sie geblieben? (Где они остались?) Губы Астрид свела кривая улыбка. Sag' mir, wo die Blumen sind! (Где цветы, дай мне ответ,) Was ist gescheh'n? (Где они растут?) Голос мамы… С закрытыми глазами казалось, что она совсем рядом. Стоит тут и поёт. Sag mir, wo die Blumen sind! (Где цветы, дай мне ответ,) Maedchen pflueckten sie geschwind. (Девушки сорвали и вот их нет) Wann wird man's je versteh'n? (Когда же все это поймут?) Wann wird man's je versteh'n? (Когда же все поймут?) Мама часто напевала эту песенку за уборкой и готовкой. Сама Астрид не знала немецкого, но помнила это песенку наизусть и знала значение каждого слова. Sag' mir, wo die Maedchen sind; (А девушки где, дай ответ?) Wo sind sie geblieben? (Где они остались?) Sag' mir, wo die Maedchen sind! (Девушки где, дай ответ,) Was ist gescheh'n? (Где они живут?) Астрид не выдержала и встав, убрала пластинку. Сьюзан Майер мечтавшая когда-то о славе и величии в итоге вышла замуж за Фрэнка Гиллана, через три года брака у них родилась дочь Астрид. И женщина полностью посвятила жизнь ребенку, забыв о своей мечте. Работать ей не приходилось, Фрэнк достаточно неплохо зарабатывал, будучи замом в какой-то там компаний. Но идиллия продлилась не так уж и долго, когда Астрид только исполнилось девять, компания, где работал Фрэнк, обанкротилась, а отец нашел утешение в бутылке. А уже за неделю до десятилетия, ее мама выставила вещи мужа из квартиры. И больше Астрид его так и не видела. Слышав только от тети редкие рассказы о папаше. Мама устроилась в банк и все потихоньку налаживалось, пока в один прекрасный день в банк не ворвались грабители и Сьюзан Гиллан не получила в лоб пулю из пистолета ПЛ-15, пуля прошла ровно в середину лба и мгновенно убила женщину. Астрид было шестнадцать. А уже через год, после того, как она прошлась лезвием от уха до уха своей учительнице, ей поставили биполярное расстройство. «маниака́льно-депресси́вный психо́з»слышала она постоянно от взрослых. Ситуация ухудшилась, когда однажды на вопрос, задаваемый врачем «Жалеете ли вы о сделанном», она ответила «нет». Но после уговоров тетушки, она после всегда говорила «Да. Жалею». Смерть мамы будто разрушила тот отдел в мозге, который отвечал за сильные настоящие чувства. Она боялась их как огня. Не заводила близких друзей, чтобы не привязываться, чувство как «любовь» просто отрицала. Она затолкала себя, задушила. Пряча за улыбкой хрупкость и неустойчивость собственного «я". «Мама — это прошлое. Забыть и не вспоминать.» убеждала она саму себя, потому что именно мама, ее любовь, единственный человек, кому она действительно доверяла, единственный, кто любил ее так сильно не смотря ни на что. Его нет. А пустоту можно заполнить только смехом и еще кое-чем, но это похуже смеха. Ее завораживала смерть. Последние минуты человека, его взгляд, движение, слова… Что-то было в этом… Это заставляло вспоминать, что она жива, это заводило, возбуждало ее. А всадить в кого-то нож, равнялось счастью. Бешеный азарт и она забывала себя в те минуты безумия. Ее отец убил себя алкоголизмом, когда Астрид пришла повестка о его смерти, она, как и предполагала, не почувствовала к этому ничего. Она в принципе заглушила какие-либо сильные переживания. Но это как раз в последнее время получалось сложнее, в квартире одной ее обхватывала душащая тишина, она пыталась не оставаться в ней, включая телевизор или радио. В тишине трудно ни о чем не думать, мысли роятся как мухи и их не унять. А сейчас ее мысли крутились еще быстрее, нечетко смешиваясь в одно очертание. Очень больное очертание. Она схватилась за голову и закричала, успокоившись только взглянув в окно. «А-аастрид» звал ее мамин голос где-то глубоко внутри, дыхание участилось. «Когда же все поймут? Когда же все поймут? Когда же все поймут? Когда же все поймут? Когда же все поймут? Когда же все поймут? Когда же все поймут?» крутилась одна и та же строчка из маминой песни.       — ХВАТИТ! — воскликнула Гиллан и быстро подойдя к граммофону поставила случайную пластинку, это оказалась по иронии «People Need Love» ABBA (Людям нужна любовь), она рухнула на диван. People need hope, people need loving (Людям нужна надежда, людям нужна любовь,) People need trust from a fellow man (Людям нужно доверять своему ближнему.) People need love to make a good living (Людям нужна любовь, чтобы хорошо жить,) People need faith and a helping hand (Людям нужна вера и рука помощи.) Пелось в песни, пока Астрид тихо, но истерически смеялась. В заднем кармане брюк послышалась мелодия звонка, и она ухватилась за это, как за надежду отвлечься от мыслей.       — Да? — отдышавшись, спросила она.       — Привет, — прохрипел в ответ Крэнстон. — Слышала, что с Гордоном случилось? — радостно произнес он.       — Не-ет, — покачала головой Гиллан, вставая и потирая лоб.       — Отдел по особо тяжким, заявился в участок и сказал, что Гордон убил там кого-то, а после этот парень пришёл туда самолично, как его там, долбаная память…       — Не важно, что в итоге?!       — Их освободили, но Харви, как говорил Альварес, вне себя! — Билл рассмеялся.        — Думаю, у них серьезные разногласия, — улыбнулась Астрид.       — Еще какие, Гиллан! — повисла пауза. Gotta have love to carry on living (Любовь нужна, чтобы жить дальше,) Gotta have love 'till eternity (Любовь нужна всегда.)       — Слушай, — замялся Билл. — Насчет там твоего заболевания…       — Не стоит даже задумываться, — качнула головой Гиллан. — Все хорошо. Давно переболела.       — Не люблю я на такие темы говорить, — протянул лейтенант.       — Так и не надо, — заверила его девушка.       — Хорошо. Все равно бесполезно. До завтра.       — До завтра, — тихо произнесла Астрид и через мгновение Билл отключился. Она глубоко вздохнула и повернулась к граммофону. Flowers in a desert need a drop of rain like a woman needs her man (Мужчина нужен женщине, как цветам в пустыне нужна капля дождя.) If a man's in love and his woman wants the moon (Если мужчина влюблен, а женщина хочет луну с неба,) Then he'll take it down if he can (Он достанет ее, если сможет.) Somebody who loves you and somebody who cares (Человек, который любит тебя и которому ты не безразличен,) Она усмехнулась.       — Какая наивность… — медленно подойдя к граммофону и попутно напевая, произнесла Астрид. Isn't that what you call a friend? (Разве не это называется друг?)        — Gotta have love to carry on living! (Любовь нужна, чтобы жить дальше), — припевала Гиллан и дождавшись… Isn't it easy to understand (Неужели это трудно понять?)       — Бред, но красиво, — убрала пластинку. «Хочу пиццу…» — подумала Гиллан.

