В тени Железного Трона

      Ренли проснулся в холодном поту, вынырнув из путанного кошмара, в котором вооружившийся арбалетом Варис подкараулил их с Лорасом в подземелье Красного Замка, убив сначала дожидавшегося мастера над законами Рыцаря Цветов, а потом и самого Баратеона, оставив Ренли истекать кровью среди безглазых громад драконьих черепов.       Баратеон некоторое время лежал в постели неподвижно, настроженно прислушиваясь и стараясь унять бешено бьющееся сердце. Он успокоил себя тем, что это лишь дурной сон. Ренли не зря вернулся в Твердыню Мейгора, несмотря на недовольство Лораса, свою жизнь он ценил куда выше…кое-каких радостей. Здесь он может не опасаться смерти от рук убийцы, прокравшегося по тайному ходу.       И все же озлобленный евнух преследовал Ренли в кошмарах, убивая его самыми изощренными способами. В этих снах смерть настигала Баратеона то в подземелье, то в его опочивальне в Штормовом Пределе, то в походном шатре. Его душили, травили, пронзали арбалетными болтами и кололи стилетом. Однажды Ренли напился так, что спал без снов, но не превращаться же в пьяницу из-за нелепых опасений…        — Проклятье, почему я не велел прикончить Вариса, пока он ещё не исчез? — раздраженно подумал лорд, наливая себе сдобренной лимоном воды из серебряного кувшина на прикроватном столике.       Ренли осушил кубок, после чего немного успокоился. Мост через сухой ров по ночам разводят, караулы более чем надежны, а Варис…быть может, евнух давно за Узким морем. Или кормит рыб, даже такой хитрец может потонуть. Редко, конечно, но все люди смертны. У древних валирийцев было на сей счёт присловье и тут они не ошиблись. Случился Рок и их могучая Республика сгинула в одночасье.       Одинокая постель раздражала Ренли. В Твердыне Мейгора приходилось соблюдать определённые условности, да и от вылазок в бордели пришлось отказаться. Лорас Лорасом, но как говорил Роберт, мужчина может любить пряное вино, но поставь перед ним кувшин тёмного эля и он выпьет его за милую душу.       Сказать по правде, настойчивость Лораса начинала раздражать Ренли, Тирелл порой был несносен. Остаётся надеяться, что после свадьбы с Маргери молодой Баратеон будет избавлен от этой двусмысленности и страхов, что кое-какие тайны вспывут наружу. До этого времени надо вести себя скромнее, они не в Дорне.       Ренли не был против того, чтобы сердце Тирелла похитила какая-нибудь очарованная его подвигами девица. Жаль, что Лорасу восторги всех девушек Вестероса важны не больше, чем ликующий рев черни после очередного меткого удара Рыцаря Цветов. И все же сейчас Ренли жалел, что покинул Кухонный Замок, спрятавшись в самом безопасном, но не самом уютном месте замка...       Ренли немного почитал, сидя в кровати и под утро незаметно задремал. Однако выспаться ему было не суждено. Мастера над законами разбудил сквайр, бледный, как смерть, сообщивший, что Эддарда Старка нашли мертвым в его собственных покоях. Спросонья Ренли даже решил, что это скверная шутка, но это была не шутка. Северянин действительно был мертв…        — Убийца может быть где-то в замке, милорды, — откашлявшись, начал лорд Ренли. Уцелевшие члены Малого Совета собрались в королевском солярии, менее просторном, чем Палата Малого Совета, зато расположенном под защитой стен Твердыни Мейгора. В лаз, обнаруженный за камином покоев десницы, мог протиснуться разве что карлик или ребенок. На ум пришёл было Бес, но Бес был мёртв.       «Значит, ребенок-убийца? Или убийца-карлик? Седьмое пеклов, какое безумное время мы живем.»        — Мои люди делают все, что могут, милорд, но они не всесильны, — проворчал сир Акселл. — Будь у меня больше золота…        — Казна испытывает серьёзные затруднения, — тут же отозвался лорд Селтигар, восприняв это как обвинение в свой адрес. — На плату шептунам и без того были выданы дополнительные средства, без распоряжения короля или десницы я не могу выделить вам ещё золота, сир.        — Я отправлю моему брату ворона, милорд, — Ренли прервал возмущенное бормотание мастера над монетой. — Эддард Старк был достойным человеком, мудрым и верным, но он мёртв и королевству нужен новый десница. Также, нужно отправить ворона в Винтерфелл, дабы… Великий Мейстер?        — Д-да, милорд, — открыл глаза дремавший в своём кресле Пицель. — Но мне нужна охрана, даже если мне предоставят покои в Твердыне Мейгора, я не могу оставить воронятню, а мои книги и лекарства…        — О вашей безопасности позаботятся, — нетерпеливо оборвал старика Ренли. — Лорд-командующий, вы были на месте преступления, что вы можете сказать о том потайном ходе?        — От этой шахты расходятся ходы, закрытые железными решётками, запертыми, к сожалению, — доложил сир Барристан. — Замки можно сбить, но это настоящий лабиринт. Я распорядился, чтобы простучали стены в Башне Десницы, возможно, найдутся ещё потайные ходы.        — Сир Барристан, вы служили в Королевской Гвардии…перед коронацией Роберта, — сказал Ренли, который решил попытать удачу. — Кто тогда мог знать об этом лабиринте?        — При Эйрисе лордом-командующим был Герольд Хайтауэр, быть может, он знал о потайных ходах больше, но прочие белые мечи не были посвящены в эти тайны. Полагаю, Варис по долгу службы знал о них…и сам Эйрис тоже. Он нередко появлялся в разных частях замка словно из ниоткуда.        — Мертвецы и изменник, — произнес Флорент, раздраженно теребя ворот подбитого мехом багряного дублета с вышитой на груди лисьей мордой в венке синих цветов. — Никого из них нельзя допросить. Жаль, что скользкий евнух сбежал прежде, чем попал в мои руки.        — Молись, чтобы ты сам не попал к нему в руки, — подумал Ренли, вслух сказав другое. — Для этих коридоров нужна охрана. Возможно, я прикажу их заложить полность, но не раньше, чем прочешу весь замок. Белых мечей для этого будет мало.        — Тоннельная стража? — с сомнением переспросил Селтигар, без особой нужды одергивая свою мантию, расшитую красными крабами своего дома. — Но это новые люди, а значит, новые расходы. У меня строгие указания его милости насчёт расходов…        — Это речи глупца или изменника, — прорычал Флорент. — Где-то по потайным ходам рыщут убийцы, а вы трясетесь над медяками, точно они из вашего кошелька.        — Сир, я бы попросил вас… — дрожащим от возмущения голосом начал лорд Ардриан, но Ренли вмешался прежде, чем тот успел договорить.        — Милорды, — примирительно сказал он. — Успокойтесь, мы все служим королю и королевству, негоже нам искать врагов там, где их нет. Я сам найду людей для охраны тоннелей, а платить пока буду из своего кармана.       Ренли вспомнил о Джоне Сноу. Лорд Эддард недавно отослал своих дочерей на одной из королевских галей в Белую Гавань с частью своей гвардии, после его смерти оставшиеся винтерфелльцы вернутся на Север с останками десницы. И при жизни отца Сноу воспринимал своим покровителем Ренли, а теперь покровительство мастера над законами для молодого капитана ещё важнее.       Но своего отца Сноу любил и при случае не откажется отомстить. Мальчик верен и надежен, однако не не скован теми благоглупостями, что лорд Эддард называл честью благородством. Да, как инструмент юноша стал ещё полезнее. Вдобавок, он брат нового Хранителя Севера, пусть и сводный. Пожалуй, вскоре Сноу получит более интересную должность, чем капитан ворот.        — Милорды, — заговорил до этого момента молчавший мастер над кораблями, сереброволосый Монфорд Веларион. — Если есть потайные ходы в замке, то часть может вести и за его пределы. А раз так, то убийца мог уже сесть на корабль и отплыть в один из Вольных Городов.       «Пекло, об этом я забыл».        — Я это учту, милорд. Однажды это все равно пришлось бы сделать, так что я позабочусь, чтобы в Красном Замке не осталось неохраняемых входов и выходов, — нарочито бодрым голосом произнёс Ренли. - Лорда Старка это не воскресит, но я не могу позволить, чтобы подобное повторилось вновь.