В доме Фальконе.

      — Он объявился! — вошел в кабинет босса Виктор. — Агент сообщил нам, что он сам пришел в участок! — с азартом говорил Зсасз, глядя на Фальконе, тот усмехнулся, завидев его пыл.       — Хорошо, отправлю тебя завтра, — произнес улыбаясь Кармайн, киллер кивнул. — Уже слышу крики Фиш о том, чтобы я немедленно убрал Пингвина, Гордона и Буллока передачу, — добавил Дон.       — Так может ее прихлопнуть? — спросил Виктор.       — Ха! Терпение, Виктор. Я скажу ей, что отправлю тебя, она чуть успокоиться, а ты мило поговоришь с Гордоном, — Зсасз весело оскалился, чахнуть в доме днями напролет ему осточертело и он совсем был не против вылазки.       — Мило поговорить, вы имеете в виду… — начал было Виктор, но Фальконе, усмехнувшись, перебил его.       — Мило поговорить, это значит привести его ко мне живым, Виктор. Понял?       — Да, сэр, — улыбнувшись, сказал киллер.

Я ли пишу, или ты из могилы Выслала юность свою, — Прежними розами призрак мне милый Я, как тогда, обовью. Если умру — перелетные птицы Призрак развеют, шутя. Скажешь и ты, разбирая страницы: «Божье то было дитя».

Александр Александрович Блок